Финансовый капитал как системообразующий базис экономики (26494-1)

Посмотреть архив целиком

Финансовый капитал как системообразующий базис экономики

Политика реформирования российской экономики поставила множество проблем внедрения капитала как в экономику, так и в общественное сознание. При этом сложился интересный парадокс: ставится и решается большое количество конкретных вопросов, так или иначе связанных с капиталом (капитализация, уставный капитал, частный капитал, акционерный капитал и т.п.), но вне поля зрения остается общее представление о капитале - что такое национальный капитал как система разных функциональных капиталов, каковы функции капитала в формировании рынка.

Данный парадокс отражает то обстоятельство, что на первом этапе реформирования проблемы капитала являются вторичными по отношению к развитию рынка. На наш взгляд, за этим стоит не что иное, как противоречие, о котором речь впереди. Однако сформулировать его нужно теперь. С одной стороны, трансформация у нас была сориентирована на создание финансово-денежных рынков вокруг бюджета как сферы образования дополнительных финансовых ресурсов и рыночной стабилизации рубля, с другой - эта задача носила характер автономных (от общественного производства) макроэкономических преобразований, в дополнение к которым была осуществлена рыночная трансформация микроуровня путем многошаговой приватизации и таким образом образован реформаторский базис частной собственности. Однако не были созданы механизмы структуризации частной собственности и частного капитала -механизмы системного взаимодействия микро- и макроэкономики. А рынок, если в нем сложилось мощное индустриальное ядро, не может обходиться без таких механизмов.

Почему же все произошло так, как произошло? Если иметь в виду идейную подоплеку, то общественное сознание переоценило трансформационные возможности рынка свободной конкуренции, приписав ему и только ему экономические основания либерализации. Если рассматривать вопрос в историческом ракурсе, то перестройка государства, бывшего субъектом централизованного планирования, в субъект финансово-денежного управления экономикой направляла усилия реформаторов на преодоление натурализации социалистического общественного производства, а также на расширение рыночной периферии. Объективно либерализация в объеме нового общественного строя была не нужна, хотя нужна была либеральная идеология как фокус и усилитель социально-политической поддержки реформ.

Итак, первый этап реформирования можно оценить как преобразование советской модели социализма в модель, лишь наполовину освобожденную от структур и идеологии рыночного социализма. Это - частичное реформирование, так как рыночный социализм есть симбиоз концепции рынка свободной конкуренции и государственного "косвенного" регулирования.

Все дело в том, что любые модели социализма в той мере, в какой макроуровень развернут не в структурах макроэкономики, а в структурах государства (точнее - в его функциях), практически не выходят из пространства фирмы, т.е. микроэкономики. Точно так же и любые модели рынка как сферы функционирования предприятий являются моделями общественного производства как микроэкономики. И те и другие отвечают условиям экстенсивного типа развития. Его историческое время заканчивается вместе с образованием индустриального ядра и созреванием необходимости перехода к последовательно интенсивной, а затем и постиндустриальной экономике. Если экономика не производит смену типов экономического роста вовремя, она входит в режим перенакопления, падения эффективности и отрицательных приростов. Именно так и было на старте реформ.

>Формирование .финансово-денежного капитала отвечало на трудности государства в этом плане. При этом одновременное сохранение за государством лидерства в трансформации реального сектора экономики - государство осталось главным финансистом и главным инвестором - создало барьер для нормальной рыночной стыковки микро- и макроуровней. Индустриально развитая экономика вовсе не сокращает вмешательства государства в рынок, но создает рыночные институты государственного участия в экономике, общим основанием которой становится финансовый капитал. Роль финансового капитала как нового базиса рыночной экономики не понята у нас ни государством, ни обществом. Тем самым складывались условия для неадекватного соединения экстенсивной и интенсивной моделей индустриального рынка.

>Данный факт породил избыточно широкое поисковое поле вариантов реформирования, а значит, избыточно широкое поле проб и ошибок рыночной трансформации. Такое расширение коридора формирования вариантов рыночной трансформации ведет к аккумуляции ошибочного выбора, если он возникает. А это просто неизбежно, так как политика (по крайней мере на первом этапе реформирования) превалирует над экономикой, а общественное сознание отрывается от объективно необходимых траекторий экономического развития.

>Какова должна быть стратегия рыночной трансформации общественного производства, обеспечивающей экономический подъем? На этот вопрос нельзя ответить, не ставя проблемы капитала как нового системного базиса экономики. Но избыточно широкий коридор выбора вариантов затуманил данную проблему. Государство на радость прокоммунистической оппозиции пытается регулировать экономику "по частям": отдельно финансово-денежный сектор, отдельно традиционные отрасли общественного производства и т.д. Фактически реформа втягивается в китайскую модель двухсекторной экономики, что неадекватно современной российской экономике с мощным индустриальным ядром, приблизившейся к исторической границе между индустриальной и постиндустриальной стадиям развития.

Завершение первого этапа реформ и исчерпание исходной теоретической модели рынка свободной конкуренции совпадают. С одной стороны, все негативы можно приписать исходной теоретической модели. В этом направлении активно работает оппозиция. С другой стороны, все конструктивные предложения просто в силу их направленности против негативов оказываются сориентированными и против исходной теоретической модели. Любопытный пример дает статья советника аппарата правительства РФ М. Делягина. Он пишет: "Решая экономические проблемы, государство все еще по инерции ориентируется на либеральную идеологию" [I], отождествляемую им с моделью рынка свободной конкуренции. Это дает ему основание (ложное, на наш взгляд) противопоставлять либерализму рыночное государственное регулирование, вместо того, чтобы противопоставлять абстрактному либерализму (и адекватной ему идеологии взаимного отталкивания рынка и государства) действительный (имеется в виду философская триада "абстрактное - конкретное - действительное") либерализм, в рамках которого индивид как важнейший исходный субъект истории помещен в сложное многокритериальное пространство структурно-уровневой экономической системы. В этом случае либеральная идеология требует углубления анализа и замещения системы "рынок-государство" системой "капитал-государство". Последняя должна быть развернута в совокупность двух параллельных структур: глобальной инвестиционной денежной системы во главе (и на основе) с финансовым капиталом и социальной системы общественных институтов во главе с государством как верховным социальным субъектом.

Смена приоритетов реформирования должна быть осуществлена на стыке между первым и вторым этапами реформирования, но она не может быть простой, непосредственной реакцией на негативные стороны (попыткой исправить ошибки) рыночной трансформации. Причем, подспудный смысл данных сторон остается невыясненным. В этом случае обществу грозят стратегические просчеты: например, замена макроэкономического уровня реформирования микроэкономическими при непонимании того, в чем суть отношений к общественному производству государства и финансового капитала, а также того, каково место финансового капитала и государства в структурно-уровне-вом строении рыночной экономики. Смену приоритетов необходимо выверить объективной логикой становления рыночной экономики, которая вытекает из базисных функций капитала.

Но именно этот аспект капитала совершенно не проработан наукой и не освоен общественным сознанием. Показательна позиция Института народнохозяйственного прогнозирования РАН. Например, А. Белоусов считает, что системный кризис российской экономики, хотя и имел корни в советской модели, своим размахом обязан "воздействию социального макропроекта либеральной модернизации на советское общество..." [2, с. 20]. Более того, утверждается, что реформе не удалось остановить спонтанного саморазрушения экономики социализма, которое началось с середины 70-х годов. Справедливо оценив ограниченность абстрактной либеральной модели, Белоусов вовсе не противопоставляет ей модель сложного рынка, в которой бы взаимодействовали институциональные субъекты разного уровня, а либерализация выражала существование массового собственника. Остаются в стороне и проблема рыночной трансформации на базе капитала, и вопросы взаимодействия капитала и государства. Напротив, используется методология политэкономии социализма. Она альтернативна, а значит, в известном смысле адекватна парадигме абстрактного либерализма: логика строится на взаимодействии "социального субъекта" (государства) и "хозяйственных агентов" (рыночных субъектов микроуровня), субъект разрабатывает "правила игры" для хозяйствующих агентов, содержание экономического регулирования состоит в "увязке сдвигов в производственно-отраслевой структуре индустриальной системы с изменениями в структуре конечного спроса" [2, с. 37].


Случайные файлы

Файл
CURSDLY.DOC
19397.rtf
113770.rtf
91956.rtf
4258.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.