Бункин Борис Васильевич (11795-1)

Посмотреть архив целиком

Бункин Борис Васильевич

Академик Российской академии наук, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР и РФ, научный руководитель Центрального конструкторского бюро "Алмаз"

Родился 16 июля 1922 года в деревне Аксиньино Химкинского района Московской области (ныне - московский микрорайон Химки-Ховрино). Отец - Бункин Василий Федорович (1896 - 1943), инженер-геодезист. Мать - Бункина (Целикова) Антонина Сергеевна (1896 - 1947), бухгалтер. Сестра - Бункина Валентина Васильевна (1924 г.рожд.), инженер-связист. Брат - Бункин Федор Васильевич (1929 г.рожд.), физик, академик Российской академии наук. Супруга - Феничева Татьяна Ивановна (1925 г.рожд.), радиоинженер. Сын - Бункин Сергей Борисович (1950 г.рожд.), физик. Дочь - Евтимьева (Бункина) Татьяна Борисовна (1955 г.рожд.), микробиолог. Внуки: Наталья (1975 г.рожд.), авиаинженер; Борис (1981 г.рожд.), студент; Алексей (1983 г.рожд.), студент.

В северо-западных предместьях Москвы на берегах речки Лихоборки некогда существовали деревни Аксиньино и Ховрино, а между ними - поселок Аксиньино-Знаменский, который название свое, надо полагать, воспринял от церкви Знамения, и нынче украшающей столичный жилой массив Химки-Ховрино. В этой-то церкви участник первой мировой войны Василий Федорович Бункин, выучившийся после революции на инженера, вместе с женой Антониной Сергеевной и крестили всех своих троих детей - Бориса, Валентину и Федора.

Когда отец стал инженером, Бункины перебрались в Москву, на Абельмановскую заставу, в местность Калитники, которую в стародавние времена великий князь Иван Калита пожаловал Крутицкому подворью, и поселились в одном из двухэтажных бараков с удобствами во дворе. Бараков тех давно уж нет. Однако до сих пор сохранилась средняя общеобразовательная школа № 471, которую за год до начала Великой Отечественной войны и окончил Борис Бункин.

Все ровесники Бориса Бункина бредили в ту пору авиацией, рвались в военные училища. И только двоих, в том числе Бориса, из всего школьного выпуска в армию не взяли - зрение оказалось никудышным. Подобная "неполноценность" опечалила Бориса и разозлила, он стал усиленно заниматься спортом - бегом, лыжами, гимнастикой, сохранив по сей день привычку ежедневной трех-пятикилометровой прогулки. Что же касается устройства дальнейшей жизни, тут сыграла роль определенная целеустремленность братьев Бункиных. Если младший Федор тяготел к физике, то старшему Борису ближе были математика и радиодело. Так Борис Бункин оказался на приборостроительном факультете Московского авиационного института.

День сдачи последнего экзамена за первый курс выпал на 22 июня 1941 года. Студенты ринулись на призывные пункты, а вот многих из тех, кого не взяли на фронт, отправили на авиационные заводы. Борис Бункин оказался на старейшем авиамоторном предприятии - заводе № 24 (ныне - Московское машиностроительное производственное объединение "Салют"), берущем начало от основанного в 1912 году завода "Гном". Так стал студент фрезеровщиком. Работы шли в две смены по 12 часов - неделю вкалывали в дневную, неделю - в ночную. Москву бомбили, зажигалки попадали и на завод, но цеха не останавливались. В октябре сорок первого началась эвакуация предприятия в Куйбышев. С последней группой преподавателей и студентов МАИ Бункин добирался пару месяцев до Алма-Аты...

Тот период жизни запомнился будущему академику тем, что студенты и учились, и работали в колхозах, где Борис Васильевич успешно освоил... лобогрейку - простейшую жатку на конной тяге. И еще запомнилась прочитанная книга американца болгарского происхождения Асена Джорданова "Ваши крылья", которая в очередной раз убедила: нужно во что бы то ни стало учиться дальше. Институт вернулся в столицу летом сорок третьего, а осенью... Осенью Борис Бункин схоронил отца - сказалась контузия с первой мировой. (Спустя четыре года уйдет из жизни и мать.)

В 1947 году Борис защитил диплом на радиотехническом факультете МАИ и поступил в аспирантуру на кафедре радиотехники в родном вузе.

...На развилке столичных Ленинградского и Волоколамского шоссе возвышается похожее на океанский лайнер здание "сталинской" архитектуры. Дата окончания строительства обозначена на фасаде - 1953 год. Это и есть нынешний "Алмаз" - легендарный почтовый ящик 1323 (аборигены здания переиначили номер своего предприятия и называли сей знак "чертовой дюжиной с перебором", а саму фирму - "домом на развилке").

Возведение гигантского, даже по современным понятиям, сооружения на окраине Москвы на месте села Всехсвятское развернулось осенью 1947 года сразу же после подписанного 8 сентября постановления Совета министров № 3140 - 1028 с грифом "Совершенно секретно". Вот его основные пункты:

"...1.В целях повышения эффективности действия тяжелой бомбардировочной авиации по кораблям противника и повышения безопасности атакующих самолетов приступить к разработке комплексной системы радиолокационного наведения и самонаведения реактивных самолетов-снарядов, сбрасываемых с тяжелых бомбардировщиков (шифр системы "Комета").

2. Для общего технического руководства разработкой проекта "Комета" и частей, входящих в нее, организовать специальное бюро, присвоить ему наименование "Спецбюро № 1...".

Казалось бы, перед истощенной войной страной стояло множество проблем и дел кроме чисто армейских. Однако разгоралась новая война, уже "холодная". Советское руководство решило сосредоточить усилия на трех направлениях: "атомный проект", средства доставки ядерного оружия - стратегические бомбардировщики и баллистические ракеты и, наконец, защита Москвы и других крупных городов посредством ЗУРО - зенитного управляемого ракетного оружия, где первым проектом, как бы пробой сил и стало создание "Кометы" - системы "воздух - море" (по сути, СБ-1 можно считать колыбелью такого вида отечественного оружия).

Тем временем недавний выпускник МАИ Борис Бункин уже работал в ЦНИИ-108 - головном институте страны по радиолокации, которым руководил академик Аксель Иванович Берг. Дело в том, что руководителем дипломного проекта был заведующий кафедрой радиотехники МАИ Иосиф Семенович Гоноровский. Одновременно Гоноровский заведовал и лабораторией в ЦНИИ-108. Он-то и пригласил толкового аспиранта в НИИ. Там трудились выдающиеся ученые: радиофизик академик Б.А.Введенский, физик-теоретик академик М.А.Леонтович, физик-теоретик академик В.А.Фок...Ведущей лабораторией института, занимавшейся разработкой радиолокационных систем, как бы сейчас сказали, "двойного назначения", руководил Александр Андреевич Расплетин. (После смерти Расплетина именно Бункин возглавил "Алмаз", именно Бункину вручена золотая медаль имени академика А.А.Расплетина за № 1, а предприятие, где по сию пору работает Бункин, тоже носит имя Расплетина).

В ЦНИИ-108 в лаборатории того же Гоноровского писала дипломный проект студентка МАИ Татьяна Феничева. Молодые люди быстро подружились и в июле 1949 года сыграли свадьбу. Поначалу молодожены жили в Измайлове у родных жены, восемь человек в одной комнате, потом - в родительском бараке возле Птичьего рынка, а чуть позже - уже в своей коммуналке. Спустя положенное природой время появился на свет первенец - Сергей.

Это важное семейное событие совпало с событиями на самом высоком государственном уровне.

...Летней ночью 1950 года начальника СБ-1 П.Н. Куксенко вызвали на "ближнюю дачу". Одетый в пижаму И.В. Сталин просматривал разложенные на диване бумаги, оторвался от них и сказал: "Неприятельский самолет в последний раз пролетел над Москвой десятого июля сорок второго года. Это был одиночный самолет-разведчик. Представьте себе, что в небе Москвы появится тоже одиночный самолет, но не разведчик, а носитель атомной бомбы. Значит, нам нужна совершенно новая система ПВО, способная даже при массированном налете не пропустить ни одного самолета. Что вы можете сказать по этому поводу?" Куксенко, естественно, согласился с вождем, однако разъяснил ему, что такая система должна строиться на сочетании радиолокации и управляемых ракет "земля-воздух" и "воздух-воздух" и что сложность и масштабность проблемы будет соответствовать уровню создания атомного оружия... "Есть мнение, завершил беседу И.В. Сталин, что вам надо незамедлительно приступить к созданию непроницаемой системы ПВО Москвы..."

Систему нарекут "Беркутом". В августе 1950 года правительство принимает соответствующее постановление, гриф "Совершенно секретно. Особая папка". Следом министр вооружения Д.Ф. Устинов издает приказ № 427 от 12 августа 1950 года, коим СБ-1 целиком вливается в новую организацию - Конструкторское бюро № 1, позднее переименованное в Московское конструкторское бюро "Стрела", а потом - в Центральное конструкторское бюро "Алмаз" Министерства радиопромышленности СССР. А.А. Расплетин из ЦНИИ-108 становится заместителем главного конструктора и начальником радиолокационного отдела КБ-1. Организацию всех работ возложили на специально создаваемое Третье главное управление (ТГУ) при Совете Министров СССР, а финансирование программы предписали осуществлять по линии Первого ("атомного") главка, поскольку утвержденный бюджет страны не предусматривал выделения средств на новый проект.

Лауреат Ленинской и Государственной премий Карл Самуилович Альперович, переведенный в КБ-1 из ЦНИИ-108, вспоминает:

"Особым решением ЦК ВКП(б) в КБ-1 направляется "тридцатка" - тридцать лучших специалистов из научно-исследовательских и конструкторских организаций Москвы и Ленинграда. В частности, из ЦНИИ-108 переводят и Бункина. Основную массу сотрудников КБ-1 составила молодежь - целые выпуски гражданских и военных учебных заведений, а также инженеры и техники, прибывавшие по разнарядкам с предприятий разных городов страны. Направление всех специалистов в КБ-1 не согласовывалось ни с самими переводимыми, ни с их начальниками. Не сообщалось им также, на какую работу, для решения каких задач они переводятся. Сюда же направляют находящихся в заключении советских специалистов и вывезенных из Германии немецких ученых и инженеров. Офицеры госбезопасности, начальствовавшие в "шарашках", становятся начальниками всех крупных подразделений предприятия, что воспринималось нами как неизбежность... Все работы по "Беркуту" шли по "зеленой улице" и проводились в обстановке глубочайшей секретности, в том числе - сегодня это трудно себе представить - и от высших руководителей Министерства обороны. Заказчиком выступал сам головной разработчик - КБ-1... Основной технический результат той работы - оригинальное построение зенитных ракетных комплексов, придавшее московской системе уникальные тактико-технические характеристики, не имевшие равных в мировой практике..."


Случайные файлы

Файл
32629.rtf
16562.rtf
14534.rtf
26767-1.rtf
31050.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.