Классическая политическая экономия (1611-1)

Посмотреть архив целиком

Классическая политическая экономия

Николай Чувахин

Все экономисты-классики внесли огромный вклад в развитие не только экономики, но и многих других наук. Освещение их жизни и деятельности в этой книге, таким образом, представляется несколько однобоким. К сожалению, автору не известны книги на русском языке, которые можно было бы рекомендовать читателю, заинтересованному в том, чтобы узнать о классиках побольше. Тем, кто читает по-английски, настоятельно рекомендуется книга Роберта Хайльброннера "Мудрецы мира сего" (The Worldly Philosophers by Robert Heilbronner).

Дэвид Юм (1711—1776) и Адам Смит (1723—1790)

Первым из экономистов-классиков принято считать Дэвида Юма. Мы вернемся к Дэвиду Юму и его идеям чуть позже, поскольку сейчас нас больше всего интересует догадка, которую он однажды подарил своему другу.

Юм был ипохондриком. Ему были свойственны частые перемены настроения. Иногда ему казалось, что он очень болен. В таких случаях он писал своему лучшему другу: "Приезжай повидать меня, я скоро умру". Иногда ему приходили в голову странные идеи, о которых он писал все тому же другу. В одном из писем Юм упомянул об одной очень странной идее. Ему показалось, что благосостояние состоит вовсе не в золоте, а в товарах и услугах

Его друг поначалу не придал этому внимания, но потом, видя, что идея не проходит сама собой, решил переубедить Юма. Переубедить его оказалось не просто — потребовалось написать целую книгу. Книга эта называлась "Исследование о природе и причинах богатства народов", а человека, который ее написал, звали Адам Смит. Однако в процессе написания книги Смит все яснее и яснее осознавал, что Юм прав — благосостояние и в самом деле состоит в товарах и услугах.

Задача руководства страной, таким образом, оказывалась отнюдь не в накоплении золота. Хороший правитель должен руководить страной так, чтобы ее граждане потребляли товары и услуги, а не продавали их за рубеж в обмен на золото, которое оседает мертвым грузом в подвалах Казначейства.

Как же этого добиться? Очень просто, говорил Смит. Не мешайте (laissez faire). Люди сами разберутся, что им нужно для того, чтобы их жизнь стала лучше. Чем лучше жизнь каждого отдельного человека, тем лучше жизнь общества в целом...

Всякий человек стремится использовать капитал свой так, чтобы продукт его наивысшую ценность имел. Не намеревается он обычно содействовать интересу общественному, да и не знает, насколько ему содействует. Стремится он только к собственной обеспеченности, собственной выгоде. И ведет его в этом некая невидимая рука к результату, коего у него и в мыслях нет. В погоне за своим интересом часто содействует он интересу общественному более, чем если бы в самом деле намеревался ему содействовать. Этот экономический закон, открытый Смитом, впоследствии стали называть принципом невидимой руки. Что же остается делать правительству? Только защищать права частной собственности! Поддерживать закон, полицию и суд, чтобы преступник не смог безнаказанно отнять собственность у законного владельца. Содержать армию и флот, чтобы этого не смогли сделать чужеземные властители. Может быть, нанять пожарных, чтобы собственность не гибла в огне.

И никаких тарифов!!! Установление тарифов, говорил Смит, неминуемо вызовет бунты в колониях. "Богатство народов" вышло в свет в 1776 году. Король Георг III, однако, оставил книгу без внимания. Пророчество Смита тем не менее не заставило себя ждать. В том же 1776 году североамериканские колонии начали войну за независимость и, выиграв ее, отделились от Британской империи. Поводом к войне, как теперь известно даже школьникам, послужило... установление тарифа на чай.

Итак, Смит полагал, что, если правительство оставит торговлю и промышленность в покое, они будут производить все возрастающие количества товаров и услуг. Как же это возможно? У Смита был ответ и на этот вопрос.

Однажды Смит зашел в мастерскую, где несколько рабочих делали булавки. И вот какой разговор случился у него с одним из них:

Сколько булавок Вы один можете сделать за день?

Примерно двадцать пять, сэр.

А сколько здесь работает людей?

Двенадцать, сэр.

И сколько булавок вы делаете за день все вместе?

Четырнадцать тысяч, сэр.

Смит не мог поверить своим ушам. Помножьте двадцать пять на двенадцать, и получите триста, но никак не четырнадцать тысяч.

Чудо, однако, объяснялось просто. Один рабочий резал проволоку, второй заострял один конец будущей булавки, третий выполнял головку на другом конце... Каждый умел делать всего одну операцию, но очень быстро. Смит назвал это явление разделением труда.

По мнению Смита, разделение труда будет способствовать бесконечному экономическому росту — ведь специализироваться могут не только отдельные люди или фирмы, но и целые страны. Другими словами, теория роста Смита графически выглядела примерно так:



Мы будем изучать теории роста многих экономистов, поэтому нам стоит выучить некоторые полезные определения и сокращения. Под теорией роста принято понимать прогноз зависимости дохода на душу населения PCI (сокращенное английское per capita income) от времени t. "Богатство народов" давало ответ на многие вопросы. Был, однако, один вопрос, на который Смит не мог дать ответа. Этот вопрос казался ему настолько важным, что он задал его будущим поколениям исследователей в последней главе своей книги:

И я думаю — почему получается так, что алмазы, не имеющие никакой очевидной полезности за исключением сверкающего блеска драгоценностей, заслуживают такой высокой цены, тогда как вода, необходимая для нашего существования, бесплатна?

Другими словами, Смит задал вопрос: "Что есть цена?"

Именно поэтому многие и называют Смита отцом экономической науки. Наконец-то после тысячелетий блуждания во тьме кто-то поставил правильный вопрос. Как мы увидим далее, чтобы получить на него ответ, понадобилось менее двухсот лет.

...В то время, когда жили Смит и Юм, в Англии начали происходить странные вещи. Цены и доходы, словно сговорившись, поползли вверх. Это явление получило название инфляции. Юм предпринял попытку объяснить инфляцию в своем трактате "О деньгах". Гораздо позднее, в начале XX века, американский экономист Ирвин Фишер свел логические построения Юма в одно элегантное уравнение, которое получило название уравнения обмена Юма — Фишера:

MV = PQ

где

M — денежная масса

V — скорость обращения денег в обществе

P — уровень цен

Q —выпуск товаров и услуг

Юм полагал, что скорость обращения денег и объем выпуска товаров и услуг — величины постоянные. Сейчас известно, что эти величины меняются, но достаточно медленно и по причинам, не зависящим от роста денежной массы. Поэтому допущение Юма можно считать корректным.

Отсюда вытекает одно очень простое следствие. Если правительство увеличивает денежную массу (во времена Юма это можно было сделать только путем выпуска в обращение большего количества золотых и серебряных монет), уровень цен неизбежно возрастет, а производство и потребление не изменятся. В современной макроэкономической теории это явление принято называть нейтральностью денег.

Томас Мальтус (1766—1834) и Давид Рикардо (1772—1823)

Подобно Смиту, который из ученика Юма со временем превратился в его уважаемого коллегу и лучшего друга, Рикардо из ученика стал другом и коллегой Мальтуса. Главный труд Рикардо — "Принципы политической экономии и налогообложения" (1812) — создавался при бескорыстной и искренней поддержке Мальтуса.

Как и все экономисты-классики, Мальтус полагал, что существует только три вида ресурсов, или факторов производства — земля, труд и капитал. Как же решить, в какой комбинации использовать факторы производства? Как узнать, эффективна ли та комбинация, в которой факторы производства используются сейчас?

Для ответа на этот вопрос Мальтус разработал анализ производительности. Ключевая величина в анализе производительности — это предельный физический продукт — изменение полного физического продукта, вызванное использованием одной дополнительной единицы ресурсов. Любое изменение предельного физического продукта Мальтус называл отдачей. А как вообще может изменяться предельный физический продукт? Точно так же, как и любое другое число — он может увеличиваться, уменьшаться или оставаться постоянным. Таким образом, у нас появляются увеличивающаяся отдача, уменьшающаяся отдача и постоянная отдача.

Поскольку существует три фактора производства, очевидно, что изменение использования этих факторов можно производить либо пропорционально (например, с [10; 10; 10] на [11; 11; 11]), либо некоторым бессистемным образом (например, с [10; 10; 10] на [11; 14; 12]). Значит, возможны отдача на масштаб и отдача на переменный фактор. Таким образом, возможны всего шесть словесных описаний производительности:

УВЕЛИЧИВАЮЩАЯСЯ ОТДАЧА НА МАСШТАБ

УМЕНЬШАЮЩАЯСЯ ОТДАЧА НА МАСШТАБ

ПОСТОЯННАЯ ОТДАЧА НА МАСШТАБ

УВЕЛИЧИВАЮЩАЯСЯ ОТДАЧА НА ПЕРЕМЕННЫЙ ФАКТОР

УМЕНЬШАЮЩАЯСЯ ОТДАЧА НА ПЕРЕМЕННЫЙ ФАКТОР

ПОСТОЯННАЯ ОТДАЧА НА ПЕРЕМЕННЫЙ ФАКТОР

Рассмотрим теперь некоторую воображаемую фабрику. Чтобы не отвлекаться на тонкости производственного процесса, предположим, что фабрика производит виджеты. Виджет — это единица некоторого неопределенного товара. Этот термин придумал Альфред Маршалл, чтобы заставить своих студентов думать не о вещах, но о концепциях.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.