Философия французского просвещения (doclad)

Посмотреть архив целиком

ФИЛОСОФИЯ ФРАНЦУЗСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ

Если рассматривать Просвещение как этап истории философской мысли, то мы вынуждены будем признать, что он не был богат яр­кими открытиями, принципиально новаторскими идеями. Филосо­фы-просветители восприняли и развили наследие своих великих предшественников XVII в. Их воззрения на природу опирались на физику Декарта и Ньютона, метафизику Спинозы, гносеология - на локковский сенсуализм, социальная философия - на доктрины Гоббса и Локка. И все же эта философия оригинальна и даже уникаль­на. Она оказала грандиозное влияние на умы современников, изме­нила мировоззрение общества и стала прелюдией к тем грандиоз­ным преобразованиям, в результате которых родилась современная западная цивилизация.

Уподобление знания свету, а невежества тьме относится к числу древнейших метафор культуры. Просветителями всегда называли тех, кто несет людям новое знание, обучает и воспитывает. Просвещением же с большой буквы называется культурное движение, охватившее в XVIII в. все страны Европы, Северную, а отчасти и Южную Америку и ставшее важной вехой в духовной истории западного мира. Филосо­фия в культуре Просвещения играла столь важную роль, что понятия «просветитель» и «философ» считались синонимами. Человек *мог быть математиком, врачом, свободным литератором, государственным чиновником, но его называли философом, если он был просветителем, т. е. критически мыслящим человеком.

Вспомним, что под знаком критики зарождалась философия Но­вого времени; ее родоначальники Бэкон Декарт задумали построить заново всеобъемлющую картину мира взамен традиционной религи­озной, не беря из прошлого ничего готового, но все подвергая кри­тике - сомнению и проверке опытом и разумом. Философы Просве­щения подвергли критике не только устаревшие знания, но и устарев­шие общественные порядки. Методологическая установка Декарта «доверяй только своему разуму» превратилась в призыв, обращенный к современникам. Кант, не разделявший воззрений просветителей, су­мел все же воздать им должное, определив Просвещение хак «совер­шеннолетие человечества», а последнее - как умение пользоваться своим собственным рассудком. Не умеющий или не желающий мыс­лить самостоятельно отказывается от того, что составляет привилегию и даже обязанность человека, и низводяг себя до уровня ребенка или домашнего животного. «Имейте мужество пользоваться споим собст­венным умом» - вот истинный девиз Просвещения согласно Канту.

Свою классическую форму культура Просвещения обрела во Франции. Вольтер (Франсуа Мари Ариэ), Шарль Луи Монтескье, Дени Дидро, Жан Лерон д'Аламбер, Жюльен Офрен де Ламетри, Жан-Жак Руссо, Поль Анри Гольбах, Клод Адриан Гельвеции, Мельхиор Гримм -вот только некоторые, самые известные имена из блестящей когорты французских просветителей. Это люди, которые имели мужество пользоваться своим собственным умом открыто, публично в стране, которая оставалась одним из самых крегких оплотов средневековья в Европе. Здесь король мог сказать: «Государство - это я», поскольку уже около ста лет не собирались Генеральные штаты (собрание пред­ставителей дворянства), а буржуазия, игравшая все более заметную роль в экономике страны, вообще не имела политических прав. Не имело их и крестьянство (23 из 25 млн чел. населения страны). Като­лическая церковь, устоявшая перед натиском Реформации, приговари­вала к галерам, порола и даже казнила протестантов. Всякое печатное и устное слово подвергалось цензуре, парижский парламент з трещал и одну за другой сжигал книги передовых мыслителей. Крестьяне ни­щенствовали и вымирали от «народной болезни» (так называли голод­ную дистрофию). «Мы приближаемся к эпохе кризиса, к веку револю­ций», - писал Руссо в 1767 г. Прежде чем началась Великая оранцуз-ская революция, она совершилась в умах людей. Вначале было слово... Философы говорили о революции как о крайне опасной и крайне нежелательной перспективе, но вольно или невольно они готовили Францию к штурму Бастилии. Просвещение свидетельствует, что сло­во философа способно иной р.эз превращаться в дело. Явление доста­точно редкое для истории философской мысли.

Просвещение объединило людей разнообразных философских взглядов и политических убеждений, среди них встречаются материа­листы, деисты, скептики, пантеисты, сторонники просвещенного аб­солютизма и республиканцы, воинствующие безбожники и последова­тели «естественной религии». Внутри Просвещения никогда не стиха­ла полемика. Но как бы ни были велики разногласия между филосо­фами, их: воззрения имели общую идейную платформу, формирова­лись в русле единого мировоззрения и стиля. Они были едины по крайней мере в следующем.

В своей оппозиционности к официальной Франции. Сущест­вующие е| стране порядки расценивались ими как неразумные, неспра­ведливые и безнравственные. Гегель, характеризуя эту эпоху, говорил об «отчуждении» мира образованных людей от мира действительно­сти. «Чумше» в своей стране, просветители смотрели на нее как бы глазами иностранцев (это породило своеобразный литературный при­ем, использованный, например, в «Персидских письмах» Монтескье и в «Простодушном» Вольтера). В глазах ретроградов эти «чужаки» бы­ли «опасной сектой», врагами ;фистианства, добрых нравов и властей.

Они считали свое время переломной эпохой («Нация начинает мыслить». - говорил Вольтер; «Наука идет вперед семимильными ша­гами», - радовался Дидро) и с оптимизмом смотрели в будущее, где им грезился «век триумфа ф.ялософии», «царство разума», которое принесет гчастье и благоденствие человечеству.

Философы верили, что история возложила на них особую мис­сию - распространять и пропагиадировать научные знания. Эта вера от­личала их от мыслителей XVII в. и делала просветителями. Влюбленные в науку, они были убеждены в ее всемогуществе и все свои рассуждения о прогрессе строили на этих предпосылках. Следуя бэконовскому «зна­ние - сап;}», просветители ратовали за практическое применение науки для использования богатств природы, совершенствования правопорядка и государственного правления, улучшения нравов. Один только Руссо,, отказывайся видеть в науке силу, способствующую добродетели и обще-, ственной справедливости, и не присоединился к общему кредо просвети-.ч телей: «Все благо — от знания, все зло - от невежества». п*

Задача, поставленная просветителями, определила форму их фи­лософских сочинений: это были не только традиционные для Нового времени объемные трактаты, но и философские диалоги, романы, памфлеты, драмы и комедии, стихи. Это была популярная литература, переводившая сложные философские абстракции на язык здравого смысла и делавшая их доступными для среднего читателя.

Никакой организации, которая объединяла бы филоссфоЕ; и при­давала их деятельности планомерный характер, не существов ало. Все они были очень дружны (взаимная ненависть Вольтера и Руссо - осо­бый случай), встречались и беседовали з парижских салонах и заго­родных домах Гольбаха и Гельвеция - наиболее состоятельных людей своего круга. Случилось так, что более двух десятилетий их: объединя­ло и общее дело - издание «Энциклопедии, иди Толкового слонаря на­ук, искусств и ремесел». Любая энциклопедия - это всего лишь акаде­мическое справочное издание, состоящее? из статей на различные те­мы, расположенные в алфавитном порядке. Однако получив заказ от издателя, редакторы Дидро и д'Аламбер сумели поставить дело таким образом, что академический труд превратился в грандиозное просве­тительское мероприятие, глубоко повлиявшее на всех образованных европейцев. В предисловии, написанном Дидро и ставшим своеобраз­ным манифестом культуры Просвещения, говорилось, что цель Эн­циклопедии - «объединить знания, рассеянные по поверхности зем­ной, изложить их в общей системе для людей, с которыми мы живем, и передать их людям, которые придут за нами: дабы труды минувших веков не были бесполезны для веков грядущих, дабы наши потомки, став образованнее, стали также добродетельнее и счастливее » чтобы мы могли умереть с сознанием исполненного перед человечеством долга». Авторами Энциклопедии стали самые выдающиеся ученые, писатели, художники, архитекторы и философы «века разума». Сразу-после выхода в свет первого тома в 1751 г. в обществе разразилась бу­ря. Против издания, враждебного алтарю и трону, печаталось огром­ное количество памфлетов, брошюр и статей, назначались следствен­ные комиссии, издание неоднократно завещалось Королевским сове­том, а затем возобновлялось. С 1759 по 1765 гг. Энциклопедия публи­ковалась нелегально и совершенно анонимно. Многие сотрудники, не выдерживая травли, оставляли работу. И все же дело было доведено до конца: свет увидели 23 увесистых тома по 950 страниц каждый, к которым прилагались 12 томов таблиц, чертежей и рисунков к тома с указателями. Нужно воздать должное мужеству энциклопедистов и дипломатическому таланту издателей, умело использовавших свои связи при дворе. У энциклопедистов было много сочувствующих и во Франции, и по всей Европе, а гонения только увеличивали их число. И еще одно немаловажное обстоятельство, не раз спасавшее Энциклопе­дию: это было крупнейшее коммерческое предприятие, которое по­требовал э огромных денежных вложений, но игра стоила свеч - изда­тели получили 500% чистой прибыли. Ни одна отрасль торговли не приносипа тогда подобных барышей. «Век разума» был и веком наби­равшего силу капитализма.

Философские воззрения просветителей достаточно трудно свести в цельную систему. Спектр нес интересов был чрезвычайно широким: это и натурфилософия, и гноскюлогия, и антропология, и этика, и эсте­тика, и социология. По каждой из проблем, как уже отмечалось, вы­сказывалась весьма разноречивые суждения. Кроме того, для мыслите­лей просиещенного века оказатся неприемлемым «дух систем» ХУП в. Выступив против глобальных метафизических концепций Декарта, Спинозы и Лейбница, они намеренно стремились к «антисистемно­сти», «антиметодичности», излагая свои идеи фрагментарно и даже беспорядочно. Исключением является, пожалуй, только Гольбах, обобщивший воззрения своей эпохи и изложивший их в книге, кото­рая так я называется «Система природы». Логика построения этой книги, очевидно, отражает и общую логику просветительского миро­воззрения. Его ядром является философская антропология. Философия природы выступает общим основанием для рассуждений о человеке как природном существе. А философия человека, в свою очередь, ста­новится основанием для разработки этических, правовых и социально-политических воззрений. Итак, природа-человек-общество - этой ло­гике будем следовать и мы.


Случайные файлы

Файл
41909.rtf
122131.doc
12047-1.rtf
kursovik.doc
146983.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.