В поисках истоков концепции самоактуализации (158147)

Посмотреть архив целиком

Конфуцианство жестко ограничивало путь саморазвития и придавало ему нормативный характер: «Человек должен поступать так, как велит порядок и его положение» [9].

Одним из важнейших направлений развития философской мысли в Китае наряду с конфуцианством был даосизм. Дао (пути) внутренне присуща собственная творческая сила дэ, через которую дао проявляется в вещах при воздействии инь и ян. Согласно дао, мир находится в спонтанном, непредопределенном движении. Цель мышления, по даосизму, есть «слияние» человека с природой, так как он является ее частью. Речь здесь идет о согласии с миром, на котором основывается душевное спокойствие человека. Соблюдение «меры вещей» является для человека. главной жизненной задачей. Не-деяние или, скорее, деятельность без нарушения этой меры (у вэй) является объяснением сообщества человека и мира на единой основе, которой является дао. Постижение мира сопровождается тишиной, в которой понимающий муж овладевает миром. Это радикально противоположно конфуцианской концепции «благородного мужа» (образованного мужа), который должен упражняться в обучении и управлении другими.

Важная особенность мировосприятия человека дотехногенного общества - то, что происходит в мире - свойство и порождение самого мира, проявление мира как живого, обладающего энергией и волей организма. Мир воспринимается как живой, одушевленно-деятельный, сам порождающий свои проявления Космос. Человек в нем неотделим от бытия, его положение нецентрировано в едином Космосе. Человек включен в бытие, подчинен его законам, его физическое благополучие и социальный статус покоятся на подчинении законам мира, в чем бы они не выражались - в воле богов, в повелениях судьбы, в неотвратимости смерти [17].

Но уже в античной мифологии появляются герои (или безумцы), бросающие вызов бытию, стремящиеся встать над богами и присвоить себе право изменять мир: Прометей, укравший огонь и изменивший существование людей; Сизиф, обманувший смерть; Тантал, похитивший собственность Зевса; Иксион, посягнувший на саму Геру.

Их бунт - бунт против единого бытия, в котором нераздельны мир и человек, а направленная вовне активность (или агрессивность) человека мыслится бунтом отдельного органа против всего организма. Не случайно историю мироотношения, создавшего современную Европу, начинают с Одиссея, внука Сизифа, бросившего вызов богам и победившего их. В образе Одиссея человек уже противостоит бытию как чему-то внешнему для него. Бытие внешнего мира начинает выступать объектом, на который направлена активность «из-себя-действующего» человека.

Античная классическая философия, решая проблему «высокого» саморазвития, исходила из примата личности.

Основой понимания этических принципов, отношения к полису и религии Сократ считал именно последовательное познание «себя самого» [5]. Сократ подчеркивал значение совести, «внутреннего голоса», который он называл даймонионом и который был гарантией постижения подлинной истины. Даймонион, согласно Сократу, имел божественное происхождение. Именно посредством этого «даймониона» боги выделяют человека и сообщают смысл всему мирозданию. Целью всего в мире, по Сократу, является человек. Сократ обращал основное внимание на познание сути добродетели. В данном случае познание сути добродетели, познание того, что есть «нравственное», является для него предпосылкой нравственной жизни и достижения добродетели. Так, для Сократа мораль сливается со знанием. Истинная нравственность, по Сократу, - знание того, что есть благо и прекрасное и вместе с тем полезное для человека, что помогает ему достичь блаженства и жизненного счастья. Добродетели, равно как и моральные нормы, и законы, основанные на них, Сократ считал вечными и неизменными.

Свободное саморазвитие - в платоновском смысле тождество разума и множественного мира эйдосов. Это - даже не внутренняя свобода разума над животным началом (сократовская «энкратейя»), но скорее, свободное самоопределение в том смысле, который обнаруживает Виктор Франкл – «ценность отношения». Каким бы внешним или внутренним объективным обстоятельствам ни был вынужден подчиняться человек, он «сталкиваясь со своей судьбой и вынужденный ее принимать, все же имеет возможность реализовать ценности отношения» [15].

Платон, начиная с «Тимея» вводит понятие «сингенейя» - родство упорядочивающего мир Бога и человека, стремящегося к «калокагатии» - физическому и духовно- нравственному совершенству. Сингенейя - принцип, выражающий нераздельность человека и мира, выраженную в их единой способности к самоорганизации. Калокагатия же есть образовательный идеал Платона. Бог построил Космос, «устроил ум в душе, а душу в теле и таким образом построил Вселенную» [13]. Человек, стремящийся к гармонии трех модусов своего бытия, уподобляется Космосу. Подлинный источник движения Космоса и человека внутренний: «Что касается движений, наилучшее из них то, которое совершается [телом] внутри себя и самим по себе, ибо оно более всего сродно движению мысли, а также Вселенной» [13].

Аристотель идет дальше. Бог как неподвижный двигатель («то кинун акиэтон»), сверхчувственная субстанция, чистый акт, мышление о мышлении. Бог - не действующая причина, а - целевая причина. Мир не сотворен Богом, ибо в таком случае до акта творения должна была быть потенция – хаос. Универсум Аристотеля вечен, Бог, оставаясь неделимым, неизменным и бесстрастным, лишь двигает его к совершенству.

Но и человек как обладатель приходящей к нему извне и независящей от тела души - активного интеллекта - обладает такой функцией. Человек воспринимает чувственные образы, мышление выделяет в них формы, составляющие сущность вещей, культивирует их в понятия и создает субстанциальную реальность - логику, порождающую мир, понимающую и подчиняющую его в процессе логизирования. Человек в развертывании потенций своей души - активного интеллекта - также выступает преобразователем чувственной реальности - материи («гиле» - от греч «лес» как строительный материал) [1]. Через внесение в материю формы-эйдоса он осуществляет финальное бытие: через познание, установление и выбор создает чистые формы - понятия и тем самым актуализирует потенции, заложенные в чувственном мире материи. Образ человека у Аристотеля это мыслящий мир и превращающий его через мышление в нечто «сподручное» [17]. Конструируя схему бытия, Аристотель задает и способ постижения бытия человеком, а также способы его миро- и самопреобразования. Первый шаг на пути такого преобразования - постижение собственного бытия вещей - чувственного мира.

Таким образом, мы видим, как интересовала древних мыслителей идея саморазвития во имя высших целей. Их волновали схожие проблемы. На поиск ответов влияла культурно-историческая ситуация. Но, тем не менее, они верили в творческую активность, возможность развития, наличие истины и способность к познанию, признавали неодинаковость, ценили и старались понять моменты Высших переживаний, предполагали о наличие пути к Высокому…

Все это говорит о вероятном влиянии знания древних на формирование основных принципов самоактуализации, но не может утверждать об исключительной причинности развития уникальной теории.

Эти же вопросы волновали и двигали вперед философскую мысль и в последующие периоды, порождая новые теории и оттачивая основные принципы получения философского знания.

Для римской культуры характерно стремление обогатиться лучшим из того, с чем сталкивается Рим, стремящийся к мировому господству. Логичным поэтому является то, что и римская философия формируется под решающим влиянием греческого, в частности эллинистического, философского мышления. В Риме развиваются три философских направления, которые сформировались уже в эллинистической Греции,- стоицизм, эпикуреизм и скептицизм. Наибольшее распространение как в республиканском, так и позже в императорском Риме получил стоицизм. Возможно, стоическая философия лучше всего отражает развивающийся кризис духовной жизни общества, который явился следствием экономического и политического разложения. Именно стоическая этика наиболее адекватно отражает «свое время». Это этика «сознательного отказа», сознательного смирения с судьбой. Она отводит внимание от внешнего мира, от общества к внутреннему миру человека. Лишь внутри себя человек может найти главную и единственную опору.

Наиболее видным представителем римского стоицизма (новой стои) был Сенека.

Смысл жизни Сенека видит в достижении абсолютного душевного спокойствия [14]. Одной из основных предпосылок этого является преодоление страха перед смертью. Этой проблематике он отводит весьма много места в своих трудах. В этике он продолжает линию старой стои, подчеркивая понятие человека как индивида, стремящегося к совершенствованию в добродетелях.

Жизнь, в которой человек все или подавляющую часть своих усилий посвящает собственному совершенствованию, жизнь, в которой он избегает участия в общественных делах и политической деятельности, является, согласно Сенеке, наиболее достойной. «Лучше искать укрытия в тихой пристани, чем быть добровольно бросаемым туда-сюда всю жизнь. Подумай, скольким ударам волн ты уже подвергался, сколько бурь пронеслось в твоей частной жизни, сколько их ты бессознательно вызвал на себя в публичной жизни! Не имею в виду, чтобы ты топил свои дни во сне и в наслаждениях. Это я не называю полноценной жизнью. Стремись найти задачи более важные, чем те, которыми ты до сих пор занимался, и верь, что важнее знать счет собственной жизни, чем общего блага, о котором ты пекся до сих пор! Если будешь так жить, ждет тебя общение с мудрыми мужами, прекрасное искусство, любовь и свершение блага; осознание того, как хорошо жить и однажды хорошо умереть» [14]. Его этические воззрения пропитаны индивидуализмом, который является реакцией на бурную политическую жизнь в Риме.


Случайные файлы

Файл
159117.rtf
Билеты.docx
23350-1.rtf
31806.rtf
150499.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.