Машины и учение Маркса о прибавочной стоимости (75319-1)

Посмотреть архив целиком

Машины и учение Маркса о прибавочной стоимости

В. Яцкевич

Говорят, что один студент озадачил преподавателя политэкономии, задав вопрос: как зависит прибавочная стоимость от применения животных в общественном труде? Нельзя не видеть, что не только какой-либо преподаватель, но вся марксистско-ленинская политэкономия ничего не имеет сказать по данному вопросу.

Приручение диких животных - одна из важнейших составляющих человеческой цивилизации. И тем не менее у классиков марксизма об этот нет ни единого слова. По мнению Маркса роль животных пренебрежимо мала, и говорить здесь не о чем. Давайте попытаемся применить его учение о прибавочной стоимости к условиям средневекового производства. Под словом “живой труд” он имеет ввиду только труд человека, и поэтому мы должны исключить применение животных из сферы общественного труда. Точнее говоря, мы должны исключить их применение в сельском хозяйстве. Тогда сразу же возникает неразрешимая проблема: как вспахать поле без вола? Очевидно - никак. Вся средневековая экономика рушится, а люди оказываются перед необходимостью возвращения в первобытное или рабовладельческое общество.

Обсуждаемое явление представляет собой частный случай с точки зрения того, что человек-разумный всегда стремился использовать в своих интересах какую-либо силу природы независимо от ее происхождения. В историческом плане данный аспект представляется в виде следующих моментов: собирательство съедобных плодов и растений, применение в труде рабов, далее - животных, и далее - непосредственное применение сил природы - огня, воды, ветра, атомной энергии, машин. Эксплуатация чужого труда является частным случаем эксплуатации сторонней силы любой природы.

Логический аспект данного явления представляется следующим образом. Аналитическая функция мышления осуществляет разложение труда на элементарные составляющие. Этот процесс имеет форму рефлексии, поскольку имеет место многократное возвращение в исходную точку. Его пределом является такое состояние, которое характеризуется исчезновением предмета анализа, его снятием в виде одних только отношений и связей. В этом состоянии применение машины (или иной силы) является простым и необходимым делом. И этот процесс, неуклонно развиваясь, приводит к экономическому освобождению человека.

Итак, раб, животное, машина - вот важнейшие составляющие производительных сил общества на протяжении всей истории цивилизации. Что же является их общей составляющей? Оказывается существует целый ряд особенностей, с точки зрения которых все перечисленные субъекты труда тождественны друг другу. Прежде всего все они не являются людьми в широком понимании. Кроме этого они обладают следующими свойствами:

а) социальная отчужденность, то есть, полное исключение из сферы социальных отношений;

б) полнейшее подчинение воле человека;

в) способность практически неограниченно совершать работу;

г) полнейшее безразличие к результатам собственного труда.

Покупали раба, вола, крепостного или машины совершенно одинаково во все времена и эпохи. Отношение к человеку существенно изменилось лишь при капитализме, поскольку рабочий обрел некоторую свободу выбора, что является непосредственным результатом развития производительных сил на основе машинного производства.

Не трудно видеть, что перечисленные особенности обретают единство в абстрактном труде и в абстракции “машина”. Сущность этого единства выражается в той абстракции, которая проливает свет и на социальное положение раба, и на причину самовозрастания капитала. Общественный прогресс характеризуется тем, что данная сущность все в более полной мере воплощается в реальность - в эпоху капитализма животные были почти полностью вытеснены из сферы труда.

Общеизвестно, что появление паровой машины знаменует собой революцию в мировом общественном производстве и начало эпохи капитализма. Машины кардинально изменили структуру и мощность производительных сил. Технический прогресс, применение энергии пара и электричества - вот главные черты новой общественно-экономической формации. Однако, эти особенности Маркс не считает существенными, и сущность капитализма он склонен видеть в новых условиях эксплуатации человека человеком. Промышленная революция не нашла отражения ни в его теории прибавочной стоимости, ни в его политэкономии в целом. В “Капитале” слово “машина” употреблено бесчисленное множество раз. Однако, то, что обозначено этим словом, трактуется только как часть основного (или постоянного) капитала и по-существу ничем не отличается от цехов, зданий, сырья, инструментов. Фактор самодвижения, который так свойственен машине, оставлен без внимания. Признается, что с машиной связан некоторый рост производительности труда, но причины этого явления остаются невыясненными. Автор “Капитала” убеждает в том, что совместно с машинами пролетарии трудятся более интенсивно и с большей отдачей. То есть, машина во много раз увеличивает степень эксплуатации живого труда, но никакого экономического эффекта не дает . Маркс идеализирует, так называемый, “живой труд”*1 , разумея под этим только человеческий труд. Для него очевидно, что с учетом технических достижений пропаганда пролетарской революции теряет всякую основу.

Тем не менее, в связи с новыми условиями возникает целый ряд тем, имеющих прямое отношения к политэкономии. К их числу относятся: “машины и разделение труда”, “машины и кооперация”, “машины и производительность труда”, “машины и производительные силы общества” и другие, однако об этом Маркс “не догадывается”.

Замечено, что процесс развития труда ориентирован на то, чтобы обеспечить людей необходимыми материальными благами в полном соответствии замечанию Энгельса о том, что “ ... люди в первую очередь должны есть, пить, иметь жилье, ... “. Уменьшение затрат человеческого труда и времени, необходимых для производства товаров, становится “сознательным принципом”. И совсем не трудно видеть воплощение последнего в исторической последовательности применяемых в общественном производстве основных источников энергии - рабов, животных, машин.

Очевидно, все материальные и духовные блага в обществе создаются трудом. Тем не менее возникает вопрос: что является источником стоимости всех произведенных ценностей в обществе? С точки зрения точных определений этот вопрос оказался весьма трудным.

В статье “Трудовая теория стоимости” в энциклопедии “Политическая экономия” (Москва, 1980 год) кратко представлена история данного вопроса. На различных этапах развития научная экономическая мысль объявляла тот или иной вид конкретного труда в качестве источника стоимости товаров. Таким источником представлялся то труд в экспортных отраслях экономики, то - в производстве благородных металлов, то - в сельском хозяйстве. Но уже А. Смит пришел к мысли о том, что стоимость товаров создается в любой отрасли материального производства. Д. Рикардо развил это положение, заметив, что порождаемая стоимость безотносительна к какой-либо конкретной форме труда. Лишь в трудах Маркса, который, как известно, был учеником Гегеля, была открыта двойственная природа труда, и на этой основе была разработана новая трудовая теория стоимости.

Анализируя историю вопроса, он писал: “... Сведение товара к “труду” у всех предшествующих экономистов двусмысленно и неполно. Недостаточно свести товар к “труду”, необходимо свести его к труду в двоякой форме ...”.2[1] Замечательно.

Но какова роль Маркса в истории данного вопроса? В полной ли мере он выполнил то, о чем сам заявил? Исследуя его творческое наследие, можно показать, что автор “Капитала” - это как бы две творческие индивидуальности - Маркс-ученый и Маркс-революционер, которые безусловно имели различные цели и решали различные задачи.

Давайте посмотрим, в какой степени Маркс был последовательным в этой своей “подлинно научной трудовой теории стоимости”. Его главная творческая особенность состоит в том, что любую проблему он сначала решал принципиально научно, а затем интерпретировал ее (особым образом преподносил читателю) с учетом своих политических интересов. Маркс изменил бы сам себе, если бы в данном случае поступил иначе. Изложенная в энциклопедии в статье “Трудовая теория стоимости” история экономической мысли без сомнения отражает подлинную историю, но роль Маркса в ней невозможно представить, как “безусловно положительный вклад в науку”, хотя это “положительное” безусловно имеет место.

Итак, в чем состоит тайна самовозрастания стоимости, тайна возникновения и накопления прибавочной стоимости? Схема товарно-денежного обращения выражается, как известно, формулой Т-Д-Т. Подчеркнем, что в этой формуле есть замкнутость (поскольку первый и последний член совпадают), и поэтому она может быть продолжена до бесконечности: Т-Д-Т-Д-Т ... . То есть она выражает ту же самую рефлексию, которая свойственна машине.

Товар Т выступает здесь и как начало, и как конец цикла, а деньги Д - как его среднее опосредующее звено, как “метаморфоз” товара. Схема отражает замкнутость процесса, в котором важнейшие диалектические моменты повторяются в виде бесконечной циклической последовательности. В этом процессе деньги не являются просто “посредствующим звеном” - необходимым условием обращения товарных масс, но обнаруживают вдруг необъяснимую на первый взгляд способность к самовозрастанию. Маркс следующими словами подводит итог анализа стоимости: “Как ни верти, а факт остается фактом: если обмениваются эквиваленты, то не возникает никакой прибавочной стоимости, и если обмениваются неэквиваленты, тоже не возникает никакой прибавочной стоимости”3[2].


Случайные файлы

Файл
72178-1.rtf
158503.rtf
102746.rtf
220-116.doc
83608.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.