Число и личность: Поджо Браччолини (77729-1)

Посмотреть архив целиком

Число и личность: Поджо Браччолини

(Контент-анализ текстов «Книга о благородстве», «Спор о жадности» и «Речь на похоронах Леонардо Бруни»

Н.В.Ревякиной, подвигнувшей меня в далеком 1987 году (в Иваново) на это езнадежное предприятие

Итак, речь здесь пойдет об итальянском Возрождении. И конкретно: об одном из видных деятелей этой эпохи (имеется в виду п.п.XV ст.) Поджо ди Гуччо Браччолини – фигуре странной, противоречивой.

Впрочем, биографию этого человека вы сможете узнать в другом месте. Здесь мы будем говорить о его личности. Причем, судить о ней станем ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО по содержанию дошедших до нас философских трактатов. А инструментом в этом непростом деле нам послужат математические, или, иначе говоря, квантивикационные методы (от англ. – количество).

Насколько нам известно, так (таким способом) как это делается в этой работе, феномен личность еще никто не исследовал. Поэтому особое внимание в нашем исследовании будет уделено методологическим проблемам.

Прежде всего, несколько слов о методике и методологии исследования.

То, чем сегодня мы будем заниматься – предмет нашего исследования – часто называют словом «ментальность». На самом деле, существует бесконечное множество определений этого термина. И мы воспользуемся одним из них. А именно: «ментальность» у нас будет означать совокупность представлений, воззрений, «чувствований» общности людей определенной эпохи, географической области и социальной среды, особый психический уклад общества, влияющий на исторические и социальные процессы.

В русском языке словом «ментальность» определяют сразу два понятия: ментальность групповую и индивидуальную. Как мы договорились с самого начала, при исследовании творчества Браччолини нас будет интересовать то обстоятельство, каким образом групповая ментальность «преломлялась» в его личности. Чтобы подчеркнуть этот смысловой оттенок, в дальнейшем предмет нашего исследования мы обозначим термином «менталитет»i[i] и исследовать в менталитете будем только то, что поддается изучению формальными методами, или - иначе говоря - то, что, являясь, быть может, проявлениями (феноменами) эмоциональности, духовности, мировоззрения человека актуализировалось в тексте через его рациональную компоненту.

- Немножко сложно, правда? Ничего дальше будет проще!

Продолжим. Поджо Браччолини жил в далеком пятнадцатом веке. Это была переломная эпоха, когда давно устоявшиеся понятия, такие как «честь», «благородство», «знатность» обретали новый смысл. И этот смысл, между прочим, весьма отличался не только от того, каковым он был во времена Средневековья, но и от того, который эти слова, имеют в нынешнее время.

Как же разобраться в чем, на самом деле, говорил средневековый итальянец Браччолини, высказываясь, например, о «человеческом достоинстве»? А вдруг мы «припишем» его словам то значение, которое он вовсе не имел в виду?

Признаться честно, я долго думал над этой проблемой. И однажды нашел замечательное высказывание М.М. Бахтина: «Мы ставим чужой культуре новые вопросы, каких она сама себе не ставила, мы ищем в ней ответа на эти наши вопросы, и чужая культура отвечает нам, открывая перед нами новые свои стороны, новые смысловые глубины. Без своих вопросов нельзя творчески понять ничего другого и чужого... При такой диалогической встрече двух культур они не сливаются, не смешиваются, каждая сохраняет свое единство и открытую целостность, но они взаимно обогащаются" (Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 334-335). Вот, оказывается, как все просто! Не нужно вдумываться в смысл, сказанного Браччолини, надо всего только «задать» ему такой вопрос, который он сам себе не задавал, и тогда его личность откроет свои подлинные, сокровенные глубины!

Например, Поджо написал трактат «О благородстве». Так вот, в соответствии с нашей методикой, при проведении контент-анализа (о том, что это такое – поговорим чуть ниже), следует игнорировать те индикаторы (элементы счета), посредством которых фиксируется употребление в тексте данного термина (понятно, что в подобном трактате указанных индикаторов будет большинство!), но надо обратить особое внимание на ту систему растолкования (экспликации) понятия «благородство, которую предлагает источник. Иначе говоря, если мы хотим понять человеческую суть Браччолини, нужно изучать не то О ЧЕМ он говорит, а то КАКИМ ОБРАЗОМ (посредством каких категорий) он выражает свою мысль.

И еще одно. Чтобы понять философа нужно самому быть философом (по крайней мере, владеть категориальным аппаратом философии). Чтобы изучать личность философа жившего в отдаленную эпоху, надо представлять, как изменялся смысл философских понятий во времени.

И здесь очень просто ошибиться! Ведь человек – крайне сложное существо и способен - и под действием привходящих обстоятельств, и сознательно - искажать логику своих суждений.

А знаете, в работе «Критика способности суждения» (СПб, 1898) И. Кант, как – то высказался в том смысле, что субъект и предикат суждения составляют высшие и самые общие в формальном смысле основоположения человеческого разума. И это, скорее всего, верно. Кроме того, это имеет особенное значение для нашего исследования.

Давайте, например, попытаемся отвлечься от того, как определяет Поджо поступок, скажем, Леонардо Бруни: как «достойный» или «недостойный». Ведь для нас, на самом деле важно, что он использует категорию «достоинство» и, значит, это понятие занимает определенное место в его сознании.

Итак, первое: мы будем оценивать то, каким образом Поджо оценивал те или иные жизненные обстоятельства, поступки людей, социальные явления (и не ошибемся, поскольку именно к такому подходу нас подвигают основоположники современной философии истории Р.Дж. Коллингвуд - (см.: Collingwod R.G. The idea of history. Oxford, 1941- и Марк Блок - см.: Блок М. Апология Истории. М., 1986, а также исследования современных отечественных психологов - см.: Артемьева Е.Ю. Психология субъективной семантики. М.,1980); и второе, будем извлекать из текста и учитывать антонимические (оппозитные) пары («благородство/ подлость (неблагородство)», «образованность/невежество» и т.д., и т.п.) и по их количеству будем судить о содержании сознания Браччолини.

- Все понятно?

А теперь о контент-анализе.

Этот метод используется в гуманитарных исследованиях сравнительно давно (он возник в конце XIX –начале XX вв.) и – что понятно - со временем, неоднократно модифицировался. Чтобы не создавать путаницу, скажем, что в нашей работе, термином «контен-анализ» мы называем выявление и учет таких особенностей документа, которые отражают существенные стороны содержания проблемы в их взаимозависимости и взаимосвязи. Это классическое определение! Новизна же нашей методики состоит в том, что в ходе своего исследования мы «считали» не только и не столько термины (см. выше), сколько понятия, которые могли присутствовать в тесте и в виде термина, и целого предложения, и как группа высказываний.

А чтобы не ошибиться при выявлении индикаторов в тексте, мы, во-первых, сформулировали четкую концептуальную систему на основе которой проводили первоначальный отбор (помните высказывание М.М. Бахтина?), а, во-вторых, каждый случай выявления индикатора фиксировали в особом журнале, для того, что бы результаты нашей работы можно было перепроверить, а, при случае - и исправить!

Что же, конкретно, мы исследовали?

Мы выбрали три трактата Поджо Браччолини: «Спор о жадности», «Книга о благородстве» и «Речь на похоронах Леонардо Бруни». И выбрали их потому, что каждый из них отвечает ряду требований, обычно предъявляемым к квантификационным исследованиям, а именно:

1.) никто и никогда не оспаривал то обстоятельство, что все эти работы действительно принадлежат перу Поджо (для источников эпохи Возрождения, и даже для трудов самого Поджо, это, на самом деле, имеет большое значение!);

2.) указанные тексты отличает достаточная определенность содержания, тематическая строгость, единство стиля изложения, четкость и относительная устойчивость терминологии (о чем обычно говорят на похоронах?; а что вы скажете по поводу особого стиля диалогов эпохи Возрождения?);

3.) во всех выбранных нами текстах ощущается наличие авторской позиции.

.- Какие текстовые единицы Вы избрали в качестве элементов счета?

Логика выделения индикаторов была следующей.

Кто такой, на самом деле, Поджо Браччолини?

Для нас, прежде всего, - философ, гуманист.

Значит, в ходе исследования следует выявлять семантические (смысловые) единицы, манифестирующие отношение Поджо к общеупотребимым в ту эпоху философским и, прежде всего, этическим, категориям.

В отечественной историографии принято выделять (см. раб. Л.Брагиной, Н.Ревякиной, Г.Самсоновой, др.), три наиболее крупных тематических блока, в контексте которых варьировались этические концепции итальянского Возрождения. Это - отношение Человека и Бога, Человека и Природы, и Человека и Общества. Мы не стали «оригинальничать» и приняли приведенное разделение без обсуждения.

Поскольку творчество Поджо принято относить к т.н. «школе гражданского гуманизма», мы решили, что проблематика Человека и Общества a priori должна быть ему особенно близка.

Далее. На основе изучения источников, в контексте проблематики Человека и Общества мы выделили три аспекта, а именно:

- тему Личность и Общество;


Случайные файлы

Файл
11842-1.rtf
1840-1.rtf
101749.rtf
43283.rtf
71459.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.