Манифест 17 октября 1905 года (28907)

Посмотреть архив целиком

4




1. Манифест 17 октября 1905 года


В течение всего 1905 г. правительство не могло взять инициа-тиву в свои руки и тащилось в хвосте событий, хотя полиции уда-лось провести удачные операции по пресечению подготовки «революционных партий» к восстанию. Труднее было справиться с забасто-вочным движением. «Революционные» партии умело проводили антигосударственную агитацию и имели договоренность о совместных действиях против правительства. Встал вопрос о созыве более ши-рокого представительного парламента, но прежде нужно было предо-ставить политические права населению России.

События между тем нарастали. В октябре в крупных городах началась политическая стачка, в которой, наряду с рабочими, участвовали и представители технической интеллигенции. 8 октября 1905 г. прекратилось движение на Московской железной дороге, к 17 октября значительная часть дорог была парализована. Закрылись фабрики, не выходили газеты, в крупных городах почти не было элек-тричества. Николай I I отверг предложение о чрезвычайных мерах и назначении «диктатора».

Видя остроту положения, Николай обратился за помощью к Вит-те, которому недавно удалось подписать на более или менее прием-лемых условиях соглашение с Японией. 9-го октября Витте предста-вил государю меморандум с изложения текущего положения дел и программой реформ. Констатируя, что с начала года «в умах произо-шла истинная революция», Витте считал указы от 6-го августа устаревшими, а поскольку «революционное брожение слишком велико», он пришел к выводу, что надо принимать срочные меры, «пока не ста-нет слишком поздно». Он советовал царю: необходимо положить предел самоуправству и деспотизму администрации, даровать народу основные свободы и установить настоящий конституционный ре-жим.

Поколебавшись неделю, Николай решил поставить свою подпись под текстом приготовленном Витте на основе меморандума. Но при этом царь считал, что нарушает присягу, данную во время вступле-ния на престол. 17-го октября 1905 г. был издан манифест, кото-рый формально означал конец существования в России неограничен-ной монархии.

Вот содержание «Манифеста об усовершенствовании государст-венного порядка» от 17 октября 1905 г.: выражая свою скорбь по поводу «смут и волнений», охвативших государство, государь признает необходимым «Объединить деятельность высшего правительст-ва», на обязанность которого он возлагает «выполнение непреклон-ной нашей воли:

1) даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах неприкосновенности личности, свободы, совести, слова, соб-раний и союзов;

2) не останавливая предназначенных выборов в Государственную Ду-му, привлечь теперь же к участию в Думе... те классы населения, кото-рые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив засим дальнейшее развитие начало развития общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку, и

3) установить, как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной Думы и чтобы выбо-рным от народа обеспечена была возможность действительного учас-тия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей.»

«Объединенное правительство» образовало Совет министерства, председателем которого (т.е. первым русским премьер-министром) был назначен Витте.

Манифест устанавливал политические права для граждан Рос-сии: неприкосновенность личности, свободу совести, свободу слова, свободу собраний и союзов (профсоюзов и партий). К выборам в парламент привлекались слои населения, ранее лишенные избира-тельных прав. Согласно Манифесту, Государственная дума меняла свое значение и приобретала черты развитого парламента; провозгла-шалось, что закон не может иметь силу без одобрения Государствен-ной думы. Таким образом, Россия вступила на путь достаточно зрело-го парламентаризма.

Появление Манифеста 17-го октября вызвало растерянность влас-ти на местах и не внесло скорого успокоения. Если умеренно-либера-льные круги готовы были принять созданное манифестом положение как исполнение их желаний конституционного преобразования России, то левые круги, социал-демократы и эсеры, не были ни в малейшей степени удовлетворены и решили продолжать борьбу для достиже-ния своих программных целей ("не желали нагайки, завернутой в пер-гамент конституции"); с другой стороны, правые круги отвергали содержащиеся в Манифесте 17-го октября уступки революции и требовали сохранения неограниченного царского самодержавия.

Скоро после появления манифеста железнодорожная забастовка прекратилась, но «смуты и волнения» не только не прекратились, но распространились по всей стране: в городах происходили то рево-люционные, то контрреволюционные демонстрации, причем во многих города контрреволюционные толпы «черносотенцев» громили интеллигентов и евреев; в деревнях разливалась волна аграрных погромов – толпы крестьян громили и жгли помещичьи усадьбы.

3-го ноября был издан манифест, обращавшийся к крестьянам с при-зывом прекратить беспорядки, обещавший принятие возможных мер к улучшению положения крестьян и отменявший выкупные платежи за крес-тьянские надельные земли.





2. Государственная Дума по основным законам

Российской империи 1906 г.



20 февраля 1906 г. вышел акт об учреждении Государственной думы, в котором определялась ее компетенция: предварительная обработка и обсуждение законодательных предложений, утверждение государственного бюджета, обсуждение вопросов о строительстве железных дорог и учреждении акционерных обществ. Дума избиралась на пять лет. Депутаты Думы были неподотчетными и избирателями, их отстранение могло осуществляться Сенатом. Дума могла распускаться досрочно по решению императора. С законодательной инициативой в Думу могли входить министры, комиссии депутатов и Государственный совет.

Государственной канцелярией и Советом министров был подготовлен текст Основных государственных законов, утвержденный императором Николаем II 23 апреля 1906 г.

Принятие Основных законов и перестройка центрального управления на началах «законности» и «привлечения общественности» потребовали пересмотра принципов местного управления и самоуправления.

В Основных законах были сформулированы гражданские права и свободы (неприкосновенность жилища и собственности, перемещения, выбора профессии, слова, печати, собраний, создания союзов и объединений, вероисповедания и т.д.).

Законодательная власть закреплялась за Государственной думой и Государственным советом. Любой закон нуждался в одобрении обоих органов и в утверждении императором. В случае прекращения или перерыва деятельности Думы и Государственного совета «при чрезвычайных обстоятельствах» законопроекты могли обсуждаться в Совете министров и утверждаться императором в форме указов. Действие указа носило временный характер и подлежало утверждению в Думе и Совете в течение двух месяцев после возобновления их работы.

В соответствии со ст. 87 Основных законов императору предоставлялась возможность по представлению Совета министров принимать указы законодального характера в случаях, когда имелась такая необходимость, а сессия Думы и Совета прерывалась. Но после открытия законодательной сессии в течение двух месяцев такой указ должен был вноситься на одобрение Думы, иначе он автоматически прекращал свое действие.

Не подлежали обсуждению Государственной думой вопросы об исключении или сокращении платежей по государственным долгам, о кредитах Министерству двора, о государственных займах.

Срок деятельности Думы определялся в пять лет, указом царя она могла быть распущена досрочно, в этом случае назначались выборы и сроки созыва Дума нового состава. Продолжительность ежегодных сессий и сроки перерыва в работе Думы определялись указами императора.

В компетенцию Думы входили: вопросы, требующие издания законов и утверждения штатов, обсуждение и утверждение бюджета, заслушивание отчетов государственного контролера по исполнению бюджета, дела о строительстве государственных железных дорог, об учреждении акционерных компаний. В начале 1906 г. были изданы бюджетные правила, по которым бюджет мог исполняться даже при отказе Думы от его утверждения, что резко ограничивало бюджетные права Думы.

Основные государственные законы предоставляли царю право на абсолютное вето. Однако Дума могла вновь возвращаться к обсуждению вопроса, отклоняемого царем, тем самым оказывая на него давление.

Депутаты имели право запроса к министрам, что давало возможной Думе публично обсуждать действия исполнительной власти и требовать ответов от правительства. По результатам этих ответов Дума выносила суждения.

Чтобы избежать потока запросов (как это было в Первой Думе), Вторая Дума создала специальную комиссию для отбора запросов.

Государственная Дума получала право утверждать, отклонять или перерабатывать законопроекты, представляемы правительством, она же пользовалась правом законодательной инициативы (кроме изменения Основных законов, осуществляемого по инициативе царя. Распространение права законодательной инициативы Думы на Основные законы могло, по мнению Витте, превратить ее в Учредительное собрание).

В случае чрезвычайных обстоятельств правительство имело право в промежутках между сессиями Думы и с одобрения царя издавать указы приравниваемые к законам (ст. 87). (Это положение было заимствовано из австрийской конституции.) Эти указы, однако, не могли касаться изменений ни в Основных законах, ни в статусе Думы.

Министры были ответственны не перед народным представительством (Думой), а перед монархом.



3. Новый избирательный закон после государственного переворота

от 3 июня 1907 г.



Оценивая ситуацию в Государственной думе. П.А. Столыпин в закрытом заседании 1 июня 1907 г. сказал, что промедление "поставило бы правительство в невозможность дальнейшего обеспечения спокойствия и порядка в государстве". Новый избирательный закон был принят без одобрения Государственной думы, как того требовали Основные законы. В этой связи в марксистской-ленинской литературе события 3 июня 1907 г. именуют государственным переворотом.

Совершая подобные действия, правительственные круги полагали, что действуют не в противоречии с духом Основных законов. Правительство считало, что дух Основных законов обязывает монарха предпринимать чрезвычайные действия по спасению страны в критические моменты. Был избран путь не умаления роли Государственной думы, а изменения ее состава в пользу крупных цензовых слоев. Одновременно усиливалась социально-экономическая политика, направленная на ликвидацию напряжения в деревне. В Манифесте о роспуске II Государственной думы говорилось, что неудачи в ней происходят от несовершенства избирательного чакона. Указывалось, что парламент должен быть русским по духу, иные народности должны иметь в Думе представителей для решения своих нужд, а не «быть вершителями вопросов чисто русских». Поэтому представительство окраин (Польши, Кавказа, Средней Азии) сократилось по новому закону примерно вдвое, за счет чего численность депутатов, уменьшилась с 524 до 442 человек: европейская Россия избирала 403 члена, азиатская - 15. С учетом остроты земельного вопроса уменьшалось число губернских выборщиков-крестьян с 43 до 22%.

Ранее для обеспечения обязательного присутствия крестьян в Государственной думе существовал институт обязательного крестьянского депутата от каждой губернии, избираемого крестьянской курией. Теперь обязательного члена избирали на совместном заседании всех курий, что при уменьшении представительства от крестьян привело к сокращению крестьян-депутатов. Но институт обязательного члена от губернии сохранился. Кроме того, в шести наиболее промышленных губерниях хотя бы по одному депутату Думы следовало избирать от рабочих. Увеличивалось с 31 до 50% число выборщиков по земледельческой курии. Цензовое землевладение получило возможность определять политику выборов, имея большинство на общем собрании курий всех выборщиков. Отдельное городское представительство сохранилось в семи из 27 городов. Курия городских избирателей была разделена на два разряда — крупных и менее крупных собственников. Разряд крупных собственников мог блокироваться на собраниях избирателей с земледельческой курией, чем обеспечивались выборы высокоцензовых депутатов.

Изменив избирательный закон, правительство стремилось найти опору конституционного строя в земской общественной среде. Столыпин рассчитывал, что земства поддержат правительство в проведении либеральных реформ и борьбе с революцией. В земском движении после революционных событий 1905 г. наметился сдвиг вправо и разрыв с радикальными элементами общества.



4. Государственный Совет, его полномочия.



Царь реорганизовал Государственный совет, наделив его полномочиями, которых Совет ранее не имел. Государственный совет стал выступать в качестве верхней палаты по отношению к государственной думе, обладавшей теми же правами, что и Дума. Его состав был более реакционным. Половина Совета была выборной, половина - члены «по высочайшему назначению», председатель и вице-президент ежегодно назначались императором. Происходила достаточно частая смена председателей Совета: октябрь 1905 г. - апрель 1906 г. – Витте, апрель 1906 г. – июль 1906 г. – Горемыкин, июнь 1906 г. – сентябрь 1911 г. – Столыпин, сентябрь 1911 г. – январь 1914 г. – Коковцев, январь 1914 г. – январь 1916 г. – Горемыкин.

Выборы в Государственный совет были организованы так, чтобы демократические элементы и трудящиеся попасть туда не могли. Выбирались в Государственный совет от губернских земских собраний представители имущих классов, а также представители духовенства, члены дворянских обществ. Императорская академия и университеты избирали академиков и профессоров, крупная буржуазия получила возможность выдвигать своих выборных от Совета торговли и промышленности (всего 98 членов). Такое же число членов ежегодно назначалось императором во вторую часть Совета из высших государственных сановников. Одно и тоже лицо не могло быть одновременно членом Государственной думы и Государственного совета.

Законопроект из Государственной думы поступал в Государственный совет, который мог при желании отклонить его. Многие законопроекты так и не получили одобрения Государственного совета. Например, Государственная дума сделала попытку добиться принятия акта об отмене смертной казни, проект которого был отклонен Государственным советом.

Если обе палаты были согласны с законопроектом, то окончательное решение принадлежало царю. Он мог проект утвердить либо отвергнуть. Фактически получалось так, что законодательная деятельность полностью контролировалась царем.

После создания Государственной думы представители либеральной буржуазии восторженно заявляли, что в России наконец появился парламент, что отныне в стране началась эпоха парламентаризма. Буржуазия своего добилась, ее вполне устраивало самодержавие с Государственной думой. Царизм был нужен как существенный заслон против народной революции.

Но либеральная буржуазия напрасно полагала, что в лице Государственной думы в России появился настоящий парламент. Некоторые внешние признаки парламента у Думы имелись. Она могла направлять запросы правительству — реорганизованному Совету министров — и его отдельным членам. Однако министры на эти запросы могли отвечать, но могли и не обращать внимания. Никакой ответственности перед Государственной думой у правительства не было. Министры назначались и увольнялись царем, перед Думой они не отчитывались, от нее не зависели, хотя сама реорганизация Совета министров была связана именно с созданием Думы.

Со стороны Государственной думы делались даже попытки объявить о недоверии правительству. Но на акт о недоверии правительство не реагировало, оно просто не обратило на него внимания. Были даже случаи, когда критика с трибуны Думы злоупотреблений некоторых должностных лиц приводила к тому, что царь, который ненавидел Думу, повышал критикуемых в должности, тем самым демонстрируя, что с Думой не считается. Источник этих коллизий был заложен в самом устройстве российской Конституции, давшей Государственному совету одинаковые законодательные права с Думой. Наполовину состоящей из высших чиновников. Государственный совет был консервативным органом, постоянно сдерживающим либеральные порывы Государственной думы (в своем адресе царю депутаты первой Думы потребовали отмены исключительных законов, принудительного отчуждения частновладельческих земель, полной амнистии политзаключенным, отмены смертной казни и т.д.). Государственный совет, например, затормозил распространение Закона о земском самоуправления на окраине губернии, воспрепятствовал созданию волостных земских учреждений.



Список литературы:



  1. Хрестоматия по истории государства и права СССР. – М., 1990 г.

  2. Исаев И.А., История государства и права России. – М., 2002 г.

  3. Чистяков, История государства и права России. – М., 2001 г.

  4. Рогов, История государства и права России. – М., 1998 г.






Случайные файлы

Файл
124815.rtf
183555.rtf
5455.rtf
104809.rtf
100210.rtf