Анализ проблемы любви: этимологический, историко-культурный, аксиологический (12669-1)

Посмотреть архив целиком

Анализ проблемы любви: этимологический, историко-культурный, аксиологический.

Левова И. Ю., Пашнина Л. А.

Воронежский государственный университет (ВГУ)

Факультет Философии и Психологии, 5 курс, отделение философии

Введение

Только в любви человек становится человеком. Без любви он неполноценное существо, лишенное подлинной жизни и глубины и не способное не действовать эффективно, ни понимать адекватно себя и других людей. И если человек - центральный объект философии, то тема человеческой любви, взятая во всей ее широте, должна быть одной из ведущих в философских размышлениях.

Философский анализ любви обычно проводится в двух основных направлениях:

- описание многообразных конкретных видов любви;

- исследование тех черт, которые присущи каждой из разновидностей любви.

Любовь возможно понять как непосредственное, глубокое и интимное чувство, предметом которого выступает, прежде всего, человек (но может быть и объект, имеющий особую жизненную значимость). Любовь представляет собой средство социализации человека, вовлечение его в систему общественных отношений на основе спонтанной и вместе с тем внутренне мотивированной потребности в движении к более высоким ценностям. Любовь - единственный способ понять другого человека в его глубочайшей сущности.

Существует множество типологий и определений любви, предлагаемых разными авторами, их историко-культурный анализ предлагается в следующем разделе.

1. Этимологический анализ концепта "любовь"

Внутренняя форма этого концепта, т. е. Выражающих его слов - любить, любовь, не такая строгая и ясная как можно ожидать от содержания. Она противоречива, разорвана и местами как бы исчезает из ментального поля концепта.

Глагол любить по своему происхождению и форме - каузативный, т. е. Означающий "вызывать в ком-то или чем-то соответствующее действие, заставлять кого-то или что-то делать это". По своей форме - любити - он в точности соответствует древнеиндийскому lobhauati - "возбуждать желание, заставлять любить, влюблять". Также возможно провести параллели к глаголу лыбнуться, корни которого мы находим и русском языке: у-лыбнуть (обмануть), У-лыбнуться (пропасть), лыбить, лыбиться, у-лыбиться, "улыбаться". В значении этого русского глагола видны компоненты "обмануть", "исчезнуть", которые можно объединить в одном - "сбить со следа". Такой в точности семантический компонент представлен в древнеиндийских глаголах, которые совмещают два значения - "заблудиться, сбиться с пути, прийти в беспорядок" и "жаждать чего-либо".

Глагол лъбнуть в такой форме долго не существовал, а стал по форме приближаться к другому глаголу - льнути, лнути, лнуть "льнуть телом и душой к кому-либо". Словарь Д. Н. Ушакова определяет его так: "Испытывая нежное, дружеское влечение, стремится быть ближе к кому-либо". Каузативный глагол любить, покинув свое исходное место и значение (вызывать любовь, влюблять), занял место глагола лъбнуть и, в сочетании с приставкой по-, принял его значение - "впасть в состояние любви, полюбить". Глагол лъбети "пребывать в состоянии любви, влечения к чему-либо или кому-либо", сохранялся дольше в виде любети. С приставкой у- он означал " понравится, полюбиться". Улюбити был активным глаголом действия "полюбить кого-либо, что-либо", а улюбети глаголом неактивного состояния "понравится, полюбиться. Фонетическое сходство любити и любети способствовало тому, что последний по форме и семантике как бы влился в первый. Таким образом, глагол любить занял место остальных глаголов и вобрал в себя их значения, были стерты смысловые различия. Семантика старого глагола состояния проступает в причастии на -имъ, которое сохраняет свое исконное не пассивное, а медиальное значение, т. е. Значение действия, совершающегося "для себя", "внутри себя". Так, старославянское лежимъ буквально "лежимый" значит не "укладываемый", а лежащий; подобно этому любимъ значит не только "любимый", но и "любящий". В старославянском языке оно могло быть формой только глагола любити, а в древнерусском - формой как любити, так и любети; у этого причастия, как и у глагола, к тому же сохранялось старое управление - дательный падеж, указывающий на стремление к цели, вместо внимательного.

В целом, завершая раздел о глаголе любви, нужно сказать, что глагол, как бы не касаясь существа концепта, оформляет отношения действий с концептом, и поэтому на первый план выходят материальные отношения. Так, "улыбка", "улыбнуться" становится действием-ответом на "возбуждение любви", а греческое слово от того же корня как пассивное причасти означает не чувство, а тело - продажную женщину, блудницу.

Слабости глаголов в русском языке отвечает как бы слабость или не выраженность самого концепта. В народном быту вместо люблю говорят жалко, жалею (кого). Жалеть - глагол того же спряжения, что древнерусское любети, но передает не само чувство любви, а физическое ощущение от него, его след в душе: жалеть - от того же корня, что жалить. Опять-таки и при этом способе выражения концепт "Любовь остается не затронутым и не выраженным, на него лишь извне, по внешним признакам намекается.

К существу концепта приближается, насколько это возможно, не глагол, а имя - древнерусское любъ. Это слово может выступать и как имя прилагательное любъ, люба, любо "милый, милая, милое", и как наречие: любо "мило, хорошо", и как существительное - имя любви, "любось" - любы или любо.

Как существительное древнерусское слово любо воспроизводит древнейший индоевропейский способ образования абстрактных имен чувств, качеств и т. п. - без всяких суффиксов от прилагательных, так, например, в латыни: verum "истина", по форме просто прилагательное среднего рода "истинное, верное". Позднее в истории каждого отдельного языка эти первичные имена заменяются суффиксальными - латинское veritas, русское любы, любовь.

Что означал сам корень люб-?

Ближайшую и единственно точную параллель к славянскому дает готский язык, где имелось прилагательное liufs "милый, любимый" и производные от того же корня. Однако это качество было лишь одним из значений данного корня. Косвенным образом, по семантическим следам восстанавливают еще два значения: "надежный", готское ga-laubjan "верить"; "ценный", готское ga-laufs; все эти значения как бы совмещены в древне-верхне-немецком ga-laub "возбуждающий доверие, приятный". Плюс значение в современном немецком glauben "верить", Glaub муж. "вера" (в том числе и в христианском смысле).

Эти семантические признаки указывают на то, что концепт "Любовь" развивался по той же семантической модели "взаимных отношений двух лиц". В зеркале языка "Любовь " представляется как результат попеременной инициативы, "круговорота общения", "себя" с "другим", агенса А с агенсом В.

Глагол любить, каузатив, первоначально означал, что некто, агенс А, "сам" возбуждает желание, чувство любви в "другом", в агенсе В, после чего наступает "состояние любви" у агенса А. Это заставляет обратить внимание на элемент "попеременного сравнения", взаимного уподобления двух лиц.

Действительно, его можно найти в русской и английской языковых моделях этого чувства - в концепте "Нравится". Действию "нравления, которое будет протекать во мне, в агенсе А, предшевстаует внутреннее состояние подготовки, "приноровления", протекающее в "ней" или в "нем", в агенсе В. Это более точно выражается словами "подходят, начинают подходить друг к другу" - здесь перед нами элемент сравнения.

В точности такой же элемент мы находим в английской модели I like her (him) "Она (он) мне нравится", даже по буквальному, этимологическому, смыслу слова - "Я подобен ей (ему)". Отличие от русской модели лишь в том, что агенс А (Я) представлен здесь более активным - в субъектной, а не в объектной форме. Но элемент сравнения подчеркнут определеннее. Глагол like "нравится, любить" по происхождению то же самое слово, что like "подобный". Предшествовали им исторически древнеанглийское lician "нравится", готское leikan с тем же значением основаны на словах со значением "тело, плоть" - обще германское lika, древнеанглийское lic, средне-верхне-немецкое lich, современное немецкое leiche женского рода "труп", от которых происходят прилагательное со значением "подобный" в английском языке. Не случайно и то, что такой способ сравнения выступает в готском языке в композиции с прилагательным "милый, любезный (сердцу)"; это слово служило переводом греческого слова, означающего "внутреннее расположение" как агенса А к В, т. е. значит "милый, любезный", так и агенса В к А, т. е. " благосклонный".

Русское Норов имеет индоевропейский прототип, который выступает таким же компонентом сравнения в сложных прилагательных. Отличие от германской модели в том, что там компонентом сравнения выступает "тело", а здесь "дух, характер, нрав".

Компонент "подобие" внутри концепта "Любовь" выступает не в статичном, а в динамичном плане, - скорее как уподобление друг другу, чем просто как "подобие". Это отражено в русском влюбить (в себя), "заставить любить".

Резюмируя, следует сказать, что внутренняя, языковая форма концепта "Любовь" складывается из трех компонентов:

- "взаимное подобие" двух людей;

- "установление, или вызывание этого подобия действием";

- осуществление этого действия, или, скорее, цикла действий по "круговой модели".

Концепт "Любовь в индоевропейской культуре пересекается с несколькими другими. Концепт "Любовь пересекается с концептами "Слово" и "Вера" через общий им структурный принцип - "круговорот общения" двух человеческих существ, в процессе которого передается некая "плотная сущность".






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.