Сущность и цели наказания в Российской Федерации (diplom)

Посмотреть архив целиком

2



Тема: Сущность и цели наказания в Российской Федерации.

Автор: Сусликов Андрей Валентинович, диплом защищался в Саратовской Государственной Академии права.

ОГЛАВЛЕНИЕ:

стр.

ВВЕДЕНИЕ 2-4

Глава 1.

Меры государственного принуждения 5-14

§1.1. Соотношение социальной и юридической ответственности. 5-10

§1.2. Правонарушение как основание юридической

ответственности, её принципы и виды. 10-14

Глава 2.

Понятие и сущность Уголовного наказания. 15-31

§2.1. Историческое развитие понимания института уголовного наказания

в России. 15-20

§2.2. Соотношение понятий «наказание» и «преступление»,

основные признаки наказания. 20-23

§2.3. Современное состояние теории наказания в уголовном

праве России. 23-29

§2.4. Отличие уголовного наказания от мер государственно –

правового и общественного воздействия. 30-31

Глава 3.

Теории целей и сущности наказания. Цели отдельных видов наказаний. 32-59

§3.1. Теории целей и сущности наказания. 32-38

§3.2. Цели отдельных видов наказаний в уголовном праве России. 38-57

§3.3. Перспективы развития института наказания в России. 57-59


ЗАКЛЮЧЕНИЕ 60

БИБЛИОГРАФИЯ 61-62



ВВЕДЕНИЕ

В условиях гро­мадной социальной мобильности, активности многомиллионных народных масс закономерно возрастает значение субъ­ективного фактора, т.е. сознательного, планомерного, научно обоснованного руководства людьми, различными сферами жизни и деятельности общества. В свою очередь, это требует совершенствования механизмов социальной (в том числе юридической) регламентации поведения людей в тех ситуа­циях, в которых «присутствует» общественный интерес. Достижения научно-технической революции, проникающие во все области общественной жизни, усложнение социальных процессов и отношений, развивающийся динамизм и увеличи­вающийся темп социальной жизни предъявляют к человеку все более высокие требования, повышают его ответственность перед обществом. В конечном счете возрастание социальной ответственности человека объясняется процессом развития общественной и личной свободы, границы которых расширяются по мере того, как общество и каждая отдельная личность все более глубоко познают объективные законы природы и социальной жизни и овладевают ими. Возрастание социальной ответственности личности представляется одной из закономерностей социаль­ного государственно-правового развития в условиях разви­того общества.

Существуя в природе, потребляя ее ресурсы, взаимодей­ствуя с ней, общество не может не считаться с теми естест­венными законами мироздания, которые стихийно управляют природой. «В природе (поскольку мы оставляем в стороне обратное влияние на нее человека) действуют одна на другую лишь слепые, бессознательные силы, во взаимодействии кото­рых и проявляются общие законы». Игнорирование этих за­конов, действие вопреки им всегда чревато угрозой нормаль­ной жизнедеятельности, прогрессу и даже существованию общества. Осознав это, люди всегда стремились постигнуть законы природы, чтобы действовать с учетом их требований и в их границах.

Однако свобода об­щества всегда относительна, так как зависит от уровня (истинности) познания объективных законов и наличия дос­таточных средств для их использования. «Мы отнюдь не властвуем над природой,—говорил Ф. Энгельс,—так, как завоеватель властвует над чужим народом, не властвуем над ней так, как кто-либо находящийся вне природы... мы, наоборот, нашей плотью, кровью и мозгом принадлежим и находимся внутри её... все наше господство над ней состоит в том, что мы, в отличие от всех других существ, умеем познавать ее законы и правильно их применять».

Итак, чтобы быть свободным, общество должно познавать объективные законы природы и рацио­нально действовать в соответствии с ними в собственных ин­тересах. Однако этого недостаточно. Наряду с внешними по отношению к обществу объективными законами в нем самом действуют собственные (социальные) внутренние закономер­ности, некоторые из которых облечены в форму норм права.

Но нормы права и нормативные акты, в которых они зафиксированы, не принесут желаемого результата, если не будут действовать. Одним из главных средств претворения норм права в жизнь являются правоотношения. Что толку принимать строгие законы в отношении преступников и их не наказывать? Мало что изменится, если в Конституции предусмотреть широкие права и свободы, но не предусмотреть механизма их реализации. Нарушение, игнорирование правового запрета должно влечь юридическую ответственность. Правоотношения позволяют перевести абстрактные юридические нормы в плоскость индивидуализированных связей, т.е. в плоскость субъективных юридических прав и обязанностей для данных субъектов. Правоотношение – это отношение между людьми, урегулированное нормами права. Став правовым, общественное отношение приобретает ряд свойств.

Во-первых, конкретизируются субъекты, поскольку правоотношение возникает между определенными лицами.

Во-вторых, определяется не только состав субъектов, но и их взаимное поведение по отношению друг к другу, их права и обязанности.

В-третьих, возникнув на основе права (закона или прецедента, или нормы обычного права), общественное отношение приобретает правовую окраску, которая выражается в том, что теперь уже оно обеспечивается возможностью применения государственного принуждения.

Именно одному из аспектов государственного принуждения, особому виду общественных отношений, а именно уголовному наказанию, его целям и сущности, посвящена данная работа.

Глава 1.

Меры государственного принуждения.

§1.1. Соотношение социальной и юридической ответственности.

Юридическая ответственность – одна из форм социальной ответственности. Сущность социальной ответственности состоит в обязанности инди­вида выполнять требования, предъявляе­мые к нему обществом, государством, людьми. Кроме юридической в обществе действуют и иные формы социальной ответственности: моральная, политическая, организационная, общественная, партийная и иная. Организационная и политическая ответственности знают такие формы как отчет, отставка, моральная – осуждение общественным мнением, партийная – исключение из партии и т.п. В совокупности все эти виды и предназначаются для обеспечения упорядоченности, стабильности общественных отношений в различных сферах жизнедеятельности общества.

Отношение индивида к общественным интересам, вытекающее из правильного понимания и выполнения им своих обязанностей, определенных социальными нормами, представляет субъективную сторону социальной ответственности. Социальная ответст­венность как совокупность нормативных требований, предъявляемых к индивиду, есть объективная сторона социальной ответственности. Этим требованиям соответствуют по­зитивные и негативные санкции. Человек отвечает за свои действия, уже совершенные (ретроспективная ответственность) или за действия, которые совершаются, либо которые предстоит совершиться (перспективная ответственность).

Под перспективной (позитивной) социальной ответственностью, пони­мают правильное, активно-сознательное выполнение человеком своих социальных обя­занностей, обусловленных необходимостью соблюдения общественных интересов. То есть индивид должен выбрать активную, творческую линию поведения, которая бы в максимальной степени соответствовала потребностям и интересам развития общества. Социальная ответственность в ее позитивном смысле может быть нарушена сознательно-волевым актом антисоциального поведения индивида, результатом которого является наступление ретроспективной ответственности.

Ретроспективная ответственность - это ответственность за прошлое поведение, нарушающее требования социальных норм и влекущее за собой общественное осуждение и неблагоприятные последствия для нарушителя.

В зависимости от сферы социальной деятельности социальную ответственность, как уже было отмечено выше, разделяют на ответственность политическую, юридическую, моральную, ответственность перед общественными организациями.

Юридическая ответственность традиционно разрабатывалась в правовой науке как ответственность ретроспективная, то есть она напрямую связывается с противоправ­ным поведением. По отношению к субъектам права юридическая ответственность приоб­ретает государственно-принудительный характер. Это происходит из-за того, что госу­дарство, закрепляя нормы права, определяет юридическую ответственность независимо от воли и желания правонарушителей. Государственное принуждение в жизни проявля­ется через различные формы, порой не связанные с юридической ответственностью. Та­ким образом, юридическую ответственность отличает не просто государственное принуж­дение, а лишь государственное принуждение к исполнению норм права. Последнее выра­жается в различных видах деятельности правоохранительных органов. Во-первых, в кон­троле за юридически значимым поведением субъектов права. Во-вторых, в деятельности компетентных органов по расследованию и установлению фактов правонарушений. В-третьих, в применении к правонарушителям предусмотренных законом санкций.

Государственное принуждение к исполнению норм права характеризуется также тем, что сама эта деятельность строго регламентирована законом, имеет свои правовые рамки.

Юридическая ответственность проявляется в процессе осуществления государст­венного принуждения, но возникает только после установления факта правонарушения, особенно наличия в нем состава правонарушения. Таким образом, состав правонаруше­ния есть фактическое основание юридической ответственности, а норма права - правовое основание, без нее юридическая ответственность не существует.

Определенно, правонарушение и юриди­ческая ответственность неразрывны, так как правонарушение всегда и сразу порождает юридическую ответственность. Реальное содержание и меру юридической ответственно­сти за совершение правонарушителем противоправного общественно опасного деяния выражается в применении к нему санкции.

Главным в правовом положении правонарушителя является обязанность ответить за содеянное, возни­кающая вследствие совершения им правонарушения, заключающаяся в неблагоприятных последствиях личного или имущественного характера, опреде­ляемых санкцией правовой нормы. Причем законом предусмотрена не только обязанность отвечать за содеянное, но и обладание объемом прав.

Вернемся к санкции, она представляет собой: неблагоприятные последствия пра­вонарушения, указанные в соответствующей норме права, которые применяются к пра­вонарушителю компетентными органами. Применение санкции в правовом государстве одновременно связано с общественным осуждением правонарушителя, причиняющего вред общественным или личным интересам. Хотя не все санкции носят карательный ха­рактер (ограничивают права и возлагают обязанности на правонарушителя), но все они имеют в виду применение государственного принуждения через исполнение обязанности под принуждением и содержат в себе неблагоприятные для него последствия, которые и являются юридической ответственностью. Юридическая ответст­венность тесно связана с санкцией правовой нормы и реализуется через применение этой нормы компетентным государственным органом. Таким образом, юридическая ответственность представляет собой принудительно исполняемую обязанность, которая возникла в связи с правонарушением и реализуется в конкретном правоотношении.

Некоторые ученые рассматривают юридическую ответственность как правоотношение между государством и гражданином, при котором государство в лице своих органов имеет право наказать правонарушителя, а он обязан претерпеть это наказание. По этим взглядам, у правонарушителя возникает как бы обязанность претерпеть определенные лишения, установленные государственно-властным путем за правонарушение. Но это все же слишком формальное и идеализированное понимание юридической ответственности, т.к. не всякий правонарушитель, особенно преступник, принимает на себя обязанность «претерпеть» наказание, напротив, он всячески стремится его избежать.

Суммируя вышесказанное, можно определить, что юридическая ответственность - это установленные законом меры воздействия на правонарушителя, содержащие неблагоприятные для него последствия, применяемые государственными органами в порядке, также установленном государством.

Юридическая ответственность, являясь одной из форм социальной ответственности, в то же время по целому спектру признаков отличается от всех других видов.

Прежде всего, она всегда оценивает прошлое: это ответственность за действие (бездействие), которое уже имело место, произошло, то есть юридическая ответственность – ответственность ретроспективная. Этим юридическая ответственность отличается от организационной, политической и других видов ответственности, обращенных в будущее (например, в постановлении какой-либо общественной организации определяется, что «товарищ Иванов отвечает за проведение мероприятия». Здесь налицо либо организационная, либо политическая ответственность и речь идет об ответственности товарища Иванова в будущем, если это мероприятие будет сорвано»).

Далее, юридическая ответственность устанавливается за нарушение правовых требований, а не за их выполнение. Увы, весьма часто можно встретить штампы, когда «прописывают» в законопроектах ответственность за соблюдение правовых положений: за достоверную информацию ( а надо за недостоверную), за выполнение договорных обязательств (а надо за нарушение) и т.п..

О связи юридической ответственности с государством уже упоминалось. Но здесь важно подчеркнуть, что только государство устанавливает меры этой ответственности и только органы государства их осуществляют в порядке, который также устанавливается государством. И меры эти всегда имеют неблагоприятные последствия для правонарушителя: имущественные, физические, политические и иные. Важно отметить, что эти последствия ложатся дополнительным бременем на его плечи. Если, к примеру, взявшего деньги в долг принуждают их отдать или самовольно занявшего жилую площадь выселяют, то здесь нельзя вести речь о юридической ответственности. Если же правонарушитель понесет какой-либо урон, обременение, а не только принудительно исполнит свою обязанность, которую он по каким-либо причинам добровольно не выполнял, то налицо будет юридическая ответственность. Например, правонарушитель возвращает не только похищенную вещь, но и уплачивает штраф за совершенное им мелкое хищение.

Юридическая ответственность сочетается с государственным осуждением, порицанием поведения правонарушителя. Именно государственное осуждение помогает вызвать такие чувства, которые могут оказать существенное воспитательное воздействие на лиц, допустивших противоправное деяние. Например, помещение больного в психиатрическую больницу или таможенный досмотр лиц, пересекающих границы государств, или изъятие имущества его собственником у добросовестного приобретателя не сопровождаются осуждением, порицанием этих лиц, хотя и носят не совсем благоприятный для них характер.

Среди признаков юридической ответственности можно также выделить:

  • обязательное наличие правонарушения как основание для наступления юридической ответственности;

  • официальный характер государственного осуждения (порицания) поведения правонарушителя;

  • причинение правонарушителю страдания : морального, физического, имущественного (материального);

  • использование механизмов государственного принуждения.

Итак, в начале данной работы рассмотрено соотношение социальной и юридической ответственности, раскрыто понятие юридической ответственности и определены ее признаки, отличающие и роднящие ее с другими видами социальной ответственности.



§ 1.2. Правонарушение как основание юридической ответственности, ее принципы и виды.

Деятельность человека состоит из поступков. Поступок - глав­ный элемент человеческих взаимоотношений, в котором проявляются раз­личные качества личности, как хорошие, так и дурные, отношение к проблемам действительности, к окружающим людям. Всякий поступок вле­чет за собой неизбежные результаты: изменения в отношениях людей, в их сознании, он также влечет последствия и для самого действующего лица. Поступок всегда связан с определенной ответственностью челове­ка за свои действия.

В сфере правовых отношений поступок может иметь двойное значе­ние. Основную часть актов поведения личности составляют поступки правомерные - то есть соответствующие нормам права, требованиям за­конов. Антиподом правомерного поведения является поведение неправо­мерное, то есть противоречащее нормам права. Неправомерное поведение выражается в правонарушениях, как это следует из самого термина, ак­тах, нарушающих право, противных ему.

Понятие «правонарушение» состоит из совокупности признаков, раскрывающих социальную природу и юридическую форму определенного рода деяний. Общественная опасность, вред определенного вида человеческих действий для существующей системы общественных отношений называется социальной сущностью правонарушения. При этом единичное деяние не способно дезорганизовать сложившиеся общественные отношения, только в своей совокупности они нарушают нормальные условия существования общества. Деяние может быть определено как общественно опасное не в силу того, что оно само по себе приносит вред, а потому, что подобные явления становятся массовыми. Совокупность этих деяний нарушает порядок и нормальные условия существования общества, а значит, возникает необходимость противодействия правонарушениям со стороны государства.

Юридическим выражением опасности, вредности деяния для общества является его противоправность. Как признак определенных видов поведения, противоправность представляет собой осознанное нарушение требований права. Деяние противоправно, считает И.С. Самощенко, если оно представляет собой неисполнение юридической обязанности или злоупотребление правом, то есть если оно правом запрещено и влечет за собой применение санкции правовых норм в случае его совершения(с.504, 9). При чем не является правонарушением то, что правом не запрещено. То есть никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Но если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон (ст.54 п.2 Конституции РФ). Необходимо иметь ввиду, что положения статьи 54 распространяются на все правонарушения, которые по российскому праву подразделяются на преступления (только уголовные) и проступки.

Разновидностью противоправного поведения людей является правонарушение, которое характеризуется строго определенными признаками, которые отличают его от нарушений неправовых правил поведения (норм морали, обычаев, норм общественных организаций и пр.). У В.Н. Хропанюка приведены следующие основные черты правонарушения:

  1. Правонарушение - такое поведение людей, которое выражается в действии или бездействии. Не могут быть правонарушениями мысли, чувства и желания человека, его интеллектуальная деятельность, если они не воплотились в определенных поступках и не регулируются правом. Бездействие является правонарушением если человек должен был совершить определенные действия, предусмотренные нормой права, но не совершил (не оказал помощь пострадавшему).

  2. Правонарушение - такое поведение человека, которое противоречит нормам права, то есть направлено против тех общественных отношений, которые регулируются и охраняются этими нормами (получило название противоправности). То есть оно направлено против интересов других лиц, находящихся под защитой закона, но не все интересы человека охраняются законом, поэтому их нарушение не противоправно (конкуренция, самооборона).

  3. Правонарушениями считаются деяния только деликтоспособных людей. Деликтоспособность есть сознательный выбор определенной линии поведения и возможность предвидения социальных и индивидуальных последствий своих поступков. Так субъектами правонарушений (теми, кто совершил противоправные действия) не могут быть малолетние и душевнобольные.

  4. Виновность деяния, как признак правонарушения, есть сознательное, ответственное отношение человека к своим поступкам и окружающей действительности. Причем противоправное поведение лица при обстоятельствах, лишающих его выбора иного варианта поведения (самозащита), не является правонарушением. Противоправный поступок становится правонарушением, если есть вина.

  5. Правонарушение влечет за собой применение к правонарушителю мер государственного воздействия.

Таким образом, правонарушениями являются виновные противоправные деяния деликтоспособных людей, влекущие за собой юридическую ответственность.

У В.Н. Хропанюка можно найти еще один признак правонарушения:

  1. Правонарушение - поведение, причиняющее вред обществу, государству, гражданам, то есть оно наносит ущерб политическим, трудовым, имущественным, личным правам и свободам граждан, экономическим интересам организаций, боеспособности воинских подразделений.

Вред - непременный признак каждого правонарушения, Характер вреда может различаться по объекту, размеру и другим признакам, но правонарушение всегда имеет социальный вред. Он может иметь материальный или моральный характер, быть измеримым или нет, более или менее значительным, ощущаемым отдельным человеком, коллективом и обществом в целом. Та или иная характеристика вреда зависит от видов нарушенных интересов, субъективных прав, объекта правонарушения. Наличие вреда является необходимым социальным признаком всякого правонарушения, обусловливающим все правонарушения в качестве общественно опасных деяний.

Правонарушения различны по степени вредности и поэтому различны по степени общественной опасности. Именно по этому критерию и проис­ходит разделение правонарушений на преступления и проступки. Прес­тупление характеризует большая степень общественной опасности, что не исключает, однако, наличие отдельных административных, трудовых, гражданских проступков весьма высокой степени общественной опасности.

Таким образом, правонарушение - это виновное поведение праводееспособного индивида, которое противоречит предписаниям норм права, причиняет вред другим лицам и влечет за собой юридическую ответственность.

Из определений видно, что правонарушения тесно связаны с юридической ответственностью, являющейся одним из признаков правонарушения. Это в свою очередь обусловило создание юридической наукой системы признаков правонарушения, позволяющую зафиксировать его как юридический факт. Эта система признаков называется составом правонарушения, который выражается в единстве объективной и субъективной сторон правонарушения, необходимых и достаточных для применения юридической ответственности.

В теории уголовного права выделяются состав общий, включающий признаки, необходимые в любом преступлении, и специальный (или видовой), предусматривающий те признаки, которые определяют лишь данный вид преступления. К основному составу относится общий, о чем свидетельствует деление признаков состава на обязательные и факультативные (соответственно обязательные для всех преступлений и свойственные лишь некоторым из них). Что же касается «специального» (или видового) состава, то все его признаки являются для него обязательными.

В теории нет ясности и согласия в отношении наименования структурных частей понятия преступления и его состава. Употребляются два термина - элемент и признак. Например, В.П. Мальков четко разграничивает эти понятия. Элементами он называет те составные части, из которых образуется преступление и его состав (субъект, объект, деяние, последствие, причинная связь, цель, мотив и пр.), а признаками - те свойства, которые имеются у отдельных элементов. К ним он относит вменяемость и возраст, характеризующие субъекта. Это именно свойства субъекта, а не составные части преступления. К признакам Мальков относит также специальные свойства субъекта (должностное лицо, работник транспорта, военнослужащий), состояние опъянения и т.д. Свойства самого деяния - это повторность, неоднократность, общеопасный способ и пр.

В теории значительное место занимает анализ структуры состава преступления, но там нет единого состава, а существует множество его вариантов. Преобладающей является четырехчленная структура: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона. Тот же Мальков в статье пишет, что в самом общем виде преступление может быть определено как деяние (действие или бездействие) субъекта (человека), посягающее на правоохраняемый объект. Отсюда следует вывод, что преступление состоит не из четырех, а из трех основных элементов: объекта, субъекта и деяния. Именно такой трехчленной структуры, например, придерживались известные русские дореволюционные юристы. И только в самом деянии могут быть выделены объективная и субъективная стороны.

Резюмируя, еще раз определим правонарушение – виновное противоправное деяние вменяемого лица, причиняющее вред другим лицам и обществу и влекущее юридическую ответственность.

Глава 2.

Понятие и сущность уголовного наказания.

2.1. Историческое развитие понимания института уголовного наказания в России.

Институт уголовного наказания, способствующий воплощению в жизнь социально-превентивной функции уголовного права (общее и специаль­ное предупреждение преступлений), является одним из важнейших инсти­тутов уголовного права. Именно оно выступает основной формой реализации уголовной ответственности. Это вынужденное, но необходимое в современных условиях средство борьбы с преступностью. Вме­сте с тем оно орудие, отнюдь, не решающее. Приоритет в этой борьбе принадлежит экономиче­ским, социально-политическим, культурно-воспитательным, организационно-хозяйственным и иным мерам, осуществляемым государством.

Уголовное наказание исторически обусловле­но, существует в классовом, социально неоднород­ном обществе как реакция государства на преступ­ление. Не будучи изобретением нашего государст­ва, оно возникло вместе с появлением уголовного права тогда, когда зародилась государственность.

В различные исторические периоды Россий­ского государства уголовное наказание имело свои особенности. Важнейший памятник древнерусского права Русская Правда допускал применение кровной мести, назначение уголовного наказания за чужую вину, в то же время в качестве наказания был широко представлен штраф, а телесные нака­зания не были известны. Отличительным призна­ком уголовного наказания по Судебнику 1497 г. был устрашающий характер кары. Даже квалифи­цированная кража каралась смертной казнью. В Соборном Уложении 1649 г. указывалось: «казнити смертью безо всякия пощады», «посадити в тюрь­му..., чтобы на то смотря иным неповадно было впредь так делати», «чинити жестокое наказание, что государь укажет». В основе законодательства лежала идея воздаяния равным злом за причинен­ное зло. Назначение наказания за преступления против жизни и здоровья базировалось на принци­пе талиона «око за око, зуб за зуб». Артикул воин­ский 1715 г. устанавливал жестокие квалифициро­ванные виды смертной казни и членовредительные наказания. Устрашение являлось одной из важней­ших целей наказания. Уложение о наказаниях уго­ловных и исправительных 1845 г., не давая общего понятия наказания, в систему наказаний, наряду с другими, включало смертную казнь, каторжные работы, телесные наказания.

К началу XX века понимание наказания как возмездия за вину, которую преступник должен искупить, было традиционным. Источник уголов­ного права этого периода Уголовное Уложение Российской империи 1903 г. Однако в российской уголовно-правовой науке теория возмездия крити­ковалась1.

Во втором и третьем десятилетиях XX века во взглядах российских ученых наметилась тенденция отхода от представления о наказании как возмездии за вину, которую преступник должен искупить. В частности, Н.Д. Сергеевский все теории справедли­вости в своих первичных основаниях считал несостоятель-ными, а предлагаемую ими организацию наказания противоречащей принципу экономии карательных мер. «Теории возмездия, по мнению ученого, смешали закон соразмерности наказания и преступных деяний с внешним и случайным при­знаком равенства заключающегося в них вреда»2. С.В. Познышев рассматривал взгляд на наказание как на возмездие в своей основе метафизическим, поскольку считал, что он опирается на сверхопытное начало справедливости, на самом деле не суще­ствующее. После революции 1917 г. в первом же систематизированном акте Советского государства по вопросам уголовного права был провозглашен отказ от наказания возмездия. В ст. 10 Руково­дящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г. закреплялось, что «наказание не есть возмездие за вину, не есть искупление вины». Руководящие начала не просто отвергли наказание возмезие, но и закрепили новое понятие наказания. В со­ответствии со ст. 7 разд.III «О преступлении и наказании «наказаниеэто те меры принудительного воздействия, посредством которых власть обеспе­чивает данный порядок общественных отношений от нарушителей последнего (преступников)». На­ряду с этим, несмотря на использование термина «наказание», в ряде принципиальных норм, опре­делявших содержание и задачи уголовного права, упоминался термин «репрессия», а в скобках сохранялось привычное для всех понятие «наказа­ние»; в ст. 11 вместо наказания употреблялось сло­восочетание «меры воздействия».

Согласно ст. 8 УК РСФСР 1922 г. наказание применялось с целью общего предупреждения но­вых нарушений, как со стороны нарушителя, так и со стороны других неустойчивых элементов обще­ства, приспособления нарушителя к условиям об­щежития путем исправительно-трудового воздей­ствия и лишения преступника возможности совер­шения дальнейших преступлений. Законодатель признавал наказание мерой оборонительной, оно должно было быть целесообраз-ным и совершенно лишено признаков мучительства, а также не долж­но было причинять преступнику бесполезных и лишних страданий (ст. 26 УК РСФСР 1922 г.). Ос­новные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г., а вслед за ними и УК РСФСР 1926 г., исключили всякое упоминание о наказании и ввели термин «меры социальной защи­ты», которые подразделялись на меры судебно-исправительного, медицинского и медико-педагогического характера (ст. 5 Основных начал 1924 г.). Они имели своими целями предупрежде­ние преступлений, лишение общественно опасных элементов возможности совершать новые преступ­ления и исправительно-трудовое воздействие на осужденных. Наряду с этим было провозглашено, что «задач возмездия и кары уголовное законода­тельство Союза ССР и союзных республик себе не ставит». Все меры социальной защиты должны бы­ли быть целесообразными и не должны были иметь цели причинения физического страдания и униже­ния человеческого достоинства (ст. 4 Основных начал 1924 г.). Отказ законодателя от термина «на­казание» и замена его термином «меры социальной защиты» в дальнейшем были признаны необосно­ванными: это было не только неудачным в терми­нологическом аспекте, но и «…не создавало необходимой правовой базы для применения уголовной репрессии»1.

Постановление ЦИК СССР от 8 июня Л 934 г. «О дополнении Положения о преступлениях государственных (контрреволюционных и особо, для Союза ССР опасных преступлениях против порядка управления) статьями об измене Родине» восстанавливает термин «уголовное наказание», упоминая о нем в санкциях статей. С тех пор поня­тие «наказание» прочно закрепилось в уголовном законодательстве. К сожалению, возрождение этого термина, без которого немыслимо уголовное право, совпадает с трагическими событиями истории Рос­сийского государства необоснованными массо­выми политическими репрессиями. Возможно, та­кое совпадение не случайно.

Вопрос об эффективности уголовного права в значительной мере сво­дится к вопросу об эффективности уголовного наказания и зависит от правильного определения целей наказания.

До принятия "Основ уголовного законодательства" вопрос об отличии понятий "уголовная ответственность" и "уголовное наказание" не был предметом специального рассмотрения. Понятие "уголовная ответствен­ность" как отличное от понятия "наказание" появилось впервые лишь в "Основах уголовного законодательства" в 1958 г.

УК РСФСР 1960 г. исходил из положения, что наказание не только является карой за совершенное преступление, но и имеет целью исправление и перевоспитание осужденных в духе чест­ного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами (ст. 20 УК). Раскрывая содержание ст.20 И.С.Ной отмечал три положения, закреп­ленных в этой статье: «во-первых, в ней содержится определенная инфор­мация о наказании как социальном институте, во-вторых, определяется результат, который должен быть достигнут при применении наказания, и в-третьих, определяются целенаправленность и характер деятельности по достижению указанного результата».

Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. понятие уголовного нака­зания определяли таким образом: «Наказание есть мера принуждения, применяемая от имени государ­ства по приговору суда к лицу, признанному ви­новным в совершении преступления, и заключаю­щаяся в предусмотренных законом лишении и ог­раничении прав и свобод осужденного» (ст. 28).

В ходе подготовки нового УК мнения разде­лились, возобладали же две теоретические концеп­ции, которые нашли отражение в ст.40 проекта УК России, подготовленного Министерством юстиции РСФСР и опубликованного для всенародного об­суждения в 1992 г. Сторонники одной из них в понятие уголовного наказания вкладывали сле­дующий смысл: «Наказание есть мера принуждения, принимаемая от имени государства по приговору суда и в соответствии с законом к лицу, признанному ви­новным в совершении преступления, и выражающая отрицательную оценку его преступной деятельности» ( ст.57 ). Были даны и другие формулировки понятия наказания.

Заслуживает внимания определение, данное А.И.Чучаевым: уголовное наказание - это «мера государственного принуждения, установленная уголовным законом и влекущая лишение или ограничение прав и интере­сов осужденного, наказание применяется только к лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается от имени государства по приговору суда».

Уголовное наказание - одна из наиболее значительных мер государс­твенного принуждения. Об этом свидетельствует исторический опыт. Так, Чезаре Беккариа в трактате «О преступлениях и наказаниях» писал, что «только законы могут устанавливать наказание за преступления, и власть их издания может принадлежать только законодателю... Никакой судья не может, не нарушая справедливости устанавливать наказания для других членов общества. Несправедливо наказание, выходящие за пределы закона, т.к. оно бы явилось другим наказанием не установлен­ным законом».

С позиции данной точки зрения наказанному от имени государства выражает-ся осуждение, и он подвергается предусмотренным законом опреде­ленным правоограничениям. В качестве варианта предлагалось сохранить термин «кара»: «Наказа­ние, являясь карой за совершение преступления, есть мера принуждения, применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанно­му виновным в совершении преступления, и за­ключающаяся в предусмотренных законом лише­нии или ограничении прав и свобод осужденного».

Авторы различных вариантов проекта УК РФ 1995 г., разработанных Комитетом по законода­тельству и судебно-правовой реформе и Комитетом по безопасности, однозначно рассматривали уго­ловное наказание как меру государственного при­нуждения, назначаемую по приговору суда и выра- жающуюся в лишении или ограничении прав и свобод осужденного.

Обобщая значимые теоретические разработки, ныне действующий Уго­ловный кодекс РФ закрепил на уровне закона "принцип законности", где определено, «преступность деяния, его наказуемость и иные уголов­но-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом».

Это положение проекта УК РФ явилось про­образом понятия уголовного наказания, закреплен­ного в новом УК РФ, в соответствии со ст.43 кото­рого «наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказа­ние применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в преду­смотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица».


§2.2. Соотношение понятий «наказание» и «преступление», основные признаки наказания.

Проблема уголовного наказания является одной из наиболее сложных и многогранных в уголовно-правовой науке. Её значение определяется тем, что уголовное право реализует себя, прежде всего, угрозой и применением наказания. Уголовная наказуемость является обязательным признаком понятия преступле-ния. Наказание – это реакция государства на совершенное преступление. Если общественно опасное деяние не влечёт за собой наказания, оно не может считаться преступлением.

Не смотря на это, в уголовно-правовой науке существуют разные концепции относительно взаимосвязи преступления и наказания.

Большинство правоведов считают, что преступление предшествовало наказанию, поэтому система наказания является системой мер борьбы с преступностью. Не может существовать понятие преступление без наказания и наоборот. Это подтверждает вся история развития преступления и наказания в отечественном уголовном законодательстве. Существует и другая точка зрения. Сторонники её (А.Ф. Кистяковский) утверждают, что наказанию принадлежит первенствующее место в уголовном праве, т.к. в нём выражается идея уголовного права. Они считают, что институт наказания появился в общественной жизни и общественном сознании раньше, чем понятие преступления. Такая позиция разделяется немногочисленным количеством учёных. В связи с пониманием наказания, обращаясь к истории, можно условно выделить два периода:

  1. от Русской Правды до конца XVIII в, когда наказания являлось, по сути, физическим мучением;

  2. с конца XVIII в.: в это время происходит кодификация законодательства, наказание выражается в различных формах лишения свободы и иных мер, в основном, имущественного характера.

Таким образом наказание (по действующему уголовному кодексу) есть мера государственного принуждения, которая назначается по приговору суда лицу, признанному виновному в совершении преступления, и заключается в предусмотренных уголовным законом лишении или ограничении прав и свобод этого лица (ч.1 ст.43 УК РФ).

Наказание выражает отрицательную оценку преступника и его деяния со стороны государства и общества.

Наказание является мерой государственного принуждения и состоит в предусмотрённом уголовном законом лишении или ограничении прав и свобод осуждённого (ст. 29 Всеобщей декларации прав человека). Наказание применя-ется к лицу, признанному в установленном законом порядке виновным в совершении преступления (ч. 1, ст. 49 Конституции РФ).

Наказание назначается от имени государства и только по приговору суда (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ). Наказание является одновременно и формой государственного принуждения, и карой за содеянное, и как средство исправле-ния осуждённого, и как средство предупреждения совершения новых преступле-ний. Основные признаки наказания:

  • наказание носит строго личный характер и направлено всегда против личности преступника;

  • наказание имеет объектами воздействия наиболее значимые для блага (жизнь, свобода личности, имущество);

  • наказание по своей тяжести пропорционально тяжести содеянного;

  • наказание состоит в лишении или физическом ограничении прав и свобод виновного лица;

  • наказание применяется на основании принципа справедливости, т.е. соответствия наказания тяжести преступления, обстоятельствами дела и личности виновного;

  • применение наказания носит характер воспитательного воздействия;

  • наказание назначается на основе принципа экономии использования карательных средств при наказании преступников;

  • основанием применения наказания является совершённое преступление;

  • наказание влечёт за собой судимость;

  • наказание выражает отрицательную оценку совершённому преступления и лица, его совершившего;

  • наказание назначается по приговору суда и от имени государства;

  • оно применяется на основе уголовного закона к лицу, признанному виновным в совершении преступления.

В случае совершения преступления наказание выступает конечным звеном уголовно-правового механизма защиты интересов личности, общества и государства от преступных посягательств (преступник – преступление – уголовная ответственность). Наказание призвано устанавливать торжество законности и справедливости в обществе, при соблюдении принципа неотвратимости оно выступает как серьезное средство профилактики преступления.

Таким образом можно сделать следующий вывод, что под наказанием по российскому уголовному праву следует понимать особую меру государственного принуждения, включающую в себя как карательные элементы, так и воспитательные, назначаемую судом лицу, виновному в совершении преступления и влекущую судимость. Наказание выражает от имени государства и общества отрицательную правовую, социальную и моральную оценку преступного деяния и преступника.


§2.3. Современное состояние теории наказания в уголовном праве России.

Полагаю, что законодатель понятие «ка­ра» заменил не понятием «государственное принуждение», а понятием «лишение или ограничение прав и свобод осужденного». Определение уголовного наказания как меры государственного прину­ждения отражает один из признаков этого феноме­на и свидетельствует о влиянии концепции, соглас­но которой содержание наказания не исчерпывает­ся карой. Отказ от понятия кары подтверждает также то, что наказание не месть за совершенное преступление и не преследует цели покарать пре­ступника. Признак наказания «осуждение, порица­ние виновного за совершенное им преступление» находит отражение в ст. 43 УК, указывающей на то, что наказание назначается только по приговору суда лицу, признанному виновным в совершении преступления. Именно в приговоре суда выражается эта отрицательная оценка. Новое законодательное определение понятия уголовного наказания отражение тех глубинных преобразований общест­ва, в ходе которых проблеме личности, человека и гражданина возвращается достойно принадлежа­щее ей место. Конституция РФ признает человека, его права и свободы высшей ценностью. Однако осуществление прав и свобод человека и граждани­на не должно нарушать прав и свобод других лиц. Совершая же преступление, лицо посягает на раз­личные общественные отношения, зачастую нару­шая при этом права и свободы других лиц. Законо­дательное понятие наказания соответствует нормам международного права о правах человека и об об­ращении с осужденными. Положение ст. 43 УК учитывает требования ст. 29 Всеобщей декларации прав человека, предусматривающей, что каждый член общества должен подвергаться только таким ограничениям, которые установлены законом ис­ключительно с целью обеспечить должное призна­ние и уважение прав и свобод других.

Ст. 55 Конституции РФ предусматривает воз­можность ограничения прав и свобод человека и гражданина, обусловленного необходимостью за­щиты основ конституционного строя, нравственно­сти, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства от преступных посягательств.

Лишение или ограничение прав и, свобод осу­жденного выступают сущностью уголовного нака­зания. Они могут быть физического, имуществен­ного, морального и иного характера. Так, например, лишение свободы сопровождается существенными ограничениями в образе жизни, свободе передви­жения, всегда связано с помещением осужденного помимо его воли в особое учреждение. В соответ­ствии со ст. 56 УК РФ лишение свободы заключа­ется в изоляции осужденного от общества путем направления его в исправительное учреждение, находясь в котором, он обязан соблюдать требова­ния режима содержания.

Ограничение имущественных прав осужден­ного ярко выражено в таких видах уголовного на­казания, как штраф, исправительные и обязатель­ные работы, конфискация имущества.

Применение смертной казни лишает человека самого основного неотчуждаемого и принадлежа­щего от рождения права права на жизнь.

Лишение и ограничение прав и свобод осуж­денного соответствующее мерило тяжести пре­ступления и общественной опасности лица, его совершившего. Это предполагает определенную зависимость характера и количества ограничений прав и свобод осужденного от характера и степени общественной опасности совершенного преступле­ния, обстоятельств его совершения и личности ви­новного. Соблюдение этого соответствия свиде­тельствует о назначении справедливого наказания.

Вместе с тем лишение и ограничение прав и свобод осужденного отнюдь не означает, что он полностью бесправный и беззащитный человек и гражданин. Многими правами и свободами челове­ка и гражданина, гарантированными Конституцией РФ, пользуются и осужденные, но в ряде случаев с определенными ограничениями. Так, осужденным гарантируется свобода совести и вероиспове-дания. Они вправе исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Осужденные имеют право на личную безопасность, право на образование, бесплатное и платное медицинское обслуживание и т.д. Правовое положение осужденных определено нормами уголовно-исполнительного права, где со­держится строгая регламентация ограничений прав и свобод осужденных. Новеллы УИК РФ 1996 г. свидетельствуют о появлении реальных гарантий осуществления прав и свобод осужденных.

«Достоинство личности охраняется государст­вом. Ничто не может быть основанием для его ума­ления: Никто не должен подвергаться пыткам, на­силию, другому жестокому или унижающему чело­веческое достоинство обращению или наказанию» (ст. 21 Конституции РФ). Это конституционное положение нашло отражение и развитие в уголов­ном законодательстве. Одним из основополагаю­щих принципов уголовного права является прин­цип гуманизма. В соответствии с ч.2 ст.7 УК РФ «наказание и иные меры уголовно-правового ха­рактера, применяемые к лицу, совершившему пре­ступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческо­го достоинства».

Однако на сей день процесс исполнения нака­зания сопряжен с фактическим причинением стра­даний. Одни из них обусловлены особенностями тех или иных видов наказаний, современным со­стоянием пенитенциарной системы, другие неиз­бежно будут и впредь, ибо одно и то же наказание различные люди воспринимают по-разному в зави­симости от их личностных свойств. Для одних мес­та лишения свободы это привычный образ жиз­ни, «дом родной», но от этого оно не перестает быть наказанием, для других это страшное по­трясение, мучение, страдание. Также лишение воз­можности жить в родном городе и заниматься лю­бимой профессией страдание для одного, а для другого это безразличное событие1.

При всей значимости понятия «лишение и ог­раничение прав и свобод» наказание ими не исчер­пывается. Уголовное наказание сложное явле­ние, соединяющее в себе два противоположных начала. Содержание наказания образует диалекти­ческое единство принуждения и убеждения. В этом диалектическом противоречии заложена внутрен­няя основа дальнейшего развития уголовного нака­зания2. По содержанию наказание это не только лишение и ограничение прав и свобод осужденно­го, но и принуждение, свободное от них, и убежде­ние. Так, например, лица, приговоренные к лише­нию свободы, не только ограничиваются в свободе передвижения, получении посылок передач, сви­даний, но и принуждаются к труду, что объясняется исключительно воспитательными соображениями. Естественно, современные условия экономической жизни страны отражаются на процессе организации труда осужденных к лишению свободы. Для них также не чужда проблема безработицы. Не случай­но исправительно-трудовые колонии переименова­ны в исправительные колонии. Исправительно-трудовое воздействие характерно для тех видов наказания, процесс исполнения которых длится в течение определенного времени. В УК РФ 1996 г. по сравнению с УК РСФСР 1960 г. перечень таких наказаний дополнен ограничением свободы, аре­стом и обязательными работами.

Убеждение может выражаться в воспитатель­ной работе с осужденными, как это имеет место при лишении свободы. Во всех видах наказания убеждение проявляется в самом факте осуждения лица от имени государства1.

Уголовное наказание мера государственно­го воздействия. Это означает, что наказание уста­навливается в нормативном акте высшими органа­ми государственной власти, назначается судами от имени государства и его исполнение обеспечивает­ся силой государственной власти.

Уголовное наказаниеэто мера государст­венного принуждения, которая предусмотрена именно уголовным законом, а не каким-либо дру­гим нормативным актом. В соответствии со ст. 3 УК, закрепляющей принцип законности, наказуе­мость деяния определяется только Уголовным ко­дексом. Применение уголовного закона по анало­гии не допускается. Уголовное наказание должно быть назначено в строгом соответствии с санкцией статьи Особенной части Уголовного кодекса, по которой квалифицировано общественно опасное деяние виновного. Лишь при наличии исключи­тельных обстоятельств дела, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его по­ведением во время или после совершения преступ­ления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления, суд может назначить виновно­му наказание ниже низшего предела, предусмот­ренного законом за данное преступление, или пе­рейти к другому, более мягкому виду наказания (ст. 64 У К РФ 1996 г.). Решая же вопрос о выборе наказания в пределах санкции статьи, суд обязан учесть характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного и обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Наказание должно назначаться также с учетом стадии совершения преступления (ст. 30 УК), наличия или отсутствия признаков соучастия в преступлении (ст. 32-36 УК), с учетом формы (если преступление может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности) и вида вины, а также других положений Общей части Уголовного кодекса.

Отличительный признак уголовного наказания возможность его назначения только судебными органами. Это положение означает, что никакая другая ни государственная, ни тем более обще­ственная организация не правомочна назначать уголовное наказание. Вступивший в силу приговор суда обязателен для всех государственных, общест­венных, частных предприятий и организаций, должностных лиц и граждан и подлежит исполне­нию на всей территории России. За злостное неис­полнение представителями власти, государствен­ными служащими, служащими органа местного самоуправления, служащими государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации вступивших в законную силу приговора суда, решения суда или иного судебно­го акта, а равно воспрепятствование их исполне­нию предусмотрена уголовная ответственность (СТ.315УК).

Основанием установления и применения уго­ловного наказания является преступление. Уголов­ная наказуемость является обязательным призна­ком преступления. Без него нет преступления, рав­но как без преступления нет уголовного наказания. Однако наказуемость предполагает угрозу наказа­ния, содержащуюся в санкциях уголовно-правовой нормы, и возможность ее реализации. Уголовное наказание является правовым последствием только преступления, однако не каждое совершенное пре­ступление влечет уголовное наказание. Могут быть и иные правовые последствия. Уголовное наказа­ние может быть назначено условно, с отсрочкой отбывания наказания. Лицо, признанное виновным в совершении преступления, может быть освобож­дено от отбывания уголовного наказания в в связи с истечением сроков давности обвинительного при­говора суда. Более того, уголовным законом преду­смотрена не только возможность освобождения от уголовного наказания, но и от уголовной ответст­венности (гл.II, ст. 75-78 УК).

Уголовное наказание может быть применено только к лицу, виновному в совершении преступ­ления, то есть умышленно или по неосторожности совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние (ч. 1 ст. 24 УК). Принцип субъективного вменения, т.е. ответственности за вину закреплен в ст. 5 УК.

Важным признаком наказания является отри­цательная правовая оценка от имени государства совершенного виновным преступления. Эта оценка выражается в форме обвинительного приговора и имеет публичный характер. Вынесение обвини­тельного приговора также означает что лицо, виновное в совершении преступления, подвергнуто уголовной ответственности совершенное им пре­ступление и сам преступник осуждению от име­ни государства Таким образом, факт назначения преступнику уголовного наказания за совершенное преступление означает, что лицо совершило предо­судительный поступок, порицаемый государством. Уголовная ответственность и уголовное наказание тесным образом связаны друг с другом. Уголовная ответственность, как правило, выражается в уго­ловном наказании. Если есть уголовное наказание, значит, есть и уголовная ответственность. Однако возможна реализация уголовной ответственности и в обвинительном приговоре без назначения наказа­ния, в частности, в применении принудительных мер воспитательного воздействия в отношении не­совершеннолетних (ст. 92 УК).

Уголовное наказание влечет за собой такое не­гативное юридическое последствие, как судимость. Согласно ст. 86 УК «лицо, осужденное за соверше­ние преступления, считается судимым со дня всту­пления обвинительного приговора суда в законную силу до момента погашения или снятия судимо­сти». Если лицо освобождено от наказания, оно считается не судимым. Срок, в течение которого лицо признается имеющим судимость, зависит от тяжести совершенного преступления и вида назна­ченного наказания.

Учитывая все сказанное, можно выделить следующие отличительные признаки уголовного наказания:

1) уголовное наказание мера государствен­ного принуждения;

2) уголовное наказание заключается в лише­нии и ограничении прав и свобод осужденного;

3) основанием установления и применения уголовного наказания является только преступ­ление;

4) уголовное наказание назначается только лицу, виновному в совершении преступления;

5) уголовное наказание устанавливается толь­ко в уголовном законе, принимаемом высшим ор­ганом государственной власти;

6) уголовное наказание назначается только по приговору суда от имени государства;

7) уголовное наказание выражает от имени го­сударства отрицательную правовую оценку совер­шенного виновным преступления;

8) уголовное наказание влечет судимость.


§2.4. Отличие уголовного наказания от мер государственного - правового и общественного воздействия.

Уголовное наказание устанавливается в соответствии с уголовным законом. Единственный источник - действующий Уголовный кодекс.

Административная ответственность устанавливается как законами, так и подзаконными актами, либо их нормами об административных правонарушениях.

Дисциплинарная ответственность – законодательством о труде, различными законами, подзаконными актами, устанавливающими категорий рабочих и служащих. Материальная ответственность устанавливается законодательством о труде, гражданским кодексом в некоторых случаях нормами административного права.

Общественное воздействия устанавливается в соответствии с общественными ценностями, обычаями, традициями. Общественная ответственность налагается от имени общества, а уголовное наказание осуществляется от имени государства.

Административные взыскания налагаются широким кругом уполномоченных органов и должностных лиц: исполнительной власти, местного самоуправления, а, также, судами.

Дисциплинарные взыскания – органами и должностными лицами, наделенными дисциплинарной властью и в пределах их компетенции.

Меры материальной ответственностисудами общей юрисдикции и арбитражными судами, в отдельных случаях – в административном порядке.

Меры общественного воздействия устанавливаются со стороны общества или отдельных его групп.

Уголовное наказание назначается только судом.

Основанием для назначения административной ответственности является административное правонарушение; для дисциплинарной – дисциплинарный проступок; материальной – причинение материального ущерба или гражданско-правовой деликт.

Основами для назначения уголовного наказания является преступлением.

Субъектами административной ответственности являются физические лица и коллективные образования.

Вопрос о дисциплинарной ответственности органов и организаций является дискуссионным, т.к. предусматривается отставка органов исполнительной власти, прекращение незаконной деятельности общественных объединений и т.п., но и меры не определены в законодательстве; общественное воздействие может быть обращено как на физических, так и на юридических лиц.

Субъектами уголовного права могут быть только физические лица.

Только уголовное наказание влечёт за собой судимость. Меры административной ответственности применяются в соответствии с законодательством, регламентирующим производства по делам об административных правонарушениях.

Меры дисциплинарной ответственности - в соответствии с нормами, устанавливающими порядок дисциплинарного производства. Дела о материальной ответственности решаются, как правило, в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства.

Меры общественного воздействия не регулируются законодательством. Уголовные дела рассматриваются в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

В целом можно сделать вывод, что уголовное наказание обладает рядом черт, отличающих его от других мер государственно-правового и общественного воздействия.

Глава 3.

Теории целей и сущности наказания. Цели отдельных видов наказаний.

§3.1. Теории целей и сущности наказания.

Цель наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осуждённого и предупреждение совершения новых преступлений, т.е. достижение социальных результатов, к которым стремится законодатель и суд, устанавливая в санкциях статьи Уголовного кодекса и применяя к виновному лицу конкретную меру наказания (ч. 2 ст. 43 УК РФ).

Учение о целях и сущности наказания – одно из наиболее дискуссионных как в истории, так и в современной теории уголовного права. Поскольку наказание относится к прошлому, оно представляется отплатой, лишением, государство принуждается к нему самими свойствами человеческой личности или непременными законами общежития, оно составляет более или менее неуклонную обязанность государства; поскольку наказание относиться к будущему, оно является средством для достижения известных целей, оно рассматривается как реализация права государства, которым последнее должно пользоваться по разумным основаниям. Поэтому и концепции о сущности и целях карательной деятельности сводятся к двум группам:

  1. теории, обращённые к прошедшему и видящим в наказании исключительно оплату за совершённое посягательство на правопорядок, за учинённое преступником зло (теория возмездия).

  2. Теории, обращённые к будущему и видящие в наказании не только вызванное, но и обусловленное преступным деянием проявление целесообразной деятельности государства (теория полезности).

Существуют также теории, которые пытаются объединить эти две теории.

Данная тема интересовала ученых ещё с древних времён. Так древнегреческий философ Платон в целях наказания видел очищение души, запятнавшей себя преступлением, предупреждение его повторения в будущём. Наиболее эффективный способ достижения этой цели – истребление преступника, для которого наказание является лекарством, исцеляющим его нравственный недуг; в устранении влияния дурного примера на сограждан и избавление государства от опасного, вредного члена.

Представитель немецкой классической философии Эммануил Кант цель наказания представлял как возмездие равенства, как оплату злом за зло (принцип талиона).

Пуффендорф утверждал, что истинная цель наказания состоит в предотвращении вреда и обид, которыми одни люди угрожают другим.

По мнению Гегеля, наказание – возмездие, но не возмездие как некое равенство в ценности между ущербом, причинённым преступлением, и ущербом, причинным преступнику наказанием.

Известный правовед Чезаре Беккария видел цель наказания не в истязании и мучении человека и не в том, чтобы уже совершённое преступление сделать несуществующим, а в том, чтобы воспрепятствовать виновному вновь нанести вред обществу, а также удержать от этого других членов общества.

Данная дискуссия возникла и в отечественной юридической науке. Так большинство учёных считает, что целью уголовного наказания является исправление и перевоспитание осуждённых, а также общее и специальное предупреждение преступлений.

Группа учёных (Н.А. Беляев, И.И. Карпец, В.Г. Смирнов, П.П. Осипов и др.) кроме названных целей выделяют ещё и цель кары. Воздаяние не связано с безумной формулой «смерть за смерть», но преступник получает наказание, являющееся в определённой степени воздаянием за содеянное. Кроме того, в его наказании часто заинтересованы близкие потерпевшего. И, наконец, наказание преследует цель кары ещё и потому, что в качестве одной из составных частей оно содержит в себе кару. И.И. Карпец утверждал, что наиболее ярко эта цель проявляется в смертной казни и длительных сроках лишения свободы.

Б.С. Никифоров указывал на цель восстановления нарушенного преступлением социально-психологического порядка в обществе и на удовлетворении чувства справедливости.

Существует дискуссия также по вопросу о целях наказания за неосторожные преступления.

С.И. Дементьев считает, что в этом случае целью наказания является общее предупреждение и кара; С.В. Полубинская - общее и специальное предупреждение, а также и социальная цель – восстановление социально – психологического порядка в обществе.

В.Е. Квашис – только общее предупреждение.

По мнению М.Д. Шаргородского целью наказания является только общее и специальное предупреждение, исправление и перевоспитание осуждённого посредством уголовного наказания достигнуто быть не может. Он считал кару сущностью наказания, общее и специальное предупреждение – его основными целями, а исправление и перевоспитание осуждённых – средствами для достижения этих целей.

Этой точки зрения придерживаются А.А. Герцензон, А.А. Пионтковский, А.А. Ременсон и другие ученые.

Уголовный кодекс РФ 1996 года ставит точку в этом споре – согласно ст. 43 УК «наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений».

Причём, «наказание не ставит перед собой цель причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства (ст. 5 Всеобщей декларации прав человека, ст. 7 Международного Пакта о гражданских и политических правах).

Впервые подобное определение целей уголовного наказания было дано в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Согласно Уложению наказание должно преследовать три цели:

  • восстановление социальной справедливости,

  • исправление,

  • устрашение.

Цель восстановления социальной справедливости заключается в том, чтобы оградить государство, общество и каждую личность в отдельности, от произвола преступности. Наказание виновного должно свидетельствовать о торжестве справедливости и законности в обществе; сама деятельность правоохранительных органов ориентирована, прежде всего, на восстановление справедливости, нарушенной в результате противоправного деяния, носящего общественно-опасный характер.

Цель исправления осуждённого заключается в том, чтобы лицо, в отношении которого применяется наказание, стало добропорядочным членом общества, уважающим его законы.

На цель исправления обращается внимание в постановлении Пленума Верховного Суда от 11.07.72 г. №5 «О практике применения судами исправительных работ без лишения свободы»- наказание в виде исправительных работ имеет важное предупредительное и воспитательное значение в отношении лиц, совершивших менее опасные преступления, исправление которых возможно без изоляции их от общества; подчёркивается, что назначение этого наказания является эффективным средством исправления правонарушителей.

А в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 19.10.1971 года «О судебной практике условно-досрочного освобождения осуждённых от наказания и замены неотбытой части наказания более мягким» имеются указания – в пункте 2 говориться, что «доказательством исправления осуждённого служат примерное поведение и честное отношение к труду, а для несовершеннолетних – и к обучению».

Новый УК от 1996 года не связывает цель исправления с перевоспитанием, т.к. воспитание – это длительный процесс, который длится всю жизнь и поэтому нереально ожидать от осуждённого перевоспитания за 3-5 лет. Важно, чтобы он не совершал новых преступлений, а по какой причине – из-за боязни наказания или в силу внутренней нравственной переоценки – не столь важно.

Традиционно наиболее важными целями наказания считается общее и специальное предупреждение преступления. Учёные считают, что предупредительная значимость наказания – не в его жестокости, а в его неотвратимости.

Предупредительное воздействие наказания состоит из общего и частного предупреждения. Общее предупреждение подразумевает, что принудительное воздействие на осуждённого имеет следствием то, что другие лица удержаться от такого же преступного посягательства в дальнейшем.

Под частным предупреждением понимается профилактика совершения новых преступлений самим осуждённым.

Существуют две точки зрения о задачах частного предупреждения:

  1. её задача состоит в создании особых условий во время отбывания наказания, исключающих мысль о возможности совершить новое преступление;

  2. под частной превенцией понимается создание условий, устраняющих возможность совершить преступления только во время наказания.

Частное предупреждение следует отличать от исправления. При исправлении основная задача заключается в том, чтобы впредь не совершались преступления, а при частном предупреждении главным является показать преступнику, что за его противоправное поведение он в обязательном порядке будет наказан.

В современной уголовной политике в области применения наказания существуют три направления, по которым реализуется цель предупреждения:

  1. сокращение реального применения лишения свободы;

  2. расширение возможностей исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы, прежде всего исправительных работ и штрафа;

  3. дифференциация исполнения наказания в виде лишения свободы.

Цели наказания достигаются органическим единством его назначения и исполнения. Наказание должно быть справедливым, соразмерным тяжести содеянного и общественной опасности виновного. Только тогда оно будет максимально способствовать достижению поставленных перед ним целей. Также не менее значимо и надлежащее исполнение назначенного наказания.

На сегодняшний день законодатель закрепил ставшую традицион­ной в теории уголовного права концепцию наказа­ния меры государственного принуждения. Ее разделяли такие ученые, как Н.А. Беляев, В.И. Курляндский, А.Е. Наташев, И.С. Ной, Н.А. Стручков, М.Д. Шаргородский и другие. Вместе с тем одни из них отождествляли наказание с карой, другие рассматривали кару в качестве сущностного, но не единственного элемента содержания уголовного наказания. И.С. Ной, кроме кары, включал в со­держание наказания принуждение, свободное от кары, и убеждение, а суть понятия наказания видел в наличии противоречивых элементов принуж­дения и убеждения. М.Д. Шаргородский считал, что наказание есть кара, но не исчерпывается ею. «Содержанием наказания, писал он, является ... как кара, так и воспитание»1. С.И. Дементьев, вслед за А.С. Ременсоном, утверждал, что «наказа­ние есть кара»2. Понятие кары различными авто­рами трактовалось как принуждение к страданию3, принуждение с целью вызвать страдание , предна­меренное причинение виновному установленных законом страданий и лишений и т.д.

В действующем уголовном законодательстве понятие «кара» не упоминается. Причину отказа законодателя от этого понятия отдельные авторы видят в том, что наказание и кара синонимы, в связи с чем определение наказания как кары не способствует выяснению его содержания . По мнению В.А. Нерсесяна, использование в законе термина «государственное принуждение» не ума­ляет значения кары4. Аналогичное мнение выска­зал и Л.К. Савюк5. В.К. Дуюнов не соглашается с законодательным определением наказания как ме­ры государственного принуждения, полагая, что наказание есть кара, однако определяет ее как «справедливое (в современном, цивилизованном смысле, а не в средневековом значении талиона) осуждение, порицание виновного, объективное в своей основе соразмерное воздаяние ему за совер­шенный им проступок, которое вовсе не обязатель­но сопровождается страданиями осужденного»6. Вместе с тем он же утверждает, что «кара в уголов­ном праве это не месть, возмездие ..., а цивили­зованная мера справедливости»7. Так все-таки, что же такое кара, по мнению В.К. Дуюнова: справед­ливое осуждение, форма государственного осужде­ния, соразмерное воздаяние или мера справедливо­сти? Возможно, он полагает, что каждое из этих значений раскрывает особую грань данного явле­ния. И все же, думаю, сущность кары он видит в порицании, осуждении виновного. Такое понима­ние кары является нетрадиционным в современной российской уголовно-правовой науке, однако сви­детельствует об отождествлении ее с уголовной ответственностью (несмотря на утверждение автора об обратном)1, которая, по мнению многих теоре­тиков, есть порицание, осуждение от имени госу­дарства лица, признанного судом виновным в со­вершении преступления2.

В начале нашего столетия подобная идея была высказана Н.Д. Сергеевским, который видел сущ­ность всякого наказания в осуждении и порицании, объектом карательной деятельности рассматривал все нарушения норм правопорядка, а наказаниеединственным способом выражения от лица госу­дарства осуждения и порицания правонарушительного действия. Из этих рассуждении можно за­ключить, что наказание и ответственность не пред­ставляли собой обособленных понятий. Действую­щее российское уголовное законодательство, на­против, эти понятия различает и наделяет их отно­сительной самостоятельностью. А два отличных друг от друга, самостоятельных понятия не могут быть определены тождественно, в связи с чем представляется неприемлемым определение наказания как осуждения, порицания. Последнее выступает в качестве одного из признаков уго­ловного наказания.



§3.2. Цели отдельных видов наказаний в уголовном праве России.

Проблема целей наказания является одной из самых дискуссионных в науке уголовного права. Как спра­ведливо отмечается в литературе, "сколько будет существо­вать институт уголовного наказания, столько и будет право­мерна постановка вопроса о целях его применения".3

Вместе с тем нельзя не согласиться с мнением и о том, что «отсутствие единодушия по довольно старым, казавшимися давно решенными принципиальным вопро­сам (о целях наказания) - одна из серьезных по­мех дальнейшего успешного развития нашей уголовно-правовой науки»1.

В настоящее время наиболее часто в научных трудах указываются следующие цели уголовного наказания: исправление (моральное и юридическое) преступника; кара; ресоциализация осужденного; предупреждение преступлений (общее и специальное) и другие, названные мной ранее. Помимо этого, в последнее время активно обсуждается цель восстановления социальной спра­ведливости, которая, как известно, нашла отражение и в дей­ствующем российском уголовном законе. Указанные в УК РФ цели наказания (я опускаю вопрос целесообразности закрепления именно этих целей наказания) - восстановле­ние социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений (ст. 43 УК) применимы ко всем видам наказания (ст. 44 УК), за исключе­нием случаев, когда назначается смертная казнь - в этом случае цель исправления исключается.

Вместе с тем каждый вид наказания обладает своей спецификой, в том числе это касается и целеполагания. На мой взгляд, применительно к конкретному виду наказания можно говорить о специфических целях или о подцелях каж­дого вида наказания. Однако в юридической литературе дан­ным аспектам внимания практически не уделяется. Соот­ветственно и в законодательстве назначение различных видов наказания никаким образом не обозначается.

В этой связи рассмотрим специфические цели (подце­ли) каждого из обозначенных в уголовном законе видов уго­ловного наказания. При этом следует заметить, что раскры­ваемые ниже специфические цели отдельных видов уголовного наказания носят подчиненный характер по отно­шению к целям уголовного наказания в целом; специфичес­кие цели детализируют намерения государства в случае при­менения той или иной меры государственного принуждения уголовно-правового характера и определяют, как правило, вполне конкретные утилитарные цели.

Штраф законодателем раскрывается как денежное взыскание, назначаемое в пределах, установленных уголов­ным законом (ст. 46 УК РФ). В действующем УК РФ штраф предусматривается в санкциях одной трети всех статей Осо­бенной части и двух третей в статьях, предусматривающих ответственность за совершение экономических преступле­ний. В последние годы в целом наблюдается тенденция рас­ширения применения штрафа как вида уголовного наказа­ния. Например, в 1989 г. численность приговоров, содержащих штраф, составляла 11,9%, в 1990 г.- 11,6%, в 1991 г.- 12.2%, в 1992 г. - 10,2%. в 1993 г. - 8,9%. в 1994 г. - 9,8%. в 1995 г. -12,0%. в 1996 г. — 13,1% от общего количества рассмотрен­ных уголовных дел1.

В литературе справедливо указывается, что посредством штрафа (наряду с другими видами наказания) преследуется цель восстановления социальной справедливости, а точнее нарушенные преступлением имущественные интересы лич­ности, общества, государства, то есть штраф обладает ком­пенсационными свойствами.

Однако я полагаю, что собственно компенсационный характер штрафа имеет место не всегда, а тогда, когда посредством совершения преступления причи­няется прямой материальный ущерб. Это касается прежде всего преступлений против собственности (глава 21 УК РФ), преступлений в сфере экономической деятельности (глава 22 УК РФ), преступлений против интересов службы в ком­мерческих и иных организациях (глава 23 УК РФ), где послед­ствиями является зачастую непосредственный материаль­ный ущерб. Кроме того, такие последствия имеют место при незаконном участии в предпринимательской деятельности (ст. 289 УК РФ), незаконных действиях в отношении имуще­ства, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего ком­пенсации (ст. 312 УК РФ), умышленного уничтожения или повреждения имущества (ст. 346 УК РФ) и др. При этом нуж­но также иметь в виду, что о компенсационном свойстве можно говорить только тогда, когда ущерб причинен госу­дарству, а не частным (физическим или юридическим) ли­цам, поскольку штраф как государственная мера взыскива­ется только в пользу государства, а в отношении частных лиц вопрос о компенсациях решается в рамках гражданско-правовых отношений. Следует заметить, что данное обстоя­тельство не отражено ни в уголовном законодательстве (ст. 46 УК РФ), ни в уголовно-исполнительном законодатель­стве (ст. 31 УИК РФ).

Вместе с тем в ряде составов, где последствиями так­же является материальный ущерб, штраф не предусматри­вается. Для примера можно привести диверсию (ст. 281 УК РФ). И наоборот, во многих составах преступлений, где от­сутствует материальный ущерб, применяется штраф, это касается, в частности, воспрепятствования осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий (ст. 141 УК РФ), заведомо ложного доноса (ст. 306 УК РФ), разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа (ст. 320 УК РФ) и др. Здесь может быть поставлен вопрос о том, целесообразно ли применять штраф при совершении такого рода преступлений, однако он представляет предмет отдельного исследования и здесь не рассматривается.

Еще один важный аспект штрафа заключается в том, что его наложение должно причинять виновному определенные страдания, заключающиеся в том, что он лишается опреде­ленной части своей собственности, а также на некоторое вре­мя получает статус судимого человека. На содержание спе­цифической цели, стоящей перед штрафом, не может не влиять и то обстоятельство, что штраф может быть одновременно и основным и дополнительным видом наказания.

С учетом изложенного полагаю, что специфичес­кой целью штрафа является частичная компенсация как пря­мого материального ущерба, так и ущерба нематериального характера, причиненного преступлением.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запре­щении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься опреде­ленной профессиональной или иной деятельностью (ст. 47 УК РФ). Этот вид наказания представляет собой наиболее распространенный вид уголовного наказания, которым пре­дусматривается достаточно длительное лишение виновного определенных прав, связанных с его профессиональной дея-тельностью. Данный вид наказания имеет ярко выраженный частнопревентивный характер, при этом частная превенция достигается не только и не столько устрашением, сколько лишением осужденного фактической возможности занимать­ся деятельностью, в рамках которой им было совершено пре­ступление. Как правильно отмечается в литературе, расчет здесь делается на отстранение преступника от того вида трудовой деятельности, которая использовалась им в анти­общественных целях1.

Это подтверждается и характером исполнения данного вида наказания, связанным с достаточно жестким контро­лем за трудовой деятельностью осужденного, требованием своевременной передачи информации о нем и ограничений, зафиксированных в приговоре, работодателям и разреши­тельным (лицензионным) органам.

Этот вид наказания предполагает следующие основные карательные элементы: отстранение от работ на привычной должности или лишение возможности работать по опреде­ленной специальности, на освоение которой, возможно, было потрачено немало времени, что влечет за собой необходи­мость переквалификации, приобретения новых трудовых навыков, а это, в свою очередь, зачастую ведет к снижению получаемых доходов.

В результате можно сделать вывод, что специфи­ческой целью наказания в виде лишения права виновного за­нимать определенные должности или заниматься определен­ной деятельностью является устранение условий, связанных с профессиональной деятельностью осужденного, при кото­рых им было совершено преступление.

Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград уже по названию определяет свое содержание. Данный вид наказания приме­няется только в качестве дополнительного и только при со­вершении тяжкого или особо тяжкого преступления и с учетом личности виновного (ст. 48 УК РФ). Карательная состав­ляющая этого вида наказания, как указывается в литерату­ре, заключается в том, что званий, чинов и наград виновный в совершении преступления лишается навсегда, и данное об­стоятельство должно вызывать у осужденного определен­ный дискомфорт, поскольку те заслуги, за которые он полу­чал звания, чины и награды, как бы становятся недействительными1. Кроме того, лишение званий, чинов и наград влечет за собой потерю всех прав и преимуществ, которые устанавли­ваются для лиц, имеющих эти звания, чины и награды.

По данному вопросу моя позиция иная - на мой взгляд, в уголовном праве вообще не должно быть такого вида нака­зания. Дело в том, что награды человек получает за конкрет­ные прошлые заслуги в какой-либо области человеческой деятельности. Преступление совершается им после призна­ния обществом или государством таких заслуг, и соверше­ние преступления, как представляется, не может умалить прошлых заслуг. Поэтому осужденный за любое преступление не может в принципе лишаться на­град. Что касается чинов и званий, связанных с прохождени­ем службы или выполнением иной профессиональной дея­тельности, то их лишение должно осуществляться на основе не уголовно-правовых норм, а соответствующих положений о прохождении службы. Но и здесь, на мой взгляд, далеко не все звания могут быть предметом наказания (например, осуж­денный не может быть лишен ученого звания доцента или профессора, спортивного звания мастера спорта и др.). Од­нако более подробное рассмотрение этой точки зрения вы­ходит за рамки предмета этого исследования.

А поскольку данный вид наказания объективно суще­ствует, действует, то, следовательно, он должен иметь спе­цифическую цель. Такой целью является оказание дополнительного морально-психологического воздействия на осужденного за совершение преступления.

Обязательные работы заключаются в выполнении осуж­денным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ, вид которых опре­деляется органами местного самоуправления (ст. 49 УК РФ). Это новый вид наказания для российского уголовного права. Обязательные работы предполагают трудовую деятельность осужденного. По этой причине они не назначаются лицам, признанными инвалидам первой или второй группы. В силу

специфики этого вида наказания ему не могут быть подвер­гнуты также беременные женщины, женщины, имеющие де­тей до восьми лет, женщины, достигшие пятидесятипяти­летнего возраста, мужчины, достигшие шестидесятилетнего возраста, а также военнослужащие, проходящие военную службу по призыву.

Карательный характер этого вида наказания проявляет­ся в его обязательности - осужденный не может от него ук­лониться, поскольку в противном случае обязательные ра­боты могут быть заменены ограничением свободы или арестом, то есть более строгим видом наказания, а также в том, что осужденный должен поступиться своим личным вре­менем для отбывания обязательных работ. Соответственно специфической целью данного вида наказания, по моему мнению, является использование его бесплатного труда на общественно полезных работах по месту своего проживания за счет лишения осужденного части своего личного свобод­ного времени.

Исправительные работы заключаются в привлечении осужденного к труду с вычетом из его заработка в доход государства определенной части, размер которой устанав­ливается судом в пределах от 5 до 20% (ст. 50 УК РФ). В связи со сложностями экономического развития в России применение данного вида наказания в последние годы умень­шается. Например, если в 1992 г. этот вид наказания был назначен 19,5% осужденным, то уже в 1993 г. — 18,1%. в 1994г. - 14,8%. в 1995 г. - 9,4%. в 1996 г. - 8,2% 1.

Карательный характер этого вида наказания связан с определенным ограничением трудовых и экономических прав осужденного. Это проявляется прежде всего в том, исправи­тельные работы предполагают принудительный труд, что не всегда может совпадать с трудовыми интересами виновно­го. Например, в процессе отбывания наказания осужденный к исправительным работам не может по собственному же­ланию уволиться без письменного разрешения уголовно-исполнительной инспекции, срок отбывания исправительных работ не засчитывается в общий непрерывный трудовой стаж. Дополнительные ограничения может наложить и уголовно-исполнительная инспекция с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности осужден­ного и других обстоятельств, в частности, запретить осуж­денному покидать место жительства в выходные дни, обя­зать его являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации. Такие ограничения также входят в каратель­ную составляющую исправительных работ как вида уголов­ного наказания.

В юридической литературе встречается мнение о том, что исправительные работы представляют собой замаски­рованный штраф, взимаемый в рассрочку1.

Внешне это действительно выглядит так. Однако есть и существенные различия. Так, если штраф - это обычно еди­новременное взыскание, то исправительные работы протя­женны по времени; штраф не сопряжен с ограничениями тру­довых прав, а исправительные работы, как было показано, сопряжены; штраф может быть и основным, и дополнитель­ным видом наказания, в то время как исправительные рабо­ты - только основным; штраф может назначаться и нетру­доспособным лицам, а исправительные работы - только трудоспособным лицам. Соответственно не могут быть иден­тичными и специфические цели штрафа и исправительных работ. Не могут совпадать такие цели исправительных ра­бот и лишения свободы, несмотря на то что в обоих случаях имеет место принудительный труд, так как отбывание нака­зания в случае исправительных работ отбывается без изоля­ции осужденного от общества.

С учетом изложенного полагаю, что специфичес­кой целью исправительных работ как вида уголовного нака­зания является привлечение осужденного к принудительно­му труду, сопряженное с частичной компенсацией как прямого материального ущерба, так и ущерба нематери­ального характера, причиненного преступлением, и исправи­тельным воздействием на осужденного.

Ограничение по военной службе является новым ви­дом наказания в истории российского уголовного права. Оно заключается в том, что из денежного содержания осужден­ного к такому наказанию военнослужащего (за исключени­ем военнослужащих, проходящих службу по призыву) про­изводится удержание в доход государства в размере, установленном приговора суда, но не свыше двадцати про­центов, а также в том, что во время отбывания наказания осужденный военнослужащий не может быть повышен в должности, воинском звании, а срок наказания не засчиты­вается в срок выслуги лет для присвоения очередного воин­ского звания (ст. 51 УК РФ). По своему содержанию этот вид наказания некоторым образом напоминает исправи­тельные работы, который к военнослужащим не применя­ется. Здесь осужденный также ограничивается в некото­рых своих трудовых правах. Однако существенное отличие заключается в том, что осужденный военнослужащий не принуждается нести военную службу - в этом случае он может уволиться со службы по собственному желанию (при этом ограничение по военной службе может быть заменено более мягким наказанием или же осужденный может быть полностью освобожден от отбывания наказания). Кроме того, он получает некоторые страдания морального характера, поскольку не может быть своевременно представлен к присвоению очередного воинского звания, что для воен­нослужащих имеет немаловажное значение. В этих аспек­тах, собственно, и состоит карательная составляющего данного вида уголовного наказания.

Данное наказание связано с воспитательным воздействи­ем на осужденного. Командир (начальник) обязан организо­вать и проводить воспитательную работу с осужденным. Основная форма такой работы индивидуальная, которая должна осуществляться с учетом характера и степени об­щественной опасности совершенного преступления и лично­сти осужденного, а также его поведения и отношения к воин­ской службе.

Учитывая изложенное, полагаю, что специфичес­кой целью ограничения по военной службе как вида уголов­ного наказания является оказание морально-психологичес­кого воздействия на военнослужащего за совершенное им преступление. Как видно, в этом отношении большое сход­ство с целью наказания в виде лишения специального, воин­ского или почетного звания, классного чина и государствен­ных наград, однако если в рассмотренном ранее случае речь шла о дополнительном морально-психологическом воздей­ствии, то при ограничении по военной службе такое воздей­ствие является основой наказания.

Конфискация имущества является дополнительным ви­дом наказания и заключается в принудительном безвозмез­дном изъятии в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью осужденного (ст. 52 УК РФ). Изъятие имущества имеет безвозмездный (безусловное невозвращение имущества или отсутствие эк­вивалентной денежной компенсации) и принудительный (со­гласие собственника не требуется) характер. Конфискация имущества может быть полной или частичной, она не явля­ется возмещением причиненного преступлением ущерба.

Этот вид наказания устанавливается за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений. При этом не подлежит конфискации имущество, необходимое осужденному или лицам, находящимся на его иждивении, со­гласно перечню, предусмотренному уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. В литературе оспа­ривается целесообразность полной конфискации имущества. Например, А.В. Наумов полагает, что «если при этом отбросить лицемерие, то надо признать, что отсутствие имущества будет для освобожденного из мест лишения свободы стимулом возоб­новления им своей корыстной преступной деятельности».1

Также полагаю, что полная конфискации имуще­ства выходит за пределы уголовно-правового воздействия: такие вопросы целесообразно решать в рамках гражданско-правовых отношений.

Карательная сущность данного вида наказания состоит в том, что виновный в совершении преступления ограничи­вается в своих имущественных правах. От штрафа конфис­кация имущества отличается и тем, что она может быть только дополнительным видом наказания, и тем, что штраф исчисляется только в денежном выражении, тогда как при конфискации имущества речь идет, в основном, о предме­тах материального мира.

Соответственно, учитывая вышеизложенное, пола­гаю, что специфической целью конфискации имущества как дополнительного вида уголовного наказания является ча­стичная имущественная компенсация ущерба, причиненно­го совершением преступления.

Ограничение свободы заключается в содержании осуж­денного в специальном учреждении без изоляции от общества в условиях осуществления за ним надзора (ст. 53 УК РФ). Дан­ный вид наказания является новым для уголовного права Рос­сии. Вместе с тем оно очень сходно с ранее применявшимся условным осуждением с привлечением осужденного к обяза­тельному труду на стройках народного хозяйства.

Осужденные к ограничению свободы размещаются в общежитиях исправительных центров, где им предоставля­ются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они привлекаются к труду в организациях раз­личных форм собственности. Местом работы осужденного могут быть предприятия и организации, расположенные в районе исправительного центра. Осужденные при этом об­ладают всеми трудовыми правами, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на дру­гую работу.

Администрация предприятий и организаций, в которых работают осужденные к ограничению свободы, обеспечивает привлечение к труду с учетом состояния здоровья и профессиональной подготовки, обеспечивает получение ими при необходимости начального профессионального образования или профессиональ-ную подготовку и участвует в создании необходимых жилищно-бытовых усло-вий. С осужденными к ограничению свободы администрацией исправительного цен­тра, в ко­тором работают осужденные, проводится воспитательная работа. Активное участие осужденных в проводимых мероприятиях воспитательного характера поощряется и учи­тывается при определении степени их исправления.

Не до конца отрегулированным в законодательстве ос­тается вопрос об обязательности труда осужденных к огра­ничению свободы. Дело в том, что ни Уголовный кодекс РФ, ни Уголовно-исполнительный кодекс РФ не содержат соот­ветствующие нормы. Однако некоторые положения уголов­ного и уголовно-исполнительного законодательства дают основание для вывода о том, что обязательность труда осуж­денных входит в содержание этого вида наказания. Об этом свидетельствует, в частности, то обстоятельство, что со­гласно ч. 1 ст. 53 УК РФ, ограничение свободы может быть применено лишь к лицам, достигшим на момент вынесения приговора восемнадцати лет. Часть пятая этой статьи зап­рещает назначать ограничение свободы лицам, признанным инвалидами первой и второй группы, женщинам, достигшим 55 лет и мужчинам, достигшим 60 лет.

Эти требования позволяют полагать, что ограничение свободы может применяться только к трудоспособным граж­данам. Обоснованность же таких требований может быть объяснена обязательностью привлечения к труду осужден­ного к ограничению свободы как составной части данного вида уголовного наказания. Кроме того, такой вывод следует и из расположения ограничения свободы в системе уголов­ных наказаний (ст. 44 УК РФ), которые, как известно, распо­лагаются от менее строгих к более строгим. Если, как было показано выше, исправительные работы являются более мягким видом наказания и предполагают обязательный труд осужденных, то следовательно, ограничение свободы как более строгий вид наказания тем более должно предусмат­ривать обязательность труда осужденных.

Такая нечеткая законодательная позиция в части при­нудительности труда при исполнении ограничения свободы создает известные трудности в более полном определении карательной составляющей этого вида наказания. Имея в виду сделанный выше вывод об обязательности труда осуж­денных к ограничению свободы, можно говорить о том, что кару при исполнении ограничения свободы представляют ог­раничения некоторых трудовых прав, а также ограничения в свободе передвижения. Определенное морально-психологи­ческое воздействие создает также обстановка надзора за ними. Соответственно специфической целью ограничения свободы как вида уголовного наказания, по моему мнению, является уменьшение объема некоторых трудовых прав осуж­денного, а также выбора места жительства по своему ус­мотрению, осуществляемые без изоляции осужденного от общества в период отбывания наказания.

Арест состоит в содержании лица в условиях строгой изо­ляции от общества (ст. 54 УК РФ). Как полагает А.В. Наумов, "арест есть своего рода напоминание преступнику о том, что значит уголовное наказание, что за этим видом наказания может последовать и длительное лишение свободы"1.

Это вид наказания ранее был известен российскому уго­ловному праву. В настоящее время срок ареста может со­ставлять от одного до шести месяцев. Осужденный к аресту содержится в специальном учреждении уголовно-исполни-тельной системы - арестном доме, где предусматриваются условия достаточно жестких правоограничений, сопряжен­ных с лишением свободного передвижения, а также ограни­чением ряда гражданских прав и свобод. Многие исследова­тели говорят в связи с арестом как видом уголовного наказания о шоковом его воздействии на осужденного.

Предполагается, что в результате кратковременного интенсивного карательного воздействия осужденный отка­жется от совершения преступлений в дальнейшем.

Следует также иметь в виду, что в настоящее время данный вид уголовного нака-зания не исполняется ввиду от­сутствия арестных домов, что, в свою очередь, объ-ясняется сложным экономическим положением в стране. Так, на ве­дение и функ-ционирование арестных домов требуется бо­лее тридцати двух миллиардов руб-лей, что, если иметь в виду практику финансирования уголовно-исполнительной системы России за последние годы, обеспечить представля­ется невозможным1.

В этой связи сроки реального исполнения ареста в Рос­сии остаются открытыми.

Судя по Особенной части УК РФ, арест должен приме­няться за совершение преступлений небольшой или сред­ней тяжести. Однако те карательные элементы, о которых говорилось выше, входят в противоречие с данным обстоя­тельством. Дело в том, что законодатель для ареста, как указывалось, предусматривает усло-вия строгой изоляции в то время как, например, для наказания в виде лишения свободы на определенный срок, которое является более строгим, в УК РФ о стро-гой изоляции ничего не говорится. Полагаю, что поскольку арест представляет собой менее строгое наказание, чем лишение свободы, то в уго­ловном законе не должно быть положений, указывающих на более жесткие условия содержания, чем при лишении сво­боды, то есть, другими словами говоря, необходимо исклю­чить упоминание о строгой изоляции. С указанными пред­ложениями определен-ным образом перекликается высказанное мнение о том, чтобы вообще исключить арест из перечня видов уголовных наказаний (наряду с ограниче­нием свободы), поскольку оно «не соответствует политике и целям уголовного наказания».2

Таким образом, с учетом изложенного выше, можно определить специфическую цель ареста как вида уголовно­го наказания следующим образом: оказание на осужденного положительного психологического воздействия в условиях кратковременной изоляции от общества.

Содержание в дисциплинарной воинской части является основным видом наказания, оно назначается военнослужа­щим, проходящим военную службу по призыву, а также воен­нослужащим, проходящим военную службу по контракту на должностях рядового и сержантского состава, если на мо­мент вынесения судом приговора они не отслужили установ­ленного законом срока службы по контракту (ст. 55 УК РФ).

Уголовно-правовая сущность этого вида наказания зак­лючается в том, что осужденный принудительно направля­ется на определенный в приговоре срок в дисциплинарную воинскую часть, в которой подвергается исправительному воздействую посредством специального режима содержа­ния, а также комплексом воспитательных мер.

В юридической литературе отмечается достаточно вы­сокая эффективность дан-ного вида уголовного наказания. В частности, приводятся данные, согласно кото-рым содержа­ние в дисциплинарной воинской части применялось в после­дние годы примерно к половине всех осужденных военнослу­жащих срочной службы.1

Это дает возможность многим военнослужащим, совер­шившим воинские и общеуголовные преступления, не представляющие большой общественной опасности, отбывать наказание, одновременно выполняя обязанности военной службы.

Однако у меня сложилась несколько иная позиция. Полагаю, что этот вид наказания представляется во­обще излишним, не вписывающимся в логику пенализации общественно опасных деяний. Подробное рассмотрение этого вопроса выходит за рамки этого исследования. За­мечу лишь, что, на мой взгляд, для военнослужащих нака­заний в виде ареста и ограничений по военной службе (ст. 51 УК РФ) вполне достаточно для того, чтобы за опре­деленный круг воинских преступлений небольшой тяжести исполнять их по месту и в рамках военной службы. При этом срок наказания не должен превы­шать шести месяцев. Общественно опасное деяние, за ко­торое может быть назначен срок свыше 6 месяцев, должно наказываться обычным лишением свободы, а не содержа­нием в дисциплинарной воинской части, тем более что число таких осужденных сравнительно небольшое, и устройство для них специализированных заведений вряд ли оправдано. Непонятны также критерии, по которым законодатель вы­деляет для отбывания наказания до 2 лет именно катего­рию военнослужащих; в отношениях с государством по по­воду совершенного преступления они должны быть наравне со всеми остальными гражданами, что в большей мере бу­дет отвечать принципам равенства граждан перед законом и справедливости (ст.ст. 4, 6 УК РФ).

Тем не менее, поскольку данный вид уголовного наказа­ния является реальнос-тью, представляется необходимым сформулировать для него специфическую цель. Таковой, на мой взгляд, является создание условий для осужденного, позволяющих сочетать отбывание наказания за совершенное преступление с прохождением воинской службы.

Лишение свободы на определенный срок состоит в изо­ляции осужденного от общества путем направления его в колонию-поселение или помещения в исправительную коло­нию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму (ст. 56 УК РФ).

В уголовно-правовой и уголовно-исполнительной лите­ратуре достаточно много внимания уделяется данному виду наказания. В этой связи сосредоточу свое внимание лишь на наиболее важных, на мой взгляд, проблемах, связан­ных с этим институтом. Прежде всего, обратим внимание на то обстоятельство, что в УК РФ 1996 г. по сравнению с УК РСФСР 1960 г. значительно увеличены сроки наказания. Те­перь лишение свободы на определенный срок может соста­вить 20 лет; в случае частичного или полного сложения сро­ков по совокупности преступлений - до 25 лет, а по совокупности приговоров - до 30 лет (ст. 56 УК РФ). По УК РСФСР 1960 г. максимальный срок лишения свободы состав­лял 15 лет, а по УК РСФСР 1922 и 1926 гг. - 10 лет. Таким образом, в наказании в виде лишения свободы в течение ны­нешнего века произошло существенное усиление каратель­ного аспекта.

Это шаг законодательной практики был осуществлен вопреки устоявшимся теоретическим взглядам о нецелесо­образности установления длительных сроков лишения сво­боды и, напротив, целесообразности смягчения мер наказа­ния за счет снижения максимальных сроков лишения свободы1.

Могу констатировать таким образом, что совре­менный институт лишения свободы в части установления пределов этого наказания в решающей степени предопреде­лен социально-криминогенной обстановкой российского об­щества, при которой государство пока не может предложить более эффективного практического средства воздействия на преступников.

В действующем уголовном законодательстве число ста­тей, содержащих этот вид наказания, составляет 215, что намного превышает удельный вес других видов наказания. В этом смысле законодатель принял решение также вопреки настойчивым рекомендациям ученых и даже международ­ных форумов. Как отмечает С.В. Полубинская, «это гумани­стическое направление (т.е. применение наказаний, не свя­занных с лишением свободы) ... значительно уменьшает отрицательные последствия реального примене­ния лишения свободы и для осужденных, и для общества в целом, способствуя при этом реализации принципа неотвра­тимости ответственности»2.

Общепризнанные доводы в пользу уменьшения практи­ки назначения лишения свободы заключались в том, что это позволяло легче приспосабливать осужденных к законопос­лушному образу жизни, не разрывать их полезные социальные связи, уменьшать количество осужденных в исправитель­ных учреждениях и тем самым снизить рецидив. Кроме того, реализация наказания без лишения свободы обходится госу­дарству (налогоплательщикам) значительно дешевле.

Как представляется, предложения о сокращении применения института лишения свободы в качестве госу­дарственной карательной меры разрабатывались и основы­вались, образно говоря, в замкнутом уголовно-правовом и уголовно-исполнительном пространстве, без должного уче­та, а нередко и совершенно игнорируя иные социальные яв­ления, так или иначе влияющие на принятие законодатель­ных решений. В этом смысле следует отметить недостаточную, на мой взгляд, связь с правом других наук, и прежде всего социологией, политологией, экономикой, занимающихся исследованием более обширных (чем науки уголовно-правового комплекса) проблем, касающихся всего об­щества в целом, стратегических направлений его развития, в то время как институт лишения свободы является лишь частью общественного бытия. С учетом содержания лишения свободы полагаю, что специфической целью данного вида уголовного наказа­ния является ресоциализация осужденного.

Пожизненное лишение свободы устанавливается толь­ко как альтернатива смертной казни за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, и может назна­чаться в случаях, когда суд сочтет возможным не приме­нять смертную казнь (ст. 57 УК РФ). По своему содержанию данный вид наказания практически не отличается от лише­ния свободы на определенный срок, не случайно, что в уголовно-исполнительном законодательстве вопросы, связан­ные с его исполнением, регулируются в разделе о лишении свободы на определенный срок.

Следует отметить, что введению этого вида наказания предшествовала доста-точно оживленная дискуссия в юри­дической литературе. Обращалось, в част-ности, внимание на то, что с точки зрения социальной реабилитации здесь перспектив нет, а сам вид этого наказания российской и со­ветской наукой уголовного права отвергался.1

Не считают целесообразным применение этого вида на­казания и ряд современных ученых.2

Не имея цели углубляться в эту дискуссию, ограничусь лишь указанием на то, что пожизненное лишение свободы по карательной мощи превосходит лишение свободы на оп­ределенный срок. Соответственно специфической целью пожизненного лишения свободы как вида уголовного наказа­ния должны быть, на мой взгляд, ограждение общества от общественно опасного лица.

Смертная казнь представляет собой исключительную меру уголовного наказания, которая может быть уста­новлена только за особо тяжкие преступ-ления, посягаю­щие на жизнь (ст. 59 УК РФ). Об этом виде наказания имеется огромное количество литературы, в связи с чем здесь будет дана лишь сущностная оценка рассматрива­емого вопроса.

Прежде всего отметим, что жизнь является объектом уголовного наказания, то есть прямого государственного посягательства на это благо за совершение особо тяжких пре­ступлений (ч. 2 ст. 6 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 2 ст. 20 Конституции России, ст. 44, 49 УК РФ). Обратим внимание на то, что во Всеобщей декла­рации прав человека отсутствуют нормы, предусматриваю­щие возможность применения смертной казни, в связи с чем, на мой взгляд, несколько снижается соответствие данного акта реальному положе-нию дел в большинстве стран мира, где наказание в виде смертной казни существует и будет существовать, вероятно, еще многие годы.

Представляется также, что призывы и движения за отмену смертной казни, как и в целом за смягчение уголов­ных репрессий, переоценивают готовность общества пойти окончательно на эти шаги. В России в прошлом (начиная с Елизаветы Петровны) и настоящем неоднократно предпри­нимались попытки исключить лишение жизни из перечня уго­ловных наказаний, однако спустя непродолжительное время смертная казнь каждый раз возвращалась в уголовный за­кон. В настоящее время этот вид наказания также содер­жится в уголовном законе. Правда, в соответствии с реше­нием Конституционного Суда РФ суды от 2 февраля 1999 г. общей юрисдикции не могут выносить "смертные" пригово­ры до тех пор, пока во всех субъектах РФ не будут созданы суды присяжных.1

Вместе с тем нельзя забывать, что в стране происходит неудержимый рост преступности, в том числе тяжких и особо тяжких, когда право на жизнь стоит под угрозой для мно­гих законопослушных граждан. В этих условиях «милость к падшим» (прежде всего убийцам и насильникам) вряд ли най­дет понимание в обществе. В новом УК РФ значительно уси­лены санкции за ряд преступлений (так за умышленное убий­ство без отягчающих обстоятельств предусмотрено лишение свободы на срок от 6 до 15 лет, а было - от 3 до 10), и в целом наш нынешний уголовный закон, несмотря на сокращение составов преступлений, за которые возможна смертная казнь, является более суровым, чем прежний. Усиление уго­ловных репрессий наблюдается и в других странах, в частно­сти в США. Я полагаю также, что осуществление в после­днее время террористических актов с тяжелейшими последствиями в сравнительно благополучных государствах (США, Англии, Франции, Израиле) дает основа­ния для постановки вопроса об усилении в этих странах уго­ловных репрессий за их совершение.

Такие тенденции могут вызывать, конечно же, лишь со­жаление. Но они отражают реальное состояние современно­го общества, отдельных членов которого, как и во все пред­шествовавшие времена, ничто не может остановить от преступных деяний; за наиболее тяжкие из них государство вынуждено лишать даже "божественного" права на жизнь, удовлетворяя общественные ожидания в суровом возмез­дии за совершенное зло. Иначе общество поступить пока не может: здесь совокупные эмоции (возмущение, гнев, ярость) как реакция на злодеяние влияют на законодателя и суд силь­нее, чем совокупный разум и трезвый расчет.

В результате я считаю, что специфической целью смертной казни как вида уголовного наказания является воз­мездие осужденному от имени общества за совершение осо­бо тяжкого преступления, а также устрашение других членов общества возможными последствиями в случае совершения определенного особо тяжкого преступления.

Подытоживая, можно отметить, что каждый вид уго­ловного наказания имеет свою специфическую цель - свои предложения по их содержанию мною сформулированы ра­нее. Иначе и не может быть - в противном случае терялся бы смысл разделения наказания на различные виды. Все эти специфические цели можно считать подцелями уголовного наказания, имея в виду, что основными целями наказа­ния являются исправление осужденных, предупреждение со­вершения новых преступлений как самим осужденным, так и другими лицами, а также моральное удовлетворение об­щества в частичной компенсации причиненного преступле­нием зла - такая формулировка, на наш взгляд, предпочти­тельней восстановления социальной справедливости. Та­кое построение целей наказания позволит, на мой взгляд, с большей эффективностью их реализовывать и тем самым способствовать достижению задач, стоящих перед уголов­ным правом в целом.


§3.3. Перспективы развития института наказания в России.

В настоящее время все более очевидной становится тенденция укрепления роли наказания как главного средства принудительного государственного воздействия на лиц, совершивших преступления. В подавляющем большинстве стран, воспринявших и законодательно воплотивших в конце ХIХ- начале ХХв. идею некарательного воздействия на преступника, наблюдается возрастающий интерес к принципам неоклассической школы. Система принудительных мер, не имею-щих статуса на­казания, отмирает главным образом потому, что глобальный пра-вовой эксперимент, длившийся почти 100 лет, показал ущербность избранной уголовно-правовой доктри­ны, обернувшейся гораздо большей репрессивностью государственного принуждения и попытками отрицания таких основополагаю-щих идей уголовного права, как виновность, законность и справедливость. Не случайно вскоре после Октябрьской революции 1917 г. в России были введены в законодательство и меры социальной защиты, и условное осуждение, отвергаемые в дореволюционной России как новации, гибельные для системы уголовной юстиции.

Все неблагоприятные правовые и иные последствия возникновения и существо­вания феномена «неопределенности уголовно-правового принуждения» еще предстоит осмыслить не только в нашей стране, но и за рубежом. Однако для дальнейшего развития уголовного законодательства следовало бы уже сейчас определиться, какой курс уголовно-правовой политики мы намерены проводить в обозримом будущем. Без выработки стратегии в области борьбы с преступностью невозможно свернуть с пути заимствования и копирования современного зарубежного опыта, который по многим позициям сам далек от совершенства.

Кардинальная и последовательная уголовно-правовая реформа не может проводиться без формирования четкой позиции законодателя по отношению к принципу неотвратимости наказания.

Если нас устраивает построение уголовного законодательства по принципу неотвратимости уголовной ответственности, то необходимо исключить из закона освобождение от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, а в остальном следовать привычной уже логике законотворчества: вводить различные формы освобождения от уголовного наказания, предусматривать возможность услов­ного назначения все большего количества видов наказаний, устанавливать более льготный порядок условно-досрочного освобождения, включать в систему наказаний меры, не представленные ни в одной из санкций Особенной части и уже поэтому наказаниями не являющиеся, законодательно закреплять условную амнистию и поми­лование. Однако в таком случае не следует рассчитывать на большую солидарность населения с подобной псевдогуманной уголовно-правовой политикой, на повышение результативности в работе правоохранительных органов, а также на снижение общих затрат на борьбу с преступностью.

В случае же ориентации на возврат к принципу неотвратимости наказания прежде всего следует усовершенствовать систему наказаний и санкций за отдельные преступления, свести возможность судебного усмотрения к минимуму, определить удельный вес каждого из смягчающих и отягчающих обстоятельств для назначения наказания, унифицировать условное осуждение и применять его лишь к лицам, совершившим впервые нетяжкие преступления, с перспективой полной ликвидации института условного наказания.

Поэтапное восстановление тесной связи между преступлением и наказанием не может привести к ужесточению уголовно-правовой политики. Напротив, в условиях неопределенности уголовно-правового воздействия человек, виновный в совершении преступления, в гораздо меньшей степени защищен от административного произвола, сводящего на нет конституционный принцип равенства граждан перед законом.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Особого внимания в связи с решением проблем совершенствования уго­ловного законодательства заслуживают существующие в общественном мнении противоречия относительно целей наказания. Исследования пока­зывают, что общественное мнение, выступая в целом за расширение уго­ловной ответственности и за ужесточение санкций в рамках действующе­го законодательства, одновременно склоняется к тому, что эффектив­ность, например, лишения свободы невелика и отбывание наказания в местах лишения свободы в большинстве случаев не достигает цели исп­равления и тем более перевоспитания.

В теории уголовного права в последние годы единодушно высказывалась мысль о необходимости внести изменения в систему нака­зания, в частности, устранить существенный разрыв в степени кары между лишением свободы, с одной стороны, и остальным наказаниям - с другой.

Представляется, что в Уголовном кодексе в части первой ст.60 «Общие на­чала назначения наказания» определенно отражено стремление устранить эту проблему указанием, что «более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается лишь в слу­чае, если менее строгий его вид не может обеспечить достижение целей наказания». Это положение наиболее полно закрепляет гуманистический принцип экономии уголовной репрессии, торжество не карательной сущности уголовного наказания, а прежде всего его воспитательной основы.

БИБЛИОГРАФИЯ

  1. Конституция РФ. 1993 г.

  2. Уголовный кодекс РФ. 1996 г.

  3. Всеобщая декларация прав человека. Принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.

  4. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 19.10.1971 г. «О судебной практике условно-досрочного освобождения осуждённых от наказания и замены неотбытой части наказания более мягким».

  5. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11.071972 №5 «О практике применения судами исправительных работ без лишения свободы».

  6. Уголовное право РФ: Общая часть. М., Юристъ, 1996.

  7. Наумов А.В., Никулин С.И., Рарог А.И.. Уголовное право России: Общая часть. М., 1997.

  8. Уголовное право. Общая часть М.: Изд. группа ИНФРА– Норма. 1997.

  9. Алёхин А.П., Кармолицкий А.А., Козлов Ю.М., Административное право РФ, М., 1996.

  10. Истомин А.Ф. Общая часть уголовного права: Учебное пособие (альбом схем), М., 1998.

  11. Никонов В.А. Эффективность общепредупредительного воздействия уголовного наказания, М., 1990.

  12. Карпец И.И Наказание: социальные, правовые и криминологические проблемы, М., 1973.

13. Б.В.Здравомыслов "Уголовное право РФ." М., 1996г.

14. М.Д.Шаргородский "Наказания и его цели и эффективность." Л.,1973г.

15. М.С. Гринберг. Пределы принуждения (уголовно – правовой аспект). //

Государство и право.1994.№4.стр.33-42.

16. Н.С. Малеин. Современные проблемы юридической ответственности.//

Государство и право.1994.№6.стр.23-32.

17. Гальперин И.М. Наказание: Социальные функции, практика применения.-М.: Юрид.лит., 1983.

18. Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Политико-юридическое исследование. Саратов, 1973.

19. Уголовное право. Общая часть: Учебник/ под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. М.,1997.

20. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. Учебник/ Под ред. Р.Р.Галиакбарова. Саратов, 1997.

21. Наташев А.Е., Стручков Н.А. Основы теории исправительно-трудового права. М.,1967.


1 Познышев С.В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904. С.262-263.


2 Русское уголовное право. Пособие к лекциям Н.Д.Сергеевского. Часть Общая. Изд. 11-е.Петроград, 1915.с.101.


1 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Политико-юридическое исследование. Саратов, 1973. С.19.

1

1 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Плитико-юридическое исследование. Саратов. 1973. С.31.

2 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Плитико-юридическое исследование. Саратов. 1973. С.50.


1 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Плитико-юридическое исследование. Саратов. 1973. С.51.

1 Курс советского уголовного права. Л., 1970.Т.2.с.201.

2 Дементьев С.И. Лишение свободы: уголовно – правовые и исправительно – трудовые аспекты. Ростов, 1981. С.45.

3 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в Советском государстве: Политико – юридическое исследование. С.31

4 Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. Учебник для юридических вузов/ ред. Б.В. Здравомыслов. М., 1996. С.340.

5 Уголовное право. Общая часть: Учебник/ Под ред. Н.И.Ветрова, Ю.И.Ляпунова. М.,1997. С.408.

6 Дуюнов В.К. Наказание в уголовном праве России – принуждение или кара?//Государство и право. 1997.№11.с.67.

7 Дуюнов В.К. Наказание в уголовном праве России – принуждение или кара?//Государство и право. 1997.№11.с.68.

1 Дуюнов В.К. Наказание в уголовном праве России – принуждение или кара?//Государство и право.1997.№11.с.66.

2 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в советском государстве: Политико – юридическое исследование. Саратов, 1973. С.41.

3 Пономарев С.Н. Вступительное слово к теоретическому семинару// Цели уголовного наказания. Рязань, 1990. С.4.

1 Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в советском государстве. Саратов, 1973. С. 59.

1 Преступность и правонарушения. М., 1957. С.97.

1 Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации и Минимальным стандартным

правилам обращения с заключенными/ Под ред. Мищенкова. М., 1997. С.140.


1 Российская юридическая энциклопедия/ Главный редактор А.Я. Сухарев. М., 1999. С.498.

1 Курс уголовного права. Общая часть/ Под ред.Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 1999. С.38.

1 Меньшагин В.Д. О принудительных работах по месту работы// Социалистическая законность. 1958. №12. С. 43.

1 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1999. С.409.

1 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1999. С. 409.

1 Яковлев В.В. Уголовно-правовая характеристика ареста (теоретический аспект). Автореф. Дис. … канд. юрид. наук. С-Пб, 1999. С.11.

2 Калинин Ю.И. Система исполнения наказания никогда не работала только на себя//Преступление и наказание. 1999. №1. С. 3.

1 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 1999. С.409.

1 Келина С.Г. Некоторые принципиальные идеи, лежащие в основе теоретической модели уголовного кодекса// Проблемы советского уголовного заканодательства. М., 1984. С.9.

2 Полубинская С.В. Цели уголовного наказания. М., 1990. С. 130-131.

1 Шаргородский М.Д. Наказание по советскому уголовному праву. М., 1958. С.94.

2 Кузьмин С.И. Пожизненное лишение свободы: взгляд со всех сторон/ Обзор мнений на научно-теоретическом семинаре// Человек: преступление и наказание. 1995. №2. С. 10.

1 Российская газета. 1999г. 10 февраля.


Случайные файлы

Файл
118557.rtf
113054.rtf
138025.rtf
42415.rtf
175734.rtf