Гофман А. Б. Семь лекций по истории социологии (lection_03)

Посмотреть архив целиком

Лекция третья

СОЦИОЛОГИЯ ОГЮСТА КОНТА

Содержание

  1. Этапы жизни и творчества

  2. Идейные истоки

  3. Позитивизм как обоснование науки

  4. Социология как наука

  5. Объект социологии

  6. Метод: «объективная» и «субъективная» социология

  7. Социальная статика

  8. Социальная динамика

  9. От науки — к утопическому проектированию

  10. Заключение

Ключевые слова и выражения

Позитивное, позитивизм, закон трех стадий, классификация наук, социальный организм, социальная система, порядок и прогресс, соци­альная статика и социальная динамика, объективный метод, субъектив­ный метод, Религия Человечества, социократия.

1. Этапы жизни и творчества

Был ли Огюст Конт подлинным создателем, «отцом» социологии -вопрос спорный. Бесспорно то, что он стал ее крестным отцом, так как дал ей имя, изобрел само слово «социология». Правда, блюстители чис­тоты научного языка нередко подчеркивали «варварский» характер имени, которым он назвал новорожденную науку об обществе; ведь оно составле­но из слов, взятых из двух разных язы­ков: латинского «societas» («обще­ство») и греческого «АЛ^ос» («слово», «учение»). Как бы то ни было, уже благодаря тому, что Конт придумал сло­во «социология», он интересен для ис­тории этой науки. Но дело, конечно, не в названии. Далее мы увидим, сколь зна­чительным был вклад этого мыслителя в становление социологии как таковой. Французский философ Огюст Конт родился 19 января 1798 г. в городе Мон-пелье в семье чиновника средней руки, сборщика податей. Родители Конта были правоверными монархистами и католиками, но сам он рано отхо­дит от традиционных ценностей своей семьи и становится привержен­цем идеалов Великой Французской революции. После окончания интер­ната-лицея в родном Монпелье в 1814 г. он поступает в Политехническую школу в Париже, в которой царят либеральные и республиканские идеи. В это время Конт усердно изучает математику и другие точные на­уки; он также читает множество трудов по философским, экономичес­ким, социальным проблемам. И в лицее, и в Политехнической школе он отличался серьезностью и замкнутостью, сторонился юношеских забав и развлечений, будто стремясь своим поведением доказать спра­ведливость французской пословицы: «Кто хочет быть молодым в старости, должен быть старым в молодости». При этом юный Огюст был весьма са­мостоятелен в своих взглядах; не признавая навязываемых авторитетов и внешней регламентации, он уважал только интеллектуальные и нрав­ственные достоинства. Поэтому он нередко участвовал в конфликтах с начальством. Один из таких конфликтов (учащиеся выступили против одного из преподавателей), в котором Конт играл активную роль, послу­жил поводом к временному закрытию Политехнической школы в 1816 г. Конт был отправлен в Монпелье под надзор полиции, и ему уже не суждено было завершить свое образование. Вернувшись вскоре в Па­риж, он начинает самостоятельную жизнь, давая частные уроки по ма­тематике.

В 1817 г. Конт становится секретарем Сен-Симона, сменив в этой должности известного историка Огюстена Тьерри. Первоначально взаимоотношения юного ученика и знаменитого учителя носят дружеский характер, и Конт, по существу, является одним из участников школы сен-симонизма. Он подчеркивает безграничное уважение к Сен-Симону и активно сотрудничает в его изданиях. Но постепенно, как это нередко случается у близко соприкасающихся выдающихся людей, возникают споры об авторстве и приоритетах; их взаимоотношения портятся и в 1824 г. заканчиваются разрывом.

В 1826 г. Конт приступает к чтению платных публичных лекций по философии на дому. Лекции были прерваны из-за его тяжелого психичес­кого заболевания и возобновились в 1829 г. С 1830 по 1842 г. Конт осуще­ствляет грандиозный проект: издание 6-томного «Курса позитивной фи­лософии». Во второй половине 40-х годов он, помимо сугубо интеллектуальных занятий, обращается к проповеднической и практи­ческой организационной деятельности, пропагандируя позитивизм как политическое, религиозное и моральное учение. В 1847 г. он провозгла­шает Религию Человечества, в 1848 - создает Позитивистское общество. Последние годы жизни он был занят разработкой нового религиозного учения и культа, провозгласив себя первосвященником Религии Челове­чества. Умер Конт 5 сентября 1857 г. в окружении своих учеников.

Конт не занимал сколько-нибудь прочных позиций в академической системе тогдашней Франции. Его попытки получить кафедру или занять должность штатного преподавателя в Политехнической школе и в Кол­леж де Франс оказались безуспешными, и он вынужден был довольство­ваться скромной ролью репетитора и экзаменатора в Политехнической школе, пробавляясь также частными уроками. Это обеспечивало ему весьма скудные средства существования. Последние годы жизни он жил на сред­ства, собираемые по подписке его сторонниками-позитивистами.

На жизнь и деятельность Конта оказали влияние две женщины, кото­рые, благодаря этому, в известном смысле вошли в историю социологии вместе с ним. Влияние одной из них сам он расценивал как пагубное и считал связь с ней единственной серьезной ошибкой, совершенной в жизни. Это была его жена Каролина Массен, которую он обвинял в порочности и, главное, в бессердечии. Ожесточенные и частые конф­ликты с ней приводили время от времени к резким обострениям его душевного заболевания. В конце концов супруги расстались. Влияние другой женщины Конт оценивал как истинно благодатное; оно сказа­лось отчасти в том, что в конце жизни он энергично подчеркивал пре­восходство чувства («сердца») над разумом и, по существу, из пропо­ведника новой науки превратился в проповедника новой религии. Звали эту женщину Клотильда де Во. Конт познакомился с ней в 1845 г., за год до ее смерти. Он страстно (и безответно) полюбил эту 30-летнюю жен­щину и боготворил ее до конца своих дней. Любовный экстаз постепен­но перерос у него в экстаз религиозный. Он прославил Клотильду де Во в предисловии к своей четырехтомной «Системе позитивной полити­ки» и разработал посвященные ей особые ритуальные действа, которые неуклонно и тщательно исполнял.

Стиль сочинений Конта отражает, по-видимому, особенности его лич­ности. Он отличается растянутостью изложения, длиннотами, громозд­кими фразами, частыми повторами. Конта совершенно не волнует кра­сота стиля, но он всячески стремится к полноте и точности в изложении своих мыслей. Эти особенности парадоксальным образом сочетаются с любовью к сочинению афоризмов и девизов, нередко весьма эффект­ных и запоминающихся. Вот некоторые из них: «Порядок и прогресс», «Знать, чтобы предвидеть, предвидеть, чтобы мочь», «Знать, чтобы мочь, думать, чтобы действовать», «Жить для других», «Жить при ясном све­те», «Любовь как принцип, порядок как основание, прогресс как цель», «Мы разрушаем только то, что заменяем» и т. п.

Хотя в ранние годы Конт читал очень много, впоследствии, разраба­тывая свою философскую систему, он подчинил себя режиму так назы­ваемой «мозговой гигиены» с целью не заражаться чужими воззрения­ми. Согласно этому режиму он на протяжении многих лет не читал ничего, что имело бы хотя бы косвенное отношение к предметам его изысканий, за исключением некоторых трудов, содержащих полезные, по его мнению, данные, а также поэтических сочинений.

Конт был человеком чрезвычайно неуравновешенным и страдал пе­риодическими психическими недугами, хотя в целом его, несомненно, нельзя считать умалишенным. Серьезные жизненные неудачи компен­сировались у него чрезвычайным самомнением и непреклонной верой в свою исключительную миссию. Чувство юмора и остроумие, по-види­мому, были ему чужды.

В общем, говоря о личности Конта, можно сделать вывод, что этот выдающийся человек был маргиналом, человеком «на грани», на краю во многих отношениях. Он находился на грани между академическим и не­академическим мирами, между семейным и холостым состоянием, между здоровьем и болезнью, между наукой, религией, утопией и т. п. Все это, безусловно, не могло не сказаться на его социологическом мышлении.

В творчестве Конта принято различать три периода. Первый период (1819—1828), почти полностью совпадающий со временем его сотруд­ничества с Сен-Симоном, характеризуется изданием шести небольших программных сочинений, «опускулов». Эти сочинения Конт впослед­ствии включил в качестве приложения в IV том своей «Системы пози­тивной политики» (1854) с целью показать преемственность своих воз­зрений. В «опускулах» он намечает принципы и пути интеллектуальной и социальной реформы, в которой нуждается находящееся в состоянии «анархии» человечество. В этих сочинениях можно найти идеи, кото­рые одновременно являются итогом для Сен-Симона и отправным пун­ктом для Конта. Здесь уже присутствует ряд наиболее важных идей, которые Конт развивает впоследствии, в частности, идея об особой роли ученых в новом обществе; различение двух главных эпох в развитии человечества: критической и органической; понятие и принципы «пози­тивной политики»; и, наконец, знаменитый «закон трех стадий».

Второй период (1830-1842) - это период зрелости, когда создавался и издавался шеститомный «Курс позитивной философии» (тома выхо­дили последовательно в 1830, 1835, 1838, 1839, 1841 и 1842 гг.). В это время Конт разрабатывает философские и научные основы позитивист­ского мировоззрения.

Считая, что интеллектуальная реформа должна предшествовать со­циальной (включая политическую, моральную, религиозную), он в этот период выступает главным образом в роли ученого и в качестве таково­го придерживается «объективного» метода: он обосновывает включен­ность человеческого и социального мира в общую систему мироздания, подчиненность человеческих дел естественному ходу вещей и ориента­цию социологии (в принципе находящейся на вершине иерархии наук) на естественные науки как на более зрелые и ранее приблизившиеся к позитивному состоянию.

Третий, завершающий период творчества Конта, начинается со вто­рой половины 40-х годов. Он отмечен созданием таких произведений, как четырехтомная «Система позитивной политики, или Социологичес­кий трактат, учреждающий Религию Человечества» (1851-1854), «Пози­тивистский катехизис» (1852) и «Субъективный синтез» (1856). В это время Конт обосновывает преимущественно «субъективную» точку зре­ния и «субъективный» метод. На первый план в его учении выходят эмоциональные факторы человеческой и социальной жизни, воплощен­ные в понятии «сердце». Соответственно главным объектом его внима­ния становятся институты, отвечающие эмоциональным потребностям человека: мораль и религия. Если на предыдущем этапе Конт предпочи­тал использовать понятия «позитивная философия», «позитивный дух», «рациональная позитивность», то в это время он уже чаще говорит о «позитивизме» как о доктрине, в которой интеллектуальные, научные эле­менты подчинены моральным, религиозным и политическим. Теорети­ческая перспектива меняется: если в «Курсе» Конт подчеркивает «есте­ственный» характер социальных законов, необходимость познания их и подчинения им, то теперь, наоборот, он, в соответствии с «субъективной» точкой зрения, рассматривает социальный мир как продукт чувства, воли и деятельности человека. В этот период он выступает уже не столько в роли ученого, сколько в других ролях: моралиста, пророка и первосвя­щенника новой религии, автора социально-политических проектов.

Существуют две точки зрения на соотношение отмеченных перио­дов в творчестве французского мыслителя. Одни аналитики считали, что третий период противостоит первым двум и означает решительный отказ от исходных научно-теоретических позиций. Иными словами, Конт как создатель новой религии и утопических проектов не имеет ничего общего с Контом - создателем позитивистского научного мировоззре­ния. Такой точки зрения придерживались, в частности, известные при­верженцы контовского позитивизма француз Эм. Литтре и англичанин Дж. Ст. Милль. Они вдохновлялись идеями «Курса позитивной филосо­фии». Когда же, по их мнению, автор порвал с этими идеями, они по­рвали с их автором.

Другие, в том числе сам Конт, рассматривали третий период как ес­тественное и логичное завершение первых двух. С этой точки зрения три периода выражают не эволюцию и, тем более, не коренное измене­ние взглядов, а различные этапы реализации одного и того же замысла, того, который был сформулирован еще в «опускулах». Тех своих сто­ронников, которые признавали и «Курс» (II период) и «Систему пози­тивной политики» (III период), он считал «полными» позитивистами; тех же, кто был сторонником только «Курса» — «неполными».

Тем не менее, отрицая поворот в содержании своих воззрений, Конт в то же время признавал изменение своей социально-интеллектуальной роли (от ученого — к проповеднику новой религии), говоря, что «проме­нял карьеру Аристотеля на карьеру святого Павла...» [1, XXIII].

Независимо от того, как оценивать соотношение между различными периодами и частями контовского учения, несомненно, что в нем пере­плетались и проникали друг в друга научные и вненаучные элементы. Но задача истории социологии - изучить прежде всего научные элемен­ты, исходя из тех критериев, которые были выделены в первой лекции. Это те стороны доктрины Конта, которые в дальнейшем получили про­должение не в морали или религии, не в политике или социальных дви­жениях, а в социологии как науке.

2. Идейные истоки

Древнейшим предшественником подлинной социальной науки Конт считает Аристотеля, который стремится рассматривать наблюдение как основу этой науки, а человека - как животное политическое1. Среди оказавших влияние на формирование взглядов Конта или высоко им ценимых следует отметить философов Френсиса Бэкона, Декарта, Юма, Кондильяка, а также видных естествоиспытателей прошлого.

Первую значительную попытку целостного, основанного на «духе универсальности» рассмотрения социального развития Конт находит у Боссюэ. Конт испытал влияние либерального направления в политичес­кой экономии, главным образом Адама Смита и Жан-Батиста Сэя. У Ада­ма Смита, «прославленного и рассудительного», он отмечает глубокий анализ разделения труда. «Мудрый» Тюрго, несомненно, также повли­ял на контовское представление о прогрессе и предвосхитил его закон «трех стадий», разделив культурный прогресс человечества на три ста­дии: религиозную, спекулятивную и научную.

Чрезвычайно высоко Конт оценивает вклад Монтескье, который впер­вые распространил принцип детерминизма на познание социальных яв­лений и показал, что эти явления подчинены действию естественных законов. Конт признает важный вклад Гоббса в становление социаль­ной науки. Но особенно высоко он ценит двух мыслителей, идеи кото­рых противостояли друг другу: де Местра и Кондорсе. Стремясь соеди­нить и примирить традиционализм и либерализм, консервативный и революционный дух, он рассматривает концепции обоих мыслителей как взаимодополнительные. Главный социальный лозунг Конта: «Поря­док и прогресс» - опирается на идею порядка у де Местра (и других традиционалистов, особенно де Бональда) и идею прогресса у Кондор­се, которого он считал своим «духовным отцом».

Особенно глубокое влияние на Конта оказал Сен-Симон, хотя сам Конт это решительно отрицал. Трудно найти у Конта такую идею, кото­рая в какой-то форме уже не присутствовала бы в сочинениях Сен-Симо­на. Это относится, в частности, к таким важным для Конта положениям, как различие «критических» и «органических» периодов в развитии об­щества; идея прогресса; значение науки, в особенности социальной, в со­временную эпоху; роль индустриализма и «индустриалов» в совре­менном и будущем обществе и т. д. Можно сказать, что собственно идея социальной реальности, ключевая для становления социологии

1 Взгляды Конта на вклад различных мыслителей в создание социологии изложены, в частности, в 47-й лекции его «Курса» [2, 225-286].

как науки, была в значительной мере воспринята Контом у Сен-Симона. Даже само выражение «позитивная философия» последний использовал еще в 1808 г., т. е. задолго до основателя позитивной философии. У него же мы встречаем и тезисы (впоследствии развитые Контом) о том, что «наука о человеке», «социальная физика», или «социальная физиоло­гия», — это часть общей науки; она должна базироваться на наблюдении и ее методы должны быть теми же, что и методы естественных наук. Еще до Конта Сен-Симон в «Письмах женевского обитателя» (1803) указывает на аналогию между социальным телом и биологическим организмом [3, 130]. Сам жизненный и творческий маршрут Конта от проповедника новой науки к проповеднику новой религии в известном смысле повто­рил маршрут Сен-Симона, в деятельности которого также различаются три периода: научный, социально-реформаторский и период чувства и веры, в который он разрабатывал «новое христианство».

Но было бы ошибочным считать Конта простым продолжателем Сен-Симона. Во-первых, между ними существуют определенные теоретические и социально-практические расхождения. Сен-Симон делает основной акцент на проблеме социального прогресса; Конт, также веря в прогресс, большее значение придает проблеме социального порядка. Конт -сторонник концентрации и централизации политической власти, социальной иерархии и субординации; Сен-Симон, наоборот, предсказывает и обосновывает исчезновение государства и доказывает фундаментальное равенство между людьми. Утверждая значение интел­лектуальной реформы как необходимого условия реформы социальной, Конт упрекал Сен-Симона в поспешности и отмечал, что тот хочет лечить болезнь, природу которой еще не изучил. Во-вторых, и это самое главное, идеи Сен-Симона выражены в зародышевой, неразвернутой форме, это часто лишь отдельные высказывания, наброски концепций, но не сами концепции. У Конта, наоборот, те же идеи представ-лены в виде развернутых, систематических концепций и теорий.

В целом Конт стремился объединить противоречивые идейные тради­ции: просветительскую идею прогресса и традиционализм, просветитель­ский рационализм (даже в якобинском культе Разума он видел предвос­хищение позитивизма) и средневековый католицизм. В последнем ему особенно импонировала идеология социально-иерархической и наднаци­ональной структуры. Конт считает устаревшей христианскую догматику, но не религию как таковую. Он стремится устранить Бога именем рели­гии. Сама же религия вечна, так как человек, в его интерпретации, -существо не столько рациональное, мыслящее, рассуждающее, сколько эмоциональное, чувствующее, верующее. Но для обновления религии, так же как и всего человечества, по Конту, нужны новые интеллектуаль­ные основания. Поэтому создание позитивизма как синтетической миро­воззренческой системы он начинает с пересмотра этих оснований.

3. Позитивизм как обоснование науки

Конт относится отрицательно ко всему отрицательному, раз­рушительному, критическому. Он противопоставляет духу отрицания и в теории, и в действительности, принесенному Революцией (впрочем, раз­рушившей то, что было достойно разрушения), созидательный, пози­тивный дух. Категория «позитивного» становится наиболее общей и главной в его мировоззрении, поэтому «позитивизм» и другие слова, производные от «позитивного», становятся основными терминами для обозначения контовского учения.

Что же такое «позитивное» в истолковании основателя позитивизма? Он указывает пять значений этого слова [4, 34-36]:

1) реальное в противовес химерическому;

2) полезное в противовес негодному;

3) достоверное в противовес сомнительному;

4) точное в противовес смутному;

5) организующее в противовес разрушительному2.

К этим значениям Конт добавляет такие черты позитивного мышле­ния, как тенденция всюду заменять абсолютное относительным, его непосредственно социальный характер, а также тесная связь с всеобщим здравым смыслом [4, 36-39, 53-56].

Место позитивного мышления в системе Конта можно понять только в связи с его знаменитым законом «трех стадий»,или «трех состояний», который он считал своим главным открытием.

Согласно этому закону, индивидуальный человек, общество и чело­вечество в целом в своем развитии неизбежно и последовательно про­ходят три стадии [там же, 10-21].

1) На теологической, или фиктивной, стадии человеческий разум стремится найти либо начальные, либо конечные причины явлений, он «стремится к абсолютному знанию». Теологическое мышление, в свою очередь, проходит три фазы развития: фетишизм, политеизм, моноте­изм. Эта стадия была необходимой для своего времени, так как обеспе­чивала предварительное развитие человеческой социальности и рост умственных сил. Но притязания теологии проникать в предначертания

2 Последнее значение нами уточнено и исправлено по изданию [5,65-66].

Провидения безрассудны и подобны предположению о том, что у низ­ших животных существует способность предвидеть желания человека или других высших животных.

2) На метафизической, или абстрактной, стадии человеческое мыш­ление также пытается объяснить внутреннюю природу явлений, их на­чало и предназначение, главный способ их образования. Но в отличие от теологии метафизика объясняет явления не посредством сверхъесте­ственных факторов, а посредством сущностей или абстракций. На этой стадии спекулятивная, умозрительная часть очень велика «вследствие упорного стремления аргументировать вместо того, чтобы наблюдать» [там же, 16]. Метафизическое мышление, составляя, как и теологичес­кое, неизбежный этап, по своей природе является критическим, раз­рушительным. Его черты в значительной мере сохраняются и в совре­менную эпоху.

3) Основной признак позитивной, или реальной, или научной стадии состоит в том, что здесь действует закон постоянного подчинения вооб­ражения наблюдению. На этой стадии ум отказывается от недоступного определения конечных причин и сущностей и вместо этого обращается к простому исследованию законов, т. е. «постоянных отношений, суще­ствующих между наблюдаемыми явлениями» [там же, 17].

Иногда Конт высказывается не только против изучения «конечных» причин, но и против исследования причинности вообще, утверждая, что наука должна заменить вопрос «почему» вопросом «как». Сам он, однако, в своих сочинениях нередко высказывается о причинах тех или иных явлений.

Позитивное мышление, которому свойственны отмеченные выше признаки, далеко и от эмпиризма, и от мистицизма. Согласно закону трех стадий, все науки и все общества неизбежно завершают свою эво­люцию на позитивной стадии. Именно на третьей стадии формируется истинная, т. е. позитивная наука, цель которой — познание не фактов (они составляют для нее лишь необходимый сырой материал), а законов. Существование неизменных естественных законов - условие существо­вания науки; их познание с целью рационального предвидения - ее пред­назначение.

Конт исходит из представления о единстве и иерархической струк­туре всего бытия, включая человеческое. На основе такого представле­ния он строит свою классификацию наук, получившую широкую извес­тность. Эта классификация включает в себя шесть основных наук: математику, астрономию, физику, химию, биологию и социологию.

Характерно, что в этой классификации нет философии и психоло­гии. Отсутствие первой объясняется тем, что Конт не мыслил философию в качестве особой отрасли знания: для него позитивная философия — это та же наука, наблюдающая наиболее общие законы, обобщающая результаты частных наук и обеспечивающая их единство. Отсутствие психологии объясняется тем, что тогдашняя психология была преиму­щественно интроспективной, основанной на самонаблюдении, что, по Конту, не позволяло считать ее наукой, тем более, что в период создания своей классификации он придавал главное значение «объективному» методу, основанному на внешнем наблюдении.

Каждая из перечисленных наук представляет собой своего рода сту­пень по отношению к последующей. Каждая из них заимствует у преды­дущей ее методы и добавляет к ним еще свой собственный, обусловлен­ный спецификой изучаемого объекта. Все науки проходят в своем развитии теологическую, метафизическую и позитивную стадии; толь­ко на последней они становятся науками в собственном смысле. На вер­шине иерархии наук находится социология.

4. Социология как наука

По Конту, социология, как и любая другая наука, изучает неизмен­ные естественные законы. Предмет ее — самый важный и сложный, по­этому она — своего рода царица наук. Социология может и должна ис­пользовать достижения других наук, которые изучают более обширные, чем общество, сферы реальности. Эти науки, особенно биология (не­посредственно предшествующая социологии в иерархии наук), являют­ся по отношению к ней вводными, подготовительными. Вместе с тем они служат для нее теоретико-методологическим образцом; ведь социо­логия позже других дисциплин приблизилась к позитивному состоянию, в ней сохранилось особенно много теологических и метафизических эле­ментов; воображение в ней до сих пор господствует над наблюдением. Ее еще предстоит создать, и основатель позитивизма ощущает себя при­званным сделать это.

Для обозначения самой молодой науки Конт использует различные термины: «социальная философия», «социальная наука», «социальная физиология» и «социальная физика». Он считал себя автором после­днего термина и до определенного момента рассматривал его как наи­более предпочтительный. Однако это выражение стало, по мнению Конта, «неправильно» использоваться, прежде всего бельгийским ученым Адольфом Кетле, который в своем труде «О человеке и развитии его способностей, или Опыт социальной физики» (1835) применил его к «простой статистике» [2, 7]. Подобное словоупотребление явно не соответствовало тому выдающемуся месту, которое предстояло занять со­циологии в системе наук и в обществе. Для обозначения новой науки необходимо было новое слово, и оно было придумано.

Впервые Конт употребил слово «социология» в 1839 г., в 47-й лек­ции «Курса позитивной философии» (том IV). Употребив его впервые, он в примечании обосновывает, точнее, оправдывает его введение сле­дующим образом: «Я должен отныне отважиться на использование это­го нового термина, целиком тождественного моему уже введенному вы­ражению «социальная физика», с тем, чтобы иметь возможность обозначать одним названием ту дополнительную часть естественной философии, которая относится к позитивному изучению совокупности фундаментальных законов, свойственных социальным явлениям. Необ­ходимость такого наименования, имея в виду специальное назначение этого тома (IV том «Курса», так же, как и V и VI тома, посвящен разработке социальной науки. - А. Г.), надеюсь, извинит меня в данном случае, если я в последний раз воспользуюсь законным правом, которым, я думаю, я все­гда пользовался со всей подобающей осмотрительностью, постоянно ис­пытывая глубокое отвращение к привычке систематически вводить нео­логизмы» [там же, 252]. Впрочем, и после введения нового термина Конт наряду с ним продолжал использовать и старые для обозначения новой науки.

5. Объект социологии

Конт был одним из мыслителей, открывших социальную реальность и внесших важный вклад в ее понимание. Некоторые представления о ней, которые он разработал, стали затем парадигмальными и получили дальнейшее развитие в социологии.

Главное условие создания самостоятельной социальной науки, по Кошу, - это выделение специфической реальности, не изучаемой ника­кими другими науками. Для обозначения этой реальности он использу­ет различные термины: «общество», «социальный организм», «соци­альная система», «социальные явления», «социальное существование» и т. п. Человек по природе своей социален, социальность - его есте­ственное состояние. Но и эгоизм - также естественное состояние, по­этому социальность требует научения и усваивается индивидом посред­ством воспитания. Будучи изначально естественным образованием, общество становится «искусственным и добровольным порядком».

Человек не может по своей воле создавать социальные явления, но он может их видоизменять при условии учета естественных законов.

Можно увеличить или уменьшить интенсивность уже существующих социальных тенденций, можно изменить их скорость, но невозможно сменить порядок их следования или перескочить через промежуточные этапы. Изменчивость социальных явлений может вызываться такими факторами, как раса, климат или собственно социальные действия, но доминирующим при этом остается действие универсальных неизмен­ных законов.

Общество состоит из индивидов, обладающих отдельным и незави­симым существованием и думающих, что они действуют согласно «сво­им личным импульсам». В действительности они постоянно участвуют в общем развитии, как правило, не задумываясь над этим. Будучи соци­альным реалистом, Конт постоянно подчеркивает примат общества над индивидом, иногда в весьма резких выражениях. Слова «личность», «личный» часто носят у него уничижительный оттенок.

Одним из первых в социологии Конт разрабатывает подход к обществу как к системе, прообразом которой выступает для него биологический организм. Он постоянно подчеркивает ее целостный, неделимый характер и взаимозависимость ее частей, отмечая «воздействия и обратные воздействия, которые непрерывно оказывают друг на друга любые разнообразные части социальной системы...» [там же, 324]. Всем системам присуще такое свойство, как солидарность, но живым системам, особенно социальным, оно присуще в наивысшей степени. По Конту, общество основано на фундаментальном консенсусе (согласии) и преемственности; собственно, это одно и то же качество, взятое в первом случае - в пространственном, во втором - во временнум аспектах.

Конт выделяет такие свойства социальной реальности, как максималь­ная сложность и, вследствие этого, наибольшая неупорядоченность и из­менчивость; активность; спонтанность и вместе с тем регулирование ис­кусственным порядком.

Взглядам Конта на социальную реальность присуща одна особенность, которая характерна и для других пионеров социологической мысли: это неразличение общества и человечества. Общество рассматривается как человечество в миниатюре, а человечество — как расширенное до преде­ла общество. При этом человечество трактуется как подлинная, высшая и самая «реальная» социальная реальность. Конт исходит из концепции «расширяющегося общества», имеющего своим пределом человечество; он утверждает, что существует постоянная тенденция к образованию «все более обширных ассоциаций». Структура и развитие общества в конечном счете определяются «фундаментальными законами человечес­кой природы», а социология включена в «позитивную теорию челове­ческой природы».

Неразличение общества и человечества усиливалось верой в уни­версальный прогресс и эволюционистским представлением, в соответ­ствии с которым все общества неизбежно проходят в своем развитии одни и те же фазы. Достаточно изучить наиболее «передовые» обще­ства, чтобы понять путь, по которому раньше или позже пойдет все человечество. Поэтому Конт выбирает и рассматривает в каждой значи­тельной исторической эпохе «элиту, или авангард человечества» [6, 3], прослеживает судьбы «избранного» народа, который несет эстафету цивилизации и передает ее другому. Начиная с нового времени он изу­чает только западные европейские нации (а с XVII в. — прежде всего Францию), так как, с его точки зрения, их историческим путем неиз­бежно пойдет все человечество.

Здесь контовская позиция близка гегелевской философии истории, с одной стороны, и эволюционизму Маркса и Спенсера — с другой. Хотя Конт и утверждал в «Курсе», что этапы социального развития невоз­можно перепрыгнуть, впоследствии он говорил, что цивилизованные нации должны будут помочь промчаться без остановок на отдельных фазах развития менее цивилизованным народам, отставшим братьям.

Таким образом, у Конта общество и человечество рассматриваются не только как однопорядковые явления, но и как явления тождествен­ные по сути, хотя и различные по объему. Во-первых, человечество рас­сматривается как максимальное по объему общество. Во-вторых, неко­торые общества в определенные исторические периоды выступают как представители всего человечества, прокладывающие для него маршру­ты его дальнейшего движения.

Подобная позиция имела двойственное теоретическое значение. С од­ной стороны, она содержала понимание реального единства человече­ства, тождества или сходства многих социальных признаков у различных народов. С другой - она приводила к упрощенному взгляду на пути раз­вития различных обществ и к игнорированию их своеобразия. Смеше­ние общества и человечества, социальности и человеческой природы оз­начало сведение социологии к своего рода антропологии и психологии, что противоречило исходному замыслу Конта создать социологию как особую науку.

6. Метод: «объективная» и «субъективная» социология

Для понимания трактовки социологии Контом важно иметь в виду, что в его творчестве переплетались две различные этики: научная, с од­ной стороны, социально-практическая (реформаторская, религиозная, моралистская, политическая, педагогическая и т. п.) — с другой. Первая из них преобладала в период создания «Курса позитивной философии», вто­рая — в период написания «Системы позитивной политики». Противоре­чивость этих двух этических ориентации порождала противоположность ряда теоретико-методологических постулатов. С одной стороны, Конт про­возгласил подход к социологии как к объективной, строгой и беспристра­стной науке, основанной на наблюдении и свободной от всяких предвзя­тых концепций. С другой — социология, как и позитивизм в целом, оказалась для него не просто наукой, но больше чем наукой. Это для него мировоззрение, призванное практически преобразовать всю социальную жизнь, включая политику, мораль, религию и т. д. Характерно в этом отношении, что «Система позитивной политики» — это «Социологический трактат, учреждающий Религию Человечества».

Противоречивость позиций Конта-ученого и Конта-реформатора и пророка в полной мере проявилась в его трактовке метода социологии.

В целом Конт подчеркивает неотделимость метода науки от ее пред­метных теорий. Вместе с тем он отмечает, что «в наше время метод является более существенным, чем сама доктрина» [4, 73].

В период создания «Курса позитивной философии», когда Конт ру­ководствовался научной этикой, он обосновывает беспристрастный и объективный подход к исследованию социальных явлений, свободный от оценок, сформировавшихся вне науки. В это время он рассматривает социологию как элемент общей системы научного знания и разрабаты­вает рациональный, «объективный» метод социальной науки. Когда же Конт становится пророком новой религии, он разрабатывает главным образом «субъективный» метод и осуществляет так называемый «субъек­тивный синтез». Сам он указывал, что в «Курсе» разрабатывал «объек­тивный» метод, «постоянно восходя от мира к человеку», а в «Системе позитивной политики» отвел главное место «субъективному» методу, «единственному источнику всякой полной систематизации, где мы по­стоянно нисходим от человека к миру» [7, 4]. В итоге в его творчестве, по существу, присутствуют две социологии: «объективная» и «субъек­тивная». Рассмотрим поочередно каждый из этих двух подходов Конта к социологической методологии.

В «объективной» социологии Конт исходит из того, что она должна применять общенаучные методы, специфическим образом применять методы, используемые в других науках, и, наконец, использовать свои собственные методы и приемы. Как и в других науках, в социологии необходимо применять индукцию и дедукцию, но первый метод в ней предпочтительней второго. Однако сам Конт использовал главным образом дедуктивный метод. Как и в биологии, здесь в процессе иссле­дования надо продвигаться от целого к частям, от системы к элемен­там, а не наоборот.

Еще в 1825 г. Конт определял «социальную физику» как «науку, ко­торая имеет своим объектом изучение социальных явлений, рассматри­ваемых таким же образом, как и явления астрономические, физические, химические и физиологические, т. е. как подчиненные неизменным ес­тественным законам...» [8, 150]. Он критикует исследователей, которые в великих исторических событиях «видят только людей и никогда не видят вещей, толкающих их с неодолимой силой» [там же, 94].

В противовес метафизической методологии, основанной на подчи­нении фактов воображению и претендующей на абсолютные объясне­ния, позитивная социальная наука основана на наблюдении постоянных связей между фактами.

У Конта обнаруживаются два смысла слова «наблюдение»: широкий и узкий. В широком смысле («общее искусство наблюдения») оно пред­ставляет собой универсальный подход, характеризующий позитивную методологию и противостоящий произвольным конструкциям. В извест­ном смысле все методы социологии являются разновидностями этого наблюдения. В узком смысле наблюдение составляет один из трех глав­ных методов науки, применяемых в социологии, которые суть «чистое наблюдение»; эксперимент; сравнительный метод.

Говоря о наблюдении, Конт подчеркивает, что ему должна предше­ствовать выработка какой-то общей теории. Всякое изолированное, чи­сто эмпирическое наблюдение бесплодно и недостоверно: в этом случае наблюдатель чаще всего даже не знает, что он должен рассматривать в данном факте. Наука может пользоваться только теми наблюдениями, которые, хотя бы гипотетически, привязаны к какому-нибудь закону [2, 418-419].

Конт различает точность и достоверность социального факта и от­мечает ошибочность смешения этих понятий. Именно достоверность — главная задача социологии, и в этом отношении она не уступает другим наукам.

Любопытно, что основатель позитивизма был противником приме­нения количественных методов в социологии, тогда как применение именно этих методов воспринималось как отличительная черта позити­вистской социологии в XX в. В этом - одно из проявлений чрезвычай­ной многоликости и противоречивости позитивистской доктрины; соб­ственно, сохранив одно название, она давно перестала быть чем-то единым.

Второй «объективный» метод исследования — эксперимент. Конт от­мечает, что в социологии невозможен «прямой» эксперимент, состоя­щий, как в физике, в искусственном создании каких-то явлений. Но зато в ней существует «косвенный» эксперимент, суть которого состоит в происходящих в обществе нарушениях нормального хода развития. Анализ патологических явлений в социологии, как и в биологии, пред­ставляет собой настоящий эксперимент.

Болезнь и в биологическом, и в социальном организмах не означает, как это ошибочно считали, реального нарушения фундаментальных за­конов жизни. Нормальные и патологические явления — однопорядко-вые, они подчинены действию законов, следовательно, они проясняют друг друга. Патология - это расстройство, потрясение социального орга­низма, вызываемое разного рода вторичными факторами: расой, клима­том, политическими коллизиями. Патологические явления имеют место главным образом в различные революционные эпохи; соответственно их наблюдение, т. е. косвенный эксперимент, возможно преимущественно в эти эпохи.

Сравнительный метод в социологии, по Кошу, состоит из несколь­ких методов, или способов сравнения.

Первый - это сравнение человеческих и животных обществ. Цен­ность этого метода состоит в том, что он позволяет установить наибо­лее элементарные и универсальные законы социальной солидарности.

Второй - сравнение различных сосуществующих состояний челове­ческого общества в различных районах земного шара, причем рассмат­риваются эти состояния у таких народов, которые полностью независи­мы друг от друга. Этот метод, обнаруживающий у современных народов в разных частях планеты предшествующие состояния наиболее цивили­зованных наций, обосновывает «необходимое и постоянное тождество фундаментального развития человечества» [там же, 445]. Но такое срав­нение, по Конту, несовершенно, так как представляет в качестве одновре­менно существующих и неподвижных такие социальные состояния, ко­торые на самом деле следуют одно за другим. Поэтому необходим также такой способ сравнения, который давал бы возможность обнаруживать ход человеческой эволюции, «реальную преемственность различных си­стем общества».

Отсюда третий способ сравнения, который Конт называет «истори­ческим сравнением различных последовательных состояний человече­ства» или «историческим методом». Этот метод, составляющий «са­мое основу» социальной науки, характерен только для социологии и отличает ее даже от наиболее близкой к ней биологии. Первостепенное значение исторического метода состоит, в частности, в том, что в научном отношении он дополняет общую научную методологию, а в практи­ческом отношении развивает социальное чувство и чувство историчес­кой преемственности. Суть метода состоит в сопоставлении различных фаз эволюции человечества, составлении «социальных рядов» и по­следовательной оценке различных состояний человечества.

Исторический метод важен и для предвидения в социологии, посколь­ку прошлое для него важнее настоящего: «...Мы научимся рационально предсказывать будущее только после того, как предскажем, в некотором роде, прошлое...» [там же, 460].

Главная научная сила доказательств в социологии заключается в по­стоянном гармоническом сочетании непосредственных выводов из ис­торического анализа с предшествующими понятиями биологической те­ории человека.

Что касается «субъективного» метода, то в его характеристике Конт гораздо менее ясен, чем в описании «объективного». И это неудиви­тельно, так как «субъективный» подход имеет у него в значительной мере мистический характер. Под субъектом, который становится отправ­ным пунктом «субъективного» подхода, имеется в виду главным обра­зом не индивид или группа, а все человечество.

Первый признак этого метода соответственно состоит в том, что это общечеловеческая или социальная точка зрения на изучаемый объект.

Второй признак метода заключается в том, что в отличие от «объек­тивного», рационального подхода, он является эмоционально-альтруис­тическим по своей сути. Это метод «сердца», которому должен быть под­чинен ум. Необходимо подчинять научные, моральные и политические идеи альтруистическим чувствам, направленным последовательно на се­мью, отечество и человечество. Этому соответствуют три формулы: жить для своих близких; жить для своих соотечественников; жить для всех. Все они резюмированы в знаменитом девизе «Жить для других».

Словом, это метод, гораздо более общий и фундаментальный, чем тот, который теперь называется эмпатией. Это метод любви, которую Конт провозглашает в качестве не только жизненного, но и методологи­ческого принципа.

В оценке Контом соотношения «объективного» и «субъективного» методов заметна двойственность. С одной стороны, он подчеркивает единство и взаимодополнительность этих методов, рассматривая пер­вый из них как необходимый этап, предваряющий второй. С другой -вся «Система позитивной политики», утверждающая общее «преобла­дание сердца над умом» и сугубо подчиненную роль последнего, осно­вана на явно и неявно выраженном положении о том, что можно обой­тись без «объективного» метода и начать сразу с «субъективного».

Очевидно, что к сфере собственно научного знания могут быть отне­сены главным образом те подходы, процедуры и приемы, которые Конт называл «объективным» методом. Очевидно также, что принципы «субъек­тивной» социологии резко контрастировали с принципами «объектив­ной»; здесь Конт дает волю воображению и, в известном смысле, возвра­щает мышление из позитивной стадии в теологическую и метафизическую.

7. Социальная статика

Любой объект, по Конту, может изучаться с двух точек зрения: стати­ческой и динамической. Это относится и к изучению социальной систе­мы. Поэтому социология делится в его доктрине на две части: соци­альную статику и социальную динамику. Эти две дисциплины соответствуют двум частям главного лозунга контовского учения «Поря­док и прогресс». Для социальной статики высшая цель - обнаружение законов социального порядка, для социальной динамики — законов прогресса. Социальная статика - это социальная анатомия, изучающая строение социального организма, социальная динамика - социальная физиология, изучающая его функционирование. Объект первой из них — общества «в состоянии покоя», объект второй - общества «в состоянии движения». Сравнительная оценка важности этих двух разделов социо­логии у Конта менялась: если в «Курсе» он утверждал, что наиболее важная часть социологии — социальная динамика, то в «Системе» — что это социальная статика.

Социальная статика выделяет «структуру коллективного существа» и исследует условия существования, присущие всем человеческим об­ществам, и соответствующие законы гармонии [там же, 537-538]. Эти условия касаются индивида, семьи, общества (человечества).

Индивид, по Конту, как уже отмечалось, естественным и необходи­мым образом предназначен жить в обществе; но и эгоистические склон­ности у него также носят естественный характер. «Подлинный социо­логический элемент» - не индивид, а семья.

Семья — это школа социальной жизни, в которой индивид учится повиноваться и управлять, жить в гармонии с другими и для других. Она прививает чувство социальной преемственности и понимание за­висимости от прошлых поколений, связывая прошлое с будущим: «...Всегда будет чрезвычайно важно, чтобы человек не думал, что он родился вчера...» [там же, 581]. Будучи микросоциальной системой, семья предполагает иерархию и субординацию: женщина в ней должна повиноваться мужчине, а младшие — старшим. Семья — основной эле­мент, из которого и по образцу которого строится общество.

Общество образуется из совокупности семей; в нем стадия семей­ного существования перерастает в стадию политического существования. Семья, племя, нация, государство - все это фазы ассоциации в последо­вательном стремлении к человечеству. Но семья — это «союз», основан­ный на инстинктивных, эмоциональных привязанностях, а не «ассоци­ация». Что касается собственно социальных образований, то они предполагают преимущественно кооперацию, основанную на разделе­нии труда.

Разделение труда, по Конту, не только экономический, но фунда­ментальный социальный факт, «самое главное условие нашей социаль­ной жизни». Именно разделение труда лежит в основе социальной со­лидарности, а также увеличения размера и растущей сложности социального организма [там же, 598 след.]. Оно развивает социальный инстинкт, внушая каждой семье чувство зависимости от всех других и своей собственной значимости, так что каждая семья может считать себя выполняющей важную и неотделимую от всей системы общественную функцию. Правда, в отличие от экономистов, Конт считает, что коопе­рация, основанная на разделении труда, не создает общество, а предпо­лагает его предшествующее существование.

Солидарность, присущая всем живым объектам, в обществе дости­гает наивысшей степени. Для обозначения этой степени и специфики социальной солидарности в человеческом обществе Конт со временем начинает использовать понятие социального консенсуса (согласия). Кон­сенсус в его теории - «основная идея социальной статики».

Вместе с тем разделение труда содержит в себе определенные изъя­ны и опасности для социального организма. Оно грозит обществу раз­ложением на множество изолированных групп. Оно делает человека умелым в одном отношении и «чудовищно неспособным» во всех дру­гих. Сосредоточиваясь на выполнении своей частной задачи, человек думает лишь о своем частном интересе и смутно воспринимает соци­альный интерес.

Преодоление этих опасностей разделения труда возможно благодаря постоянной дисциплине, функции управления и соответствующей ей исполнительской функции. Управление — это социальная функция, на­значение которой состоит в сдерживании и предупреждении «фаталь­ной склонности к основательному рассеиванию идей, чувств и интере­сов...» [там же, 605—606]. В противовес Гоббсу, Локку и Руссо Конт видит в управлении не некую добавочную, искусственную силу, призванную сле­дить за соблюдением людьми общественного договора и порядка, а есте­ственную, необходимую функцию, развившуюся самопроизвольно, вместе с самим обществом. Материальная, интеллектуальная и моральная субординация неразрывно связана с разделением труда; она требует, по­мимо подчинения, веры либо в способности, либо в честность управля­ющих. «Нормальное» правительство — то, которое, обеспечивая соци­альную сплоченность, в минимальной степени опирается на материальную силу и в максимальной — на убеждение, согласие, общественное мнение. Субординация подчиняется закону, согласно которому частные виды де­ятельности осуществляются под руководством более общих видов дея­тельности. Управление — самая общая из функций, и, таким образом, все остальные социальные функции подчиняются ей.

Конт утверждает естественный, вечный и неустранимый характер социальной иерархии и, соответственно, противоестественный харак­тер идеи социального равенства. Деление общества на классы вытекает из основного и необходимого разделения управленческой и исполни­тельской функций. Конт обозначает классы по-разному, но суть их сво­дится прежде всего к тому, что они составляют две наиболее общие категории: руководителей и исполнителей. В современном обществе две наиболее значительные категории - это патрициат и пролетариат. Внутри них в свою очередь различаются более мелкие социальные груп­пы. Так, патрициат делится на банкиров, управляющих капиталами, и предпринимателей, непосредственно управляющих работами. Предпри­ниматели в свою очередь делятся на промышленных и сельскохозяй­ственных. Пролетариат также внутренне дифференцирован, хотя, при­знавая это, Конт склонен подчеркивать его единство и однородность.

Конт чрезвычайно озабочен «печальной судьбой трудящегося клас­са», которого угнетают и грабят высшие слои. Его произведения полны теплых и проникновеных слов о пролетариате, о его «возвышенных взгля­дах и благородных чувствах». Пролетариев и женщин он считает есте­ственными союзниками позитивизма (как и позитивистские философы, они стоят на «общей точке зрения») и стремится практически осуще­ствить этот союз. В проектируемом обществе будущего пролетариат почитает патриция; он уже не раб, а служащий, и его зарплата стано­вится жалованьем.

Будучи противником разделения властей на законодательную, испол­нительную и судебную, Конт вместе с тем резко разделяет власть на ду­ховную и мирскую. Это разделение реально и благотворно для общества, при условии безоговорочного превосходства духовной власти над мирс­кой. В средневековой Европе духовная власть принадлежала священни­кам, а мирская — военным. После Французской революции произошло полное поглощение духовной власти властью мирской, которая перешла к политикам и юристам. В современную эпоху вместе с торжеством пози­тивизма мирская власть переходит к «индустриалам», а духовная - к «уче­ным» («философам», «социологам»), которых Конт считал новыми «духовными владыками», новым «жречеством», вначале в фигураль­ном, а затем в буквальном смысле. Функции этой категории, становя­щейся своего рода кастой, в обществе, где восторжествует позитивизм, чрезвычайно сложны и многообразны. Они не только советуют, освяща­ют, регулируют, распределяют по классам, судят, но и, будучи священни­ками нового культа, следят за мыслями, поступками, чтением и даже за воспроизводством потомства.

Среди различных систем социальных институтов или сфер социаль­ной жизни Конт особое значение придает религии и морали. Эти две социальные сферы окрашивают и пронизывают все остальные: науку, экономику, политику, право и т. д. Социальный вопрос для него прежде всего не экономический и не политический по своей сути, а морально-религиозный. Движущая сила деятельности — не интеллект, а чувство; чувство же в свою очередь приводится в движение моралью и религией. Вот почему в «Системе позитивной политики» социология растворяет­ся в этих двух сферах. С помощью «субъективного» метода разработка морали сливается с построением социологии; все науки служат лишь подготовительной ступенью для морали, которая трактуется как своего рода седьмая наука, находящаяся на вершине иерархии наук [9, 438; 10, 49; 8, 231]. Характерное отождествление фаталистски толкуемого соци­ального закона и повелительной моральной нормы хорошо видно в лю­бопытном тезисе Конта, согласно которому социология должна стре­миться «постоянно представлять как неизбежное то, что проявляется сначала как обязательное, и наоборот» [2, 491-492].

Одновременно социология становится средством учреждения Рели­гии Человечества. По Конту, в противовес протестантам и деистам, ко­торые атаковали религию именем Бога, позитивисты «должны оконча­тельно упразднить Бога именем религии».

Религиозно-нравственное начало пронизывает у Конта и такой ин­ститут, как собственность. Он был сторонником частной собственнос­ти и права наследования имущества. Но вместе с тем он постоянно под­черкивал «социальную природу собственности» и ответственность собственника перед обществом за то, как он ею распоряжается.

В принципе структура общества, изучаемая социальной статикой, по Конту, радикально не изменяется. Она может лишь испытывать бо­лезненные потрясения в «критические» периоды, но затем вновь вос­станавливается благодаря прогрессу. Ведь согласно одной из его фор­мул, «прогресс есть развитие порядка».

8. Социальная динамика

Социальная динамика — это теория прогресса. Понятие прогресса ха­рактерно только для человеческих обществ, составляет их специфику и позволяет отделить социологию от биологии. Прогресс здесь возможен благодаря тому, что, в отличие от обществ животных, одни поколения могут передавать другим накопленные материальные и духовные богат­ства. Вследствие неразличения общества и человечества и включения социологии в «позитивную теорию человеческой природы» теория про­гресса Конта в основе своей является антропологической. Социальный прогресс в конечном счете проистекает из врожденного инстинкта, зас­тавляющего человека «непрерывно улучшать во всех отношениях лю­бое условие своего существования», развивать «в целом свою физичес­кую, моральную и интеллектуальную жизнь...» [там же, 364].

Конт оговаривается, что прогресс не равнозначен безграничному ро­сту счастья и человеческого совершенства, отмечая, что последнее по­нятие лучше заменить понятием «развития». Социальная динамика ли­шена оптимизма, так как она признает возможность и даже необходимость отклонений. В истории «органические» периоды чередуются с «крити­ческими», когда преемственность нарушается. И тем не менее, социаль­ное развитие в целом у Конта изображается как совершенствование, улучшение, прогресс.

Конт постоянно подчеркивает непрерывный и преемственный ха­рактер прогресса. Подобно тому как социальная статика выявляет соли­дарность в пространстве, социальная динамика выявляет солидарность во времени. Социальная динамика рассматривает каждое последователь­ное состояние общества как результат предыдущего и необходимый ис­точник будущего, так как, согласно аксиоме Лейбница, «настоящее бе­ременно будущим» [там же, 336].

Следуя взглядам традиционалистов, Конт постоянно подчеркивает преемственность поколений и колоссальное влияние всех предыдущих поколений на последующее развитие. В «Позитивистском катехизисе» он утверждает: «Живые всегда, и все более и более, управляются умер­шими: таков фундаментальный закон человеческого порядках». С этим утверждением перекликается его тезис о том, что человечество в гораз­до большей степени состоит из мертвых, чем из живых, и социальная связь нарушается в случае «бунта живых против мертвых».

Главный закон социального прогресса у Конта — это закон трех ста­дий. Все общества раньше или позже проходят в своем развитии теоло­гическую, метафизическую и позитивную стадии.

В теологическую эпоху люди верят сначала в фетиши (фетишистс­кий период); затем — в богов (период политеизма); наконец — в единого Бога (период монотеизма). Основным мирским занятием являются заво­евательные войны. Соответственно, духовная власть принадлежит свя­щенникам, мирская — военным.

В метафизическую эпоху люди обладают правом свободной дискус­сии и основываются только на индивидуальных оценках. Духовная власть, принадлежащая метафизикам и литераторам, поглощена мирс­кой, принадлежащей законодателям и адвокатам. Значение военной де­ятельности сохраняется, но она становится преимущественно оборони­тельной.

Наконец, в позитивную эпоху духовное управление осуществляется «учеными», мирское - «индустриалами». Основным видом деятельнос­ти становится индустрия, которая носит мирный характер.

По Кошу, позитивная стадия в развитии человечества должна была начаться сразу после Великой Французской революции, но Революция осуществила лишь разрушительную задачу и уклонилась от нормально­го пути. В известном смысле она еще продолжается. С духовной точки зрения позитивная стадия начинается с «Курса позитивной философии». Сначала Конт избегал указания точной даты начала позитивной фазы в мирском, или политическом, аспекте. Но в «Системе позитивной полити­ки» он ее указывает: это 1860 - 1865 гг.

Чтобы эволюция человечества пришла к Земле Обетованной (пози­тивному состоянию), необходимо осуществить два ряда реформ. Первые должны быть теоретическими; их цель - создать твердые и общеприня­тые мнения; их начало положено «Курсом». Другие реформы — практи­ческие, политические. Они восстановят прекрасную социальную орга­низацию средневековья; отделят духовную власть от мирской, доверив первую ученым, вторую — «индустриалам», заменят равенство иерархи­ей, а национальный суверенитет — всеобщим централизованным управ­лением компетентных людей.

Позитивный, высший этап у Конта констатируется и предсказывается как неизбежный, но дальнейшая его судьба характеризуется довольно туманно. Он считает, что пройдет «еще много веков, прежде чем под­линное Великое Существо (т. е. Человечество. — А. Г.) должно будет заняться своим собственным упадком...» [10, 73]. Таким образом, у Конта, как и у Маркса, находящийся впереди человечества золотой век, одно­временно неизбежный и желанный, означает либо нечто смутное, либо конец истории, либо новый цикл развития, который начинается с новой «теологической» стадии.

Таким образом, от наблюдения реально существовавших и существу­ющих этапов социальной эволюции Конт переходит к характеристике того, какой она необходимо будет и должна быть. Социальная динамика завершается пророчествами, практическими рекомендациями и утопи­ческими проектами.

9. От науки - к утопическому проектированию

Подобно многим другим социальным мыслителям XIX в. Конт лю­бил пророчествовать, и эта любовь естественным образом вытекала из фаталистской интерпретации социальных законов. Сегодня одни его предсказания выглядят наивными и смешными, другие - основательны­ми и провидческими. Не подтвердилась основополагающая вера Конта в то, что разработанная им вплоть до ритуальных деталей Религия Че­ловечества станет религией человечества. Социальный режим, который он одновременно предсказывает и предлагает - социократия, - основан на строгой иерархии, субординации, точном исполнении предписанных функций. Подобные общества, небольшие по размеру (будущие госу­дарства по размерам не должны превосходить Швейцарию или Бель­гию) и подчиненные единой церкви или Великому Существу (человече­ству), представляют собой нечто среднее между фаланстером Фурье и монастырем.

Не подтвердились такие предсказания Конта, как союз пролетариата и женщин, с одной стороны, и позитивизма — с другой; исчезновение средних классов; семейно-домашняя роль женщины и т. д.

Вместе с тем проблема единства человечества, которую так энергично выражал Конт, и сегодня, в эпоху политических, межнациональных и меж­конфессиональных распрей, остается в высшей степени актуальной. И хотя до общечеловеческого единства далеко, деятельность многочисленных все­мирных и международных организаций свидетельствует о том, что миро­вое сообщество — не фикция. Конт был убежденным и активным сторонни­ком мира, и межнационального, и межклассового. Наряду с Бернарденом де Сен-Пьером он первым отстаивал идею «европейского дома»; наряду с Сен-Симоном он был одним из провозвестников наступления эры ин­дустриализма; он предсказывал процесс деколонизации и т. д.

Пророчества у Конта незаметно перерастали в утопическое проекти­рование, и сам он, осознавая его в качестве такового, применял слово «утопия» к своим проектам [8, 275]. С предложениями об их осуществ­лении он обращается по самым различным и порой неожиданным адресам: и к пролетариату3, и к царю Николаю I, и к великому визирю Ос­манской империи, стороннику европейской цивилизации Решид-паше, и к руководителям Ордена иезуитов. По-видимому, Конт считал утопии не только необходимыми для социальной практики (вследствие того, что они затрагивают не «ум», а «сердце»), но и осуществимыми в дей­ствительности.

Конт вышел из сен-симонистской школы и в известном смысле оста­вался сен-симонистом всю жизнь. Многое сближало его с социалистами, последователями Сен-Симона: Б. П. Анфантеном, С.-А. Базаром и др. Однако были и существенные различия между контизмом, с одной сто­роны, и социализмом и коммунизмом - с другой. Сам Конт усиленно подчеркивал свое несогласие с этими учениями. Он был решительным противником обобществления собственности и политических револю­ций. Главное преимущество позитивизма перед социализмом он видел в том, что позитивизм исходит из необходимости духовного, нравственно­го обновления общества, а социализм стремится «осуществить мирскую реорганизацию независимо от духовной, т. е. построить общественное здание без интеллектуальных и моральных оснований» [7, 169]. Несмот­ря на собственные, иногда весьма энергичные высказывания, принижа­ющие роль индивида, его прав и свобод, Конт не согласен с коммуниста­ми в их стремлении подавить всякую индивидуальность [там же, 158]. Он также против других идей, отстаиваемых социалистами и комму­нистами: идеи равенства, ликвидации иерархии, основанной на разли­чиях в способностях, и замены их «инертной и безответственной коллек­тивностью»; отмены права наследования; ликвидации брака и семьи, за что выступали сен-симонисты.

Несомненно, в социально-политических воззрениях и проектах Кон-та был значителен элемент авторитаризма и будущего тоталитаризма, в частности, отрицание гражданских свобод и прав личности, свободы мне­ний, принципа разделения властей, демократических институтов и т. д. Конт был сторонником активного вмешательства государства в эконо­мику и другие стороны социальной и даже личной жизни. Подобно мно­гим проектам социалистов, его «социократия» несомненно представля­ет собой прообраз тоталитарного режима.

Вместе с тем социология Конта, зачастую вопреки его собственным декларациям, в значительной мере проникнута духом либерализма. Это

3 Возникшее в Париже Общество пролетариев-позитивистов, последователей Конта, в 1870 г. было принято на правах секции в Интернационал. Хотя Генеральный Совет Интер­национала подверг резкой критике программу Общества, оно было принято с учетом его рабочего состава. См. об этом письмо К. Маркса Ф. Энгельсу от 19 марта 1870 г. [11,381].

относится к той ее части, которая основана на «объективном» методе, ставит своей главной задачей познание естественных неизменных зако­нов и последующую опору на них в социальной практике. Именно эта сторона контовской теоретической системы главным образом развивалась впоследствии в истории социологической мысли. Идея о том, что соци­альная реальность развивается по своим собственным законам, что она, как и природа, не поддается произвольному манипулированию и при­нуждению, и, следовательно, чтобы эффективно воздействовать на нее, необходимо подчиняться этим, предварительно изученным законам, опи­раться на них, — эта идея лежит в основе либерализма. Ведь, по словам одного из апостолов современного либерализма, нобелевского лауреата Ф. Хайека, главный тезис либерализма сводится к тому, что «при уст­ройстве своих дел мы должны как можно больше использовать стихий­ные силы общества и как можно меньше прибегать к принуждению...» [12, 33]. Именно на этой основополагающей идее базируется «объек­тивная» социология Конта.

Но на этой идее он не останавливается. В его «субъективной» соци­ологии намерение использовать социальные законы и стихийные, само­произвольно развивающиеся тенденции перерастает в намерение заменить эти законы и тенденции целенаправленной деятельностью, управлением, проектированием некой группы людей, понимающих и выражающих общественное благо. Естественные законы, будучи «познанными», как бы перестают действовать и становятся управляемыми, а человек, «по­знавший» их, становится демиургом. «Субъективный» фактор выходит на первый план, подчинение законам сменяется безграничным произво­лом, а наука превращается в проектирование, причем ориентированное не на реальность, а на идеал. Так происходит у Конта превращение со­циологии из науки в утопию.

Социология для Конта была синтетическим мировоззрением, вклю­чавшим в себя, помимо науки, многие другие компоненты, в том числе утопическое проектирование. Вследствие этого слово «социология» на некоторое время было основательно дискредитировано. В середине и второй половине XIX в. многие социальные ученые воспринимали его как социальную утопию фанатичных позитивистов; его использование было тогда равнозначно использованию таких слов, как «позитивизм» или «социократия». Для обозначения же своих исследований и собствен­но науки об обществе они предпочитали пользоваться другими терми­нами, в частности, более нейтральным термином «социальная наука». Лишь впоследствии, прежде всего благодаря трудам Г. Спенсера, а за­тем и других ученых, слово «социология» было реабилитировано. Оно стало обозначать не только социальную доктрину Конта, но вообще на­уку о социальных явлениях, независимо от социальных идеалов иссле­дователя. Одновременно его значение сузилось, так как из социологии исключали (или, во всяком случае, стремились исключать) ее вненауч-ные компоненты.

10. Заключение

Была ли у Конта наука следствием его утопии или, наоборот, утопия -следствием его научных воззрений или, наконец, наука и утопия у него были независимы друг от друга? Как бы мы ни ответили на этот вопрос, ясно одно: Конт внес важный вклад в становление социологии как научной дисциплины. Он обосновал ее необходимость и возможность. Это обоснование было по сути своей и неизбежно философским и, шире, мировоззренческим: очевидно, что изнутри социологии обосновать ее было невозможно, так как в качестве самостоятельной науки она еще не существовала. Конт понимал, что он находится лишь у истоков создания новой науки. Он наметил ее программу и отчасти пытался ее реализовать. Кое-что из этих попыток соответствовало его программе, кое-что ей противоречило.

Конт внес серьезный вклад в формирование онтологических парадигм социологического знания, т. е. ключевых представлений о социальной реальности. Он доказывал ставший парадигмальным тезис о том, что со­циальная реальность - часть всеобщей системы мироздания. Он обосно­вал идею автономии «социального существования» по отношению к индивидуальному. Он одним из первых разрабатывал такие парадигмаль-ные понятия, как «социальный организм» и «социальная система». (Прав­да, он еще не различает общество и человечество, считая, что это одни и те же сущности, развивающиеся одинаковым образом). Конт сформули­ровал эволюционистскую парадигму, доказывая, что все общества в сво­ем развитии раньше или позже проходят одни и те же стадии. Он обосно­вал разделение обществ на военный и индустриальный типы, которое впоследствии продолжили и развили другие социологи. Его идеи лежат в основе разнообразных теорий индустриализма и технократии. Он зафик­сировал выдвижение на авансцену социальной жизни и рост значения новых социальных категорий: предпринимателей, банкиров, инженеров, рабочего класса, ученых. Он был родоначальником одной из главных со­циологических традиций - традиции исследования социальной солидар­ности (обозначаемой также терминами «согласие» и «сплоченность»).

В эпистемологическом аспекте огромное значение имел тезис Конта о том, что структура и развитие общества подчинены действию законов, которые необходимо изучать и на основе которых следует строить соци­альную практику. Его различение социальной статики и социальной ди­намики в той или иной форме сохранилось на протяжении всей истории социологии, а также проникло в смежные науки. Сохраняют свое значе­ние и многие из его постулатов, касающиеся методов социологии: на­блюдения, эксперимента, сравнительно-исторического метода и т. п. Даже его мистический «субъективный» метод оказал известное влияние на судь­бы социологической мысли.

В этическом аспекте важную роль в развитии социологии сыграло обоснование Контом выдающейся роли ученого в современном обще­стве. Его вклад в профессиональную этику новой науки состоял прежде всего в доказательстве необходимости преобладания наблюдения над воображением и в громком призыве не «проклинать» и не «хвалить» социальные факты, а изучать их; тем самым он актуализировал приме­нительно к социологии важнейший для научной этики тезис Спинозы: «Не смеяться, не плакать, а понимать». Правда, сам Конт в своей «субъек­тивной» социологии и «позитивной политике» часто следовал противо­положным принципам. Но он с такой силой обосновывал этику непред­взятого, свободного от всяких догм, беспредпосылочного исследования, что позитивизм в социологии всегда связывался именно с такой этикой. Именно она и стала главной для профессии социолога.

Что касается значения Конта для институционально-организацион­ной стороны развития социологии, то здесь можно говорить не о пря­мом, а лишь о косвенном его влиянии. Время институционализации со­циологии при нем еще не наступило. Как говорил сам Конт, «колыбель не может быть троном». В его время социология находилась еще в колы­бели. Нельзя сказать, чтобы социология когда-нибудь или где-нибудь до сих пор находилась «на троне». Но в том, что она сегодня занимает вполне достойное место среди наук о человеке, заслуга Конта несомненно велика.

Литература

1. Comte A. Catifchisme positiviste. P., 1852.

2. Comte A. Cours de philosophic positive. T. IV. P., 1839.

3. Сен-Симон. Избр. сочинения. М.; Л., 1948. Т. 1.

4. Конт О. Дух позитивной философии (Слово о положительном мышлении). СПб., 1910.

5. Comte A. Discours sur l'esprit positif. P., 1905.

6. Comte A. Cours de philosophie positive. T. V. P., 1841.

7. Comte A. Systeme de politique positive. T. 1. P., 1851.

8. Comte A. Systeme de politique positive. T. IV. P., 1854.

9. Comte A. Systeme de politique positive. Т.П. P., 1852. 10. Comte A. Systeme de politique positive. T. III. P., 1853. И. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 32.

12. Хайек Ф. Дорога к рабству/ Пер. с англ. Н. Ставиской. Лондон, Нина Карсов, 1983.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.