ВВЕДЕНИЕ

Проблема выявления лжи или обнаружение неискренности в поведении человека имеет довольно давнюю историю, потому что в основе этого испытания лежит твердо установленный и давно известный факт, что наше телесное состояние связано очень тесно и прямо с душевными переживаниями.
В древней Индии, например, когда проводился допрос подозреваемых лиц, их просили одновременно с ответом на поставленный вопрос ударять в гонг. Было замечено, что когда вопрос вызывал затруднение, внутреннее замешательство тем, что тема для подозреваемого является слишком значимой, то на этот вопрос он не мог ответить "запросто", совершенно искренне, что и приводило к сбоям в ударе в гонг.

В древнем Китае подозреваемым давали сухую рисовую муку, просили ее прожевать в разговоре с ними; если человек был не в состоянии это сделать, его осуждали, считая это попыткой сокрытия правды.
Примеры показывают, что действительно, если мы встревожены, обеспокоены, возбуждены, нам страшно, то у нас появляется эмоциональное напряжение. Это эмоциональное напряжение проявляется в различного рода физиологических показателях: учащается или снижается частота пульса, изменяется ритм дыхания, изменяется статическая проводимость кожи, изменяется температура тела, изменяется характер биотоков мозга.
Измерение этих физиологических показателей лежит в основе работы полиграфа, часто называемого в средствах массовой информации "детектором лжи". В настоящее время проверка на полиграфе является, пожалуй, одним из самых надежных, известных и широко распространенных методов выявления обмана. Сам аппарат, разумеется, не определяет, врет человек или нет. Этот многоканальный прибор только регистрирует некоторые физиологические реакции обследуемого при его интервьюировании. В зависимости от величины изменений этих показателей выносится заключение, сказал человек правду, отвечая на определенные вопросы, или солгал.

      В настоящее время полиграф достаточно широко используется в деловой практике для проверки поступающих на работу и служащих компании. В целом точность проверок на полиграфе составляет около 95%.

Помимо специфических физиологических реакций, обман выражается и в иных особенностях невербального поведения. Давно известно, что когда человек лжет, он избегает смотреть прямо в глаза своему собеседнику. По этому признаку на картинах старых мастеров, сюжетом которых является Тайная Вечеря, можно легко определить Иуду: его взгляд обычно направлен в сторону от Христа. О человеке, к которому не испытывают доверия, нередко говорят, что "у него глаза бегают". Для характеристики умелого лжеца у русского народа есть несколько поговорок: "врет, не кашляет", "врет, не поперхнется", "врет и не краснеет", "врет, людей не видит". В хорошо подготовленной и тщательно спланированной беседе вероятность обнаружения обмана достаточно велика и приближается к 90%.

Однако полиграфом можно пользоваться не в любой ситуации (например, в ходе деловых переговоров), а что касается особенностей невербального поведения, то их гораздо проще контролировать, чем собственно вербальное поведение. Ведь в речи находят отражение и физиологические показатели, и психологические. Следовательно, искать ложь нужно, прежде всего, в речи. Надо заметить, в психолингвистике этой проблеме до сих пор уделялось мало внимания. В данной работе мы планируем дать обзор работ, связанных с этой темой, раскрыть основные механизмы речи, на которые мы будем опираться в дальнейших исследованиях, а также наметить направления исследований в этой области.




Прежде всего, необходимо определить, что же мы будем понимать под словом «ложь» в наших исследованиях. Ясно, что чисто лексическое значение, данное Ожеговым (намеренное искажение истины, неправда), здесь не совсем подойдет. Поэтому уместнее воспользоваться определением, данным О. Липманном и Л. Адамом в работе «Речь в криминалистике и судебной психологии», впервые сделавшим попытку рассмотреть это явление в речи:

Ложь – волевое деяние, направленное на результат.

При этом эти авторы исключают фантазирование, т.наз. «условную ложь».

И так, ложь – это деяние, деятельность. В связи с этим возникает вопрос, что же такое деятельность вообще и речевая деятельность в частности? В связи с этим обратимся к работе Т.М. Дридзе «Язык и социальная психология».

Деятельность – осознанная, мотивированная и целенаправленная социально регламентированная активность, опосредствующая все связи человека его естественным (природным) и искусственным (социокультурным) окружением. В деятельности человек не только приспосабливается к среде, но и видоизменяет ее, преобразует естественную среду в искусственную, формирует свое социальное и культурное пространство.

Неосознанная же активность – поведение – это проявляемые вовне образцы и стереотипы действий, усвоенные индивидом либо на основании опыта собственной деятельности, либо в качестве подражания общеизвестным или чужим образцам и стереотипам действий.

Существенным различительным признаком деятельности и поведения является уровень мотивации и соответствующая ему мера осознанности мотивов действия и акта поведения.

Общение – это коммуникативно-познавательный процесс, располагающий собственным движущим механизмом. Структура коммуникативно-познавательного процесса формируется по существу структурой действий порождения и интерпретации текстов (сообщений). Сменяя друг друга, эти действия (или подвиды текстовой деятельности) образуют не прерывающийся никогда континуум.

Текстовая деятельность может быть внутренней – интеллектуально мыслительной (осмысление, переживание, оценка), сопровождающейся соответствующим результатом (возможной формой фиксации или изменения в сфере сознания) и внешней – материально-практической (выступающей в виде чтения, слушания, написания, говорения). Предметом текстовой деятельности является коммуникативная интенция общающегося, то есть не смысловая информация вообще, а смысловая информация, цементируемая замыслом, коммуникативно-познавательным намерением.

При обращении к анализу текста в составе механизма общения формируются лингвистические признаки текста, использованные в нем лингвистические конструкции обретают вторичное значение по отношению к присутствующим в нем структурам «замешанной» на чувственных образах и эмоциях интеллектуально-мыслительной деятельности. Порождение текста, как и его интерпретация – решение прежде всего эмоциональной и мыслительной задачи, а уже потом – лингвистический, так как во всякой деятельности замысел предшествует конкретным операциям и выбору средств по их осуществлению. Текст сам по себе оказывается функциональной системой, в рамках которой лингвистические конструкции используются для реализации определенных коммуникативно-познавательных задач и могут варьироваться сообразно этим задачам.

Деятельность общения актуализируется в текстовой деятельности – в действиях порождения и интерпретации текстов. При этом речь идет отнюдь не о фиксации некоторых отрезков речевого потока, запечатленных на том или ином материальном носителе, но об определенном способе организации коммуникативно-познавательных программ. Понимаемый таким образом текст – порождение коммуникативно-познавательной деятельности, ее образование и продукт – в «круговороте» этой деятельности превращающийся в объект.

Текстовая деятельность может рассматриваться как самостоятельная деятельность с собственной сверхзадачей и непосредственной целью, как деятельность с самостоятельным мотивом, предметом и продуктом.

Текст как целостная коммуникативная единица – некая система коммуникативных элементов, функционально (для данной конкретной цели) объединенных в единую замкнутую иерархическую семантико-смысловую структуру общей концепцией или замыслом (коммуникативной интенцией).

Природа текстовой деятельности не столько абстрактно-логическая, сколько интуитивная (чувственно-образная), независимо от характера текста и формы воплощения замысла автором.

В ходе порождения текста авторский замысел обретает более четкие формы, кристаллизуется, приобретает очертания видимой содержательной цели данного конкретного текста. Стремясь к достижению своей цели и к реализации определенного коммуникативного намерения, автор подчиняет этому как предмет описания, тему, так и целую серию приемов, реализуемых средствами языка. Замыслом оказывается то, для чего и ради чего предпринимает автор названные усилия. Соответственно замысел может быть реализован не на одном, а на множестве предметов и средства его воплощения могут быть самыми различными.

Характер коммуникативного намерения может быть достаточно сложным, рассчитанным на дальнюю перспективу (сверхзадача) или на решение частного вопроса в рамках этой перспективы (непосредственная содержательная цель данного текста). В основе иерархии коммуникативных программ, непосредственно реализуемых в тексте, в свою очередь, лежит дихотомия основного и второстепенного коммуникативных намерений. Непосредственная содержательная цель сообщения ставится автором как наиболее экономичный, с его точки зрения, способ реализации сверхзадачи. Последняя же вытекает из проблемной ситуации, которая в том или ином виде также, как правило, находит свое отражение в тексте.


Более конкретно речевая деятельность рассматривается в работе А.А. Леонтьева «Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания».

Речевое действие – частный случай действия внутри акта деятельности. Речевое действие характеризуется:


Случайные файлы

Файл
11282-1.rtf
22967-1.rtf
57208.rtf
46760.rtf
410-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.