Советско-американские отношения 1917-1945 гг. в интерпретации современной историографии США (96557)

Посмотреть архив целиком













Доклад

на тему:

Советско-американские отношения 1917-1945 гг. в интерпретации современной историографии США


Советско-американские отношения занимают особо важное место в истории внешней политики и дипломатии. Это понятно, так как обе страны являются лидирующими представителями двух мировых систем - социализма и капитализма. Отношения между СССР и США все активнее воздействуют на политику других стран, от них зависит ход мирового развития, особенно на современном этапе. Но понять сегодняшнее состояние этих отношений невозможно без глубокого анализа и значения их предыстории. За исследуемый период с 1917 по 1945 г. сложилась та историческая основа, на которой строились последующие взаимоотношения двух великих держав вплоть до настоящего времени.

Материалом для обзора послужили книги и статьи проблемно-обобщающего, конкретно-исторического и методологического характера, вышедшие в основном в США в 70-80-е годы, в которых на основе анализа широкого круга источников и литературы обсуждались тенденции развития отношений СССР - США в 1917 - 1945 гг.

Вскоре после победы Великого Октября началась иностранная интервенция 1918-1920 гг. против Советской России, в которой, как известно, участвовали американские войска. Буржуазия США не могла примириться с фактом рождения Советской республики. Правда, в американской историографии стараются всячески отмежеваться от этого "неприятного эпизода". В статье одного из ведущих американских "советологов", бывшего профессора Принстонского университета и бывшего посла США в СССР Джорджа Фроста Кеннана называется целый ряд "смягчающих" обстоятельств. Прежде всего, в виде небольшой исторической справки Кеннан пишет, что "до 1917 г. американцы имели довольно скудные сведения о России", да и те в основном сводились к "антипатии к монархическому режиму". Такая традиция и инерция "антипатий" якобы объясняет первую реакцию в США на революцию в России. Далее автор указывает на немногочисленность американских интервенционистских войск, на то, что эти войска находились слишком далеко от основного театра военных действий - в Архангельске и в Сибири. Введение войск на территорию России произошло-де не по инициативе лидеров США, а по требованию союзников, да и командовали ими не американские офицеры, а английские.

Как справедливо заметил Т. Фейнштейн, "любое изменение в политических отношениях между США и СССР незамедлительно сказывалось на их торговых связях", которые в свою очередь "явились своеобразным термометром политических колебаний". Сразу после Октябрьской революции большинство бизнесменов и политиков США пришли к выводу, что с новым государством не будет установлено ни дипломатических, ни экономических отношений. Как объясняют это в современной американской историографии, данное решение было продиктовано неверием в политическое и экономическое будущее России: большевизм был прямым вызовом американскому образу жизни, а возможность улучшения экономического положения в России казалась маловероятной.

По окончании военной интервенции отношения двух стран приняли характер резкого идеологического противоборства. Кеннан утверждает, что Россия вела необъявленную войну против США, острота которой с течением времени постепенно притуплялась. Идеологическая борьба США и СССР, по его мнению, имеет и имела свою динамику с максимальной амплитудой в 1919-1920 гг. Каким бы сильным ни было желание одной из сторон разбить своего идейного оппонента, цель остается недосягаемой.

Каждая надеется выиграть бой, но реальность всегда одна признать факт существования противника и так или иначе уживаться с ним. Это, по мысли Кеннана, есть "закон мирного сосуществования", который не зависит от позиции по данному вопросу. Кеннан выдвинул и тезис о сосуществовании общих и антагонистических точек зрений, интересов, единстве положительного и отрицательного в международных отношениях. Не может быть только дружественных отношений или только непримиримых противоречий между странами. Другими словами, автор подводит к мысли о невозможности дружественных отношений между странами одной, а тем более разных социальных систем.

В начале 20-х годов американская администрация не видела возможности для сближения интересов США и Советского государства. "Мирясь с существованием Советской Республики, Америка воздерживалась от ее признания". Последующие 13 лет в истории отношений США - СССР принято называть периодом непризнания. США не могли смириться с потерей своих капиталовложений в России, а также "намерениями большевиков подорвать американский строй". Последнее было официально зафиксировано в пресловутой "ноте Колби". В ней также говорилось о "дружеском отношении к русскому народу, а не к их лидерам", о "вере в то, что народ преодолеет анархию". Этот документ, фиксируя суть отношений правящих кругов США к СССР в 20-е годы, оставлял, однако, по утверждению американского исследователя Дж. Вильсона, возможность установления торговых отношений с СССР. "Но протяжении всех 16 лет американские администрации подчеркивали идеологические антагонистические противоречия двух держав. Помощник госсекретаря Норман Дэвис заявлял: "Это невозможно, чтобы две системы, базирующиеся на диаметрально противоположных принципах, существовали в мире и согласии".

В 20-е годы, наблюдая кардинальные сдвиги в хозяйстве СССР, многие бизнесмены США постепенно отходили от "экономического непризнания". Однако сотрудники государственного департамента и министерства торговли отказывались изменить официальную политику по отношению к СССР. Вильсон пишет: " Отказ правительства признать недостаточность координации между экономической и политической дипломатией и различие в позициях бизнесменов по вопросу о торговле с "непризнанным" государством отвратило многих из них от участия в процессе, который привел к установлению дипломатических отношений с СССР".

Необходимо отметить, что в 1918-1923 гг. экономические связи не упали до нулевой отметки: существовало ряд концессий и контрактов. С 1923 г. экономические отношения активизировались. Позиция официальных кругов не мешала отдельным предпринимателям иметь деловые контакты с Россией. Кеннан даже трактует экономическую помощь Гувера в 1921-1922 гг. как решающий фактор, спасший Страну Советов от неминуемой гибели. В целом 20-е годы были крайне благоприятны для американской экономики. "Период "просперити" породил гордость за свою страну и капитализм в целом, пишет Файлин, Непризнание СССР было естественным для тех лет". Введение нэпа в СССР расценили в США как "отступление от коллективизма, принципов социализма", что якобы вызвало ослабление враждебности к большевизму и интенсифицировало экономические контакты двух стран. "Социальный прогресс в СССР находил понимание и поддержку в США, а политика диктатуры пролетариата - неприязнь и враждебность".

В то время как считает Кеннан, Россия остро нуждалась в дипломатическом признании, внешней торговле и кредитах. К середине 20-х годов Россия в основном достигла этих целей. Поэтому для СССР необходимость в установлении отношений с США уменьшилась. К тому же республиканские администрации продолжали требовать выплаты долгов Временного правительства. Таким образом, отношения зашли в тупик.

Следующий этап развития советско-американских отношений совпал по времени с сильнейшим экономическим кризисом в США и успешным претворением в жизнь планов первой пятилетки. Пример успешного планового развития хозяйства имел колоссальный резонанс на Западе. Многие высказывались в пользу экономического планирования, налаживания торговых и политических отношений с СССР. Крупнейшие профобъединения, часть бизнесменов требовали от правительства отказа от принципов laissez-faire.

В 1930 г. США превратились для СССР в экспортера № 1, 3% внешней торговли Америки приходилось на Россию. Это не так мало, если учесть, что до революции было 5%. В 1931 г., по сведениям Дж. Вильсона, торговые связи достигли своего апогея - 4, 3%. Вместе с тем, по его мнению, экономические контакты начала 30-х годов не имели прямых политических последствий. Вильсон приходит в противоречие со многими его коллегами, когда утверждает, что бизнес, как и общественное мнение, не оказывали непосредственного побуждающего влияния на процесс установления дипломатических отношений между двумя странами в 1933 г.. Решение об установлении отношений трактуется как "чисто рузвельтовский шаг", вызванный усилением Германии и Японии. Того же мнения придерживается и Дж.Кеннан, который расценивает этот акт как " переворот Рузвельта во внешней политике".

Отдельного внимания заслуживает работа Д. Ричмана " Соединенные Штаты и Советский Союз: решение признать", изданная в Северной Каролине в 1980 г. Книга состоит из вступления и 13 глав, последняя из которых является одновременно заключением и эпилогом. Издание снабжено хорошим справочно-библиографическим аппаратом. Повествование идет об американском внешнеполитическом курсе по отношению к СССР в первые годы президента Ф. Д. Рузвельта. Это история не только дипломатических отношений, но и история Америки и ее внутриполитических проблем. По мнению Ричмана, Рузвельт пришел к власти с твердым намерением " признать" СССР, несмотря на усилившуюся оппозицию в госдепартаменте. Он хотел наладить хорошие отношения с Россией, в чем ему мешали его собственные дипломаты и после 1933 г. Автор пишет, что с тех пор прошло половина столетия, а отношения двух стран лишены взаимного доверия. Но в работе не чувствуется сожаления. Напротив, Ричман задается вопросами: почему "золотой век Америки" ушел в историю, нет былого мирового могущества и влияния, какие ошибки повлекли за собой данные изменения.


Случайные файлы

Файл
181653.rtf
118281.rtf
11140-1.rtf
83720.rtf
187170.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.