Аналитическая психология К.Г. Юнга: к вопросу понимания самости (242-1)

Посмотреть архив целиком

Аналитическая психология К.Г. Юнга: к вопросу понимания самости

Гиндилис Н. Л.

Понятие самости является одним из центральных в аналитической психологии К.Г. Юнга. Самость рассматривается как центр целостного субъекта, охватывающий и сознательную, и бессознательную сферы его психики: “Самость — не просто какое-то понятие или логический постулат, но психическая реальность, которая осознается лишь частично, в остальном же включает в себя также и жизнь бессознательного, а потому является непредставимой и выразимой лишь через символы” [5; 58].

Понятие самости в концепции К.Г. Юнга не лишено некоторых кажущихся противоречий. С одной стороны, он говорит о том, что самость как архетип целостности существует изначально и является тем центром, который определяет и направляет всю дальнейшую жизнь человека: “Эмпирически с достаточной степенью вероятности можно констатировать, что в бессознательном имеется архетип целостности, спонтанно манифестирующийся в сновидениях и т.д., и что некоторая не зависящая от сознательной воли тенденция состоит в том, чтобы стягивать другие архетипы к этому центру” [5; 232]. В этой же работе К.Г. Юнг определяет самость и как бессознательный “образ жизненной цели”: “Что бы ни означала целостность человека — самость сама по себе, эмпирически это спонтанно продуцируемый бессознательным образ жизненной цели, независимый от желаний и страхов сознания. В этом образе представлена цель полного человека — реализация своей целостности и индивидуальности, по своей воле или против нее” [5; 221—222].

С другой стороны, в результате осуществления важнейшего для каждого человека процесса индивидуации (самоосуществления), направленного на реализацию собственной самости, может произойти нечто большее, чем достижение первоначального единства и целостности. Говоря о процессе индивидуации, суть которого состоит в объединении противоположно направленных и взаимокомпенсаторных установок сознания и бессознательного, К.Г. Юнг подчеркивал необходимость двух вещей. Это, во-первых, ослабление сознательной установки и погружение в глубины бессознательного, содержания которого являются не известными и чужеродными для сознания. На этом этапе процесса индивидуации ведущую роль играет бессознательная установка. И во-вторых, на более позднем этапе этого процесса, когда на передний план выдвигается сознательная установка, осуществляется сознательная переработка материалов бессознательного, что ведет к обогащению сознания и расширению его границ. В дальнейшем происходит синтез взаимно переработанных и измененных сознательных и бессознательных элементов субъекта, ведущий к созданию новой целостности, которая также обозначается термином “самость”, но отличается от исходного архетипа самости, существующего как первоначальное единство сознательного и бессознательного.

К.Г. Юнг сам фиксировал противоречивость понятия “самость”: “...символы целостности часто встречаются в начале процесса индивидуации, они и в самом деле могут часто наблюдаться в первых сновидениях раннего детства. Это наблюдение во многом говорит в пользу существования a priori потенциальной целостности... Но поскольку процесс индивидуации происходит, говоря эмпирически, в виде синтеза, это выглядело бы достаточно парадоксально — как если бы было собрано что-то уже существующее” [7; 101].

На неоднозначное понимание данного термина указывают и авторы глоссария аналитической психологии: “Иногда Юнг говорит о самости как инициаторе психической жизни, в других случаях он относится к ее реализации как к цели” [2; 133]. Это нашло отражение в различных толкованиях понятия самости и среди последователей К.Г. Юнга: “Некоторые определяют самость как исходное состояние интегрированого организма. Другие считают ее образом сверхординарного интегрирующего принципа” [2; 136].

Различение между бессознательной, т.е. данной изначально, и полной понимаемой как недостижимый, идеальный предел реализации личности самостью помогает преодолеть, с моей точки зрения, такое разночтение термина “самость”. Этой дифференциации будет соответствовать разведение между процессом бессознательной индивидуации, сводящимся к достижению исходного единства, и процессом сознательной индивидуации, в результате которого создается новообразование в виде некоей новой целостности. Тогда изначальный архетип целостности, инициирующий психическую жизнь человека, есть первичная бессознательная самость, а гипотетическая целостность, образующаяся на пути бесконечных достижений сознательной индивидуации, есть полная, реализованная самость.

Известно, что К.Г. Юнгу были очень близки идеи восточной философии. Получив в 1928 г. от выдающегося синолога Р. Вильгельма перевод древнекитайского текста “Тайна Золотого Цветка”, он открыл для себя тот факт, что в своих исследованиях “бессознательно следовал тому тайному пути, который в течение многих веков занимал лучшие умы Востока” [8; 18]. Представляется, что обращение к этому тексту позволяет прийти к более глубокому осмыслению понятия “самость” и разведению бессознательной и полной самости.

Устная традиция трактата “Тайна Золотого Цветка”, как отмечает его переводчик Р. Вильгельм, восходит к религии Золотого Эликсира Жизни, которая получила развитие в Китае в VIII в., а основоположник которой — Мастер Лю — впоследствии рассматривался как один из восьми бессмертных. Китайский трактат в символической форме описывает метод достижения особого духовного тела, — тела бессмертия, — которое можно привести в соответствие с понятием самости, точнее, конечной, или полной, самости.

Фундаментальные мировоззренческие установки китайской философии основываются на признании единства человека и космоса и универсального закона — Дао, управляющего ими. Ссылаясь на Мастера Лю, автор текста “Тайна Золотого Цветка” пишет: “То, что существует само по себе, называется Дао. Это — единая сущность, первичный дух” [9; 21]. Дао является космическим Началом. Применительно к человеку, который понимается как микрокосм макрокосма, Дао реализует себя в первичном духе. В соответствии с нашим текстом “первичный дух стоит за полярными различиями” [9; 24], т.е. представляет собой единство противоположных принципов. Дао дифференцируется на два противоположных универсальных принципа — Ян и Инь, так же и первичный дух разделяется на два полярных надындивидуальных принципа hsing и ming. Hsing переводится как сущность человечества природы (essence of human nature). Это — мир сердца, которое в соответствии с китайской традицией понимается не как некое телесное сердце, но как место сосредоточения эмоционального сознания,окрашенного пятью чувствами, получающими впечатления от внешнего мира. По Р. Вильгельму, этот принцип связан с Логосом. Мне представляется, что он адекватно может быть понят как духовная природа человека. Ming переводится как жизнь и указывает на количество жизненной энергии, главное устремление, судьбу. Р. Вильгельм приводит в соответствие этому принципу Эрос.

Первичный дух (который, как уже отмечалось, является зародышем Дао применительно к человеку) до зачатия человеческого существа представляет собой единство этих двух биполярных принципов — hsing и ming. В тексте Hui Ming Ching читаем: “До того как родители родили ребенка, дыхание жизни полно и эмбрион совершенен” [9; 70]. В моем представлении на данном этапе единство первичного духа выражается в форме надындивидуальной идеи, которая еще не материализовалась на уровне конкретного индивида. В момент зачатия первичный дух дифференцируется на принципы hsing и ming, которые больше никогда не встретятся на протяжении жизни человека.

Применительно к индивидуальному существованию надындивидуальные принципы hsing и ming находят выражение в соответствующих принципах анимуса и анимы. Смысл подлинного существования состоит в том, чтобы вернуть эти два принципа к их первоначальному единству, которое было в виде идеи заложено в первичном духе. “Нет лучшего пути для развития человеческой природы (hsing) и жизни (ming), чем привести их назад к единству”, — читаем в тексте [9; 69]. Материализация этой идеи единства применительно к человеческому существованию есть создание особого духовного тела — тела бессмертия, которое представляет собой кристаллизацию циркулирующего света в солнечном сплетении. Циркуляция света представляет собой трансформацию энергии анимы (жизненной бессознательной энергии) под влиянием анимуса (духовной энергии) и объединение этих двух взаимотрансформированных энергий в конечном результате — духовном теле: “Когда огонь и вода смешиваются, рождается священный плод” [8; 63]. Мне представляется, что “священный плод”, т.е. духовное тело, есть не исходное единство принципов hsing я ming, a некое новое образование, возникшее в результате взаимных преобразований духовной и жизненной энергий: “Когда только начинают использовать этот метод, то появляется чувство, как будто в середине существования находится несуществование. Когда работа завершена и за пределами тела появляется еще одно тело (духовное. — Н.Г.), это — как будто в середине несуществования находится существование (подлинное = полная самость. — Н.Г.)” [9; 30].

Таким образом, если человек идет не по обычному пути функционирования принципов анимы и анимуса, заключающемуся в том, что их энергия направляется вовне, но встает на Путь и направляет обе энергии в глубь себя, то, тем самым, он идет к достижению единства двух принципов, но уже на новом, более высоком уровне: “Обычный человек позволяет вовне работать обеим энергиям. Адепт направляет их внутрь и соединяет их вместе, за счет чего они производят жизнь духа... Вот почему говорится, что путь Элексира Жизни целиком зависит от метода, направленного внутрь” [9; 34].


Случайные файлы

Файл
1303.rtf
ref-18058.doc
170046.rtf
10465-1.rtf
9.81.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.