Биография Мэрилин Монро (71549)

Посмотреть архив целиком

БЕЗ СЕМЬИ


«Когда у меня будет дочка, я буду каждый день говорить ей, что люблю ее, до блеска расчесывать ей волосы, и ни на минуту не оставлю ее одну», – сказала в одном интервью Мэрилин Монро. Подумала минуту и грустно поправила сама себя: «Если будет».


В январе 2000 года несколько американских таблоидов вышли в свет с сенсационными заголовками: «Найден похищенный ребенок Мэрилин Монро». Некий Джозеф Ф. Кеннеди, «американец, белый, примерно 40 лет», утверждал, что является сыном знаменитой актрисы и президента Джона Кеннеди. По его словам, 5 августа 1962 года, через несколько часов после смерти Мэрилин, неизвестные похитили его и подвергли физическому насилию, что привело к частичной амнезии. Лишь спустя много лет он смог вспомнить, кто его родители.

Вряд ли в мире нашелся хоть один человек, который воспринял заявление так называемого «наследника» всерьез. «Дети Монро» в Америке – что-то вроде наших «детей лейтенанта Шмидта». Они заявляют о себе на страницах дешевых газет и, получив свои пятнадцать минут славы, бесследно исчезают. Рассказы этих людей – невероятная мешанина из фактов и вымысла. Но все они обычно сходятся в одном: Мэрилин была прекрасной матерью, и с ребенком ее разлучили ужасные обстоятельства.

Это, пожалуй, правда. С одной маленькой, но существенной поправкой: Мэрилин Монро была бы хорошей матерью.

Дети в жизни Монро – тема еще более загадочная, чем природа ее немеркнущей популярности и странная смерть. Врачи Монро утверждали, что физически она была абсолютно здорова и, несмотря на несколько абортов (вовсе не тридцать, как утверждают некоторые биографы), могла иметь детей. Фотограф Андре де Дьен, которого считают «первооткрывателем» Монро, называл ее тело «созданным для материнства».

Несмотря на это, детей у Мэрилин не было. Почему же она так и не смогла стать матерью? Ведь у Монро было все, чтобы peaлизовать это самое естественное желание женщины.

Она родилась 1 июня 1926 года, в половине десятого утра, в обычной лос-анджелесской клинике. Мать, Глэдис Бейкер, к тому времени уже дважды побывала замужем. Двое детей Глэдис жили с ее первым мужем. Это, впрочем, не помешало ей, заполняя перед родами больничную карту, записать их умершими. Новорожденную малышку Глэдис назвала Нормой Джин – в честь популярных тогда актрис Нормы Толмедж и Джин Харлоу. И сразу попросила подыскать для дочери «приличную семью, в которой ей дадут хорошее воспитание».

Такая семья нашлась на удивление быстро: девочку удочерил Альберт Уэйн Болендер, почтальон, а в свободное время – баптистский проповедник. Норма Джин росла здоровым, жизнерадостным, не по возрасту развитым ребенком. Девочке не было и пяти лет, когда приемные родители выбрали для нее недорогой, но хороший колледж. За счастливым детством должна была последовать счастливая юность. Но однажды в спокойное существование Нормы Джин ворвалась разрушительная сила, которая искалечила всю ее жизнь. Она познакомилась со своей настоящей матерью.

Почему Глэдис Бейкер вдруг вспомнила о дочери? В конце концов, ничто не мешало ей «похоронить» своего третьего ребенка, как и двух других. Но она вдруг стала приходить каждую субботу, и приемные родители наблюдали, как Норма Джин испуганно шарахается от незнакомой женщины. И это было не все: вслед за мамой появилась бабушка.

Именно с ней, Деллой Монро Грейнджер, связано ее первое детское воспоминание. Мэрилин утверждала, что когда ей было около года, бабушка пыталась се убить: «Я проснулась от того, что мне было нечем дышать. Сон прервался, я боролась за жизнь. Что-то давило на лицо – должно быть, подушка. Я сопротивлялась изо всех сил». Если это и выдумка, то весьма красноречивая: Мэрилин начала бояться своих родственников.

Встречи с матерью и бабушкой стали для Нормы Джин настоящим кошмаром. Но самое страшное, как оказалось, было еще впереди. Ей было восемь, когда бабушка куда-то исчезла, а Глэдис решила, что дочери пора жить с ней. Норма Джин переселилась в дом матери и окончательно распрощалась с тем, что называют нормальной жизнью. Следующие четыре года девочка была фактически предоставлена самой себе. И это было бы не так страшно, если бы однажды, придя из школы, она не обнаружила свой дом пустым. Соседка сообщила ей, что Глэдис серьезно заболела, и жить Норма Джин теперь будет в приюте. Для одиннадцатилетнего ребенка это был настоящий шок: «Я смотрела на надпись «Для сирот» и думала: но ведь я не сирота, моя мама жива! Кто-то совершает ужасную ошибку!»

В следующий раз Норма Джин увидела мать через пять лет, успев сменить несколько приемных семей и уже будучи замужней женщиной. За Джима Дагерти юная мисс Бейкер вышла не по любви, а потому, что не хотела возвращаться в приют. Ее приемные родители переезжали в другой город и не собирались брать Норму с собой. Поэтому, как только девушке исполнилось шестнадцать, состоялась свадьба. Выйдя замуж, Норма Джин получила еще один шанс наладить нормальную жизнь: она занималась хозяйством и мечтала о детях. Но однажды на пороге ее дома снова возникла Глэдис Бейкер.

С появлением тещи семейная жизнь затрещала по швам. Норма Джин изменилась до неузнаваемости: стала молчаливой, забросила домашние дела и перестала пускать мужа в свою постель. Много лет спустя Джим сказал: «Поначалу я не понимал, в чем дело. А потом стало ясно: она панически боится забеременеть».

Что же случилось с молодой женщиной, которая еще месяц назад с упоением говорила о детях? Норма Джин наконец узнала правду о своей семье. Страшную, шокирующую правду: ее дед по матери, всю жизнь считавший себя потомком президента Монро, закончил свои дни в психиатрической лечебнице. А Делла Монро Грейнджер страдала приступами неконтролируемой ярости. В 1932-м Альберт Болендер скрыл от Нормы Джин причину исчезновения бабушки, но спустя годы он рассказал: «Как-то в субботу я услышал страшный шум в палисаднике. Делла в ярости неслась по дорожке к веранде. Она начала колотить в запертую дверь, и моя жена вызвала полицию. Через несколько минут приехала патрульная машина. К тому времени Делла успела проломить дверь и поранить себе руку. С ней с трудом справились двое полицейских». Деллу отправили в Норфолкскую психиатрическую больницу, где через три месяца она умерла от инфаркта. Сын Деллы, родной дядя Нормы Джин, покончил с собой, не дожив до тридцати лет. Но и это было еще не все: оказалось, что последние пять лет ее мать провела в той самой Норфолкской лечебнице, где умерла Делла.

Норма Джин не была сильна в генетике, но понимала, что больное дерево, как правило, не дает здоровых побегов. Многие годы спустя она призналась своей подруге Эмми Грин, что в шестнадцать лет ей пришлось сделать самый трудный выбор в жизни. Джим Дагерти считает, что речь шла о первом аборте Нормы Джин.

На время она забыла о детях. Единственным желанием было спрятаться от страшной реальности за неприступными стенами. Норма Джин недолго искала такое убежище: оно было у нее перед глазами с самого детства. Спасением для нее стал Голливуд.

Как только Джим завербовался на торговое судно, Норма Джин пошла учиться в школу манекенщиц «Синяя книга». Хотя ее внешность была далека от модельных стандартов даже того времени. При росте 160 сантиметров Норма весила чуть больше 60 килограммов, объем ее груди составлял 97 сантиметров – вместо модных уже тогда 90. Если добавить к этому круглые щеки, волосы неопределенного цвета и вечную жвачку во рту, можно себе представить, как выглядела Мэрилин в восемнадцать лет.

Не полагаясь на природные данные, Норма Джин училась позировать, часами ходила по гимнастическому бревну, корректируя походку, читала книги по анатомии и никогда не повторяла одну и ту же ошибку дважды.

Возвращение Джима Дагерти домой ознаменовалось тремя событиями: Глэдис снова оказалась в лечебнице, а Норма Джин завела любовника и попросила у Джима развод. Возражать он не стал. Женщина, которую он когда-то сделал своей женой, теперь красовалась на обложке «Лайф» и носила имя Джин Норман. Супруги Дагерти увиделись еще один раз, когда Джиму пришлось заплатить огромный штраф за неправильную парковку. Норма, водившая его машину, не отличалась аккуратностью на дороге.

Получив развод, Норма Джин постаралась уничтожить все, что связывало ее с прошлым. Она изменила не только цвет волос и прическу, но и имя. С этого момента Норму Джин Дагерти звали Мэрилин Монро. В новую жизнь она взяла лишь одно: девичью фамилию матери. Зачем? К этому мы еще вернемся.

Однажды утром голливудские репортеры Хэдда Хоппер и Луэлла Парсонс получили одинаковые письма: «Мистер Говард Хьюз, чудом выживший в страшной авиакатастрофе, понемногу поправляется. Он уже начал говорить и хотел бы побольше узнать о Мэрилин Монро, девушке с обложки свежего «Лайф». Правды в этом сообщении было немного. Хотя Хьюз действительно приходил в себя после авиакатастрофы, в таком состоянии ему было совсем не до девушек с обложки. Но это никого не интересовало. «Утка», запущенная Мэрилин, сработала: «новая девушка Хьюза» тут же подписала контракт со студией «XX век Фокс».

Но поначалу Мэрилин лишь пополнила бесчисленные ряды старлеток, годами ожидавших маленькой роли. Да и 75 долларов в неделю только на первый взгляд казались неплохими деньгами. В контракте было записано, что Мэрилин обязана всегда хорошо выглядеть. Одежда, косметика, плата за квартиру – в результате у нее часто не хватало денег даже на еду. Одно время она жила на пятьдесят центов в день. Этой суммы хватало только на чашку черного кофе и два хотдога. Впрочем, Мэрилин Монро это не смущало. Ее подруги по студии вспоминают, что она каждый день вставала с рассветом, чтобы отправиться на пятикилометровую пробежку.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.