Синергия экологии и бизнеса (4592-1)

Посмотреть архив целиком

Синергия экологии и бизнеса

(На примере лесной промышленности в России)

Елизавета Швецова

Всего год назад рейтинговое агентство "Эксперт РА" начало присваивать экорейтинги компаниям отечественного лесопромышленного комплекса (ЛПК). За этот короткий срок экорейтинг зарекомендовал себя как эффективный инструмент коммуникации между компанией и заинтересованными сторонами - потребителем, инвестором, экологом. Прошедший в Москве "круглый стол" на тему "Экологическая ответственность бизнеса. Роль экологических рейтингов" подтвердил: экологическая тематика уже рассматривается компаниями ЛПК не как предмет обсуждения с МПР РФ или экологами, а как элемент бизнес-процесса - наравне с вопросами повышения качества продукции, расширения сбыта и выстраивания логистики.

Пробьются экологически чистые

Еще год назад мы писали о том, что отсутствие внимания к экологическим проблемам постепенно закрывает для российского ЛПК западные рынки сбыта продукции - из-за несоответствия высоким европейским экологическим и социальным стандартам. Практика показывает, что эти, казалось бы, второстепенные мотивы выходят на первый план при принятии решений о закупках российских товаров крупными зарубежными производителями. По словам Леонида Сироткина, директора по экологии ОАО "Волга", одного из крупнейших производителей бумаги в России, в свое время крупный потенциальный партнер из Германии сказал при встрече с российскими менеджерами компании: "Если вы мне покажете хотя бы один рулон бумаги, изготовленной из сертифицированной древесины, у меня будет совесть чиста, и я смогу заключить с вами контракт". Сейчас клиентами ОАО "Волга" являются Axel Springer, Gusco, Korimpeks, но прежде чем заключить с ними контракты, руководству компании пришлось потратить огромные усилия на изменение всей системы работы с поставщиками.

Того объема экологически чистой продукции, которую производит "Волга" и ряд других предприятий отрасли, недостаточно, чтобы удовлетворить потребности расширяющегося экологически чувствительного рынка, и это приводит к росту иностранных инвестиций в ЛПК. Казалось бы, российские лесопромышленники имеют все шансы на получение части этих средств, однако иностранные инвестиции направляются не в покупку и реконструкцию существующих предприятий, а в строительство новых. Собственные производства в России уже открыли Stora Enso, Kronospan и ряд других крупнейших компаний. Не секрет, что адаптация еще советского предприятия к технологическим и экологическим требованиям западных компаний часто обходится существенно дороже, чем постройка завода аналогичной мощности с нуля. К тому же такая схема страхует иностранных владельцев от весьма вероятных конфликтов с прежними собственниками.

Несмотря на то, что иностранные инвестиции в строительство новых мощностей приводят к вытеснению ряда отечественных производителей с рынка, в ЛПК такая конкуренция эффективна. Большинство небольших деревообрабатывающих и целлюлозно-бумажных комбинатов не могут поставлять на рынок конкурентоспособную продукцию. Ведущие же предприятия российского ЛПК приход иностранцев при одновременном ограничении доступа на мировой рынок сбыта вынуждает вкладывать значительные средства в повышение качества продукции, реорганизацию управления, маркетинг и экологию.

Особый путь России

Идея экологической ответственности бизнеса давно и успешно эксплуатируется в Западной Европе - там существует целая экологическая промышленность, основные доходы которой приносят создатели экологически чистых технологий производства. Годовые обороты этой "виртуальной" отрасли, по данным Европейского агентства по охране окружающей среды (European Environmental Agency), достигают 800-900 млрд долларов. И это не предел, поскольку мировой экологической промышленностью еще не охвачены огромные рынки - страны Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) и Россия.

Возможности роста мирового экопрома за счет уже разрабатываемых рынков практически исчерпаны - страны Западной Европы достигли того уровня внедрения так называемых стандартов экологичности деятельности, когда, при сегодняшнем развитии технологий, вероятность возвращения вложенных в экологические проекты средств в виде прибыли невысока. В странах же ЦВЕ и России существуют не только огромные устаревшие мощности, требующие как минимум модернизации, но и вовсе не охваченные экологической промышленностью области, такие как переработка и сортировка бытовых отходов, утилизация и обезвреживание промышленной продукции после использования, вторичное использование продукции и т. д.

Однако развитие экопрома в России пока сдерживает отсутствие двух важнейших факторов, определивших формирование отрасли на Западе. Во-первых, речь идет о государственной поддержке экологических инициатив промышленных предприятий. Как отметил, выступая на "круглом столе", Евгений Шварц, директор по охране природы Всемирного фонда дикой природы ("WWF Россия"), еще в 2000 году государство отказалось от развития экологического направления. В результате "WWF Россия" пришлось искать другие пути экологизации российского ЛПК. По словам Евгения Шварца, в 2001 году WWF и другие NGO (non-governmental organisations, негосударственные организации) пришли к выводу: бизнес не только не помеха, но и потенциально более эффективный, чем государство, инструмент экологизации экономики. Россия, как всегда, пошла по особому пути. Вместо опробованной на Западе схемы поддержки экологических проектов отдельных предприятий государством при контроле со стороны NGO в РФ NGO удалось наладить конструктивный диалог с бизнесом, в котором государству пока места не нашлось. Ситуация осложняется тем, что реализация экологических проектов - это прежде всего взаимодействие компаний с региональными и местными властями, которые при отсутствии четких указаний свыше не спешат оказывать элементарное содействие промышленникам, по собственной инициативе внедряющим высокие экологические стандарты.

Вторая проблема - непонимание как государством, так и бизнесом самой сути современной экологии. По словам Сергея Зыбина, начальника регионального отделения консалтинга и тренинга бюро "Веритас Русь", экологические показатели деятельности сегодня становятся такими же критериями эффективности, как экономические и социальные. Природоохранной деятельности как таковой больше не существует - она учитывается на всех уровнях вплоть до генерального директора. Несмотря на это, на большинстве российских предприятий по-прежнему рассматривают деньги, вложенные в экологию, только как затраты, не учитывая реального возврата вложенных средств в виде повышения стоимости продукции, снижения прямых и косвенных издержек, улучшения имиджа и открытия новых рынков сбыта. Изменение подхода к оценке затрат на экологические проекты способно привести к резкому росту соответствующих инвестиций предприятий, которые сейчас в ЛПК оцениваются на уровне 8-10 млрд рублей в год.

Будет рынок - будут деньги

Вкладывать средства в заранее убыточный проект, каковым считается экология, способен только филантроп - так считает большинство предприятий ЛПК. Разделяют эту позицию и инвесторы. В результате более 99% инвестиций в экологию сегодня осуществляется за счет собственных средств предприятий. Банки интереса к таким проектам не проявляют, поскольку они рассчитаны на долгосрочную перспективу, а предприятие часто просто не способно объяснить банкиру, каким образом окупятся затраты. Облигационный рынок позволяет привлекать средства только крупнейшим предприятиям отрасли, которые к тому же способны обеспечить требуемый уровень прозрачности. А привлекать инвестиции зарубежных структур типа IFC или ЕБРР у наших компаний пока не получается, поскольку для этого требуется пройти то же самое исследование состояния охраны окружающей среды, или экологический аудит. Так что на эти средства в России строятся пока только зарубежные заводы.

Низкий (около 5%) уровень рентабельности ЛПК приводит к тому, что экологические проекты на большинстве предприятий как минимум откладываются в долгий ящик, а чаще и вовсе приносятся в жертву сиюминутной выгоде. На самом же деле, как показывает опыт крупнейших российских компаний, так называемые экологические затраты окупаются быстрее, чем можно было бы себе представить. По словам Дмитрия Чуйко, директора по развитию лесозаготовительных и деревообрабатывающих комплексов корпорации "Илим Палп", размещение системы GPS на 364 лесовозах только Котласского ЦБК, позволившей установить четкий контроль за источником сырья, исключив закупку нелегальной древесины, сократить расход горючего, изменить систему маршрутизации, сократить простои и т. д., окупилось всего за шесть месяцев. Пример, казалось бы, заманчив. Однако не стоит забывать, что "Илим Палп" - одно из немногих крупных предприятий ЛПК, поставляющих свою продукцию на экологически чувствительные западные рынки, где любой реализованный экологический проект способствует укреплению рыночных позиций.

Что касается небольших по объему производства российских компаний, ориентированных на внутренний рынок, то здесь ситуация иная и куда более печальная. Если в Западной Европе соблюдать экологические стандарты компании вынуждает конечный потребитель, то в России потребитель уверен, что это задача государственных органов, а вся продукция, обращающаяся на рынке, априори экологически чиста, раз предприятие еще работает. Если на Западе средний и малый бизнес благодаря активной работе NGO осведомлен о возможности финансирования экологических проектов за счет как минимум двух-трех источников, то в России единицы знают о том, что, например, IFC проводит масштабную программу поддержки экологических инициатив среднего и малого бизнеса, в рамках которой 25 компаниям в разных странах уже направлено 17 млн долларов (из 20 млн, запланированных на ее реализацию).


Случайные файлы

Файл
161474.rtf
97513.rtf
27494.rtf
156550.doc
29457.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.