Основные исторические понятия и термины базового уровня: к семантике социальных категорий (77088-1)

Посмотреть архив целиком

Основные исторические понятия и термины базового уровня: к семантике социальных категорий

Н. Е. Копосов

В этой статье мы попытаемся сопоставить два понятия, взятые из весьма различных теоретических традиций, и посмотреть, что их сопоставление дает для семантики социальных категорий. Под социальными категориями мы имеем в виду имена социальных групп (например: дворяне, буржуа и т.д.). Термин “основные исторические понятия” (geschichtliche Grundhegriffe) взят из немецкой “истории понятий” (Begriffsgeschichle). Его теоретическое обоснование дано прежде всего в работах Райнхарта Козеллека [1-4]. Понятие “термины базового уровня” (Basic level terms) взято из когнитивных наук. Его классическая формулировка принадлежит американским исследователям — психологу Элеанор Рош и лингвисту Джорджу Лакоффу [5-8].

Статья состоит из четырех частей. В первых двух частях мы вкратце остановимся на том, что подразумевается соответственно под основными историческими понятиями и терминами базового уровня, в третьей части речь пойдет о некоторых проблемах семантики социальных категорий, а в четвертой в контексте этих проблем будет показана взаимосвязь двух интересующих нас здесь понятий. Основные исторические понятия. История понятий сформировалась как особое направление немецкой историографии относительно недавно, в 1960―1970-е годы, но корнями она уходит глубоко в XIX век, переформулируя в контексте современной философской герменевтики и теории модернизации некоторые принципы немецкого историзма. Райнхарт Козеллек, ее главный теоретик и один из наиболее значительных историков, работающих — сегодня в Германии, был учеником Хайдеггера и Гадамера, влияние которых сказалось на его интерпретации традиционных тем немецкого историзма. С другой стороны, продолжение этих традиций в условиях послевоенной Германии неизбежно предполагало их включение в общеевропейскую перспективу, каковой для многих, в том числе и для Козеллека, стала теория модернизации.

Непосредственный предмет истории понятий — формирование понятийного аппарата социально-политических теорий. Но ее претензии простираются гораздо дальше, ибо она исходит из мысли, что исследование исторических понятий — кратчайший путь к постижению истории. Такой подход, типичный для немецкой исторической мысли, как бы навязывается значением самого слова Begriff, которое содержит идею интуитивного “схватывания” смысла явлений, непосредственно выражаемого понятиями. Главной особенностью Begriffsgeschichte при этом является акцент на зависимость семантических структур исторических понятий от форм переживания исторического времени или, как обычно говорят, от исторической темпоральности. Поэтому анализ исторических понятий и позволяет “схватить” историческую темпоральность, а это, значит — проникнуть в самую суть истории. Влияние Хайдеггера очевидно и в напряженном “вникании” в понятие, и в отождествлении онтологии истории с ее темпоральным строением.

Именно поэтому центральной идеей истории понятий является концепция “переломного времени” {Sattelzeitl), которое приходится на конец XVIII начало XIX вв. Вслед за многими историками Козеллек находит здесь границу современного мира, момент рождения современной системы социально-политических категорий. Но суть этого перелома Козеллек усматривает в новом переживании исторического времени. Семантическая структура исторических понятий определяется, с его точки зрения, напряжением, возникающим между их по-разному ориентированными во времени элементами, которые он называет соответственно “областью опыта” (Erfahrungsbereich) и “горизонтом ожиданий” (Envartungshorizont), иными словами, между обобщенным в понятии наличным бытием и проектом будущего, который оно пытается сформулировать и навязать как логическую неизбежность, как естественный порядок вещей. До середины XVIII в. социально-политические понятия ориентировались прежде всего на зону опыта, описывая плохо упорядоченную, фрагментарную реальность общества партикуляристского типа. Это резко меняется начиная с эпохи Просвещения, Французской революции и радикальных общественных преобразований конца XVIII начала XIX вв. Понятия теперь устремляются в будущее, порывают связи с областью опыта, ориентируются на горизонт ожиданий. В них формулируются, оспариваются, переформулируются основные черты образа будущего. В этих семантических сдвигах прежде всего и проявляются онтологические перемены, связанные с приходом Нового времени (Neuzeitl). История не просто концептуализируется теперь в понятиях нового типа — она сама становится иной, новой. Она уже не столько создает язык, сколько создается языком, рвущимися в будущее — и формирующими будущее — основными историческими понятиями. Но общество, описываемое в понятиях, характеризующихся преобладанием горизонта ожиданий, уже не может быть традиционным партикуляристским обществом. Оторвавшись от области опыта, эти понятия претендуют на всеобщее значение. Поэтому общество, построенное в соответствии с ними, может быть только всеобще значимым, открытым, демократическим обществом.

Здесь мы подошли к одному из нелегких для Begriffsgeschichte вопросов, а именно, к вопросу о том, в чем отличие основных исторических понятий от неосновных или, как иногда выражается Козеллек, отличие понятий от “простых слов”. Кроме уже указанной претензии на универсальную значимость Козеллек отмечает еще два таких отличия [1, S. 85-88.]. Во-первых, понятия принципиально неопределимы, иначе говоря, они до такой степени внутренне конфликтны, открыты взаимоисключающим интерпретациям, наполнены идеологиями, что ускользают от всякой попытки зафиксировать их бесспорное, общепризнанное содержание. Во-вторых, в исторических понятиях деформируется нормальная семантическая структура, основанная на лингвистической триаде, различающей слова, понятия и вещи. В историческом понятии слово и значение сливаются до такой степени, что понятие не существует вне слова и, как следствие, выразимо только в нем. И хотя позднее именно от этого последнего критерия Козеллек отказался, сама попытка его сформулировать представляется в высшей степени показательной, поскольку она передает ощущение, что с основными историческими понятиями связано какое-то логическое неблагополучие, отличающее их от “простых слов”. Такого рода интуиции нередко оказываются чрезвычайно точными, пусть даже их не всегда легко сформулировать. Именно логическая специфика основных исторических понятий будет интересовать нас в дальнейшем. Но прежде необходимо сказать несколько слов о проблеме базового уровня таксономий.

Термины базового уровня

Представление о базовом уровне классификаций восходит к антропологическим исследованиям 1960-х годов, посвященным терминам для обозначения цветов и таксономиям “народных биологий”. В 1970-е годы оно было включено в более широкую концепцию “естественной категоризации” Элеанор Рош и Джорджа Лакоффа. Теория естественной категоризации направлена против традиционной “аристотелевской логики” и, прежде всего — против принципа необходимых и достаточных условий членства в категории. Эту логику сторонники теории естественной категоризации считают искусственной моделью мышления, ничего общего не имеющей с тем, как мы на самом деле мыслим. В естественных языках, по их мнению, категории образуются с помощью “семейного сходства”, благодаря которому вокруг составленного из “хороших примеров” или “прототипов” ядра категории объединяется масса периферийных членов, так что нет ни одного свойства, разделяемого всеми членами категории, и только ими. Классификация опирается при этом не столько на анализ свойств, сколько на общее впечатление об объекте, на его образ. Благодаря этой идее теория естественной категоризации оказывается связанной с распространенными в когнитивной психологии 1970-х годов исследованиями о “ментальном воображении” (Mental imagery) [8-10]. Оба течения сближала и идея о том, что “естественное мышление” должно основываться на максимально экономичных формах кодирования и репрезентации информации. Ментальные образы, прежде всего, визуальные, и были в их понимании такими экономичными (по сравнению с громоздкими описаниями признаков) формами.

Понятие базового уровня имело особое значение для рассматриваемой теории именно в контексте ее связей с исследованием внелингвистических форм мышления. Базовым уровнем считался такой, понятия которого имеют максимальный объем, совместимый с экономичным, т.е. прежде всего визуальным кодированием. Так, можно визуализировать, пусть в виде весьма обобщенной схемы, идею собаки, но не идею животного вообще. Поэтому для биологических таксономий базовый уровень — это уровень родовых понятий. Именно для этого уровня сторонники теории естественной категоризации и приводили наиболее убедительные примеры прототипической структуры категорий.

Теория естественной категоризации вызвала много возражений [11-16]. По-видимому, прототипическая структура категорий ничуть не более “естественна”, чем повинующаяся принципу необходимых и достаточных условий структура категорий аристотелевской логики. Все же, вероятно, эта теория отражает некоторые существенные закономерности нашего мышления, которое образует понятия в разных случаях по-разному. Иными словами, не приходится говорить об универсальной структуре категорий. Скорее, следует изучать их разнообразие. Для целей же данной статьи особенно важно отметить следующее: как и в истории понятий, в теории естественной категоризации присутствует мысль о логическом своеобразии понятий наиболее значимого для таксономии уровня. Такое совпадение важнейших интуиций двух совершенно различных интеллектуальных течений вполне закономерно интригует и взывает к сопоставлению.


Случайные файлы

Файл
150113.rtf
25944-1.rtf
19794.rtf
147674.rtf
23667-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.