Логика Аристотеля (151548)

Посмотреть архив целиком

Введение


Наше мышление подчиняется логическим законам и протекает в логических формах независимо от науки логики. Многие люди мыслят логично, не зная, что их мышление подчиняется логическим закономерностям. Но следует ли из этого, что изучение логики излишне? Знание законов и форм мышления, их сознательное использование в процессе познания повышает культуру мышления, вырабатывает навык мыслить более «грамотно», развивает критическое отношение к своим и чужим мыслям.

Современная логика включает две относительно самостоятельные науки: формальную логику и диалектическую логику. Исследуя мышление с разных сторон, диалектическая логика и формальная логика развиваются в тесном взаимодействии, которое четко проявляется в практике научно-теоретического мышления, использующего в процессе познания как формально-логический аппарат, так и средства разработанные диалектической логикой.

Говоря о зарождении логической проблематики в древней Греции, вряд ли можно указать более раннюю дату, чем время появления учений: 1) Парменида Элейского, родившегося около 540г. до н.э. и 2) Гераклита Эфесского, жившего приблизительно между 530 и 470 гг. до н.э. О логике в смысле науки можно говорить лишь со времен Аристотеля (IV в. до н.э.). Логику, основанную Аристотелем, принято называть формальной. Это название закрепилось за ней потому, что она возникла и развилась как наука о формах мышления. Однако, следует отметить, что в своих сочинениях Аристотель вышел за рамки чисто формальной логики, что особенно заметно при чтении трактата «Топика». Помимо трактата «Топика» важным вопросам логики посвящены следующие его труды: «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «О софистических опровержениях», а также отдельные места трактата «Метафизика».

Большую важность в своих трудах Аристотель придавал определению природы понятия и отношений между понятиями, так как одна из логических функций понятия состоит в мысленном выделении по определенным признакам интересующих нас в практике и познании предметов. Благодаря этой функции, понятия связывают слова с определенными предметами, что дает возможность установления точного значения слов и оперирования ими в процессе познания.

Силлогизм – открытие Аристотеля является главной и наиболее оригинальной частью логики. В теории силлогизмов Аристотель дал определение силлогизму и различил его виды, определил работающие и не работающие виды силлогизмов, установил три фигуры силлогизма.

Однако необходимо выяснить условия и исследовать методы не только вероятного, но и достоверного знания, чему и посвящены теория определения и теория достоверного знания. Всякое доказательство опирается на определенные положения, как на исходные начала. Аристотель выделяет три вида недоказуемых начал.

Истинность мыслей – необходимое условие познающего мышления. Если это условие не соблюдается, то правильных результатов в процессе рассуждения получить нельзя. Значит, мысли, из которых строится рассуждение, должны быть истинными по содержанию. Истинность мысли – необходимое, но не единственное условие достижения истины в процессе рассуждения. Необходима правильная связь мыслей, их правильное построение. Правильная связь мыслей в процессе рассуждения обусловливается законами мышления. Два закона из четырех были выведены Аристотелем. Благодаря их действию, выведение новых знаний из истинных и проверенных суждений приводит к истине.

Логика Аристотеля возникла не в безвоздушном пространстве логических абстракций. Поэтому, третья глава посвящена проблеме возникновения логики Аристотеля.

Аристотель не считал логику отдельной наукой, по его мнению это скорее орудие («органон») всякой науки и показал правила и приемы, использование которых необходимо в любом рассуждении, в познании как самых обычных свойств, так и сложных процессов и явлений действительности.

Логическое учение Аристотеля ныне оценивается с точки зрения современной логистики. Однако в курсе истории античной философии важно показать связь логики Аристотеля с его метафизикой. ибо эта связь многое проясняет как в метафизике, так и в логике. Выше мы уже видели, что основной закон бытия, согласно которому одно и то же не может одновременно в одном и том же смысле существовать и не существовать, обладать и не обладать одним и тем же свойством, есть также и закон мышления.

Вместе с тем в логике Аристотеля кое-что останется непонятным, если не выйти за ее пределы и не обратиться к гносеологии философа и связанной с ней метафизике. Наиболее трудна проблема происхождения знания общего, первых начал. При рассмотрении теории познания Аристотеля для нас так и осталось неясным, каким образом возникает знание общего. А выяснить это можно лишь исходя из общей философской доктрины Аристотеля, как она изложена прежде всего в «Метафизике». Иначе возникнет неразрешимое противоречие в конце «Второй аналитики», где сказано, что якобы «ясно, что первые [начала] нам необходимо познать через наведение (т.е. через индукцию, через движение мысли от частного к общему, от чувственного восприятия к понятию и суждению, это линия эмпиризма), ибо таким именно образом восприятие порождает общее»1. И здесь же говорится, что «началом науки будет нус», т.е. разум.

В своей статье ‘’Аналитика аристотеля’’ Е.В. Орлов рассматривает работу Аристотеля «Вторая Аналитика». В статье Орлов пишет, что аристотелевская философия в целом включает в себя как практическую философию, так и теоретическую. Теоретическая философия включает в себя отчасти диалектику и риторику, а также аналитику, первую философию (учение о сущем и едином, поскольку они сущее и единое) и вторую философию (учение о сущем, поскольку оно движется). В его докладе речь пойдет только об аналитике, т.е. только об одной из частей философии Аристотеля. Он рассматривает следующие вопросы, касающиеся аналитики: эпистемический поиск, построение доказывающего силлогизма, применение универсального знания к частным случаям. В контексте рассмотрения эпистемического поиска Орлов уделяет особое внимание семантике Аристотеля.



Роль Аристотеля в логике


Аристотель – отец логики как систематизированной науки о мышлении и его законах. Он опирался на Демокрита, Платона и других древнегреческих философов, но никто из них не создал науки о мыслительной деятельности рассуждающего человека. Аристотелевский бог – идеальный логик, созерцающий мыслительный процесс со стороны как его содержательной, так и формальной сторон. Правда, слово «логика» (как существительное) было еще неизвестно философу, он знал лишь прилагательное «логикос» («относящееся к слову»). Он называл также высказывания, несовместимые с тем, что мы теперь называем логикой, «алога». Слово «логика» (как существительное) появилось лишь в эллинистическо-римские времена. Сам же Аристотель называл свою науку о мышлении аналитикой, и его главные логические работы называются «Первая аналитика» и «Вторая аналитика». В «Метафизике» аналитикой названо рассуждение2. Употребляя слово «анализ», Аристотель понимал под этим разложение сложного на простое вплоть до далее неразложимых первоначал, или аксиом. В «Риторике» 3автор говорит об «аналитической науке».

Но необходимо подчеркнуть, что логика для Аристотеля – не самостоятельная специальная наука, а инструмент всякой науки. Это и дало веское основание поздним комментаторам Аристотеля назвать всю совокупность его логических работ органоном, т.е. орудием, орудием всякого знания. Напомним, что «Opганон» включает в себя шесть работ – «Категории», «Об истолковании», «Первая аналитика», «Вторая аналитика», «Топика», «О софистических опровержениях»4. Главными составными частями «Органона» являются «Первая аналитика», где открывается и исследуется силлогистическая форма рассуждения и вывода, и «Вторая аналитика», где говорится о доказательстве и его началах. Особое и весьма важное место в «Органоне» занимает также «Топика».
В качестве логика Аристотель формулирует основные законы мышления, определяет, что есть истина и что есть ложь, дает определение суждению и устанавливает вилы суждений, определяет силлогизм (умозаключение), устанавливает три фигуры силлогизма (умозаключения) и их модусы, исследует три вида доказательства, описывает типичные ошибки при доказательствах, как невольные (паралогизмы), так и намеренные (софизмы). Он исследует также индукцию и аналогию.


Индукция


Аристотель называл «эпагогэ» то, что на латинский язык было переведено впоследствии как «индукцио». Он определил индукцию как «восхождение От единичного к общему»5.

Обычно считается, что Аристотель признавал лишь полную индукцию, а неполную недооценивал, между тем именно проблема неполной индукции у Аристотеля и дает ключ к его гносеологии, да и сама получает объяснение лишь в системе гносеологии и даже всей его метафизики. Активность разума, о которой говорилось выше, состоит прежде всего в том, что он совершает акт неполной индукции, что на основе отнюдь не всех, а только нескольких случаев – и даже одного! – происходит скачок от частного к общему. Случаи – это представления души, скачок – деятельность активного разума, актуализирующего в пассивном интеллекте те формы бытия, на которые указывают единичные представления. Процитируем то замечательное место из сочинения «О душе», на которое мы уже ссылались в конце прошлой лекции: «Существо не имеющее ощущений, ничему не научится и ничего не поймет. Когда созерцают умом, необходимо, чтобы в то же время созерцали в представлениях»6. Это место объяснимо лишь в связи с логическим учением Аристотеля о неполной индукции, а сама неполная индукция, обычно третируемая при рассмотрении логики Аристотеля, приобретает в свете его метафизики и гносеологии важнейшее принципиальное значение.


Случайные файлы

Файл
102974.rtf
115505.rtf
referat.doc
23286-1.rtf
39378.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.