Техногенно-экологическая безопасность Украины (28038-1)

Посмотреть архив целиком

Е.В. Хлобыстов

Конференция - Геополитические и геоэкономические проблемы российско-украинских

отношений (оценки, прогнозы, сценарии) - 22-24 января 2001 г



Техногенно-экологическая безопасность как фактор геоэкономической устойчивости Украины


Особенностью геоэкономичесих и геополитических проблем российско-украинских взаимоотношений является существенная научная ограниченность методологической базы исследования процессов, формирующих эти проблемы. Рассмотрим на каком геополитическом и геоэкономическом “фоне” развиваются российско-украинские взаимоотношения. Россия выбирает на протяжении последних 300-400 лет бинарный (т.е. скачкообразно-катастрофический) путь развития. Подробнее исторический экскурс в пользу данного утверждения приводится в трудах Ю.М.Лотмана.1 Для России это как бы естественный выбор. Остается лишь выяснить (отрефлексировать) как именно катастрофичность развития России, её социо-культурная динамика отражается в конкретных результатах российско-украинских отношений. Заключение и ратификация Большого Договора между Россией и Украиной заложило фундамент равноправному сближению, но вот выполняется ли этот договор в плоскости практических действий? Похоже, что нет. Учитывая “стратегичность” интересов, следовало бы создать некую рабочую группу или комиссию по вопросам мониторинга внедрения положений этого договора в жизнь2. Дискуссия вокруг этого договора с украинской стороны была достаточно активной. Но, к сожалению, иногда излишне эмоциональной и политизированной3. Конструктивность российско-украинских отношений закладывается на уровне существующих договоренностей и весьма прагматичной позиции российского руководства. Но очевиден и тот факт, что научное обеспечение решения росийско-украинских проблем недостаточно. Дискуссия с российскими коллегами часто приводит к мысли об их неудовлетворительном, поверхностном познании Украины. Существует и обратная проблема: на политическом уровне научно-аналитическое обеспечение межгосударственных отношений между нашими странами в Украине объединены в едином научно-аналитическом государственном органе, обладающим статусом структуры исполнительной власти – Национальном институте украинско-российских отношений4. Как и любая формальная, да еще и бюджетная структура, она отражает официальную позицию украинского правительства (как, впрочем, и частично её формирует). Рекомендации этого института реализуются в конкретных политических и экономических решениях Украины по отношению к России, но известный плюрализм мнений и дискуссионность суждений ограничены статусом данного учреждения. В тоже время создание независимого научно-информационного центра повысило бы разносторонность суждений о специфике объекта исследования, способствовало существенному углублению и расширению сопредельных геоэкономических исследований – от территориальных до социальных и гуманитарных. Ведь теория геоэкономических противоречий российско-украинских взаимоотношений ещё ждет своего развития, однако, уже сейчас можно выявить некоторые методологические акценты анализа.

Первый связан с бихевиористским подходом исследования. Стереотипы восприятия украинской реальности не позволяют российским специалистам выявить для себя истинную картину происходящего в украинском макроэкономическом пространстве. Стереотипы требуют отдельного исследования, но в рамках настоящей статьи можно заметить, что отношения России и Украины на “низком” и “высоком” экономико-коммуникативном уровне опираются на многолетние клишированные образы взаимного восприятия – от мифологизированного братства и идентичности до ещё более мифологизированного противостояния “и ты Брут”. Обостренное восприятие национальной экономической политики Украины характерно для российского социума, но к этому нужно подходить как к объективной реальности, изучать её генезис и управлять влиянием на процессы принятия решений5. Русские и украинцы (в контексте данной работы я буду иметь в виду исключительно граждан Украины и России, не зависимо от их национальных, этнических, религиозных и пр. предпочтений) ментально “обречены” на сходное отношение к ряду международных проблем и формирующемуся “новому миропорядку”. Однако противоречия на общем экономическом пространстве будут накапливаться до тех пор, пока не будет выработан механизм их разрешения в создавшейся геоэкономической реальности. Формирование подобного механизма предполагает не только непосредственное изучение внешних проявлений противоречий, которые нередко воспринимается как их “прозрачная” сущность, но и их смысловых, глубинных значений, “очищенных” от мифологизации и фетишизации, т.е. в контексте теоретико-методологического осмысления и практических рекомендаций, выработанных на основе адекватной теории. Политика, коммуникации, экономика, социальные процессы между Украиной и Россией по сути нераздельны, поэтому мифологизация негативных образов межгосударственных взаимоотношений не только бесперспективна, но и бессмысленна.

Второй обусловлен быстрым изменением значимости границ в условиях глобализации – свободный капитал, ставший давно транснациональным, перемещается в области наиболее эффективного функционирования, причем, чем мощнее объем капитала, тем меньшее значение приобретает государственная протекционистская политика. В Украине российский капитал активно внедряется на промышленные гиганты и влиятельные СМИ, легко преодолевая искусственные ограничения. Поэтому в дальнейшем образование российско-украинских финансово-промышленных холдингов существенно снизит поля напряженности геоэкономического характера. В силу известной ограниченности западных рынков, инвестиционные ресурсы украинского и российского происхождения будут перемещаться в рамках совместного экономического пространства, т.к. кроме экономической, существует и политическая выгода. Зона устойчивого развития формируется в значительной мере посредством пересечения экономических интересов, новое содержание и иные конфигурации обретают энерго-производственные циклы, инвестиционное “освоение” Украины только начинается, благодаря высвобождению ресурсов в странах Центральной Европы и пластичному изменению украинского инвестиционного законодательства. Здесь, правда, существуют и известные (вероятно, временные и во многом ситуативные) ограничения – прозрачность границ в рамках пост-советского пространства ещё не стала достаточной для свободного перемещения трудовых, инвестиционных и иных экономических ресурсов.

Третий фактор связан с оценкой геоэкономических противоречий между Россией и Украиной, их адекватным анализом и отражением этих противоречий в СМИ. Проблема не только в том, что анализ этих противоречий, например энергетических, до нельзя политизирован, но и в том, что устойчивость энергосистем России и Украины является взаимовыгодным фактором сотрудничества. Иными словами, договориться все равно придется, но чем дольше будет идти этот диалог, тем сложнее он будет протекать. Отделение объективных проблем от искусственных должно стать необходимым базовым критерием разрешения любых межгосударственных проблем.

Примером изучения геоэкономических противоречий может стать вопрос о техногенной безопасности промышленных и коммунальных объектов. Особенностью рассмотрения этой проблемы является принципиальное упущение исключительно экономических оценок при определении социально-экономической привлекательности промышленных объектов Украины в целом и энергетических в частности. Прошедшая в Киеве международная конференция “Политические, экономические и экологические проблемы энергетической безопасности и транспортировки энергоресурсов в Украине” (24-26 октября 2000г.) обозначила перечень проблем, существенно выходящих за рамки традиционных дискуссий украино-российских отношений в энергетике. Среди таких проблем – экономическая (в первую очередь стоимостная) оценка техногенной безопасности объектов генерирования, перераспределения и транспортировки энергии. Автор предлагает вниманию читателей, владеющих украинским языком, доклад, представленный к вниманию участников конференции на эту тему.6 Сакраментальные вопросы о целесообразности приватизации и концессии промышленных предприятий Украины могут стать бессмысленными, если уже сегодня не будут найдены пути снижения техногенно-экологического риска функционирования целых отраслей. Один из таких путей видится автору в качестве “искусственного” повышения инвестиционной привлекательности объектов повышенной техногенной опасности, которые выпускают (или способны выпускать) конкурентноспособную продукцию. В контексте российско-украинских отношений и заинтересованности российского капитала в украинских предприятиях, можно рассматривать инвестиционную политику межгосударственных отношений как создание финансово-промышленных групп и территорий интенсивного экономического развития (на базе существующих специальных экономических зон в Украине, становление которых идет весьма медленно7).

Итак, очевидно, что геоэкономическая устойчивость Украины опирается на ряд факторов, среди которых наиболее весомыми при принятии многих решений – от экономических до политических (в том числе для перспектив международного сотрудничества Украины) является состояние ее техногенно опасных объектов8.

Общее количество чрезвычайных ситуаций (ЧС) природного и техногенного характера за прошедший год уменьшилось  в сравнении с 1998 г. общее число ЧС сократилось на 18,5%, причем техногенных  на 31%.

Особую тревогу вызывают стратегические объекты – металлургические, химические, энергетические. К проблемам последних обратимся более пристально. Энергетическая отрасль в Украине как никакая иная политизирована на всех уровнях. О ней спорят СМИ, парламентарии, обыватели. Но степень жизнеспособности энергетики определяется не только количеством генерирующих установок и их мощностями, но и надежностью всей энергосистемы, её устойчивости по отношению к чрезвычайным ситуациям. Эта устойчивость явно не соответствует международным требованиям. К примеру, около 96% мощностей тепловой энергетики отработали амортизационный срок эксплуатации, что приводит к неоправданно высокой себестоимости электроэнергии в конечном продукте и низкой конкурентоспособности украинского товаропроизводителя на мировых рынках9. Сложившаяся ситуация тревожна ещё и тем, что Украина 55% собственных потребностей в энергоносителях удовлетворяет за счет экспорта, причем диверсификация энергорынка очень слабая – фактически монополистом является Россия10. А в ситуации низкой надежности энергосистемы сложно рассчитывать на эффективные инвестиции11.

Препятствием для решения многих проблем, связанных с обеспечением техногенно-экологической безопасности энергетических объектов, является отсутствие урегулированных взаимоотношений между государственным бюджетом и топливно-энергетическим комплексом (ТЭК). Задолженность перед бюджетом ТЭКа на сентябрь 2000 г. составляла от 8,3 до 13,1 млд.грн. (данные не были согласованы между налоговой администрацией и Кабинетом Министров). В тоже время на ТЭК оказывают сильное давление неплатежи за потребленную энергию предприятий всех форм собственности (в т.ч. бюджетных).

Протяженность магистральных газопроводов по территории Украины составляет более 35,2 тыс.км, внутригосударственных и транзитных трубопроводов – 7,9 тыс.км. Их работу обеспечивает 31 компрессорная нефтеперекачечная и 89 компрессорных газоперекачечных станций. Газотранспортная система Украины (ГТСУ) – одна из мощнейших в Европе. Её ежегодная пропускная способность составляет 290 млд.м3. на входе в ГТСУ и 170 млд.м3. – на выходе. Объемы транзитного газа в 1999 г. составляли 119 млд.м3. Строительство ряда компрессорных станций на газопроводе Торжок – Долина и строительство газопровода Тальное – Ананьев – Измаил и выполнение еще нескольких инвестиционных проектов по расширению ГТСУ позволит увеличить транзит газа в Европу на 50 млд.м3.12

Главная газотранспортная сеть Украины давно требует значительных средств для ремонта и обновления оборудования. 4790 км (14%) линейной части магистральных газопроводов отработали свой амортизационный срок, хотя и остаются функциональными. Потребность в их обновлении составляет 500 км в год. Фактическое выполнение соответствующих работ, связанных с капитальным ремонтом и реконструкцией газотранспортной сети почти в 10 раз меньше. На протяжении 1999 г. на магистральных трубопроводах зарегистрировано 32 ЧС, это на 11 меньше, чем в 1998 г. Из числа всех ЧС на магистральных трубопроводах, в 1998 г. 20 возникли вследствие действий злоумышленников. Подобных случаев в 1999 г. было 17. Ежегодно несколько ЧС связано с пожарами на магистральных трубопроводах. Таких пожаров, квалифицированных МЧС Украины как чрезвычайные ситуации, было зарегистрировано в 1998 г. – 2, в 1999 г. – 1. Особое беспокойство в связи с ЧС на таких объектах вызывает Львовская область. Так, порядка 70% всех ЧС на магистральных трубопроводах Украины возникли именно здесь. В 1998 г. это 26 из 43 ЧС, в 1999 г.– 22 из 32 ЧС.

Протяженность продуктопроводов составляет 3,4 тыс.км.

Общее количество ЧС и связанный с ними ущерб на протяжении 1997-1999 годов снижается. В течение этих лет не зарегистрировано ни одной аварии первой категории. Однако ситуация ещё далека от благополучной. Трубопроводный транспорт продолжает оставаться наибольшим источником ЧС в нефтегазовой отрасли, не искоренены злоумышленные повреждения газотранспортной сети. Передача газотранспортной сети в любое, в т.ч. иностранное или совместное, использование не обеспечит автоматически её безопасность. Для решения этой проблемы необходимы дополнительные меры, с одной стороны – административного правоохранительного характера, с другой – экономического, обеспечивающего контроль за использованием энергоносителей.

Положительная тенденция последних трех лет характерна для техногенной безопасности объектов электроэнергетики Украины. Существенно снизилось количество ЧС за 1999 г. Если в 1998 г. была зарегистрирована 81 ЧС, то в 1999 г. – на 50 (!) меньше. Во многом это связано с усилением контроля за безопасностью объектов атомной энергетики и усилиями Украины в получении кредитов от международных финансовых организаций на завершение постройки энергоблоков на Хмельницкой и Ровненской АЭС. Кроме того, частые ремонты оборудования на атомных станциях Украины весьма существенно повысили его надежность. Из 31 ЧС на объектах электроэнергетики большинство связано с работой 5 АЭС.

По данным сводок МЧС Украины, в течение 1999 г. произошло 19 ЧС – внеплановых остановок реакторов (в 1998 г. их было 33). В результате аварийных отключений системами защиты в 1998 г. произошло 10 ЧС, в 1999 г. – 2. Наибольшее количество ЧС этого типа связано с работой Запорожской (8 в 1999 г. и 17 – в 1998 г.) и Ровненской АЭС (6 в 1999 г. и 16 – в 1998 г.). Ни одна ЧС не привела к изменению радиационного фона и не повлекла за собой существенных ущербов.

Работа электроэнергетических сетей с 1998 г. становилась более надежной. Если в 1998 г. было зарегистрировано 48 ЧС, то спустя год их количество сократилось до 11. Хотя на протяжении достаточно длительного периода без электроснабжения оставалось более 4800 населенных пунктов в 1999 г. и более 5000 – в 1998 г. Следует отметить, что в ноябре 2000 г. Украину поразило настоящее стихийное бедствие – крайне редкое метеорологическое явление (сильный дождь при отрицательной температуре воздуха, длившийся более 8 часов), вызвавшее оледенение линий электропередач в нескольких областях. В общей сложности обледенение продержалось в некоторых областях (Николаевской, Одесской, Черкасской, Винницкой, Кировоградской, Хмельницкой и Черновицкой) до 10 суток. Мощность обледенения достигала 14 см. в диаметре. Практически ни одна линия не выдержала подобной нагрузки. Обесточенными на 6 декабря 2000 г. оказались 4977 населенных пунктов на территории 12-ти областей Украины. К первой декаде февраля 2001 г. оставались без электроснабжения 410 населенных пунктов в Одесской (339), Винницкой (9) и Николаевской (2) областях. Не восстановлена 1 ЛЭП 750 кВт, 2 – 330 кВт, и одна межгосударственная ЛЭП в 110 кВт. Всего остались не восстановленными 523 ЛЭП из 20931 пострадавших от стихии. Последствия стихийного бедствия могут быть полностью ликвидированы в течение 2-3 месяцев. Суммарный ущерб подсчитать крайне сложно, однако косвенные данные с мест свидетельствуют о размере ущерба в 780 млн.грн. (порядка $143,4 млн.), правда министр МЧС Украины В.В.Дурдинец подверг сомнению эту информацию. Ясно одно – на отдельных территориях Одесской, Винницкой, Хмельницкой, Николаевской, Кировоградской, Черкасской областей Украины было выведено из строя до 90% всех линий электропередач. Поэтому правительство Украины вынуждено было обратиться за международной помощью, а последствия этой ЧС для всей энергосистемы Украины будут сказываться достаточно долгое время.

До недавнего времени в Украине на методическом уровне отсутствовала стройная система стоимостной оценки ущербов от ЧС природного и техногенного происхождения. Подобные оценки являются составной частью обеспечения экологической (природно-техногенной) безопасности, наравне с натуральными и весовыми оценками13.

Проблема решалась умозрительным путем. В какой-то мере относительная ясность была в оценке фактических ущербов от ЧС, определяемых методом "прямого счета"  т.е. по балансовой стоимости. Причем учету подлежали в основном очевидные ущербы. Это позволяло комментировать ущерб, "превышающий (достигающий порядка) … млн.грн."

Оценить в стоимостном виде суммарный ущерб от ЧС достаточно сложно. Ныне действует ряд документов, регулирующих предупреждение ЧС, реагирование на них и ликвидацию последствий. Но, к сожалению, отсутствует нормативно утвержденный (в виде официального нормативно-методического документа) аппарат комплексной оценки ущерба от ЧС.

Специалистами СОПС Украины в сотрудничестве с сотрудниками и экспертами аппарата Кабинета министров и МЧС Украины была разработана и представлена к соответствующему нормативному утверждению Методика оценки ущерба от чрезвычайных ситуаций техногенного и природного происхождения14. Использование подобной методики должно позволить комплексно оценить экономический ущерб от ЧС на основе фактических затрат. А также предполагать расчет экономической эффективности и обоснование необходимого инвестирования бюджетных и внебюджетных средств на мероприятия по предупреждению чрезвычайных ситуаций, возможность оперативной оценки ущерба по упрощенной процедуре.

Авторы методики, среди которых и автор настоящего доклада, придерживались классификации ЧС, предполагающей дифференциацию по:

а) сфере возникновения;

б) отраслевой принадлежности;

в) характеру явлений и процессов при возникновении и развитии ЧС;

г) масштабу возможных последствий;

д) масштабам сил и средств, привлеченных для ликвидации последствий ЧС.

Первые три критерия определяют группу ЧС (критерий а), тип ЧС (критерий б), вид ЧС (критерии б, в). Критерии в – г позволяют классифицировать ЧС по масштабам территориального охвата и возможных последствий. Подобная классификация позволяет выделять объектные, местные, региональные и общегосударственные ЧС.

В основу предлагаемой методики положен универсальный принцип оценивания ущерба от ЧС разных типов и видов посредством суммирования характерных локальных пофакторных и пореципиентных ущербов.

Пофакторные ущербы отражают комплексную экономическую оценку причиненного вреда по основным факторам воздействия.

К ним относятся ущербы от:

  • загрязнения атмосферного воздуха (Аф);

  • загрязнения поверхностных подземных вод (Вф);

  • загрязнения земной поверхности и почв (Зф).

Пореципиентные ущербы отражают экономическую оценку фактического вреда, причиненного основным реципиентам воздействия ЧС.

К ним относятся ущербы от:

  • потери жизни и здоровья населения (Нр);

  • уничтожения и повреждения основных фондов, имущества, продукции (Мр);

  • изъятия или ухудшения качества сельскохозяйственных угодий (Рс/г);

  • потерь продуктов и объектов лесного хозяйства (Рл/г);

  • потерь рыбного хозяйства (Рр/г);

  • уничтожения или ухудшения качества рекреационных ресурсов (Ррек);

  • потерь природно-заповедного фонда (Рпзф).

На основе этого, расчет ущербов от чрезвычайных ситуаций (З) предлагается осуществлять по общей формуле:


З = [Аф + Вф + Зф] + [Нр + Мр + Рс/г + Рл/г + Рр/г + Ррек + Рпзф].


Использование предлагаемой методики опирается на максимальный учет нормативно-методической системы Украины в сфере стоимостных оценок ущербов, причиненных народному хозяйству в целом, отдельным хозяйственным субъектам, природным и физическим реципиентам.

Однако, вернемся к проблеме техногенно-экологической безопасности энергетических объектов. Процесс приватизации облэнерго (областные распределяющие компании в сфере электроэнергетики) показал невысокую заинтересованность стратегических инвесторов с одной стороны и существенное влияние на энергорынок олигархических структур с другой. Эта ситуация формирует неустойчивость энергорынка в целом и его слабую рыночную мобильность. Плюс отмеченные выше факторы взаимных долгов с бюджетами всех уровней и высокая амортизация основных фондов. Добавим к этому перечню сложности с оценкой ущербов от реальных и потенциальных ЧС, количество которых при отсутствии эффективных превентивных мероприятий будет возрастать. На этом фоне можно сделать следующие предварительные выводы:

  1. техногенно-экологическая безопасность объектов экономики (в т.ч. и энергетики) пока не получила должного значения в геоэкономических и геополитических исследованиях;

  2. объекты энергетики Украины при сравнительно небольших, но регулярных инвестициях могут существенно повысить свою надежность и выполнять как генерирующие, так и транспортные функции;

  3. оценка последствий ЧС должна иметь вид методически и нормативно корректный и на международном уровне согласованный, т.е. необходимо создание международных процедур стоимостных оценок ущербов от ЧС;

  4. оценка техногенной безопасности территориальных систем (а не только объектов) должна стать органичной составляющей крупных инвестиционных проектов и международных соглашений;

  5. украинско-российские отношения, кроме Чернобыльской катастрофы, не имеют опыта и механизма оценки техногенно-экологической безопасности объектов, представляющих собой потенциальную опасность трансграничного негативного воздействия в случае возникновения ЧС;

  6. повышение безопасности промышленных объектов в Украине должно встречать заинтересованность как потенциальных российских инвесторов, так и украинских властей, причем продуктивным может стать только путь взаимного сближения правовых возможностей и экономических интересов.



Приложение.

Некоторые статьи Хлобыстова Е.В., посвященные анализу экологической безопасности промышленного производства и оценке последствий чрезвычайных ситуаций.

  1. Усенко Я.Б., Кобзарь Ю.М. Хлобыстов Е.В. Учет экологического фактора в процессе оценки имущества при приватизации и аренде // Ingeneur kurier  1996.  № 2/3.

  2. Хлобыстов Е. Региональное эколого-экономическое моделирование производства // Бизнес-Информ (Харьков)  1998.  №6. (статья предложена для размещения на сайте “Географическая наука”)

  3. Хлобистов Є.В. Інвестиційне забезпечення національної безпеки: регіональні та міжнародні аспекти (Инвестиционное обеспечение национальной безопасности: региональные и международные аспекты) // Вісник Тернопільської академії народного господарства (Тернопіль) – 1998 – №6. Статья написана на украинском языке.

  4. Хлобыстов Е. Региональное промышленное произодство: эффект кислородного голодания // Бизнес-Информ (Харьков). – 1999. – №№ 13-14, 15-16, 17-18.

  5. Хлобистов Є.В. Методологія визначення ризику інвестиційного забезпечення для сталого розвитку територій (Методология определения риска инвестиционного обеспечения устойчивого развития территорий) // Економіка природокористування і охорони довкілля: Зб. наук. пр.  Київ: РВПС України НАН України, 1999. Статья написана на украинском языке.

  6. Хлобистов Є.В. Механізми забезпечення екологічної безпеки (Механизмы обеспечения экологической безопасности) // Економіка природокористування і охорони довкілля: Зб. наук. пр.  Київ: РВПС України НАН України, 2000. Статья написана на украинском языке.

  7. Хлобыстов Е. Экологическая безопасность и основы определения риска техногенных катастроф // Экономика Украины. – 2000. – №6

  8. Хлобистов Є.В. Україна: соціально-економічні передумови формування політики техногенної безпеки у трансформаційному суспільстві (Украина: социально-экономические предпосылки формирования политики техногенной безопасности в трансформационном обществе) // Економіка України: проблеми, перспективи ринкових відносин: Зб. наук. пр. – К., 2000. Статья написана на украинском языке.






Авторская справка.

Хлобыстов Евгений Владимирович,

канд.экон.наук, докторант Совета по изучению производительных сил Украины НАН Украины.

Адрес: 01032, Киев-32, бульв. Тараса Шевченка 60, СОПС Украины НАН Украины, комн. 1102,

тел. (044) 244-6590, 216-9070, 216-9107, e-mail: khlobystov@mail.ru

Дом. адрес: 03179, Киев-179, пр. Акад. Палладина 13, кв.22,

тел./факс (044) 450-77-45 (основной), тел. 444-31-27 (дополнительный).




1 См. Лотман Ю.М. Механизм смуты (К типологии русской истории культуры) // Новый круг (Киев). – 1993. – №1. – С.173-185. (там же приводится Ю.М.Лотманом соответствующая библиография работ по данной тематике).

2 В Украине существуют Стратегическая группа по вопросам украинско-российских взаимоотношений (украинской частью этой группы руководит Анатолий Орел, российской – Сергей Приходько), а также Распоряжением Президента Украины от 12.01.2001 №4/2001-рп создана Рабочая группа по разработке предложений по углублению экономических отношений с Российской Федерацией под руководством первого заместителя Главы Администрации Президента Украины Олега Дёмина. Но вопросы мониторинга Договора остаются вне пристального контроля этих структур. Практика показывает, что нередко эффективным контролем за соблюдением межгосударственных договоренностей занимаются комиссии, в составе которых как государственные служащие, так и независимые эксперты. Подобная комиссия могла бы стать составной частью Стратегической группы по вопросам украинско-российских взаимоотношений.

3 Подробнее о ходе этой дискуссии в Украине читатель может узнать из материалов “круглых столов”, проходивших под эгидой Совета по национальной безопасности и обороны Украины, напр. см. Великий договір України з Росією: історичний компроміс чи реальний шанс на стратегічне партнерство?: Матеріали круглого столу / Рада національної безпеки і оборони України, Національний інститут українсько-російських відносин, Конгрес української інтелігенції. – К.: НІУРВ, 1999. – 88с.

4 Кстати, Россия не имеет аналогичного института, обладающего официальным (государственным) статусом, что, вероятно, не соответствует роли и месту Украины для круга геополитических и геоэкономических интересов России.

5 Строго говоря, этот процесс обоюдный и, несомненно, существует тенденциозное восприятие российской политики в Украине, но корни этой тенденциозности несколько иные. Подробнее эти впросы были рассмотрены на нескольких конференциях Национального института украино-российских отношений в Киеве при участии Верховной Рады Украины и ряда общественных организаций, объдиненных общей тематикой “Диалог украинской и русской культур в Украине” (1996-1999 г.г.). Материалы конференций были изданы в ряде следующих сборников: Диалог украинской и русской культур в Украине: Материалы I Международной научно-практической конференции. – К., 1997. Диалог украинской и русской культур в Украине: Материалы Международнй научно-практической конференции. – К., 1998. Диалог украинской и русской культур в Украине: Материалы IІІ Международной научно-практической конференции. – К., 1999. Диалог украинской и русской культур в Украине: Материалы IV Международной научно-практической конференции. – К., 2000.

6 Хлобистов Є.В. Надзвичайні ситуації в енергетиці (соціально-економічні аспекти) [Чрезвычайные ситуации в энергетике (социально-экономические аспекты)] // Політичні, економічні та екологічні проблеми енергетичної безпеки і транспортування енергоресурсів в Україні: матеріали міжнародної науково-практичної конференції (Київ, 24-26 жовтня 2000 р.) – К.: РВПС України НАН України, 2001. – Сборник находится в печати.

7 В сентябре 2000 г. в 11 Специальных экономических зон Украины, представляющих 9 областей, было привлечено 305 млн. долл. США или 23% от необходимых сумм в соответствии с утвержденными инвестиционными проектами.

8 Отношения Украины со странами “золотого миллиарда” становятся все более “прагматичными”: расширяется антидемпинговая политика ЕС по отношению к украинским товарам – с 28% в 1995 г. до 35% в 1999-м (ко всему экспорту), сокращение экспорта со странами СНГ не компенсируется увеличением экспорта в страны ЕС, здесь установился своеобразный паритет – 34,5% украинских товаров экспортируется в СНГ и 31,3% – в Европу. И это происходит на фоне уменьшения в экспортной номенклатуре продукции глубокой переработки. Если в 1995 г. металлопродукция составляла 44%, а машиностроение – 12% (!), то уже в 1999-м металлопродукция составляла 52%, а машиностроение – лишь 7%. В то же время для стран-соседей, претендующих на членство в ЕС, характерна обратная тенденция – ежегодное увеличение в экспортной номенклатуре товаров с глубоким уровнем переработки (М.Пашков, В.Чалый Украина на европейских рынках: взгляд экспертов // The Russian Weekly. – №32. – 25/09/2000.).

9 Из выступления Президента Украины Л.Д.Кучмы на совещании по вопросам расчетов за энергоносители и обеспечения энергоснабжения экономики и населения 23 января 2001 г. (Без зростання в енергетиці добитися піднесення виробництва неможливо // Урядовий кур’єр. – № 10 – 27 січня 2001 р. – С.6.)

10 Официальная позиция Украины по этому поводу реалистична и прагматична. Так, позиция Национального института украино-российских отношений констатитует, что “Украина практически не имеет альтернативы российским энергоносителям: “турецкий вариант” экономически тяжелоподъёмный и политически непредсказуемый. А главное: официальная Москва последнее время достаточно выразительно продемонстрировала, что не горит желанием восстанавливать советскую империю, непосредственно при участии Украины, особенно после подписанных в 1997 г. киевских соглашений между двумя странами, а также каждой отдельно – соглашений с НАТО. (Деякі актуальні питання українсько-російських відносин (тези Національного інституту українсько-російських відносин до засідання “круглого столу” “Великий договір України з Росією: історичний компроміс чи реальний шанс на стратегічне партнерство?” // Великий договір України з Росією: історичний компроміс чи реальний шанс на стратегічне партнерство?: Матеріали круглого столу / Рада національної безпеки і оборони України, Національний інститут українсько-російських відносин, Конгрес української інтелігенції. – К.: НІУРВ, 1999. – С.75).

11 Кроме того, крайне высока энергоемкость Украинской экономики – на $1 ВВП Украина расходует в 5,5 раз больше энергоресурсов, чес страны Центральной и Восточной Европы и в 12 раз больше, чем страны Организации экономического сотрудничества и развития. Причины этого явления – предмет для отдельного исследования, но одним из факторов является высокая амортизация основных фондов энергетических объектов и низкая дисциплина расчетов за потребленную электроэнергию.

12 Сапрыкин В. Состояние и перспективы международного сотрудничества Украины в энергетической сфере // Заркало недели (Киев). – №40(313). – 14 октября 2000 г. – С.4.

13 Обеспечение экологической безопасности промышленного производства представляет собой достаточно интересное направление научных исследований. Для удовлетворения более глубокого интереса к методологическим и методическим аспектам исследования этой проблемы, коллегам можно предложить для ознакомления ряд работ автора, которые он надеется разместить на сайте “Географическая наука”. Список публикаций приведен в конце статьи.

14 Более детально базовые положения данной методики изложены в докладе Федорищевой А.Н. и Хлобыстова Е.В. Совершенствование нормативно-методического обеспечения оценки ущерба от чрезвычайных ситуаций в Украине // Проблемы правовых и экономических способов предупреждения и минимизации ущерба, возникшего в условиях чрезвычайной ситуации: Доклады и тезисы выступлений на международной конференции. – М.: ВНИИ ГОЧС, 2000., а также в статье Кобзарь Ю.М., Хлобыстов Е.В. Методические основы оценки ущерба от чрезвычайных ситуаций // Економіка природокористування і охорони довкілля: Спец. вип. збірника.наукових праць – К.: РВПС України НАН України, 2000. Статья (на русском языке) предложена для размещения на сайте “Географическая наука”.

4




Случайные файлы

Файл
kursovik.doc
1230-1.rtf
148519.doc
151685.rtf
3639-1.rtf