Финансовые ведомства Римской империи в IV веке (26803-1)

Посмотреть архив целиком

12



Санкт-Петербургский Государственный Университет

Исторический факультет

Кафедра истории Древней Греции и Рима










Финансовые ведомства Римской империи в IV веке.



Курсовая работа студента III курса вечернего отделения

Рудницкого Романа.


Научный руководитель

доцент П. В. Шувалов












Санкт-Петербург

2001 г.


Содержание:


Введение ................................................................................2.

Глава первая. Sacrae largitiones............................................6.

Денежная система.......................................................7.

Доходы и расходы.....................................................10.

Структура ведомства.................................................14.

Глава вторая. Res privata......................................................18.

Глава третья. Ведомство преторианского префекта.........21.

Заключение............................................................................26.

Библиография........................................................................28.


Введение.

Финансовая структура поздней империи кажется чрезмерно запутанной. Существовало три независимых ведомства – ведомство преторианского префекта, sacrae largitiones («священные щедроты») и res privata («частное дело»), каждое из которых было ответственно непосредственно перед императором имело свое собственные доходы, казну и административный штат1.

Структура и деятельность финансовых ведомств в IV веке слабо освещены античными историками. Сведения, которые дают авторы, обрывочны и носят случайный характер.

Важнейшим литературным источником по истории IV века является труд Аммиана Марцеллина, созданный около 390-го года. Аммиан, находясь на службе императора Юлиана, сам был свидетелем многих событий, которые описал впоследствии. Из созданной им 31 книги сохранились лишь 18 последних, в которых описываются события 353-378 годов.

Как видно из названия сочинения Аммиана, его, как и большинство античных историков, интересует прежде всего политическая история – «подвиги» (res gestae). Если Аммиан и касается финансовой темы, то речь у него как правило идет лишь о высших чиновниках, играющих роль в политических событиях – комитах, префектах. Тем не менее, и эти немногочисленные данные имеют большую ценность, так как помогают полнее воссоздать картину финансовой жизни империи.

Значительно больше информации дает законодательство – кодексы Феодосия и Юстиниана. Кодекс Феодосия, составленный в середине V века, в правление императора Феодосия II, содержит законы и указы предшествующих императоров с начала IV века по различным вопросам, включая и финансы. VI книга кодекса содержит материал по структуре различных ведомств империи, XI и XIII книги говорят о сборе налогов и других видах финансовой деятельности. Многие финансовые реформы, проведенные императорами IV века – Константином, Валентинианом, Феодосием I – отражены в указах, собранных в кодексе.

Более поздний и более подробный кодекс Юстиниана частично повторяет кодекс Феодосия, а частично дополняет его. Тем не менее, по замечанию французского историка Р. Дельмера, материалы кодексов в силу своей специфики указывают, как правило, лишь на существующие злоупотребления, оставляя в стороне повседневную жизнь чиновников2.

Ценным источником является документ, названный «Notitia Dignitatum omnium tam civilium quam militarium utriusque imperii» – «список всех достоинств, как гражданских, так и военных, обеих империй». Это перечень гражданских и военных должностных лиц с указаниями их достоинства, а также служб и чиновников, подчиненных каждому из них. Кроме того, Notitia dignitatum содержит иллюстрации с изображениями знаков отличия (insignia) высших должностных лиц империи.

Этот недатированный источник традиционно относят к началу V века, причем более ранним является раздел, посвященный восточным областям – обычно его датируют рубежом IV-V веков. Считается, что документ создавался в Западной империи3. Возможно, по этой причине часть, посвященная Западу, значительно подробней восточной. К сожалению, в тексте имеются лакуны, однако места, посвященные финансовым ведомствам, сохранились хорошо.

Помимо письменных источников, немаловажную роль в изучении финансов империи играют данные нумизматики – сохранившиеся до наших дней монеты, а также слитки драгоценных металлов, изготавливавшиеся в то время.

Систематическое изучение финансовой жизни поздней империи началось относительно недавно. В 60-е годы ХХ века эту тему всесторонне исследовал английский историк А. Х. М. Джонс в соответствующей главе своего труда, посвященного поздней Римской империи4. Джонс подробно останавливается на деятельности каждого из трех ведомств на протяжении IV-VII веков. Позднее Джонс выпустил сокращенный вариант своего сочинения, в котором основные сюжеты изложены в сжатом виде – «Гибель античного мира»5.

Позднее специальную монографию, посвященную двум финансовым ведомствам – «священным щедротам» и «res privata», написал французский исследователь Дельмер6. В своей работе он приводит обширный нумизматический материал.

Современные историки не пришли к единому выводу относительно того, насколько эффективно действовала финансовая система поздней империи. Так, Джонс, хотя и признает систему довольно запутанной, все же находит ее достаточно эффективной7. В книге же другого историка, М. Гранта, «Крушение Римской империи» чрезмерно жестокая налоговая политика называется в числе главных причин, погубивших Западную империю8. Однако надо заметить, что эта же система в Восточной империи с некоторыми неизбежными изменениями продолжала действовать еще не один век.

В данной работе будет сделана попытка дать краткий обзор деятельности финансовых ведомств, а также рассмотреть их структуру и те изменения в финансовой системе, которые происходили в Римской империи в течении IV века.

Наибольшее внимание будет уделено «священным щедротам». Хотя удельный вес этого ведомства в имперских доходах и расходах был не очень велик в сравнении с преторианской префектурой, тем не менее ведомство, отвечавшее за денежную систему и драгоценные металлы страны, больше других занималось чисто финансовыми проблемами. Два других ведомства – «res privata» и преторианская префектура – в значительной степени сочетали финансовые функции с другими – административными, юридическими, что требует для их изучения особого подхода.



























Глава первая. «Sacrae largitiones».


Это ведомство появилось еще в эпоху Принципата. Первоначально оно называлось res summa – «высшее имущество», и являлось государственной казной в строгом смысле слова – распоряжаясь денежной системой страны, сбором денежных налогов. Во главе ведомства стоял чиновник, называвшийся «a rationibus» – «счетовод». Позднее его стали называть «rationalis rei summae» – «казначей высшего имущества».

Значение ведомства возросло к IV веку, когда в результате финансовых реформ Диоклетиана и Константина в империи вновь увеличилась роль золота, снизившаяся во время кризиса III века. Это отразилось в повышении статуса руководителя ведомства. Бывший «казначей высшего имущества» стал теперь называться «комитом священных щедрот» («comes sacrarum largitionum»), его ведомство входило в состав комитата, то есть императорского двора (comes – дословно «товарищ», «спутник»). Комит имел титул «светлейшего мужа» (vir illustris). Комитат в полном составе следовал за императором повсюду, куда бы тот не направлялся.

«Во время переезда «комитат» должен был представлять собой грандиозное зрелище. На протяжении миль дороги должны были покрываться тысячами солдат охраны и чиновниками министерств (которые были приравнены к солдатам и получали кормовое содержание), и задыхаться от обозов и повозок, наполненных ящиками с документами (scrinia), и мешками золотых и серебряных монет и слитков»9.

Основными функциями «священных щедрот» были сбор налогов, доставка собранных средств в казну, а также изготовление монеты. Однако у них были и другие обязанности, мало подходящие для «министерства финансов» в нашем понимании – изготовление форменной одежды для солдат и чиновников, контроль за государственными ткацкими и красильными мастерскими. Комит «священных щедрот» отвечал за золотые (и возможно серебряные) рудники и монетные дворы по всей империи, за выплаты денежных «стипендий» и донативов солдатам и гражданским чиновникам10.

Бросается в глаза малоподходящее для финансового министерства название – «священные щедроты». Оно должно предполагать, что главной функцией ведомства будет раздача денежных даров, традиционный для римских императоров ритуал. Тем не менее, поздние императоры использовали для этой цели богатства из другого фонда – res privata. «Щедроты» же «священных щедрот» сводились главным образом к вышеупомянутым «донативам», хотя формально и являвшимся дарами, но на деле ставшим уже обязательной частью содержания солдат и чиновников.

Возможно, подобное название для ведомства, связанного со сбором налогов и чеканкой монет, имело некий политический смысл. Таким образом, власти акцентировали внимание на своей щедрости, а не на источниках, дающих для нее средства.


Денежная система.

Финансовая реформа Константина коснулась в значительной степени деятельности «священных щедрот». Прежде всего надо упомянуть введение новой золотой монеты – солида. 72 таких монеты составляли один фунт, иными словами, солид весил примерно 4,55 г. Этой монете, по словам Джонса, было суждено сохранить свою ценность и чистоту вплоть до одиннадцатого века11. Помимо солида, появились более мелкие золотые монеты – semisses и tremisses, равнявшиеся соответственно половине и трети (точнее, 3/8) солида12.

Золотые монеты, чеканившиеся «священными щедротами», предназначались прежде всего не для торгового оборота, а для выплат солдатам и чиновникам. «Римское правительство, как большинство древних правительств, было менее заинтересовано в наличных деньгах как в средстве обмена между подданными, чем в средстве, с помощью которого оно собирало свои налоги, делало выплаты и сохраняло свои запасы» – пишет Джонс13.

При Константине было введено в оборот значительное количество золота благодаря переплавке золотых статуй и других сокровищ, конфискованных у языческих храмов.

Кроме золотых, в IV веке чеканились и серебряные монеты – milliarenses. Первоначально, примерно до середины века, 96 таких монет приравнивались к одному золотому солиду, но позднее стоимость серебра стала падать, и к концу века от регулярного выпуска серебряной монеты вообще отказались14.

Медные монеты в течении IV века постоянно обесценивались по сравнению с солидом. Номинальная стоимость солида в начале V века была в сорок пять раз выше, чем в начале IV века15. Один солид стоил теперь 7000 медных монет. Одной из причин инфляции, по мнению Джонса, было то, что правительство постоянно чеканило и распределяло большое количество медных монет, но не собирало их обратно в виде налогов16.

Золото и серебро использовались преимущественно для сбора налогов, выплат донативов и для других государственных нужд, в то время как в повседневной жизни империи имела хождение главным образом медь. Золотые монеты воспринималось населением не как деньги, а скорее как драгоценность.

Традиционно чеканщиками монеты (monetarii) в империи были рабы или вольноотпущенники. Тем не менее, в первой половине IV века они считались свободными людьми, хотя и не имели некоторых гражданских прав. Впоследствии их положение вновь деградирует – так, женщинам более высокого ранга запрещено вступать в браки с чеканщиками монет (CTh ХХ,20,10)17.

Несомненно, чеканщики монет, несмотря на низкое происхождение, были весьма состоятельными людьми, если более знатные женщины стремились к бракам с ними, и очевидно, что состояние они приобретали не вполне честным путем. Закрепляя их внутри корпорации, императоры таким образом усиливали свой контроль и не допускали утечки расхищенных монетариями денег.

Интересно, что лишь в 369 году было запрещено чеканить золото частным лицам (CTh IX,21,7). Часто у таких монет, выпущенных за пределами государственных монетных дворов, изображения на аверсе и реверсе не соответствуют друг другу18.

Система монетных дворов поздней империи в общих чертах сложилась в эпоху Диоклетиана. С момента отречения Диоклетиана и до конца IV века как схема фискальной администрации, так и схема производства монеты претерпели лишь незначительные изменения19.

Как правило, каждый диоцез имел один монетный двор, однако были и исключения. В Испании никогда не было двора, в Африке он существовал лишь короткое время на рубеже III-IV веков, тогда кок Галлия, северная Италия, Мезия и Восток имели по два монетных двора20.

Наиболее крупные монетные дворы сопровождались сокровищницами (thesauri), где хранились запасы металлов, как в виде монет, так и в виде слитков21.

С 313 года золото чеканилось за редкими исключениями на монетном дворе, расположенном ближе всех к местонахождению комитата22. Остальные дворы занимались преимущественно производством медной монеты, предназначавшейся главным образом для выплаты ежегодных стипендий солдатам.


Доходы и расходы.

Помимо новой монеты, Константин ввел новые налоги: «хрисаргир», или collatio lustralis, и особый поземельный налог – gleba. Хрисаргир, как видно из его греческого названия, собирался исключительно в золоте и серебре (позднее только в золоте). Латинское название указывает на срок сбора налога – раз в 5 лет (lustrum). Позднее его стали собирать уже раз в 4 года. Хрисаргир собирался со всех «торговцев» в понимании того времени, то есть почти со всех лиц ручного труда, продававших свой товар. Не затрагивал он только беднейших жителей городов и сельское земледельческое население. По мнению Джонса, налог этот был справедливым, так как других налогов городское население не платило23.

Collatio glebalis, или follis собиралась ежегодно с сенаторов. Налог этот был небольшим, и размер его исчислялся в специальных единицах –follis, в зависимости от состояния сенатора. Беднейшие платили 2 folles, то есть примерно 10 солидов, а самые богатые – 8 (40 солидов).

Эти налоги попадали в казну «священных щедрот», что повышало значение этого ведомства. Помимо регулярных денежных налогов, или «титулов», таких как хрисаргир и gleba, в «священные щедроты» поступали и нерегулярные подношения – «коронное» и «дарственное» золото. Коронное золото (aurum coronarium) собиралось с городов по случаю восшествия на престол нового императора. Дарственное золото (aurum oblaticium) по этому же случаю преподносил сенат. Размеры этих добровольных пожертвований в отличии от налогов не были строго фиксированными.

Другим важным источником доходов «священных щедрот» являлись многочисленные таможенные пошлины. Существовала еще одна статья доходов этого ведомства – aurum tironicum, то есть денежная компенсация, платившаяся вместо рекрутов. За одного человека платили от 25 до 30 солидов24. Кроме того, со времен Принципата сохранился небольшой земельный налог, который продолжали собирать в золоте.

Из всех этих поступлений складывался значительный фонд, находившийся в распоряжении этого ведомства. Основными статьями расходов ведомства были ежегодные военные стипендии, а также донативы, платившиеся солдатам при восшествии каждого нового императора и затем каждые 5 лет. Донатив составлял в первом случае 5 солидов и фунт серебра на каждого солдата, во втором – только 5 солидов. Кроме того, «священные щедроты» должны были выдавать драгоценные металлы на общественные нужды25.

Согласно закону Валента от 10 ноября 366 г., адресованному преторианскому префекту Руфину, все собранные в золоте налоги должны были переплавляться в слитки, прежде чем они поступят в казну: «Никакого не может быть повода, чтобы солиды, собранные из какого-либо «титула», как мы уже раньше предписывали, не обращались вновь в слиток чистого золота. И так пусть будет со всяким налогом, чтобы преградить доступ хищениям чиновников и охранников со сборщиками» (CTh XII.6.12)26.

Интересно, что закон этот обращен к преторианскому префекту, собиравшему изначально только натуральные подати. По мнению Дельмера, речь здесь идет исключительно о «священных щедротах»27. Однако в то время уже появилась тенденция переводить аннону также на денежную основу, и возможно, император намеревался переплавлять золото преторианской префектуры также, как и золото «священных щедрот». Во всяком случае, вскоре вышел закон аналогичного содержания, обращенный к комиту священных щедрот (CTh.XII.6.13).

В дальнейшем золото, собранное для «священных щедрот», действительно переплавлялось в слитки. Несколько таких слитков сохранилось, их список приводит Дельмер28. Что же касается золота, предназначавшегося для преторианской префектуры (arca), то, по видимому, оно использовались в первоначальном виде29, хотя это явно противоречило букве закона.

Если для «священных щедрот», заведовавших всеми монетными дворами империи, подобная процедура была хотя и сложна, но выполнима, то для преторианской префектуры и «частного дела», не имевших собственных монетных дворов, такая переплавка золота была бы весьма затруднительна.

Помимо цели, указанной в тексте закона – борьбы с хищениями, эта мера могла иметь и другую цель. Таким образом можно было поставить под дополнительный контроль государства качество золотой монеты. Собранное и переплавленное в очищенные слитки золото вскоре поступало на монетные дворы, где из него вновь чеканилась монета.

Кроме того, со времени Константина, когда были введены новые налоги, в казну «священных щедрот» стали поступать золотые монеты разного времени и качества, что безусловно создавало некоторую путаницу. Таким образом, тотальная переплавка и очистка собранного золота, видимо, стала для империи насущной необходимостью. Монеты, изготовленные из очищенного золота (obryza) имели особый знак – «OB», свидетельствующий об их происхождении.

Чиновники «священных щедрот» сами не имели права собирать налоги, это входило в юрисдикцию местной администрации. Контроль над сбором налогов осуществляли так называемые миттендарии – представители «священных щедрот» на местах, своего рода налоговая инспекция. В их обязанности входил и контроль над доставкой собранных средств в казну. Миттендарий не мог направляться в ту провинцию, из которой он происходил, и не мог два раза посылаться в одну и ту же провинцию (CTh VIII, 8, 4; VIII, 8, 9)30. Видимо, таким образом власти заботились о беспристрастности миттендариев и стремились не допустить злоупотреблений.

Собранное и переплавленное в слитки золото отправлялось в комитат, то есть в то место, где в данный момент находился император со своими приближенными.


Структура ведомства.

Комит «священных щедрот» был крупной фигурой, хотя и уступал в важности преторианскому префекту. О значении этой фигуры свидетельствует следующий рассказ Аммиана Марцеллина, связанный с казнью комита Урсула: «Когда Юлиан был послан в западные области в звании Цезаря, причем его желали всячески ущемить и не предоставляли никакой возможности делать подачки солдатам, и тем самым солдаты скорее могли пойти на всякий бунт, тот самый Урсул дал письменный приказ начальнику галльской казны выдавать без малейших колебаний суммы, каких бы ни потребовал Цезарь»31 (22. 3. 7).

Следовательно, от лояльности комита «священных щедрот» к тому или иному полководцу зависела в большой степени и лояльность к этому деятелю солдат.

Из дошедшего до нас испорченного текста закона от 384 года в Кодексе Феодосия можно увидеть, что центральный штат «священных щедрот» составляли следующие «скринии»: «делопроизводителей» – exceptorum, воинских частей – numerorum, счетоводов – tabulariorum, а также scrinium canonum. (CTh.6.30.7.1).

В Notitia Dignitatum наряду с вышеперечисленными упоминаются и другие скринии, названия которых отсутствуют в кодексе Феодосия: золотых слитков (aureae massae, или, как он назван в кодексе Юстиниана, auri massae), auri ad responsum (назначение этого скриния не вполне ясно. Дельмер приводит несколько возможных трактовок его роли, предложенных разными авторами)32, «священной одежды» (vestiarii sacri), серебра, серебряной монеты (а miliarensibus), медных денег (a pecuniis). По словам Дельмера, эти подразделения являлись вспомогательными техническими службами, и лишь позднее получили статус скриниев33.

Кодекс Юстиниана полностью воспроизводит закон 384 года, однако перечисляет и остальные скринии, отсутствующие в кодексе Феодосия.

Скриний «делопроизводителей» (exceptorum), очевидно, являлся важнейшим. Согласно Notitia Dignitatum, его глава был одновременно «заместителем начальника всего штата» (secundicerium officii, qui primicerius est exceptorum).

Служба чиновников формально была приравнена к военной, они, как и солдаты, получали аннону и донативы. Между этими чиновниками, называемыми «палатинами», существовала строгая иерархия, им требовалось много лет, чтобы дослужиться до высокого чина. По подсчетам Дельмера, основанным на законе 384 года, в конце IV века в штате «священных щедрот» служило примерно 136 человек34.

Под началом комита «священных щедрот», согласно Notitia dignitatum находились и другие чиновники. Первыми в списке идут «комиты щедрот для каждого диоцеза» (comites largitionum per omnes dioceses), представители главного комита на местах. Эти лица, несмотря на громкое название, были значительно ниже самого комита «священных щедрот». На Западе также отдельно упоминаются «комит одежды» (comes vestiarii) и «комит золота».

Далее на Востоке следуют «комиты торговых сношений» (comites commerciorum). Судя по тексту, их было трое: для Востока (провинция Восток) и Египта, для Мезии, Скифии и Понта, для Иллирика. В западной части подобная должность не упоминается.

Следующими идут «препозиты сокровищниц» (praepositus thesaurorum). Речь здесь идет, очевидно, о временных складах для собранных налогов, где они хранились до отправки в комитат. На Западе перечень этих чиновников дан полностью.

Выделяются две следующие строчки документа – это «комит металлов для Иллирика» и «Комит и казначей (comes et rationalis summarum) Египта. Что касается последней строчки, из текста не совсем ясно, идет ли здесь речь об одном лице или о двух разных людях, тем не менее такой сложный титул носил один чиновник.

Далее идут уже простые «казначеи» (rationales), число которых не указано. Интересно, что раньше этот титул носил сам глава «священных щедрот», теперь же под ним числились не самые важные чиновники ведомства. На Западе указаны все «казначеи», здесь их 10 человек.

Названы также «магистры льняной одежды» (magistri), «магистры частной» (magistri privatae – возможно, также одежды – vestis, строчка не вполне ясна), «прокураторы женских прядильных мастерских» (gynaecaeorum), прокураторы «bafiorum» видимо, красильных мастерских, прокураторы монетных дворов (monetarum), «бастаг» (транспорта для перевозки собранных податей), ткачей (linyfiorum).

Несмотря на значительное количество видов различных сборов, доходы «священных щедрот» были не очень значительны, особенно в сравнении с преторианской префектурой. Все налоги, относившиеся к этому ведомству, собирались, как правило, раз в пять лет, и их удельный вес в бюджете империи не мог быть очень велик. Главное достижение, придающее важность «священным щедротам» – производство золотых монет, качество которых поддерживалось постоянной переплавкой собранного в качестве налогов золота. Создание качественной золотой монеты в значительной степени облегчило работу всей финансовой системы империи.





























Глава вторая. «Res privata».


С начала Принципата, существовали различия между общественными доходами, которые контролировал император, и его частным доходом, получаемым от его личной собственности, «patrimonium»35. Специальное ведомство, предназначенное для управления собственностью императора, возникло при Септимии Севере. Называлось оно «res privata» – «личное имущество».

Значение этого ведомства всегда было несколько ниже, чем «священных щедрот». Тем не менее, в IV веке его глава, в прошлом называвшийся «magister», стал также именоваться комитом и получил титул «светлейшего мужа» (vir illustris).

Комит управлял личными землями императора по всей империи и собирал с них ренту, а также от имени императора заявлял права на собственность короны, которая увеличивалась за счет конфискаций или иным путем36.

Существовало много способов увеличения имперских земель. Личные земли каждого нового императора вливались в это ведомство. Также по традиции богатые люди считали своим долгом упомянуть императора в завещании, что приносило казне дополнительные богатства.

Также отходили государству земли осужденных преступников (bona damnatorum), земли людей, умерших без наследников, или оставивших не вполне законное завещание (bona caduca и bona vacantia). Были люди, зарабатывавшие себе на жизнь розыском для казны подобных земель – delatores.

Земли сдавались в аренду, чаще пожизненную или долгосрочную, причем для удобства контроля стремились заключить договор с крупным арендатором37.

Штат ведомства был, видимо, значительно меньше, чем у «священных щедрот». Notitia dignitatum называет только четыре скриния: «благодеяний» (beneficiorum), canonum, securitatum и «частных щедрот» (privatarum largitionum).

Как считает Джонс, основным в этом ведомстве, как и в «священных щедротах», являлся скриний делопроизводителей (exceptorum)38. Скриний этот упоминается в законе от 383 года (CTh 6.30.5), но более поздний источник – Notitia dignitatum по непонятной причине вообще не упоминает этот скриний, как для Востока, так и для Запада.

Названия скриниев, по словам Джонса, говорят не очень много. Canones должно означать ренты, а securitates – расписки, и трудно определить, как функции этих скриниев различались. Возможно, один отвечал за предоставление имений и за установку арендной платы, а другой выдавал расписки об арендной плате и таким образом следил, чтобы она регулярно собиралась. «Личные щедроты» должны были заведовать денежными подарками, а «благодеяния» – земельными39. Примерно также определяет роль этих скриниев и Дельмер40.

Закон от 379 года упоминает для этого ведомства также миттендариев, функции которых, очевидно, мало отличались от функций миттендариев «священных щедрот» (CTh VI,30,2).

Помимо центрального штата, входящего в комитат, у ведомства имелись представительства на местах. Сюда относятся, согласно Notitia dignitatum, «божественные дома» (domus divinae) – традиционное название императорских имений, «казначеи личных имуществ» (rationales rerum privatarum), личная «бастага» – транспортная служба. Также названы «препозиты стад и хлевов» (praepositi gregum et stabulorum), и «прокураторы имений» (procuratores saltuum) – эти лица контролировали различные категории императорской собственности.

На Западе дается большой список представителей ведомства разного ранга и для разных областей – «счетоводы» (rationales), прокураторы, препозиты. Два названия вызывают удивление, так как практически дублируют друг друга – «счетовод частных имуществ для Италии» (rationalis rerum privfatarum per Italiam) и «счетовод частного имущества для Италии»(rationalis rei privatae per Italiam).

Первоначально ренту с императорских земель собирали сами представители ведомства, но Валент и Валентиниан предприняли попытку передать эти функции местной администрации, как это было с государственными доходами. Однако местные власти не проявили должного рвения в сборе ренты, задолженности росли до огромных размеров, и в 382 г. указом Феодосия полномочия вновь вернулись к res privata41.

Собиралась рента ежегодно, а иногда делилась на три части. Платили во времена Константина либо в зерне, либо в золоте и серебре. Позднее, когда появилась качественная золотая монета, это ведомство, как и два других, окончательно перешло на золото42.

«Частное имущество» сохраняло свое значение долгое время, хотя никогда не являлось основным в общей структуре финансовых ведомств.














Глава третья. Преторианский префект.


Ведомство преторианского префекта занимает в финансовой системе империи особое место. Однако финансовым оно стало далеко не сразу. Первоначально, в эпоху принципата, должность преторианского префекта была чисто военной он командовал преторианской гвардией. К IV веку с ним произошла странная трансформация: сначала префекта наделили некоторыми несвойственными ему юридическими и финансовыми функциями, в том числе снабжением армии и гражданских служащих продовольствием, а позднее, после упразднения Константином преторианской гвардии, преторианский префект окончательно превратился в гражданского чиновника43.

Как указывает Джонс, в то время, когда основные доходы были натуральными, преторианский префект практически превратился в министра финансов. Позднее натуральное налогообложение постепенно сменилось золотым. Это должно было усилить роль «священных щедрот», бывшей res summa, тем не менее, более высокое положение преторианского префекта сохранилось44.

В отличии от двух других ведомств, ведомство преторианского префекта в комитат не входило, то есть было стационарным. В IV веке империя делилась на три, позднее на четыре префектуры. Notitia dignitatum называет две префектуры в восточной части – Восток и Иллирик, и две в западной – Италия и Галлии.

Основной заботой префекта был сбор и распределение особого налога – анноны, собиравшейся в рассматриваемый период преимущественно натурой, как это было и раньше. Аннона составляла основу содержания армии и гражданской службы, включая дворцовые министерства, начиная с высших чинов, magistri militum и самих префектов, вплоть до простых солдат и самых мелких чиновников и слуг.

В ходе финансовых реформ Диоклетиана аннона претерпела серьезные изменения. Этот натуральный налог, прежде собиравшийся по мере необходимости, теперь стал регулярным. Для удобства налогообложения пользовались специальными единицами – jugum для земли и caput для населения.

Кроме анноны, ведомством собирался корм для лошадей офицеров и чиновников – capitus. Префект также отвечал за общественные работы и общественную почту.

Возникали неизбежные сложности с транспортировкой и хранением собранных продуктов, особенно скоропортящихся. Преторианским префектам приходилось выполнять более сложную работу, чем другим финансовым министрам. Необходимо было каждый год составлять своего рода государственный бюджет – высчитывать, сколько и каких продуктов надо собрать. Эту работу выполняли многочисленные чиновники ведомства преторианского префекта.

С IV века появилась тенденция собирать часть военных налогов золотом. Первоначально это было связано лишь с дорожными расходами по перевозке собранной анноны, однако к концу века практически вся аннона собиралась уже в золоте45. Возможно, закон Валента о переплавке собранного золота, обращенный к преторианскому префекту, должен был касаться и этих денег.

Доходы от анноны в несколько раз превосходили все остальные налоги, вместе взятые. По словам М. Гранта, более девяноста процентов всех поступлений государство получало за счет земельного налога46, то есть прежде всего от анноны.

О финансовой стороне деятельности преторианской префектуры в IV веке известно мало, имеются данные только для V и VI веков в префектуре Востока. Здесь имелся скриний для каждой провинции, а также для каждого города47. Службы преторианской префектуры тесно сотрудничали с местной администрацией.

Деятельность префектуры косвенно соприкасалась и с деятельностью «священных щедрот». Префект давал местным властям в провинциях распоряжения о сборе «титулов», которые затем поступали в ведение комита «священных щедрот»48.

Как видно из источников, главы ведомств могли сотрудничать и по другим вопросам. Аммиан Марцеллин рассказывает, как комит «священных щедрот» Урсул участвовал совместно с префектом претория Маворцием в расследовании по делу Руфина, «старшего в канцелярии префекта претория» (16. 8. 3). В другом месте Аммиан упоминает преторианского префекта Домициана, бывшего прежде комитом «священных щедрот». Следовательно, должность префекта могла быть следующим шагом в карьере комита.

Формально префект носил то же звание, что и комиты – vir illustris, но на практике его значение было намного выше и приближалось по важности к цезарю.

Префект мог, как видно из источников, пытаться оказывать давление на цезарей. Тот же Домициан выполняет поручение Констанция в отношении цезаря Галла: «А Домициану, бывшему комиту финансов, а тогда префекту, он поручил, по прибытии в Сирию, деликатно и вежливо уговорить Галла спешно приехать в Италию, куда он сам уже не раз звал его. Во исполнение этого приказания Домициан поспешил в Антиохию. По прибытии туда он проехал мимо дворца, не оказав внимания Цезарю, к которому ему надлежало явиться, и направился в торжественном шествии в преторий. Отговариваясь болезнями, он долго не являлся во дворец и не показывался на улицах. Скрываясь у себя в доме, он стремился погубить Галла и к донесениям, которые время от времени посылал императору, делал разные лишние добавления. Когда наконец Галл сам позвал его во дворец, и он был введен в консисторий, то без всяких околичностей сказал ему с легкомысленной неосторожностью: «Поезжай, Цезарь, как тебе приказано, и знай, что если ты станешь медлить, то я тотчас прикажу задержать отпуск сумм49 как на твое содержание, так и на твой дворец» (Amm. 14. 7. 9-11).

Угроза была действительно серьезной, ведь речь здесь идет об анноне – основном содержании цезаря и его людей, а не о стипендиях и донативах, как в похожей ситуации с комитом «священных щедрот», упомянутой выше. Попытки цезаря уничтожить префекта могли быть, по мнению приближенных, небезопасны для самого цезаря: «Монций, бывший тогда квестором... прибавил, что, если уж на то пошло, безопаснее покушаться на жизнь префекта, предварительно низвергнув статуи Констанция» (14.7.12). Тем не менее, Домициан был взят под стражу, и вскоре растерзан солдатами Галла.

Другой преторианский префект, Флоренций, «бывал недостаточно вежлив» с Юлианом, когда тот был цезарем, и впоследствии был заочно приговорен к смертной казни (Amm. 20.8.20; 22.3.4).

Значение ведомства преторианского префекта оставалась чрезвычайно высоким на всем протяжении истории поздней империи. Если роль «министра финансов» в IV веке, возможно, в какой-то степени перешла к комиту «священных щедрот», то за префектом осталась роль премьер-министра, осуществляющего общий контроль над финансовой системой государства.





Заключение.


Из финансовых ведомств поздней империи самым значительным по объему получаемых доходов было, несомненно, ведомство преторианского префекта. Реформа Диоклетиана, превратившая аннону в регулярный налог, особенно способствовала усилению этого ведомства.

Тем не менее, последующие важные финансовые реформы проводились через другое ведомство – «священные щедроты». Императорам этого периода так и не удалось создать стабильную денежную систему на основе трех металлов – золота, серебра и меди. Медные монеты постоянно обесценивались, серебряные также, хотя и с меньшей скоростью. Возможно, сами правители, отказываясь принимать медь в качестве налогов, способствовали падению ее престижа.

Все же финансовую политику поздних императоров можно считать достаточно удачной. Важнейшим достижением IV века в области финансов, несомненно, явилось создание надежных золотых монет – солида, semissis и tremissis. Реформу закрепили последующие меры, направленные на обеспечение высокого качества новой монеты – законы о переплавке собранного в виде налогов золота в очищенные слитки.

Империя наконец получила универсальную платежную единицу, пригодную как для сбора налогов, так и для оплаты государственных служащих и солдат, для других государственных нужд. Правда, простому населению эти реформы дали мало – оно продолжало пользоваться медной монетой, а золото использовало почти исключительно для уплаты налогов.

Повышение роли золотых монет должно было отразиться и на роли ведомства, руководившего их чеканкой, а также сбором денежных налогов – «священных щедрот». Сбор налогов в золоте оказался столь удобен, что два других ведомства, преторианского префекта и «res privata», вскоре последовали примеру «священных щедрот» и с середины IV века также стали постепенно переводить свои сборы на золотую основу.

В результате преторианская префектура и «священные щедроты», собирающие государственные налоги, стали в значительной степени дублировать друг друга. В конце концов, после отмены императором Анастасием «хрисаргира», основного налога «священных щедрот», роль этого ведомства упала и вскоре преторианская префектура просто поглотила его. Третье финансовое ведомство, «res privata», продолжало существовать, принося доход казне императоров.

Таким образом, предпринятые императорами меры позволили в значительной степени преодолеть последствия кризиса третьего века и вернуть финансовую систему империи с натуральной на денежную основу.


Литература

I. Источники.

  1. Аммиан Марцеллин. Римская история / Пер. Ю. А. Кулаковского и А. И. Сонни. СПб., 1996.


  1. Ammiani Marcellini rerum gestarum / Ed. W. Seyfart. Leipzig, 1978.

  2. Corpus iuris civilis V. II. Codex repetitae praelectionis / Ed. P. Kruger B. 1905.

  3. Notitia dignitatum omnium tam civilium qam militarium utriusque imperii / Ed. O. Seek. B. 1876.

  4. Theodosiani libri XVI cum constitutionibus sermondianis / Ed. P. Kruger, Th. Mommsen. B. 1905.


II. Литература.

  1. Грант М. Крушение Римской империи. М. 1998.

  2. Джонс А. Х. М. Гибель античного мира. Ростов-на-Дону, 1997.


  1. Delmaire R. Largesses sacrée et la res privata. L’aerarium impérial et son administration du IV au VIe siècle. Ècole française de Rome. Palais Farnèse 1989.

  2. Hendy M. F. Studies in the Byzantine monetary economy. c 300-1456. Cambridge, 1985.

  3. Jones A.H.M. The Later Roman Empire. 284-602. Oxford, 1964.

1 Jones A.H.M. The Later Roman Empire. 284-602. Oxford, 1964, vol. 1, p. 411.

2 Delmaire. R. Largesses sacrée et la res privata. L’aerarium impérial et son administration du IV au VIe siècle. Ècole française de Rome. Palais Farnèse 1989. p. 125.

3 Hendy M. F. Studies in the Byzantine monetary economy. c 300-1456. Cambridge, 1985. P. 383

4 Jones A. H. M. LRE.

5 Джонс А. Х. М. Гибель античного мира. Ростов-на-Дону, 1997.

6 Delmaire R. Largesses sacrée...

7 Джонс, Гибель античного мира, с. 237.

8 Грант М. Крушение Римской империи. М. 1998. с. 51-63.

9 Jones A.H.M. The Later Roman Empire. 284-602. Oxford, 1964. Vol. 1, p. 367.

10 Ibid., p. 370.

11 Ibid., p. 107.

12 Джонс, Гибель античного мира, с. 228.

13 Jones, LRE, vol. 1, p. 441.

14 Ibid., p. 459.

15 Грант М. Крушение Римской империи. М. 1998. с. 56.

16 Jones, LRE, vol. 1, p. 442.

17 Delmaire R. Largesses sacrée et la res privata. L’aerarium impérial et son administration du IV au VIe siècle. Ècole française de Rome. Palais Farnèse 1989. pp. 459-500.

18 Ibid., p. 501.

19 Hendy M. F. Studies in the Byzantine monetary economy. c 300-1456. Cambridge, 1985, p. 380.

20 Delmaire, Largesses sacrée..., pp. 504-505.

21 Hendy, Studies in the Byzantine monetary economy, p 383.

22 Delmaire, Largesses sacrée..., p. 505.

23 Джонс, Гибель античного мира, с. 222.

24 Jones, LRE, vol. 1, p. 432.

25 Ibid., p 435

26 nulla debet esse causatio, quin solidi ex quocumque titulo congregati, sicut iam pridem praecepimus, in massam obryzae soliditatemque redintegrentur. et ita fiat omnis illatio, ut largitionalium et prosecutorum allectorumque fraudibus aditus obstruatur.

27 Delmaire, Largesses sacrée..., p. 257.

28 Ibid., pp. 265-267.

29 Ibid., p. 258.

30 Ibid., p. 161.

31 Ursuli vero necem largitionum comitis ipsa mihi videtur flesse Iustitia, imperatorem arguens ut ingratum. cum enim Caesar in partes mitteretur occiduas omni tenacitate stringendus, nullaque potestate militi quicquam donandi delata, ut pateret ad motus asperior exercitus, hic idem Vrsulus datis litteris ad eum, qui Gallicanos tuebatur thesauros, quicquid posceret Caesar procul dubio iusserat dari.

32 Delmaire, Largesses sacrée..., p 158.

33 Ibid., p. 152.

34 Ibid., p. 151.

35 Jones A.H.M. The Later Roman Empire. 284-602. Oxford, 1964. p. 411.

36 Ibid., p. 370.

37 Ibid., p. 417.

38 Ibid., p. 412.

39 Ibid., p. 412.

40 Delmaire R. Largesses sacrée et la res privata. L’aerarium impérial et son administration du IV au VIe siècle. Ècole française de Rome. Palais Farnèse 1989. P. 159.

41 Jones, LRE, p. 414.

42 Ibid., p. 419.

43 Джонс А. Х. М. Гибель античного мира. С. 191-192.

44 Jones A.H.M. The Later Roman Empire. 284-602. Oxford, 1964. p. 412.

45 Delmaire R. Largesses sacrée et la res privata. L’aerarium impérial et son administration du IV au VIe siècle. Ècole française de Rome. Palais Farnèse 1989. P. 242.

46 М. Грант. Крушение Римской империи. М. 1998. с. 59.

47 Jones, LRE, p. 449.

48 Delmaire, Largesses sacrée..., p. 242.

49 Перевод не совсем точен. В оригинале – et tuas et palatii tui auferri iubebo prope diem annonas. Из слова «аннона» не ясно, идет ли речь о денежных суммах (в приведенном выше фрагменте о комите SL – thesauros, более подходящее слово для денежных сумм) или, что для данного периода, 353-354 г., более вероятно, о натуральном пайке для служителей двора. «Annonas tuas» может, по нашему мнению, означать не только содержание лично цезаря, но и его войск, в отличии от подчиненных ему гражданских чиновников-палатинов – «palatii tui».





Случайные файлы

Файл
96942.rtf
113202.rtf
926-1.rtf
formoob.doc
92961.rtf