Проблема гармонии веры и разума. Вопросы доказательства бытия бога у Фомы Аквинского. (157664)

Посмотреть архив целиком

Проблема гармонии веры и разума.­

Вопросы доказательства бытия бога у Фомы Аквинского.


Фома Аквинский - систематизатор средневековой­ схоластики­.­ Одним из наиболее выдающихся представителей зрелой схо­ластики был монах доминиканcкого ордена Фома Аквинский ­(1225/26 1274), ученик знаменитого средневекового теолога, философа и естествоиспытатели Альберта Великого (11931280).­Как и его учитель, Фома пытался обосновать основные принципы христианской теологии, опираясь на учение Аристотеля. При этом последнее было преобразовано им таким образом, чтобы оно не вступало в противоречие с догматами творения мира из ничего и с учением о богочеловечестве Иисуса Христа. Как и у Августина и Боэция, у Фомы высшее начало есть само бытие. Под бытием Фома разумеет христианского бога, сотворившего мир, как о том повествуется в Ветхом завете. Различая бытие ­и сущность (существование и суетность), Фома, тем не менее, не противопоставляет их, а вслед за Аристотелем подчеркивает их­обилий корень. Сущности, или субстанции, обладают, согласно­Фоме, самостоятельным бытием, в отличие от акцидетнций (свойств, качеств), которые существуют только благодаря субстанциям. Отсюда выводится различение так называемых субстанциальных и акцидентальных форм. Субстанциальная форма сообщает всякой вещи простое бытие, а потому при ее появле­нии мы говорим, что нечто возникло, а при ее исчезновении, ­что нечто разрушилось. Акцидентальная же форма источник определенных качеств, а не бытия вещей. Различая вслед за Аристотелем актуальное и потенциальное состояния, Фома расс­матривает бытие как первое из актуальных состояний. Во вся­кой вещи, считает Фома, столько бытия, сколько в ней акту­альности. Соответственно он выделяет четыре уровня бытийнос­ти вещей в зависимости от степени их актуальности, выражаю­щейся в том, каким образом форма, то есть актуальное начало,­реализуется в вещах.­ На низшей ступени бытия форма, согласно Фоме, составля­ет лишь внешнюю определенность вещи (causa formalis); сюда относятся неорганические стихии и минералы. На следующей ступени форма предстает как конечная причина (causa finalis)­вещи, которой поэтому внутренне присуща целесообразность, названная Аристотелем "растительной душой", как бы формирую­щей тело изнутри, таковы растения. Третий уровень живот­ные, здесь форма есть действующая причина (causa efficiens),­поэтому сущее имеет в себе не только цель, но и начало дея­тельности, движения. На всех трех ступенях форма по-разному ­привходит в материю, организуя и одушевляя ее. Наконец, на четвертой ступени форма предстает уже не как организующий принцип материи, а сама по себе, независимо от материи (for­ma per se, forma separata). Это дух, или ум, разумная душа,­высшее из сотворенных сущих. Не будучи связана с материей,­человеческая разумная душа не погибает со смертью тела. Поэ­тому разумнан душа носит у Фомы имя "самосущего". В отличие от нее, чувственные души животных не являются само сущими, потому они и не имеют специфических для разумной души дейс­твий, осуществляемых только самой душой, отдельно от тела ­мышления и веления; все действия животных, как и многие­ действия человека (кроме мышления и акта воли), осуществля­ются с помощью тела. Поэтому души животных погибают вместе с ­телом, тогда как человеческая душа бессмертна, она есть­самое благородное в сотворенной природе. Следуя Аристотелю,­Фома рассматривает разум как высшую среди человеческих спо­собностей, видя и в самой воле прежде всего ее разумное оп­ределение, каковым он считает способность различать добро и­зло. Как и Аристотель, Фома видит в воле практический разум,­то есть разум, направленный на действие, а не на познание,­руководящий нашими поступками, нашим жизненным поведением, а­не теоретической установкой, не созерцанием.­ В мире Фомы подлинно сущими оказываются в конечном сче­те индивидуумы. Этот своеобразный персонализм составлиет­специфику как томистской онтологии, так и средневекового ес­тествознания, предмет которого действие индивидуальных­"скрытых сущностей" "деятелей", душ, духов, сил. Начиная с­бога, который есть чистый акт бытия, и кончая малейшей из­сотворенных сущностей, каждое сущее обладает относительной­самостоятельностью, которая уменьшаетси по мере движения­вниз, то есть по мере убывания актуальности бытия существ,­располагающихся на иерархической лестнице.­ Учение Фомы пользовалось большим влиянием в средние ве­ка, римская церковь официально признала его. Это учение воз­рождается и в XX веке под названием неотомизма одного из­наиболее значительных течений католической философии на За­паде.­­­ Номиналистическая­ критика томизма:­ приоритет воли­ над разумом­­. Как уже отмечалось, средневековая философия вобрала в­себя две различные традиции: христианское откровение и ан­тичную философию. В учении Фомы возобладала последняя. Нап­ротив, критики томизма апеллируют к библейской традиции, в­рамках которой воля (прежде всего божественная воля всемо­гугцество бог) стоит выше разума и определяет его. Расцвет­номинализма приходится на XIII и особенно XIV века; его­главные представители Уильям Оккам (1285 1349), Иоганн­Буридан (конец XIIIXIV век), Николай из Отрекура (XIV век)­и др.­ В номинализме пересматривается характерная для аристо­теленской традиции (Альберт Великий, Фома Аквинский) трак­товка бытия, предполагающая тесную связь бытия с категорией­сущности. Хотя Фома и проводил различие между бытием и сущ­ностью (ибо только в боге бытие и суетность совпадают), од­нако считал, что сущность стоит к бытию ближе всех остальных­категорий. А поскольку сущность постигается не чувствами, а­только умом, то отсюда вытекает, с одной стороны, приоритет­разума, а с другой иерархическая структура тварного мира.­В номинализме определяющее значение получает идеи божествен­ного всемогущества, а творение рассматривается как акт бо­жественной воли. Здесь номиналисты опираются на учение Дунса­Скота (ок. 12661308), который обосновывал зависимость разу­ма от воли и считал божественную волю причиной всякого бы­тия. Однако номиналисты пошли дальше Дунса Скота: если тот­считал, что в воле бога был выбор сущностей, которые он хо­тел сотворить, то Уильям Оккам упразднил само понятие сущности, лишив его того основания, которое оно имело в ранней­и средней схоластике, а именно тезиса о существовании идей­(общих понятий) в божественном уме. Идеи, согласно Оккаму,­не существуют в божественном уме в качестве прообразов ве­щей: сначала бог творит вещи своей волей, а идеи возникают в­его уме уже после вещей, как представления вещей.­Номиналисты не разрывают и с Аристотелем, но дают его фило­софии иную, чем Фома, интерпретацию, опираясь на учение­Аристотеля о первичной сущности как единичном индивидууме.­Согласно Оккаму, реально существует лишь единичное; любая­вешь вне души единична, и только в познающей душе возникают­общие понятия. С этой точки зрения сущность (субстаиция) ут­рачивает свое значение чегото самостоятельно сущего, кото­рому принадлежат акциденции, не имеющие бытия помимо субс­танций: бог, согласно номиналистам, может создать любую ак­циденцию, не нуждаясь для этого в субстанции. Понятно, что­при этом различение субстанциальных и акцидентальных форм­теряет свое значение, и главное понятие томизма понятие­субстанциальной формы больше не признается необходимым. В­результате умопостигаемое бытие вещи (сущность) и ее простое­эмпирически данное бытие (явление) оказываются тождественны­ми. Номинализм не признает различных бытийных уровней вещей,­их онтологической иерархии. Отсюда равный интерес ко всем­деталям и подробностям эмпирического мира. Ориентация на­опыт характерная черта номинализма, которую впоследствии­перенимают наследники средневскового номинализма английские­философы эмпиричсского направления Фр. Бэкон, Дж. Локк, Д.­Юм.­ Номинализм формирует новое иредставлеиис о и о знании и о природе познающего ума. Поскольку познание паправлено не на­сущность вещи, а на вещь в ее единичности, то оно есть инту­итивное познание (созерцание отдельных свойств вещи), его­предметом оказываются акциденции, и знание трактуется как­установление связи между явлениями. Это ведет к пересмотру­аристотелевской и томистской логики и оитологии, для которых­субстанция есть условис возможности отношений (не случайно в­томизме гиоссология учсние о иознании не существует неза­висимо от онтологии учения о бытии). Теоретическая способ­ность в номинализме утрачивает свой оитологический характер,­умы болыне не рассматриваются как высшие в иерархии сотво­ренных сущих. Ум, с точки зрения Николая из Отрекура, есть­не бытие, а представление о бытии, направленность на бытие.­Так в номинализме формируется представление о субъекте, про­тивостоящем объекту как особого рода реальности, и о позна­нии как субъектобъектном отношении. Такой подход способс­твует выделению гносеологии в самостоятсльную область иссле­дования. Но одновременно возникает субъективистское истолко­вание ума, человеческого духа, рождается убежденис, что яв­ления психического ряда достовернее физических, поскольку­даны нам непосредственно, тогда как физические опосредованно. В теологии при этом подчеркивается приоритет веры надзнанием, воли над разумом, практическинравственного нача­ла перед теоретическим.­ В целом номинализм в значительной мере определил нап­равление и характер развития как философии, так и экспери­ментальноматематического естествознания XVIXVII веков.­Именно с номинализмом было связано также и развитие материа­лизма в эпоху Возрождения и в новое время.­ Специфика­ средневековой­ схоластики -­­ Средневековая философия вошла в историю мысли под име­нем схоластики, которое уже с давних пор употребляется в на­рицательном смысле как символ оторванного от реальности, ­пустого словопрения. И для этого, несомненно, имеются осно­вания.­ Главная отличительная особенность схоластики состоит в­том, что она сознательно рассматривает себя как науку, пос­тавленную на службу теологии, как "служанку теологии".­ Начиная примерно с XI века в средневековых университе­тах возрастает интерес к проблемам логики, которая в ту эпо­ху носила название диалектики и предмет которой составляла­работа над понятиями. Большое влияние на философов XIXIV­веков оказали логические сочинения Боэция, комментировавшего­"Категории" Аристотеля и создавшего систему тонких различе­ний и определений понятий, с помощью которых теологи пыта­лись осмыслить "истины веры". Стремление к рационалистичес­кому обоснованию христианской догматики привело к тому, что­диалектика превратилась в одну из главных философских дис­циплин, а расчленение и тончайшее различение понятий, уста­новление определений и дефиниций, занимавшее многие умы,­подчас вырождалось в тяжеловесные миоготомные иостроения.­Увлечение таким образом ионятой диалектикой нашло свое выра­жение в характерных для средневековых университетов диспу­тах, которые иной раз длилась по 1012 часов с небольшим пе­рерывом на обед. Эти словоирения и хитросплетения схоласти­ческой учености порождали к себе оппозицию. Схоластичсской­диалектике противостоялв различные мистические течения, а в­XVXVI веках эта опиозиция получает оформление в виде гуманистической светской культуры, с одной стороны, и неоплатонической натурфилософии, с другой.­­­






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.