Концепции происхождения денег (~1)

Посмотреть архив целиком

26





План.


  1. Введение ……………………………………….. 3

а) причина возникновения денег …………… 3

б) первые монеты и их облик ………………. 5

в) от монеты к ассигнации ………………… 7

  1. Концепции происхождения денег ………….. 9

а) металлистическая теория денег ………. 9

б) номиналистическая теория денег ………11

в) количественная теория денег ………… ..14

г) современный монетаризм ……………….. 19

д) кембриджская версия количественной

теории денег ……………….… 21

  1. Заключение …………………………………..… 24

Список литературы ……………………….… 25












Введение.


Причина возникновения денег.


Много тысяч лет после своего появления люди обходились без денег. Им не нужны были деньги в те далекие времена, когда ничего не продавалось. Они брали у природы всё необходимое. В первобытном обществе, пока люди жили племенем, родом, общиной, имущество и пища в семье были общие, хотя у каждого имелись и личные вещи. Каждый делал, что мог. Тем, что давал труд, пользовались все на равных правах. Собственность была общей. Инстинкт, а потом и сознание подсказывали людям, что они не могут жить друг без друга. Человек в одиночку слаб, вместе с другими он может сделать всё. В начале все члены рода занимались одинаковым трудом: совместно охотились, ловили рыбу, собирали плоды и коренья… . Любое из этих занятий требует много сил, навыков. Невозможно делать все одинаково хорошо, если разделить труд, все пойдет иначе, каждый будет совершенствоваться в своем деле. Труд станет производительнее: затраты сил и времени меньше, продуктов – больше. Люди бессознательно использовали преимущества, которое им давала жизнь, общество. Они стали обмениваться продуктами своего труда и торговать еще в очень глубокой древности. Археологи обнаружили, что обмен между племенами был еще в каменном век. Разделение труда было главной причиной развития обмена. Одно племя могло жить в таком месте, где имелись хорошие залежи пригодного для изготовления орудий кремния, а другое племя было лишено этих запасов сырья. В более позднее время отдельные народы были вынуждены покупать у своих соседей медь или те металлы, которые добавляли к меди, чтобы получить более твердый сплав – бронзу.

Этнография знает примеры очень примитивного обмена. Многие племена, находившиеся на очень низком уровне развития, обменивались с соседями так: в условленное место приносились продукты, предназначенные для мены. Там их раскладывали и оставляли. В отсутствие продавцов приходили соседние племена, с кем было договорено, оставляли свои товары и забирали оставленные для них.

Постепенно при обмене выявляется такой товар, который становится эквивалентом стоимости всех других товаров, то есть, все товары, которыми торговали в данной области, могли быть приравнены к определенному количеству этого товара. Так возникли первые деньги. Среди многих первобытных народностей Азии, Африки, Океании очень долго существовала примитивная форма денег – раковины. Раковины каури ходили как деньги и в таких странах с высокой древней цивилизацией, как Китай, Япония и Индия. У многих малоразвитых племен раковины – деньги носят в связке и в случае опасности зарывают их в землю как сокровища. В Меланезии известны так называемые «свиные деньги». Эти странные деньги представляют собой связки раковин, стеклянных бус, собачьих зубов и даже свиных хвостиков. Назначение этих денег довольно курьезно: на них покупают свиней и платят ими выкуп за невесту. Связки свиных денег достигают иногда по истине невероятной для денег величины – до 12 метров.

Известны были деньги в виде мраморных колец на Ново-Гебридских островах или в виде церемонийных каменных топоров – на Новой Гвинеи. В Древнем Китае деньгами служили бронзовые лопаточки-мотыжки, бронзовые колокольчики, ножи или куски полудрагоценного камня нефрита, на острове Борнео были агатовые деньги. В Индии существовали деньги-жемчужины.

Ч

1.раковины каури 2.перламутровые подвески-деньги 3.связка денег-раковин 4.связка металлических денег колец 5.железная мотыжка 6.бронзовый топорик 7.железные прутья из храма Геры 8.оловянный слиток из Южной Британии 9.золотой диск из Микен 10. Бронзовый слиток из Микен 11. Медный слиток из Италии 12.Резной камень

то только не служило человеку деньгами! Диапазон таких вещей по истине велик: от коровьих черепов на острове Борнео до брусков соли в Африке, от металлических копий в Конго до человеческих черепов на Соломоновых островах. С обладанием этих необычных денег связаны те же хлопоты и волнения, что и с самыми обыкновенными деньгами. Устраивались особые «сберегательные кассы» для связок раковин. Создавали специальную охрану этих «касс», то есть домов, где племя хранило связки раковин – сбережения своих сочленов. Сила денег переносилась и в загробный мир. Покойнику в могилу клали связки раковин. Одной из очень распространенных форм денег в древности до изобретения монет, был скот. Корова, бык, овца – вот те деньги, которые употребляли многие древние народы, знавшие в последствии настоящие деньги. Мы употребляем слова «капитал», «капитализм» и хорошо знаем, что они значат. Однако мало кто вспоминает при этом, что слово «капитал» произошло от латинского caput – голова, счет же скота вели по головам. Человечество перепробовало сотни виды денег, пока не перешло к наиболее выгодным и удобным – металлическим. В древнейших государствах мира –Месопотамии и Египте – пользовались слитками металла как посредниками при обмене. Иногда эти металлически деньги делали в форме кольца, полукольца, бруска и т.п.. В Италии до появления монеты обращались слитки меди, принимавшиеся на вес. Постепенно людям стало ясно, что лучше изготовлять слитки определенного постоянного веса. В чем было преимущество металлических денег перед раковинами, коровами, черепами, жерновами и всеми этими примитивными деньгами? Во-первых, металл не портился, его можно было хранить как сокровище сколько угодно; во-вторых, он занимал мало места, и его просто было перевозить; в-третьих, металл легко было разделить на части и превратить слиток большей стоимости в слитки меньшей стоимости для мелких торговых операций. В этом было серьезное преимущество металлических денег. Наиболее выгодными были деньги из драгоценных металлов – золота и серебра. Чтобы воспрепятствовать подделке денег, примешиванию к драгоценному металлу дешевых, государственная власть стала клеймить металлические деньги. Это клеймо означало, что в слитке содержится металл определенного качества. Кусочки металла оделись в «национальный мундир». Так появились первые монеты.


Первые монеты и их облик.


Только у Геродота, Ксенофана и у некоторых других древних авторах имеются сведения о том, что первые монеты стали чеканить в малоазийском государстве Лидии. Сейчас считается установленным, что древнейшие монеты появились в Лидии в 7 веке до нашей эры. Это были монеты из электра – сплава, серебра и золота.

Несколькими десятилетиями позднее появились монеты в греческом городе Эгине. Эгинские монеты имели совсем другой вид, нежели лидийские, и чеканились из серебра. Поэтому можно предположить, что в Эгине монета была изобретена хоть и позднее, но совершенно самостоятельно. Очевидно, именно там развилась особенно быстро мелкая торговля, которая требовала удобных денег в виде монеты. Недаром греки называли эгинцев первыми мелкими торговцами. Самостоятельно появились монеты в Индии и Китае, причем в Китае согласно традиции, мелкие и медные монеты появились еще в начале 1 тысячелетия до нашей эры.

Тысячи монет, круглых и овальных, прямоугольных и квадратных в этой массе монет нам могут встретиться и треугольные деньги Парфии эпохи царей Аршакидов (3в. до нашей эры – 3в. нашей эры) и бесформенные медные лепёшки, чеканенные грузинской царицей Тамарой (конец 12 – начало 13 века); мы столкнемся с удлиненными пластинками, имеющими на концах закругленные фестоны в виде треугольников, - и они окажутся тоже монетами, золотыми монетами английского султана Акбара (1556 – 1605 гг.), и с овальными крошечными серебряными копейками Алексея Михайловича (1645 – 1676 гг.) – царя всея Руси, и с таинственными зазубренными монетами римской республики, и с литыми монетами в форме дельфинов, изготовлявшимися в конце 5 – начале 6 веков до нашей эры в греческой колонии в Северном Причерноморье – Ольвии.

Ч

Греческие монеты (серебро)

1.Афинская монета V в. до н.э. с изображением Афины и совы. 2.Коринфская монета V – IV c изображение Афины и Пегаса. 3.Греческая монета с изображением Афины и быка. 4.Греческая монета с изображением черепахи IV в. 5. Монета македонского царя Филиппа V (конец III в. – начало Ii в) с изображением Персея палицы Геракла. 6.Монета Александра Македонского (конец IV в.) с изображением Геракла в львиной шкуре. 7.Монета Фессалии с изображением Афины.

асто на монетах имеется изображение правителя страны – короля, императора или царя. В восточных странах, где изображение помещали на монетах очень редко, обычно чеканилось только имя правителя, его титулы и почетные звания. Изображения и надписи, говорящие о правителе или правящем народе, или о каких-то городских божествах, или святынях, были всегда основной частью монетного типа. На монетах древней Греции особенно часто находим изображения божеств или священных животных, почитаемых в том городе, где была выпущена монета. Так, например, на монетах Афин чеканилась голова богини Афины – покровительницы этого греческого города, а на монетах Олимпии – голова Зевса. Часты были изображения Геракла и других божеств. Среди множества богов древних римлян был такой, который ведал всеми начинаниями, изобретениями. Ему подчинялось время. Бога называли Янусом и изображали с двумя лицами, обращенными в разные стороны. Римляне верили, что важное на земле создано волей богов. Януса они считали творцом первой монеты. Поэтому на старинных монетах многих городов Италии на одной стороне изображена двуликая голова, а на другой – нос корабля, на котором будто бы Янус приплыл к берегам этой страны. В древней Греции были в обращении драхмы, оболы, холкосы и вошедшая в поговорку мелкая монет – лепта.

Первые персидские, тоже очень древние деньги представляли собой скрученную вдвое серебряную проволоку, слегка расплющенную. Персидский царь Дарий 1 Гистасп задолго до нашей эры отчеканил свои знаменитые дарики. Каждый из них имел 8,4 грамма чистого золота и нес на себе изображение царя, стреляющего из лука.

От монеты к ассигнации


Но – парадокс рыночной экономики – как только золото утвердилось в роли денег, оказалось, что оно не обязательно должно непосредственно участвовать в обращении, а может быть заменено любым его «представителем». Три столетия назад такие заменители появились в виде бумажных денег. И весь этот период бумажные деньги действительно были представителями золота, свободно обмениваясь на него.

И только в 70-х годах ХХ века произошло грандиозное неизбежное, но до сих пор малоизвестное событие, - деньги разорвали связь с золотом, экономика вошла в эпоху «бумажных денег», а золото вновь стало обыкновенным товаром. Под «бумажностью» денег современная экономическая теория имеет в виду прекращение их размена на золото. Они выпускаются государством и имеют «принудительный» курс. К бумажным деньгам относятся казначейские билеты, банкноты, чеки векселя, «электронные деньги» и так далее.

При царице Елизавете Петровне генерал – директор Миних предлагал план улучшения финансового положения государства. План состоял в том, что вместо дорогих металлических денег выпустить по образцу Европы дешевые бумажные деньги. Проект Миниха пошел в Сенат и был там отвергнут: «Предосудительно будет, что вместо денег будут ходить бумажки, да и опасно, чтобы впредь не подать причину худым рассуждениям».

Но Екатерина II этот проект осуществила: взамен громоздких медных денег выпустила бумажные ассигнации, достоинством в 25, 50, 75 и 100 рублей. Они свободно обменивались на медные деньги, и для этой цели в 1768 году в Москве и Санкт-Петербурге учредили 2 банка. Ассигнации Екатерины II были первыми русскими бумажными деньгами.

Если золотые деньги выполняли много функций, то бумажным деньгам под силу только одна функция – «средство обращения», когда ими оплачиваются текущие сделки.


В целом, деньги, являясь всеобщей формой богатства, играют важную роль в обществе:

  • Они опосредствуют кругооборот общественного капитала, создают стоимость и прибавочную стоимость, выступают как форма эксплуатации наемного труда, играют активную роль в воспроизводстве, облегчая или затрудняя его ход.

  • Воздействуют на цены, процент, структуру и динамику активов

  • С их помощью происходит перераспределение национального дохода через государственный бюджет, налоги, займы, инфляцию в пользу монополистического капитала.

  • Они служат средством финансирования подготовки и ведения

  • Через посредство денег осуществляются эксплуатация народов других стран, политика неоколониазма, которые служат одним из источников сверхприбылей господствующих монополий.

Важность денег для функционирования любого общества на всех стадиях его развития вызвала интерес различных экономистов всего мира к их происхождению.








Концепции происхождения денег.


Эволюция теорий денег определяется экономическими и политическими условиями развития, но все эти теории направлены на разработку практических рекомендаций в области экономической политики. В теориях денег следует выделить три основных направления: металлистическое, номиналистическое и количественное.

Металлистическая теория денег. Эта теория отождествляла деньги с благородными металлами – золотом и серебром и получила развитие в 15 – 17 веках, в эпоху первоначального накопления капитала, когда представители данной теории выступили против порчи монет, за устойчивые металлические деньги.

Эта теория появилась в наиболее развитой стране капитализма того времени – Англии. Одним из основателей металлистической теории был У. Стэффорд (1554 – 1612 гг.). Свои взгляды он отразил в памфлете «Краткое изложение некоторых обычных жалоб наших соотечественников», изданном в Лондоне в 1581 году. Сторонниками этого направления в Англии были также Т. Мэн (1571 – 1641 гг.) и Д. Норс (1641 – 1691 гг.). Во Франции аналогичные идеи развивал А. Монкретьен (1575 – 1621 гг.), в Италии – Ф. Галиани (1728 – 1787 гг.). Историческая обстановка, в которой возникла металлистическая теория денег, характеризовалась появлением мануфактур, ростом торгового капитала и захватом европейскими государствами природных богатств заморских стран. Жажда накоплений у зарождавшейся буржуазии толкала экономистов на изучение источников богатства. Они искала эти источники в торговле, в активном торговом балансе, который, по их мнению, обеспечивал приток золота и серебра.

Таким образом, для ранней металлистической теории денег было характерно отождествление богатства общества с драгоценными металлами, которым приписывалось монопольное выполнение всех функций денег. Несостоятельность этой теории заключалась в следующем:

  • При анализе функций денег ранние металлисты не предусматривали необходимость и целесообразность замены полноценных денег знаками стоимости. Они не поняли природы бумажных денег, того, что замена полноценных денег знаками стоимости закономерна. Бумажные деньги широко применялись в то время только в Китае, о чем ранние металлисты в Европе могли и не знать.

Бумажные деньги в Китае описал Марко Поло (1254 – 1324 гг.): «Они были серо – черного цвета и из бумаги тутового дерева. На них было написано: «Билет государственного банка империи Минг, обращается во все времена». В 1620 году бумажные деньги в Китае после их обесценения были запрещены. В Европе до 17 века известны отдельные случаи применения бумажно-денежных знаков итальянскими менялами.

  • Ранние металлисты не понимали, что деньги – историческая категория, что они возникли из товарного обращения на определенном этапе развития человеческого общества.

  • Их представления о богатстве общества как о накоплении благородных металлов было ограниченным и отсюда ошибочен их взгляд, что источник богатства лежит в торговле. Они не поняли, что богатство общества заключается не в золоте, а в совокупности материальных и духовных благ, созданных трудом. Ранний металлизм отражал интересы, прежде всего торговой буржуазии.

В XVIII и в первой половине XIX века металлистическая теория денег, не отвечавшая интересам промышленной буржуазии, утратила свои позиции. Однако во второй половине XIX века немецкий экономист, представитель исторической школы К. Книс (1821-1898гг.) выступил в ее защиту. Возрождение металлистической теории денег было связано введением в Германии золотомонетного стандарта в 1871- 1873 годах. Книс не просто воспроизвел взгляды ранних металлистов, но модернизировал применительно к новым условиям. Модернизация заключалась в том, что в качестве денег он рассматривал не только металл, но и банкноты центрального банка. К этому времени значительную роль в хозяйстве стал играть кредит, послуживший основой для эмиссии банкнот, которые обращались наряду с золотыми монетами и разменивались на них. Признавая банкноты, Книс одновременно резко выступал против бумажных денег, не разменных на капитал. Он был знаком с практикой бумажно-денежного обращения в Северной Америке и во Франции в конце 18 века. Нуллификация бумажно-денежных знаков во Франции укрепила в нем убеждение, что денежное обращение должно быть металлическим в сочетании с банкнотами, разменными на металл. Бумажные деньги он считал столь бессмысленным понятием, как, например, понятие «бумажные булки». Книс утверждал, что золото по своей природе является деньгами.

После первой мировой войны приверженцы металлизма признали невозможность восстановления золотомонетного стандарта и пытались приспособить свою теорию для защиты банкнотного обращения путем сохранения золотого стандарта в форме золотослиткового или золотодевизного. Это была вторая метаморфоза металлистической теории денег.

С крахом золотого стандарта и развитием государственно-монополистического регулирования экономики металлистическая теория денег перестала соответствовать интересам монополистического капитала.

После второй мировой войны некоторые экономисты отстаивали идею восстановления золотого стандарта во внутреннем денежном обращении (например, М. Хальперин – в США, Ш. Рист – во Франции).

В 60-е годы металлизм в модифицированной форме возродился во Франции, но применительно лишь к международным валютным отношениям. Это была третья метаморфоза металлистической теории.

Французские экономисты А. Тулемон, Ж. Рюэфф, М. Дебре и другие, отстаивая золотой стандарт в международном обороте, повышение цены на золото (в Великобритании подобных взглядов придерживался Р. Харрод), выступили против долларового засилья. Эта теория, получившая название неометаллизма, подкрепляла политическую акцию французского правительства, превратившего большую часть своих долларовых авуаров в золото.

С крушением бреттон-вудской валютной системы в начале 70-х годов сторонники неометаллизма стали обосновывать необходимость восстановления золотого стандарта.

Предвыборная платформа Республиканской партии США предусматривала возможность возврата к золотому стандарту. Став в январе 1981 года президентом, Р. Рейган создал комиссию по изучению этого вопроса. После года работы комиссия пришла к выводу о нецелесообразности восстановления золотого стандарта. Однако А. Лаффер и некоторые другие до сих пор сохраняют надежду на возвращение к золотому стандарту.

Коренной недостаток неометаллизма состоит в игнорировании внутренней связи между ГМК и господством неразменных кредитных денег.

Номиналистическая теория денег. Номинализм можно встретить у древних философов при рабовладельческом строе, а затем при феодализме. Первыми номиналистами были апологеты порчи монет. Подметив тот факт, что стершиеся монеты обращаются также, как и полноценные, они стали утверждать, что существенно не металлическое содержание денег, а их номинал.

В Древнем Риме и в середине века юристы по приказу императоров и феодалов оправдывали порчу монет, приносившую немалые доходы для ведения войн и содержания двора. В римском праве было записано, что император «декретирует стоимость денег». Однако порча монет постоянно обнаруживалась, и деньги обесценивались. Так, император Марк Аврелий (121 – 180 гг.) снизил содержание серебряного динария до 75%, и цены в динариях начали расти. Папирусы 260 г. содержат советы египетским менялам отказываться от этих денег.

Номинализм сформировался в 17 – 18 вв., когда денежное обращение было наводнено неполноценными монетами. Именно неполноценные монеты, а не бумажные деньги лежали в основе раннего номинализма.

Первыми буржуазными представителями раннего номинализма так же, как и металлизма, были англичане – епископ, философ – идеалист Дж. Беркли (1685 – 1753 гг.) и экономист Дж. Стюарт (1712 – 1780 гг.).

Представителем этого направления был Н.Барбон (1640 – 1698 гг.) – предшественник классической буржуазной политической экономии. В работе «Очерк о торговле» Барбон определял стоимость товаров не трудом, а полезностью вещей. Впоследствии эта идея была развита австрийской школой в теории предельной полезности. Неверно понимая происхождение, сущность и функции денег, а также экономический закон денежного обращения, Барбон утверждал, что правительство вправе уменьшать металлическое содержание монеты. Он явился предшественником государственной теории денег, развитой позднее Г. Кнаппом. К. Маркс дал критику взглядов Барбона в первом томе «Капитала».1

Номиналисты исходили из следующих положений: деньги создаются государством; стоимость денег определяется тем, что на них написано, их номиналом (отсюда название теории).

В России в эпоху Петра 1 в защиту порчи монет выступал Иван Посошков (1652 – 1726 гг.), оправдывавший финансирование петровских преобразований за счет выпуска неполноценных денег. Примером дворянского номинала было выступление Н. М. Карамзина (1766 – 1826 гг.) против «Плана финансов» М. М. Сперанского (1772 – 189 гг.), предусматривавшего изъятие ассигнаций из обращения.

Основной ошибкой номиналистов является положение их теории о том, что стоимость денег якобы определяется государством. «И разве деньги на самом деле суть что-либо другое, чем марка, или знак для перенесения и регистрации такой власти, - писал Дж. Беркли, - и разве представляет большую важность, из какого материала эти марки сделаны?».2 Тем самым отрицаются теория трудовой стоимости и товарная природа денег. Не поняв сущности денег как всеобщего стоимостного эквивалента, объективно возникшего из товарного обращения, номиналисты наделили их стоимостью исходя из субъективной воли или желания государства.

Номиналисты смешивали меру стоимостей и масштаб цен. Дж. Стюарт определил деньги как масштаб с равными делениями. Между тем можно понять и употреблять масштаб географической карты, если в основе его есть протяженность; можно применять гирю для измерения массы продуктов (картофеля, хлеба), если они обладают тяжестью; точно также деньги выполняют функцию меры стоимостей, если они имеют нечто однородное с товаром, а именно: сами обладают стоимостью, созданной общественно необходимым трудом, или представляют ее.

Дальнейшее развитие номинализма (особенно в Германии) приходится на конец 19 – начало 20 века. Наиболее известным представителем номинализма этого периода был немецкий экономист Г. Кнапп (1842 – 1926 гг.). Оба главных направления буржуазной политэкономии его времени – немецкая историческая школа и австрийская школа предельной полезности (в области теории денег – Ф. Бендиксен) – выступили против марксистской теории трудовой стоимости, так как их пугало в марксизме, прежде всего, обоснование объективного характера экономических законов и неизбежности краха капитализма. Поэтому лейтмотивом их борьбы с марксизмом было противопоставление объективным экономическим законам субъективных, психологических факторов и аргументов.

В книге Кнаппа «Государственная теория денег» (1905 г.) явления экономической жизни изображались только как правовые отношения. Этот метод он распространил и на теорию денег. Деньги, по Кнаппу, имеют покупательную способность, которую придает им государство. Следовательно, деньги созданы государством, отсюда – государственная теория денег.

В отличие от ранних номиналистов Кнапп и его последователи основывали свою теорию не на неполноценных монетах, а на бумажных деньгах. В этом проявилась эволюция номинализма. При анализе денежной массы Кнапп учитывал лишь государственные казначейские билеты (бумажные деньги) и разменные монеты. Кредитные деньги (векселя, банкноты, чеки) он исключал из своего исследования, рассматривая их как особую категорию. По мере распространения кредитных денег проявлялась несостоятельность концепции Кнаппа даже с формальной стороны. Однако и включение кредитных денег в денежную массу не избавляет номиналистическую теорию от ошибок.

Важнейшая ошибка номиналистов состоит в том, что они ищут сущность денег в их правовой основе. Кнапп, говоря о сущности денег, называл их «хартальными», подчеркивая связь с государственным актом. Таким образом, номиналисты не поняли представительный характер бумажных и кредитных денег, вытекающий из объективных закономерностей товарного производства и обращения. Оторвав бумажные деньги не только от золота, но и от стоимости товара, они наделили их «стоимостью», «покупательной силой» путем акта государственного законодательства.

Если металлисты, ослепленные блеском драгоценных металлов, отождествляли с последними деньги и богатство общества, не понимая, что металлические деньги могут быть заменены бумажными представителями стоимости, то номиналисты, напротив, возвеличивали бумажные деньги и отрывали их от товарного производства и обращения. Номинализм сыграл большую роль в экономической политике Германии, которая широко использовала эмиссию денег для финансирования первой мировой войны. У Кнаппа сначала появилось много сторонников.

Однако в период гиперинфляции в Германии, когда для выпуска быстро обесценившихся бумажных денег работало 80 фабрик, сама практика выявила несостоятельность утверждения, будто «государство не знает изменения ценности денег». Гиперинфляция 20-х годов в Германии положила конец господству номинализма в буржуазных теориях денег. Г. Кнапп и Ф. Бендиксен не оставили после себя последовательных сторонников. Применение номиналистических рецептов привело к катастрофе в денежном обращении. Буржуазию не могла больше устраивать теория, дезорганизирующая хозяйство.

В ходе мирового экономического кризиса 1929 – 1933 гг. наблюдалось возрождение номинализма. Это было связано с необходимостью использовать окончательный отход от золотого монометаллизма для провозглашения бумажно-денежного обращения как «идеального порядка». Для обоснования государственно-монополистического регулирования экономики с помощью денег и кредита выдвигаются аргументы, почерпнутые из критики номиналистами металлистической концепции, в частности, развенчивания золота в качестве денег. Эта критика, хотя и входила составной частью в номиналистическую теорию, но не определяла ее существа, заключающегося в утверждении, что «стоимость» денег якобы устанавливается государством.

Современные буржуазные экономисты не разделяют основных взглядов Г. Кнаппа, а поэтому не считают себя номиналистами. Сохранив от номинализма отрицание металлистической концепции и теории трудовой стоимости (иногда это отрицание употребляется, как понятие номинализма в широком смысле слова), они стали искать определение стоимости денег не в декретах государства, а в сфере рыночных отношений и путем субъективной оценки их «полезности», покупательной способности. В результате ведущие позиции в теориях денег заняла количественная теория.

Количественная теория денег. Монетаризм. Количественная теория денег возникла в 16 – 18 веках как реакция на концепцию меркантилистов, утверждавших, что чем больше золота в стране, тем она богаче. Ее родоначальником является французский экономист Ж. Боден (1530 – 1596 гг.), который пытался раскрыть причины «революции цен», связав их рост с притоком благородных металлов в Европу. В 16 – 18 веках добыча золота и серебра в мире примерно в 16 раз превысила запас благородных металлов, который имелся в Европе в 1500 году.

После открытия Америки испанцы вывезли из Мексики и Южной Америки большое количество золота (120 тонн) и серебра (574 тонны) в Европу в 1503 – 1560 гг.. Одновременно увеличилось производство серебра в Европе. С середины 16 века вошли в историю как период «революции цен». Так, за 1580 – 1590 гг. цены возросли почти в два раза.

В 18 веке количественную теорию денег развили англичане Д. Юм (1711 – 1776 гг.) и Дж. Милль (1773 – 1836 гг.), а также француз Ш. Монтескьё (1689 – 1755 гг.). Английский экономист, философ, психолог и историк Юм в соответствии со своими субъктивно-идеалистическими взглядами отвергал понятие субстанции стоимости. Пытаясь установить причинную и пропорциональную связь между приливом благородных металлов из Америки и ростом цен в 16 – 17 веках, он выдвинул тезис: «стоимость денег определяется их количеством». По мнению Юма, цены товаров и стоимость денег определяются между количеством обращающихся денег и товаров, то есть цена товаров всегда пропорциональна количеству денег. В действительности же новые открытия золота и серебра привели к снижению их стоимости, так как они стали воплощать меньшее количество общественного труда; именно этим объясняется увеличение суммы цен товаров и расширение потребностей обращения в деньгах.

Таким образом, основные положения количественной теории денег сводятся к следующему: покупательная способность денег, как и цены товаров, устанавливается на рынке; в обращении находятся все выпущенные деньги; покупательная способность денег обратно пропорциональна количеству денег, а уровень цен прямо пропорционален количеству денег.

Количественная теория видит в деньгах только средство обращения, утверждая, что в процессе обращения в результате столкновения денежной и товарной масс якобы устанавливаются цены, и определяется стоимость денег. Критикуя Юма, К. Маркс писал, что основная ошибка количественной теории денег «коренится у ее первых представителей в той нелепой гипотезе, что товары вступают в процесс обращения без цены, а деньги без стоимости, и затем в этом процессе известная часть товарной мешанины обменивается на соответственную часть металлической груды»1, в то время как в действительности цены товаров обязательно предполагают наличие денежного эквивалента.

Другая ошибка количественной теории денег состоит в представлении, что вся денежная масса находится в обращении. На самом деле существует объективный экономический закон, определяющий необходимое количество денег в обращении в соответствии с законом стоимости. При наличии полноценных денег в обращение вступает не любое количество денег, а лишь такое, какое в данный период необходимо для обращения с учетом отсрочки платежей, безналичных расчетов и скорости обращения денежных единиц. Определяя цены товаров и стоимость денег количеством денег, буржуазные экономисты извращали подлинную причинную связь явлений.

Количественная теория денег игнорировала роль сокровища как стихийного регулятора металлического обращения. Ее сторонники исходили из того, что в обращении могло находиться избыточное количество золота и серебра. Английский экономист Д. Рикардо (1772 – 1823 гг.) не понял стихийного механизма регулирования количества благородных металлов в обращении с помощью функции денег как средства образования сокровищ, в связи с чем К. Маркс и критиковал его за дуализм в вопросе о понимании сущности денег. Следует иметь в виду, что ранняя количественная теория возникла в условиях обращения не бумажных, а металлических денег.

Современная количественная теория, базирующаяся на бумажно-денежном обращении, берет свое начало в работах таких экономистов, как англичанин А. Маршалл, американец И. Фишер, шведы Г. Кассель и Б. Хансен, а также развивается в кембриджской версии англичанина А. Пигу и монетаристами чикагской школы М. Фридмена. Она имеет место с кредитными деньгами, вначале разменными, а затем не разменными на металл.

С первой половины ХХ века господствуют две разновидности количественной теории:

  1. «трансакционный вариант» И. Фишера и монетаристов во главе с М. Фридменом;

  2. концепция «кассовых остатков» английской кембриджской школы во главе с А. Пигу, а после второй мировой войны – Д. Патинкиным.


Критика количественной теории денег И. Фишера.

Американский буржуазный экономист, статистик и математик И. Фишер (1867 – 1947 гг.) отрицал трудовую стоимость и исходил из «покупательной силы денег»1. Пытаясь математически обосновать количественную теорию денег, Фишер выделил 6 факторов, от которых зависит «покупательная сила денег»:

М – количество наличных денег в обращении;

V – скорость обращения денег;

Р – средневзвешенный уровень цен;

О – количество товаров;

М1 – сумма банковских депозитов;

V1 – скорость депозитно-чекового обращения.

Полагая, что сумма денег, уплаченных за товары, равна количеству товаров, умноженному на уровень товарных цен, Фишер вывел «уравнение обмена»:

MV = PQ.

Фишер хотя и употребляет в своей работе знак суммирования , но не как сложение цен всех товаров, взятых в отдельности и каждый со своей ценой, а как сложение результатов произведений товаров определенного вида на средневзвешенную для них цену. «Правая сторона управления, - пишет Фишер, - представляет собой сумму членов вида PQ – цена, умноженная на купленное количество. В математике принято обычно сокращать такую сумму членов, имеющих одинаковую форму, пользуясь значком «» как символом суммирования. Этот символ вовсе не означает величины как символы M, V,P, Q и так далее. Он указывает только на действие сложения и должен читаться следующим образом: «сумма членов следующего типа». Поэтому уравнение обмена может быть изображено таким образом: MV = PQ1.

Эта формула предназначена для обоснования количественной теории денег с математической точностью. Из функциональной зависимости уравнения, имеющего одинаковое значение для левой и правой частей, Фишер делает односторонний вывод о том, что цены товаров Р прямо пропорциональны количеству денег в обращении (скорость их обращения у Фишера принята за величину постоянную) и обратно пропорциональны количеству товаров (эта величина у Фишера почти постоянная). Таким образом, получается, будто куча товаров столкнулась на рынке с грудой денег, при этом товары, не имевшие ранее цены, теперь ее приобретают в зависимости от объема денежной массы. Сущность количественной теории денег Фишер определяет следующим образом: «…из того простого факта, что деньги, затраченные на блага, должны равняться количеству этих благ, умноженному на их цены, следует, что уровень цен должен повышаться или падать в зависимости от изменения количества денег, если в то же время не будет происходить изменений в скорости их обращения или в количестве обмениваемых благ»2.

Ошибки Фишера заключались в следующем:

  • во-первых, он берет вместо суммы цен товаров PQ произведение средневзвешенной цены на количество всех товаров PQ, так как, по мнению представителей количественной теории денег, товары поступают на рынок без цены. Теория трудовой стоимости исходит из того, что товар выходит на рынок с ценой, а следовательно, нельзя отрывать цены от товаров.

  • Во-вторых, рассматривая длительные отрезки времени, Фишер условно принял переменные величины V и Q за стабильные, после чего зависимыми переменными величинами остались только две – количество денег и цены. В действительности же количество товаров (в силу циклического характера капиталистического воспроизводства) и скорость обращения денежных единиц изменяются и существенно влияют на денежное обращение и ценообразование.

  • В-третьих, из функциональной зависимости двух переменных (цен и денежной массы) Фишер делает односторонний вывод о причине и следствии. Он пишет: «Уровень цен является следствием и не может быть причиной изменений в других факторах уравнения обмена». И далее: «Главное же наше заключение состоит в том, что мы не нашли ничего противоречащего истине количественной теории, утверждающей, что изменение количества денег (М) вызывают нормально пропорциональные изменения в ценах»1.

Анализируя металлическое обращение, К. Маркс показал обратную зависимость между ценами товаров и денежной массой: «…количество находящегося в обращении золота определяется товарными ценами…»2. К. Маркс не отрицал воздействия денежной массы на цены товаров при бумажно-денежном обращении, но это не противоречит сформулированному им закону о количестве денег, определяемому существующей суммой цен товаров. Практика ГМК подтвердила, что рост товарных цен обусловлен рядом факторов, включая политику монополий, а не только денежной массой. Таким образом, причинность роста цен, выводимая И. Фишером только из количества денежных единиц, не подтверждается практикой ни металлического, ни бумажно-денежного обращения

  • В-четвертых, формула Фишера MV = PQ по существу представляет собой тавтологию, так как деньги, по его мнению, лишь «покупательная сила», или оплата покупок, а товары и цены представляют величину продаж. Здесь нет ничего кроме констатации тождества между продажей товаров и услуг и их денежной оплатой. «Сумма затраченных денег, - пишет Фишер, - равна средней сумме денег в обращении, умноженной на скорость их обращения или оборота. Таким образом, Е или MV выражают денежную часть уравнения обмена. Обращаясь к товарной части уравнения, мы будем иметь дело с товарными ценами и количествами обмениваемых товаров»3.

Ошибки Фишера состоят в том, что он выводит цены из столкновения товаров и денег в сфере обращения, игнорируя процессы, протекающие в материальном производстве, без чего нельзя понять связь ценообразования со стоимостью товаров.

Современный монетаризм. Наибольшее число сторонников «трансакционного варианта» количественной теории денег составляют монетаристы во главе с М. Фридменом, К. Бруннером и А. Х. Мельтрецом. Исходя из моделей равновесия в экономике (А. Маршалла и Л. Вальраса) они считают, что оно и сейчас достигается автоматически путем изменения «относительных» цен, или цен на отдельные товары, а главным предметом исследования должен быть переход от одного уровня равновесия к другому, то есть «абсолютный» – общий уровень цен. Причину изменения этого уровня они выводят из величины денежной масс. Фридмен относит к денежной массе не только наличные деньги (банкноты и монеты), но и все депозиты коммерческих банков – как до востребования, так и срочные. Динамику национального дохода и уровня цен он рассматривает как явления, производные от денежной массы, заявляя, что «длительные колебания цен правильно отражают колебания денежного запаса на единицу продукции»1.

Современные монетаристы внесли ряд новых моментов в количественную теорию денег своих предшественников. Во-первых, они отказались от утверждения о пропорциональности динамики денежной массы и цен, сохранив лишь одностороннюю причинно-следственную связь. Во-вторых, они признают необходимым учитывать изменения скорости обращения денежной единицы, но не придают этому фактору большого значения. В-третьих, они отказались от сформулированного Фишером условия постоянства товарной массы при анализе длительных периодов. В-четвертых, их денежная теория связывается с производством, поскольку динамика денежной массы у них имеет первостепенное значение для объяснения колебаний в процессе воспроизводства. Отсюда делается вывод, что денежно-кредитная политика является наиболее эффективным инструментом регулирования экономического развития.

Несмотря на новые моменты, теория М. Фридмена в основном опирается на концепцию И. Фишера. Количественная теория денег в трактовке Фридмена есть разновидность теории предложения применительно к деньгам. Предложение денег, по Фридмену, определяется количеством денег, создаваемых государством или банковской системой. Он считает, что изменение спроса на деньги протекает медленно, тогда как предложение денег меняется гораздо чаще и вне связи с денежным спросом. Следовательно, спрос на деньги принимается за величину, близкую к постоянной, а определяющим становится избыток предложения денег. Последнее разъясняется следующим образом: «Предположим, что номинальное количество денег, которое население имеет в определенный момент времени, соответствует по текущим ценам большему количеству, чем оно хочет иметь. Тогда люди будут стремиться избавиться от того, что они рассматривают как свои избыточные денежные остатки… Если цены и доход могут свободно изменяться, то попытка израсходовать больше увеличит объем расходов и поступлений, выраженных в номинальных единицах, приведет к надбавке в ценах, и возможно также, к увеличению продукции»2.

Концепция М. Фридмена выражается формулой, которая лишь внешне отличается от формул И. Фишера и А. Пигу, а по существу призвана обосновать ту же самую одностороннюю причинную связь между денежной массой и ценами:

M = KPY, где

М – количество денег;

К – отношение денежного запаса к доходу;

Р – индекс цен;

Y – национальный доход в неизменных ценах (или его физический объем).


Отсюда сделан вывод, что изменение денежной массы (М) может сопровождаться соответствующим изменением в любой из трех величин правой части уравнения, то есть рост денежной массы может привести либо к повышению цен (Р), либо к увеличению реального национального дохода (Y), либо к изменению коэффициента, отражающего отношение денежного запаса к доходу. Как все представители количественной теории, Фридмен идет от денежной массы к ценам и даже не ставит вопрос о возможности обратной связи, игнорируя практику монополистического ценообразования. Однако последняя свидетельствует об обратной связи между ценами и денежной массой, вскрывая несостоятельность разнообразных вариантов количественной теории денег.

Современный монетаризм характеризуется преувеличением роли денег в экономике. В действительности национальный доход и его динамика определяются не денежными, а реальными факторами: производительностью общественного труда и численностью занятых в производственном процессе. В основе циклического движения производства лежат противоречия капитализма, а не денежное обращение. Современному монетаризму присущ коренной методологический порок – он проникнут меновой концепцией, ставит во главу угла не производство, а обращение.

Кембриджская версия количественной теории денег. Основателями этой концепции являются английские экономисты А. Маршалл, А. Пигу, и Д. Робертсон. Наиболее полно она разработана в трудах А. Пигу и Д.Патинкина. В «трансакционном варианте» И. Фишера деньги выступают только в функциях как средство обращения и средства платежа. Пигу добавил еще одну функцию накопления и придал ей особое значение. Однако оба варианта количественной теории денег игнорируют функцию денег как меры стоимостей, их роль как всеобщего стоимостного эквивалента. Количественная теория денег Фишера исходила из анализа предложения денег. Кембриджская школа во главу исследования поставила спрос на деньги, который она рассматривает наравне со спросом на товары и услуги. Если для Фишера определяющим является нахождение денег в обращении, то для кембриджской школы главное заключается в том, что на деньги есть особый спрос, и они остаются как раз вне обращения у отдельных лиц и предприятий в виде «кассовых остатков». В отличие от Фишера, анализировавшего глобальные величины всего общественного капитала и общий уровень цен, Пигу акцентировал внимание на индивидуальных капиталах и поведении их владельцев, на «относительных» ценах, а не на «абсолютном» их уровне. Его интересуют мотивы, заставляющие отдельных субъектов держать у себя определенный запас денег.

К «кассовым остаткам» Пигу относит наличные деньги и остатки на текущих счетах. Таким образом, Пигу определяет количество денег как сумму кассовой наличности населения и предприятий. По мнению Пигу, нельзя установить общее количество денег, но каждый человек в состоянии решать, какую часть своего дохода он хочет иметь в денежной форме. Если все люди захотят держать меньшую, чем прежде, часть дохода в денежной форме, то они будут расходовать деньги, в результате чего товарные цены повысятся. Напротив, если все предпочтут перевести большую часть дохода в денежную форму, то в результате накопления денег расходы уменьшатся, а спрос на товары и цены понизится. Хотя подход Пигу к анализу денег отличается от подхода Фишера, но существу, он не вышел за рамки количественной теории, так как устанавливает прямую связь между деньгами и ценами. Это подтверждает и формула Пигу:

M = KPY, или P =

которая при внимательном рассмотрении совпадает с «уравнением обмена» Фишера. В приведенной формуле:

М – денежная масса;

Р – уровень цен;

Q – товарная масса (или физический объем товарооборота);

К – доля годовых доходов лиц и фирм, которую они желают держать в денежной форме.

Различие в формулах Фишера и Пигу заключается в том, что в первой используется показатель скорости обращения денежной единицы V, а во второй – коэффициент К, который является обратным по значению показателю V. Если заменить в формуле Пигу коэффициент К, то получается формула Фишера.

Пигу признавал: «На первый взгляд можно подумать, что две формулы находятся в резком противоречии. Но в действительности легко показать, что они вполне соответствуют друг другу.»1 это, по его словам, доказывается тем, что «когда люди решают держать половину прежних ресурсов в форме титулов на законные платежные средства, то это означает, что скорость обращения удвоилась».2

Сходство двух разновидностей количественной теории проявляется в том, что если И. Фишер исходил из постоянства V и Q при анализе длительных отрезков времени, то А. Пигу принимал за постоянные показатели К и Q, а следовательно, оба оставляли одни и те же переменные М и Р и выводили причинность роста цен (Р) из изменения денежной массы (М). Таким образом, кембриджский вариант количественной теории денег страдает теми же пороками, что и ее разновидность, выдвинутая Фишером.

С середины 50-х годов наблюдается возрождение неоклассического направления в буржуазной политической экономии и базирующейся на нем кембриджской версии количественной теории денег. Наиболее крупным представителем этой теории является Д. Патинкин. К новой кембриджской школе принадлежат английские экономисты: У. Годли, Ф. Криппс, К. Кутс, Р. Тарлинг, М. Фезерстон.

Д. Патинкин в работах «Деньги, процент и цены» (1956 г.) и «Кейнсианская денежная теория и этапы ее развития» (1976 г.) исходит из причинной прямо пропорциональной зависимости между массой денег и ценами. Однако он проводит четкое различие между «относительными» ценами, то есть ценами на отдельные товары, и «абсолютными» ценами, или их общим уровнем. Он пытается тем самым устранить противоречие между микроэкономическим подходом кембриджской школы, рассматривавшей спрос и предложение индивидуумов, и макроэкономическим подходом Фишера, изучавшего «общий уровень цен» независимо от «относительных цен».

Как и А. Пигу, исходивший из поведения собственников индивидуальных капиталов и установления «относительных» цен, так и И. Фишер, бравший за основу «общий уровень» цен, игнорировали взаимосвязь этих двух явлений. Параллельный анализ двух уровней цен получил название «классической дихотомии».

Д. Патинкин сделал попытку связать эти два уровня через эффект «кассовых остатков», или «резервов». Он считает, что нужно исследовать полезность не израсходованных денег, а сохраненных, накопленных. Тем самым спрос на деньги приобретает самостоятельное значение наряду с потреблением и инвестициями. Следовательно, теория денег становится одновременно вариантом теории доходов и теории «предельной полезности». Патинкин отказывается от неоклассического понятия «нейтральности денег», наделяя их полезностью, равнозначной полезности предметов потребления и инвестиционных товаров. По его мнению, деньги получают стоимость благодаря своему свойству полезности в качестве «кассовых остатков», которые могут быть использованы на различные цели. Он рассматривает «кассовые резервы» как наиболее ликвидную форму инвестиций в ценные бумаги, а затем уже в реальный капитал.

Патинкин связывает использование доходов на три цели (потребление, инвестиции и «кассовые резервы») как с установлением «относительных» цен, так и с «общим уровнем цен». Однако ему не удалось избавиться от ошибок, присущих количественной теории денег. Он лишь усложнил простую форму пропорциональной зависимости денежной массы и цен тем, что ввел спрос на деньги как на «кассовые остатки», а, следовательно, активная роль денежной массы стала определяться не только эмиссией, но и изменением «кассовых резервов».












Заключение.


На основании всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что каждая из перечисленных теорий денег и кредита имеет свои недостатки и свои преимущества. Так, например, металлистическая теория денег отождествляла деньги с благородными металлами и ее представители имели ошибочный взгляд, что богатство общества заключается в золоте. Ошибкой номиналистов является положение их теории о том, что стоимость денег якобы определяется государством, а также то, что они ищут сущность денег в их правовой основе. Такое понимание в конечном итоге приводит к инфляции. Ошибка количественной теории денег состоит в представлении, что вся денежная масса находится в обращении и в утверждении, что чем больше золота в стране, тем она богаче.

С развитием общества изменялись взгляды на теории денег. В обращение были выпущены бумажные деньги, которые в обязательном порядке подкреплялись золотым запасом страны. Если это равновесие нарушается, то в стране происходит финансовый кризис, обнищание населения, то есть несоответствие доходов и возможностью приобретения на них средств существования. Но чтобы выйти из этой ситуации, дополнительная эмиссия денег – не выход, потому что это повлечет за собой обесценивание денег.

Мой взгляд заключается в том, что при разработке теорий нужно придерживаться основного принципа: количество денег, находящееся в обращении должно соответствовать количеству выпускаемой в стране продукции, рост заработной платы не должен превышать рост производительности труда.








































1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т.23. – С. 140, 154 – 155.

2 Цит. по Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 13. – С. 63.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 23. – С. 134.

1 См.: Фишер И. Покупательная сила денег. – М.: Финансовое издательство НКФ СССР, 1925. – С. 12.

1 См.: Фишер И. Покупательная сила денег. – М.: Финансовое издательство НКФ СССР, 1925. – С. 21.

2 Фишер И. Указ. Соч. – С. 17.

1 Фишер И. Указ. Соч. – С. 134.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 13. – С. 104.

3 Фишер И. Указ. Соч. – С. 20.

1 Friedman M. The Demand for Money: Some Theoretical and Empirical Results (1959)\\ Monetary Policy. – N. Y. 1996. – P. 3.

2 Friedman M. A. Theoretical Framework for Monetary Analysis – N. Y. 1971. – P. 3.

1 Piqou A. S. The Controversy over the Quantity Theory of Money. – Boston, 1965. – P. 39.

2 Там же.


Случайные файлы

Файл
8982-1.rtf
240-2053.DOC
50910.doc
106368.rtf
151-0003.DOC