Ричард Ливингстон и Карл Мангейм о проблеме совершенствования духовного образования (157435)

Посмотреть архив целиком

Ричард Ливингстон и Карл Мангейм о проблеме совершенствования духовного образования

С.В. Фоменко

В 1930-х годах английское общество, как и наше сегодня, тоже переживало острый кризис, включая и явный упадок моральных норм, и ослабление в жизни роли духовных элементов. Об англичанах того времени современник писал: многие из них принадлежат к тому типу людей, который Платон называл "демократическим человеком", т.е. они "не имеют твёрдого принципа, ясной цели, критерия для одобрения или отвержения чего-либо; они не обладают ничем, кроме порыва мгновения" [1, c.111]. Отсюда развёрнутый научной и педагогической общественностью Великобритании поиск "средств, способствующих развитию духовной жизни" [2, c. 540]. Поскольку перед нами стоит аналогичная задача, есть смысл познакомиться с соображениями, высказанными по данному вопросу двумя известными учёными и общественными деятелями Англии предвоенного времени. Один из них - крупный учёный-эллинист и теоретик образования, почётный доктор многих университетов мира Р. Ливингстон. Другой - не менее известный в Европе и Америке философ и социолог К. Мангейм. Эмигрировав из Германии в Англию в 1933 г., Мангейм сосредоточил усилия на обосновании необходимости для либерального общества "интегрировать в новую модель преимущества планирования и свободу демократического строя", т.е. отстаивал необходимость для Запада пойти по третьему пути, отличному от фашизма и коммунизма [2, c.447]. Попутно он работал в области социологии образования, а также социологии молодёжи, основоположником которой, по мнению некоторых, являлся. Цитируемые нами работы обоих авторов вышли на английскои языке в одном и том же 1941 г.

Чтобы преодолеть "слабость духа", Ливингстон предлагал прежде всего пересмотреть программы школьного образования, усилив роль и значение гуманитарного знания. Он писал: "Ребёнок приходит в школу, чтобы... выделить конечную цель, на достижение которой должна быть направлена его деятельность; чтобы изучить средства, позволяющие ему выполнить своё предназначение в мире; чтобы получить... картину мира в качестве своего рода симфонии либо произведения искусства, где все части связаны в единое целое и существует множество незначительных целей: зарабатывание на жизнь, выполнение определённой работы, проявление какой-то способности. Но все эти цели подчинены основной - Высшей Цели", которую вслед за Дж.Мильтоном, возможно, следует определить так: "познать Бога, а познав, полюбить его и подражать ему, и как можно ближе приблизиться к его образу, наполнив души подлинной добродетелью" [1, c.116]. Поскольку ребёнку в школе предстоит познать средства и цели, говорил Ливингстон, то и все школьные предметы "распадаются на две большие категории, связанные либо со средствами, либо с целью". Важно постоянно помнить об этом. Только так можно "превратить наш образовательный хаос в нечто похожее на космос"[1, c.115].

Учёный был твёрдо убеждён, что школе следует повернуться лицом к предметам, "постепенно подводящим учащихся к Высшей Цели". Их, полагал он, всего 4: теология, философия, литература и история. Особенно настойчиво Ливингстон советовал обратиться к преподаванию греческой истории и литературы. Он обращал внимание, в частности, на то, что в греческой литературе "как ни в одной из литератур Европы изложен ясный взгляд на рациональность человеческого существования - взгляд, который уравновешивает притязания тела, характера и интеллекта, притязания материальной и духовной цивилизации, индивидуума и государства". А в трудах великих греков по политике и этике содержится "противоядие тому отсутствию великих идей, которое составляет нашу наибольшую слабость". Платон и Аристотель, писал учёный, "глубоко различны. Платон обрисовал идеал диктатуры элиты, постоянно воспроизводящейся в человеческой истории, а Аристотель набросал контуры либерализма... Но оба рассматривали политику в качестве нити того гобелена человеческой жизни, в котором мораль - часть политики (и нравственной политики!)" [1, c.114]. Классическое образование, подчёркивал также Ливингстон, укрепляет дисциплину ума, развивает мыслительные и творческие способности, что вполне соответствует требованиям, предъявляемым к школе научно-техническим прогрессом.

Возражая тем, кто в условиях всё большего отставания Англии в научно-технической области стремился пересмотреть программы обучения в пользу естественно-научной и общетехнической подготовки, учёный писал: "Экономика не относится к великим целям цивилизации", хотя и является её незаменимым средством" [1, c.27].(Фактически эту же самую мысль Мангейм выразил так: "Ни механизация, ни индустриализация... не делают человека лучше, а общество счастливее" [2, c.539]).

Увлечение экономикой привело к тому, что сегодня перед нами, по выражению Ливингстона,"цивилизация средств без целей, более богатая, нежели другие эпохи..., но проматывающая и неверно использующая средства в силу отсутствия высшего идеала - иными словами, пустое тело с безжизненной душой" [1, c.118]. Неоднократно обращая внимание на то, что "у нашей цивилизации выпало основание, произошла смерть или смерти подобный обморок христианства, а заодно и нравственно- религиозных идей", смягчавших варварство [1, c.110], учёный и мысли не мог допустить о возможности исправления ситуации без усиления религиозного образования молодёжи: поскольку "духовная жизнь Европы проистекает из двух источников: Греции и Палестины, христианства и эллинизма", необходимую жизненную философию "мы находим в христианстве и Греции" [1, c.114, 122].

Доводы верующих в пользу религиозного образования известны. Гораздо больший интерес поэтому представляют аргументы людей, далёких от церкви, из числа тех, кто в 1930-е годы также пришёл к выводу о необходимости резко усилить роль религии - и в обществе в целом, и в школе. Убедившись, что "в ходе развития динамического рационализма в сфере морали современный человек постепенно теряет почву под ногами", Мангейм, например, сделал заключение: "религия должна снова ожить в мотивах человеческих действий и воплотиться в институтах" [2, c.510-511].

Секуляризация, писал социолог, привела к тому, что духовная жизнь и регулирование человеческих отношений - личных и общественных - попали под власть конкурирующих общественных интересов. Конкурирующие же системы ценностей взаимно уничтожили друг друга и привели к нейтрализации ценностей вообще. Ставшую итогом всего этого бездуховность Мангейм характеризовал как "исчезновение исконных образов или архетипов, определявших жизненный опыт человечества на протяжении многих столетий", таких, как "герой, мудрец, дева, святой, кающийся..." Исчезновение этих не являющихся просто "пережитками" архетипов без соответствующей замены, пришёл к выводу учёный, "ведёт к дезинтеграции современного жизненного опыта и человеческого поведения. Без парадигматического опыта невозможно ни последовательное поведение, ни формирование характера, ни реальное человеческое сосуществование и сотрудничество" [2, c.535-536].

Акцентируя внимание на преимуществе усвоения наследуемой нормы в идиоматике конкретных образов, а не в терминах абстрактных принципов, Мангейм писал: "...Архетипы христианских установок сформулированы не в виде абстрактных заповедей, а раскрываются в притчах, повествующих о жизни и учении Христа. Притча... обращается к нам через конкретный образ", который "одним штрихом раскрывает перед нами явное поведение, внутреннюю мотивацию, образы конкретных личностей и конкретную социальную обстановку происходящего" [2, c.519]. Любая же "рациональная формулировка принципа ведёт к заблуждению, так как предполагает логическую дедукцию, где единственным критерием истины остаётся разумная логика" (которой, следовало бы добавить, обладает далеко не каждый). Важно и то, писал Мангейм, что "притча несёт в себе огромное богатство религиозного опыта, который всегда даёт больше, нежели чисто рациональный и функциональный жизненные аспекты" [2, c.511]. Таким образом, "религия придаёт главное значение не моральному или этическому опыту и не способам регулирования поведения индивидов, а объяснению жизни с точки зрения парадигматического опыта. Можно спорить о том, что является главным в христианстве - первородный грех, искупление, освободительная творческая сила любви или распятия или же глубокое страдание". (Толкование моделей правильного поведения, полагал учёный, зависит от того, какой вид религиозного опыта принимается во внимание). Но "если этот парадигматический опыт исчезает, как это происходит в секуляризированной европейской истории, то... проблема ценностей сводится лишь к приспособительности человеческого поведения", когда "предписания и ценности рассматриваются главным образом как средства, их цели теряются" [2, c. 534-535].

Если, писал Мангейм, правильна такая трактовка христианской истины, "что она дана лишь как направление, а не как жёсткий рецепт", если считать, что "основные христианские истины не изложены в форме жёстких правил, а даны в конкретных парадигмах, лишь указывающих направление, в котором нужно искать истину, тогда для людей в каждую новую эпоху остаётся огромный простор для творчества", а сама история в этом случае "будет заключатьсч в материализации той христианской сущности, что соответствует изменению социальных условий, в которых вызваны к жизни поколения людей" [2, c.520, 519].

Выступая за "нетоталитарное проникновение религиозного духа в общество", Мангейм в то же время предупреждал против насаждения этого духа, ибо "любая романтическая попытка дискредитации позитивных аспектов современного мышления, таких, как рационализм, отрицание религиозных предрассудков и критический дух, может злоупротребить апологией нерациональных сил для поддержки нового увлечения средневековьем" [2, c.532]. Внимания заслуживает и ещё одно предупреждение социолога: "Если требовать слишком сильного подчинения религиозной сфере, то возникнет опасность, что эта модель слепого подчинения может подготовить почву для слепой покорности нерелигиозным силам" [2, c.514-515].


Случайные файлы

Файл
114299.rtf
56955.rtf
85056.rtf
129164.rtf
33308.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.