Образ женщины в истории и языковая практика (185327)

Посмотреть архив целиком













Образ женщины в истории и языковая практика.



«Если природа сделала женщину отличной от мужчины, то общество сделало ее отличной от человека» С.Файерстоун

Уже в самых ранних источниках можно найти рассуждения о женском теле как о стихийном, деструктивном начале, влияние которого на культуру губительно и, следовательно, подлежит нейтрализации. Функциональные различия мужчин и женщин фундируют натурфилософское основание этой субъективности. А с логико-философским оформлением дихотомии разума и тела оппозиция мужчина/женщина приобретает четкие коннотации с положительно-конструктивными и отрицательно-деструктивными сторонами бытия. Разум – мужское, положительное, духовное, рациональное, активное, высшее. Тело – женское, отрицательное, пассивное, внутреннее, низшее, материальное, иррациональное. Следовательно, роль субъекта предложена только мужскому, а за женской остается роль объекта. Такая интеллектуальная изначальная конструкция делает естественной дальнейшую подчиненную социальную позицию женщины в истории и культуре. Резонно предположить, что в рамках древнегреческой культуры закладывается фундамент того рационализма, который обусловливает «неполноценное» развитие европейской цивилизации. Поляризация вещей и событий, а следом понятий и категорий, оформление метода господство/подчинение между бинарными оппозициями заложили основу тенденциозного взгляда на действительность. Именно в греческой мифологии демонстрируется замена женских богинь, выражающих связь природы и человека, на мужских богов, утверждающих власть человеческого закона. Власть женских богинь утверждала нерушимость, целесообразность и необходимость союза человека с землей, космосом. Безболезненная кооптация мира человеческих вещей и законов в большой естественный космос была основным предметом их заботы… (см. греческие мифы). Мужчины-боги проповедовали подчинение природы, овладение ею и насилие, стремились управлять и верховодить ею. Греческие мифологические пристрастия четко обусловили и греческую философию, которая активно работала над рефлексией идентификационных параметров мужчины в качестве рационализма и женщины в качестве эмоциональности.

Аристотель (384–322 до н. э.) утверждал, что родителем всего является мужчина, который оплодотворяет пассивную материю. Женщина всего лишь бесплодный мужчина [1, с. 86]. Он дает «жар» всему, а женщина – всего лишь сосуд. Аристотель учит, что женщина – существо низшее, она – импотентный мужчина, так как в ней отсутствует принцип «души». По мнению Аристотеля, душа есть рациональность. Он считает, что разделение полов совершенно лишено биологической необходимости и основания.

Для средневековья богоматерь не богиня, она человек, лучший из людей. Христианская догматика утверждает, что мужчина и женщина вместе выражают образ Бога в человеке: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт 1:27). Григорий Нисский (ок. 335 – ок. 394) писал о единстве изначального образа Божьего в человеке. Разделение на два пола относится не к духовной, а к физической, т. е. животной, стороне человеческого бытия. Грехопадение радикально изменило человечество, в результате чего оно перешло от духовного к физическому бытию, от бессмертия к смертному существованию, от андрогинности к полу.

В эпоху возрождения представления о свободе человека, которые утверждали его индивидуальность и независимость, воодушевляют и женскую половину человечества, которая активно пробовала себя не только в роли писателей и художников, но и разбойников, демонстрируя властные способности и превосходство над мужчинами (см.: В. Зомбарт «Буржуа». Разд. Эпоха накопления).

Ренессанс создает наиболее благоприятные условия распознавания женского бытия отдельно от мужского. Именно в это время появляются первые трактаты о положении женщин в обществе, авторами которых были сами женщины. Прежде всего, речь идет о трактатах Кристины де Лизан и Корнелиуса Агриппий. В этих трактатах излагались факты подавления женской самобытности, ее угнетения, отсутствия ее развития как личности и предлагалась позиция однозначного осуждения общества, в котором женщина – второстепенное существо.

Однако пришедшее следом мировоззрение Нового времени, неоднозначное в оценке прогрессивных идей, гуманизма и свободы, остается безучастным к проблемам женской темы.

Замкнутая в семейной сфере, подчиненная хозяйственной жизни женщина исключалась из сфер социальной, экономической и политической свободы. При рассмотрении нововременного мировоззрения предметом особого внимания выступает малоизученный факт приравнивания природы к женскому, а познания – к мужскому. Фрэнсис Бэкон (и не он один) настойчиво распознает природу как «она», а познание – как «он». Такое отождествление природы с женским провоцирует узаконение подавления женщин в обществе и всего феминного в культуре. Обездушенная, мертвая, механическая «она» явилась идеальным объектом (не для познания, а) для опытов, измерения, переделания, покорения, насилия, контроля и, самое главное, идеальным фоном для проявления активности, силы и разумности «он». Со временем это приводит к конструированию нововременного взгляда на мир, в котором отрыв и отчуждение от природы становятся главной познавательной ценностью. В конце ХХ в. это приводит к многочисленным экологическим проблемам и к угрозам антропологической катастрофы..

В XVI–XVII вв. имело место беспрецедентное событие массового уничтожения женщин, которое вошло в историю под названием «Охота на ведьм».Получив официальное право на лечение людей, расчистив пространство для свободной, бесконкурентной врачебной деятельности путем физического устранения женщин, мужчина получил реальное право контроля и рождаемости, и женской сексуальной жизни.

Дополнительным фактором дискриминации женщин выступает языковая практика, в функционировании которой кодируется властная гендерная асимметрия. Мужчины и женщины используют как бы разные языки, так как половые различия приравнены к различиям в доступе к власти и влиянию в обществе, в качестве результата они имеют и лингвистическое различие. Примерными категориями и темами мужского языка являются: политика, спорт, работа, женскими – чувства, семья, самоощущения. Язык формирует субъективность. Субъект обозначает «дает себе имя» в процессе языкового общения. Патриархальный дискурс традиционной культуры.

Во многих современных языках в обозначениях женщины сохранилось значение их зависимости от мужчины, а слово женщина обозначает то, что она является женой человека (мужчины), то есть женщина определена через мужское, по отношению к нему, как к центру. Патриархальный язык общества закрепляет половую асимметрию не только семиотически (смыслообразующими ассоциациями и кон нотациями), но и грамматически – в определенных правилах упражнения, отсутствии формообразования женского рода или, наоборот, существование специальных терминов для обозначения женского рода и прочие. В целом такая ситуация в языке, может быть обозначена как лингвистический сексизм. Именно язык, понятый как коммуникация, то есть принятая в обществе система отношений по поводу передачи или обмена информацией закрепляет и воспроизводит в каждом повседневном акте общения не просто различие полов, а их дискриминационное различие.

Нужно было построить новый язык (в пост модерне) не стирающий различия, но исключающий иерархию и дискриминацию. Через язык женщина удалена на периферию, изгнана, определена как Другой и через обретение своего Я, я своего тела она может вернуться ( Клименкова Т.А. «Феминизм и постмодернизм»), женщины способны уйти от дихотомического концептуального порядка, если обратятся к своему телу и множественным желаниям: ( Сиксу Э. "«Хохот Медузы"). Особая женская сексуальность и женское тело могут, таким образом, являться источником женского письма. Маргинальное феминное письмо способно изменить существующий уклад, письмо подчеркивает ритм, цвет, звук, позволяющее нарушение синтаксиса и грамматики, получает таким образом «материнский язык», связан с языком чувств и желаний, которые же направлены непосредственно на обладание объект желания (Кристева Ю. «Силы уклада»). Женщина должна перестать быть «отличающийся от», Другой, но стать различающийся для того, чтобы вести в культуру альтернативные ценности. Ж.Лакан, называет эту систему традиционным обществом, которому присущ логоцентризм, первичность речевого мира, мужского начала и дуализм, постольку женщина находится на периферии такого общества. Женщина в таком обществе сама по себе не существует, ее можно увидеть только через «мужские линзы». Таким образом, значительность женщины не менее актуальна, чем мужчины, о чем красноречиво повествуют активность и открытость ее сущности. Однако здесь это не самое важное. Значительна, т. е. имеет сущностное значение, и ценность рода человеческого в гармонии мужского и женского, ибо нет человека, который, являясь им при этом, не является мужчиной или женщиной. Быть женщиной и мужчиной автоматически не означает быть человеком. Человек – это мужчина плюс женщина, все вместе называется человек. Отдельно взятое мужское или женское никакой значительностью, целеполаганием и ценностью не обладает. Значительность чего-либо заключается в его родовой сущности, а таковой и для женщин, и для мужчин является «быть человеком». Отсюда в узком смысле взятое слово «значительность» справедливо по отношению к мужчине не более чем по отношению к женщине. Значительность (в узком смысле) мужчин утверждается за счет женщин точно так же, как значительность женщин в таком же смысле может утверждаться за счет наличия мужчин. А все вместе составляет значимость (в широком смысле) человека, выражает его родовую сущность в виде непреходящих ценностей.


Случайные файлы

Файл
56886.rtf
178620.rtf
101115.rtf
shpargalka.doc
149596.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.