Спиртовая мафия (MAfia)

Посмотреть архив целиком


















Доклад по дисциплине Экономическая теория


СПИРТОВАЯ МАФИЯ





Студент ИнЭУ-21: Киприянов А. В.

Преподаватель: Ильина В. Г.
















МИЭТ 2000

Российское правительство решило взяться за спиртовую мафию. Введение монополии кажется госмужам если не идеальным, то оптимальным выходом из сложившейся ситуации, когда чуть ли не половина водки на прилавках — "левая". В том смысле, что если не явная "крутка", но уж во всяком случае ни по каким бумагам не проходит и ни копейки налогов в бюджет не приносит. Победит ли власть спиртовую мафию?

РЕКИ ВОДКИ - ОКЕАН ДЕНЕГ


Принято считать, что спиртовая мафия — пря­мой наследник советских "цеховиков". С одной стороны, это так, а с другой — не очень. И дело не в истории, а в том, что сегодняшняя спиртовая ма­фия имеет тесные контакты с одной стороны с криминалитетом, а с другой — с властью.

"Цеховиками" становились люди, которые не могли применить свои коммерческие таланты в ус­ловиях социализма. Это была замкнутая каста бога­тых людей, живущих за гранью закона. При кон­тактах с властью (в лице следователей) они объяс­няли, что страна не дает им развернуться просто так, без криминала. Не выпускает их товары из подпольных цехов в большую жизнь, а ведь их про­дукция ничем не уступает забугорным аналогам. Их сажали, но в душе как следователи, так и простые люди понимали, что они правы.

Контакты "цеховиков" с миром криминала огра­ничивались вариантом "крыш", когда бандиты брали дань, но ничего взамен не давали — разве что обеща­ния не грабить и не жечь подпольные цеха.

Прошли годы, изменились законы, изменилась страна. А подпольные заводы и фабрики, малень­кие цеха и гигантские производства из "подполья" не вышли, а размножились в количестве невероят­ном. Особенно водочные.

И появилась спиртовая мафия, которая, может быть, только на несколько процентов состоит из прежних "цеховиков". И дело не в том, что это другие люди. Другие производственные отношения.

Главная причина расцвета спиртовой мафии в нашем полицейском государстве — высочайшая рентабельность этого вида бизнеса. Спирт, вода, бутылки, крышки, этикетки и прочие "составляю­щие" стоят (в зависимости от масштаба производ­ства) в 3—10 раз дешевле, чем готовая к продаже водка. Труд стоит копейки. Отчисления властям (милиция, местная администрация, депутаты), в "общак" — тоже не страшно.

Огромную роль играет и оборот. На прилавке бутылка задерживается в среднем неделю. И пос­леднее — спрос. Он был, есть и будет. Особенно на то, что дешевле. О Западе и говорить нечего, но даже уже и в Прибалтике, где в последнее время отравления суррогатами и поддельной водкой очень редки, сейчас "крутка" дешевле оригинальной вод­ки на 0,2—0,3 доллара и абсолютное большинство приличных людей покупают алкоголь в магазинах, а не на рынках. В России же заметная разница в цене между "круткой" и фирменной водкой, а так­же огромное количество людей, готовых пить все, что горит, не дают повода думать, что спрос на де­шевые подделки упадет.

Представление об общем спросе на водку могут дать следующие цифры. По официальным сведени­ям, в 1984 году (последнем перед горбачевской ан­тиалкогольной кампанией) население тогдашней РСФСР выпило 240 миллионов декалитров алкого­ля. Количество населения в России за это время несколько поуменьшилось, зато пить стали больше. Как все вместе, так и каждый в отдельности. Одна­ко в официальном обороте в прошлом году значи­лось лишь 87 миллионов декалитров спиртного. Сие означает, что как минимум 153 миллиона дека­литров (а скорее всего — значительно больше) ос­тались вне всякого обложения налогами, акцизами и прочим. Получается: мимо казны течет в два раза больше водки, чем через нее!

Спиртовая мафия состоит из двух основных слоев — мелкие производители и огромные цеха.

Излюбленные газетчиками отравители, катающие водку из метилового спирта, и бабушки-само­гонщицы — это мелочь, погоды они не делают и пригодны только для милицейских рапортов об ус­пехах в деле борьбы с "крутчиками" и леденящих кровь репортажей из реанимации. Конечно, десят­ки тысяч (в масштабах России) отравившихся сур­рогатами — это заметно, но для настоящей спирто­вой мафии, старающейся, чтобы ее товар был кон­курентоспособен на рынке, это досадная помеха. Есть случаи, когда таких индивидуальных "крутчиков-суррогатчиков" заставляли закрыть производ­ство или попросту "сдавали" милиции.

А вот множество "цехов" с одним или двумя-тремя работниками, расположенных в квартирах, подвалах или мастерских, в общей сложности со­ставляют первый, низовой отряд спиртовой мафии.

Вот типичный случай. Рабочий Голубев купил 120-литровый бочонок этилового спирта, закаточ­ную машинку, бутылки и этикетки со словом "Рус­ская". На все потратил чуть больше 2 тысяч рублей. За полгода в подвале "произвел" 2 400 бутылок "крутки". В итоге получил почти 10 тысяч (и пол­тора года с отсрочкой).

Рентабельность — почти 500%.

Таких голубевых по всей России — десятки ты­сяч, и если они платят в "общак" и местным влас­тям, то рентабельность уменьшается не намного (до 200—300%), а работать можно уже не полгода, а пока не надоест. То есть вечно.

Менее многочисленный, но куда более объем­ный слой спиртовой мафии — подпольные заводы. Они могут располагаться на территории предприя­тий, а могут — в частных владениях. Есть регионы, где чуть ли не большая часть населения вовлечена в этот бизнес, например Северная Осетия. Отсюда водка "едет" по всей стране.

Во Владимирской области в 1998 году задержа­ли несколько грузовиков с 600 ящиками фальсифи­цированной водки "Столичная", произведенной в Северной Осетии. Товар предназначался для неле­гальной реализации на территории области. Мили­ция выявила и несколько подпольных цехов, в ко­торых дешевую водку с Северного Кавказа "превра­щают" в дорогостоящую продукцию Владимирского ликероводочного завода.

А вот судостроительный завод "Фрегат" в под­московном Раменском районе. Объемы подпольно­го алкоголя, который отсюда шел на рынки Мос­квы и области, сопоставимы с поставками больших водочных заводов. Суточное производство из низ­кокачественного синтетического суррогата — 25 ты­сяч бутылок. Сотрудники правоохранительных ор­ганов вывозили подпольное хозяйство, подогнав к складу пять 12-метровых железнодорожных контей­неров.

В городе Навля (Брянская область) сотрудники налоговой полиции арестовали более 10 тысяч бу­тылок низкокачественной самопальной водки "Рус­ская", произведенной в Кабардино-Балкарии.

В одном из помещений совхоза "Полянка" (Лу­ховицкий район Московской области) обнаружен подпольный цех, который лишь за одну смену вы­пускал несколько тысяч бутылок водки. В процессе производства были заняты беженцы из республик СНГ. Они смешивали спирт сомнительного каче­ства с водой и разливали смесь в бутылки, на кото­рые наклеивались этикетки известных водочных марок. Изъято более 8 тонн спирта, 3 тыс. бутылок готовой к отправке водки, этикетки, акцизные мар­ки и прочие атрибуты, необходимые для производ­ства.

Это тоже характерная черта российских под­польных заводов: использование очень дешевого, а иногда и рабского труда. Рабского — без кавычек. Чаще всего это граждане самых бедных стран СНГ. Живут они, как правило, на месте производства, получают мизер, не имеют возможности выходить, дабы не привлекать внимания.

Объем подпольного производства водки неизве­стен. Общий объем нелегального производства (в том числе продуктов питания, одежды, парфюме­рии и т.д.) эксперты оценивают в 40% внутреннего валового продукта. Водка занимает заметное место — по оценкам тех же экспертов до 2/3, то есть бо­лее 25% ВВП. Сегодня Россия занимает четвертое место в мире по коррупции и теневой экономике,

пропустив вперед Колумбию, Боливию и Нигерию. И две трети этих проблем создает спиртовая мафия. Вокруг нее кормится огромное количество народа.

Во-первых — коррумпированные чиновники самых разных уровней, сотрудники правоохрани­тельных органов и люди, обслуживающие интересы мафии на законодательном уровне, так сказать спиртовое лобби. Это и депутаты местных самоуправлений и более представительных органов, вплоть до Госдумы.

Наивно было бы думать, что производители ле­гальной водки, которая, конечно, менее рентабель­на (огромные налоги и взятки за получение вполне законных лицензий и т.п.), но тоже приносит сума­сшедшие прибыли, мирятся с тем, что у них отгры­зают огромный кус. Идет постоянная борьба, кото­рая для непосвященных выражается в изменении законодательных актов, в ужесточении борьбы с контрабандой и во "внезапных" обнаружениях за­водов в точках, о которых знает каждый ребенок в округе. Спиртовая мафия не остается в долгу, и если ее лобби пробуксовывает, в ход идут другие приемы — звучат выстрелы и взрывы. В целом же (несмотря на радостные заявления о том, что "госу­дарство наконец-то..." и т.п.) наблюдается неустой­чивое равновесие. Одни не хотят рисковать дохода­ми, другие — жизнями.

Во-вторых — разного рода поставщики, бизнес (в большинстве своем тоже нелегальный) зависит

от спиртовой мафии. Это производители этикеток и поддельных акцизных марок, контрабандисты спирта, транспортники, развозящие спирт и водку по России. А главное — торговцы.

Контрабандой занимаются многие российские и западные фирмы (с русскими учредителями). Спирт идет с юга (через Грузию, Казахстан и др.), с востока (Китай), из Европы (европейские и амери­канские производители) — напрямую и через При­балтику.

Навстречу идет другой поток. В Польшу, Чехию и другие страны Восточной Европы вывозится уже


готовая водка. Польские власти уже который год пытаются бороться с контрабандистами, но пока им удается только более или менее контролировать мелких челноков, в основном жителей польских приграничных городов, так называемых "муравь­ев", которые ввозят из Калининградской области малые партии водки.


Случайные файлы

Файл
166046.rtf
178560.rtf
18173-1.rtf
104910.rtf
46314.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.