Соотношение доказательств и данных, полученных в результате ОРД (diplom)

Посмотреть архив целиком

14



ВВЕДЕНИЕ


Создание высокоэффективной системы уголовного судопроизводства – одна из важнейших задач нынешней правовой реформы, проводимой в России. В этой связи особое значение приобретает вопрос формирования в структуре действующего уголовно – процессуального законодательства механизма реализации оперативной информации, добываемой соответствующими подразделениями органа дознания.

Розыскная деятельность исстари сопутствует правосудию на всём протяжении его истории. Именно в её функции входило раскрытие преступлений, установление и розыск виновных, подлежащих затем передаче в суд.

В истории российского уголовного процесса известны диаметрально противоположенные варианты реализации информации сыскных ведомств. Так, в период, предшествовавший Октябрьской революции, и во времена "культа личности" результаты сыска по ряду преступлений напрямую использовались в качестве судебных доказательств, для чего создавались специальные органы внесудебного рассмотрения уголовных дел. Причем, это явное беззаконие с точки зрения других нормативных актов, например Конституции СССР 1936г., освящалось, как ни странно, самим Высшим надзором за законностью. В приказе Прокурора СССР от 27.11.1938 № 1/001562 в этой связи прямо предписывалось направлять уголовные дела в Особые совещания тогда, "когда характер доказательств виновности обвиняемого не допускает использования их в судебном заседании (агентурные данные; документы, не подлежащие в силу серьёзных оперативных соображений предъявлению в судебном заседании и т.д.), когда доказательствами по делу являются свидетельские показаний лиц, которые не могут быть в силу серьёзных оперативных соображений допрошены в суде"1.

Аналогично решался вопрос и в конце 19 - начале 20 р.в., когда на основе введенных 19.05.1871 "Правил о порядке действие чинов корпуса жандармов по расследованию преступлений"2 в царской России тоже был установлен административный порядок разрешения некоторых "политических" дел. Критерий их выделения был тот же, что и в период сталинщины - отсутствие у органов сыска таких улик, которые можно было бы представить в обычном суде. Жандармское же дознание строилось в основном на агентурных материалах, сведениях, поступивших от наружного наблюдения, а также службы, осуществлявшей перлюстрацию почтовой корреспонденции.

Член Орловского окружного суда В. Федотов-Чеховский в 19 веке писал: “ Без улучшения розыска никакие реформы по следственной части не принесут России существенной пользы. Ожидать от одного судебного следователя удовлетворительных результатов в следственном деле так же неосновательно, как ожидать от художника картины без кистей, красок и полотна.”3

Оценивая состояние интересующей нас проблемы следует отметить, что с момента образования Советского государства и вплоть до начала 90-х годов большинство элементов оперативного розыска в России регламентировалось только закрытыми нормативными актами КГБ и МВД СССР, что фактически выводило эту деятельность из под общественного контроля и закладывало основу для возможных здесь злоупотреблений. Однако и нынешний подход, использованный законодателем, не позволяет до сегодняшнего дня однозначно определить правовую природу ОРД, её соотношение с уголовным процессом и процессуальным доказыванием. Не полностью названы в Законе об ОРД задачи сыска, а если при этом учесть, что ст.5 данного закона вообще запрещает решать в процессе ОРД иные (кроме названных в ст.2) задачи, то складывается весьма противоречивая ситуация. Излишне жестко сформулирована ст.6 этого же закона. Императивно установив перечень разрешенных оперативно- розыскных мероприятий, законодатель невольно поставил барьер перед внедрением в практику оперативно-розыскной деятельности новейших достижений НТП, которые могут способствовать расширению возможностей спецслужб.

Целью дипломной работы является анализ природы соотношения доказательств и данных, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности, а так же возможность использовать в доказывании данных, полученных оперативно-розыскным путём. Представляется, что без продуктивного использования оперативной информации в ряде случаев вообще невозможно обеспечить достижение целей, стоящих перед уголовным судопроизводством. Речь идёт о неочевидных и латентных преступлениях (торговля наркотиками, оружием, контрабанды), акциях организованных преступных группировок, доля которых в общей структуре российской преступности велика.

Задачами дипломной работы являются:

- анализ соотношения уголовного процесса и оперативно – розыскной деятельности.

- анализ гносеологической основы уголовного процесса и оперативно- розыскной деятельности.

- анализ соотношения процессов доказывания в уголовном процессе и документирования в ходе оперативно-розыскной деятельности.






  1. УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС И ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ


Оперативно-розыскная деятельность, как и деятельность уголовно-процессуальная, предназначена для целенаправленной защиты человека, общества и государства от преступных посягательств.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» 4: «Оперативно-розыскная деятельность вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то Федеральным законом в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств». Анализ природы оперативно-розыскной деятельности позволяет выделить ее наиболее характерные черты:

- оперативно-розыскная деятельность это самостоятельный вид государственной деятельности, которую вправе осуществлять только оперативные подразделения соответствующих государственных органов, наделенных определенными правами и выполняющих возложенные на них обязанности;

- содержанием оперативно-розыскной деятельности являются оперативно-розыскные мероприятия, проводимые сотрудниками оперативных подразделений при наличии указанных в законе оснований и условий, а также ведения дел оперативного учета;

- оперативно-розыскная деятельность осуществляется преимущественно негласными, тайными методами. Негласный характер этой деятельности является важнейшей гарантией ее эффективности, успешного решения тех специфических задач, ради которых и учреждена оперативно-розыскная деятельность;

- оперативно-розыскная деятельность призвана решать особые задачи, которые не решают и не могут решать никакие другие государственные органы;

- негласная оперативно-розыскная деятельность всегда связана с вторжением в сферу прав и свобод человека и гражданина, их возможным ограничением. В правовом государстве основания и пределы возможного ограничения этих прав и свобод регулируются только законом. И закон призван создать достаточно эффективную систему правовых гарантий, призванных исключить необоснованное ограничение прав и свобод граждан. Восстановление нарушенных при осуществлении оперативно-розыскной деятельности прав и законных интересов физических и юридических лиц возможно в судебном порядке;

- оперативно-розыскная деятельность осуществляется на основе специфических принципов, свойственных только этому виду государственной деятельности.

Специфические задачи оперативно-розыскной деятельности обуславливают само ее существование. В совокупности с другими признаками они позволяют также отличать данный вид деятельности от других: уголовно-процессуальной, административной, контрразведывательной и частной детективной и охранной деятельности.

Успешное решение задач оперативно-розыскной деятельности реально обеспечивает достижение ее целей - защиту жизни, здоровья, прав и свобод личности, собственности, безопасности общества и государства от преступных посягательств (ст. 1 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»).

Согласно закону основными задачами оперативно-розыскной деятельности являются:

а) выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений;

б) выявление и установление лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления;

в) розыск лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда;

г) розыск лиц, уклоняющихся от уголовного наказания;

д) розыск лиц, без вести пропавших лиц;

е) добывание информации о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности России (ст. 2 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»).

Перечисленные задачи конкретизируются в других законах, регулирующих основную деятельность государственных органов и учреждений, наделенных правом на проведение оперативно-розыскных мероприятий.

В числе задач оперативно-розыскной деятельности важнейшими являются задачи непосредственно связанные с преступлениями и решение которых призвано обеспечить интересы уголовного судопроизводства. К ним относятся: 1) выявление и раскрытие преступлений и 2) выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.

Сравнение перечисленных задач с задачами уголовного судопроизводства указывает на то, что в своей основе они являются общими для оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности, что характеризуют органическую связь этих видов государственной деятельности. Вместе с тем между ними следует усматривать некоторое различие. Задачи оперативно-розыскной деятельности состоят в выявлении и раскрытии только тяжких и особо тяжких неочевидных преступлений (их называют также преступлениями, совершенными в условиях неочевидности) и, прежде всего, совершенных или совершаемых организованными преступными группами.

В.П. Хомколов справедливо указывает на то, что деятельность оперативно-розыскных аппаратов «это объективно необходимая форма борьбы с преступностью, обусловленная способами совершения некоторых видов преступлений, для которых характерна тщательная организация, использование различных способов конспирации и сокрытия следов при их подготовке и совершении»5.

Уголовный процесс деятельность правовая, правоприменительная и правоохранительная. Она непосредственно направлена на решение вопросов уголовной ответственности определенного лица (его виновности или невиновности, меры уголовного наказания и т.д.) и на достижение тем самым цели правосудия по уголовному делу. Эта цель достигается специфическими уголовно-процессуальными методами и средствами.

Оперативно-розыскная деятельность соприкасается с уголовным процессом лишь той своей частью, которая призвана оказывать помощь и содействие органам расследования и прокуратуре в раскрытии особо опасных преступлений и изобличении опасных преступников

Оперативно-розыскная деятельность, находясь за пределами уголовного судопроизводства, является самостоятельным видом государственной деятельности.

Оперативно-розыскная деятельность может предшествовать возбуждению уголовного дела и играть важную роль в обнаружении признаков преступления и в подготовке условий для успешного раскрытия и расследования преступлений. Она может проводится параллельно с уголовно-процессуальными, следственными действиями, оказывая помощь и содействие в успешном проведении последних.

Существенным признаком уголовного процесса, отличающим его от всех других видов государственной деятельности, в том числе и оперативно-розыскной, является то, что производство по уголовным делам осуществляется в установленных законом процессуальных формах.

Под процессуальной формой понимаются узаконенные способы построения уголовного процесса в целом, его отдельных стадий и институтов, а также установленный законом порядок совершения действий в ходе уголовного судопроизводства и решения стоящих перед ним задач.

«Процессуальная форма, как справедливо отмечает М.С.Строгович, это не пустая формальность, это абсолютно необходимое условие правильности расследования и разрешения уголовных дел»6.

Оперативно-розыскная деятельность осуществляется не в уголовно-процессуальных формах, а на базе совершенно иных по сравнению с уголовным судопроизводством принципов, совершенно иными методами и средствами. Важнейшие из них явно несовместимы с принципами, методами и средствами уголовного судопроизводства, и прежде всего несовместима конспирация (негласность), органически присущая оперативно-розыскной деятельности, с гласностью, без которой в сущности не может нормально функционировать уголовное судопроизводство.

Далее, если уголовное судопроизводство требует детальной правовой регламентации и исключительно законодательного ее регулирования, то оперативно-розыскная деятельность обязательно предполагает допущение достаточно широкого усмотрения ведущих ее должностных лиц в пределах предоставленных им законом и другими нормативными актами полномочий; в силу этого она не поддается исключительно законодательному регулированию: здесь наряду с законом и в пределах предусмотренных законом, обязательно предполагаются и подзаконные, ведомственные акты (положения, инструкции, приказы), без которых нормальное правовое регулирование ее оказывается невозможным.

Таким образом, правовая природа этих двух видов государственной деятельности совершенно различна вследствие специфики их непосредственных целей и задач, их предметов, а также методов и средств достижения их целей.

Недаром опыт истории побудил в свое время законодателей многих стран принять формальное решение об отделении уголовного судопроизводства от деятельности администрации (в том числе от производства сыска. И многолетний опыт деятельности наших органов госбезопасности и органов внутренних дел красноречиво свидетельствует о том, что любые попытки совмещения, "сращивания" уголовно-процессуальных действий с оперативно-розыскными действиями, то есть смешение непосредственных целей и задач, предметов, принципов, методов и средств уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности, неизбежно ведут к деформации и уголовного судопроизводства, извращениям его форм и гарантий и, как следствие, к грубейшим нарушениям законности. Одновременно это чревато и подрывом основы оперативно-розыскной деятельности - принципа конспирации, в результате чего данная деятельность перестает быть эффективной.

Четкое разграничение предметов, принципов, методов и средств уголовного судопроизводства и оперативно-розыскной деятельности - объективная необходимость, с которой нельзя не считаться. Однако проведение такого разграничения требуется не для того, чтобы оторвать, изолировать друг от друга эти два вида государственной деятельности и возвести между ними некую непреодолимую стену. Оно нужно для другой цели -для последующей их интеграции на вполне рациональной, научной основе, с тем чтобы обеспечить эффективное взаимодействие между следователями и оперативными подразделениями при раскрытии особо опасных преступлений.

Известно, что успешное решение задач уголовного судопроизводства по делам о наиболее опасных преступлениях, совершаемых обычно опытными, изощренными преступниками, возможно лишь тогда, когда предварительное расследование обеспечивается хорошо разработанными и целеустремленно проводимыми оперативно-розыскными и административными мероприятиями оперативных подразделений. Борьба с такими преступлениями требует слаженного взаимодействия между следователями и оперативными подразделениями, без чего невозможно успешное решение задач как следственного, уголовно-процессуального, так и оперативного характера. Именно поэтому проблема организации такого взаимодействия остается одной из актуальнейших уже в течение многих лет. Многократные ее обсуждения убедительно подтвердили, что организация эффективного взаимодействия между следователями и оперативными подразделениями в целях успешного решения следственных и оперативных задач возможна лишь на основе предусмотренного в нашем

законодательстве строгого разграничения их функциональных обязанностей. Последнее в свою очередь вполне осуществимо при учете качественных различий, существенной специфики предметов, принципов, методов и средств уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности, при недопущении смешения их качественно различных непосредственных целей и задач, которые всегда должны четко формулироваться перед соответствующими следователями и оперативными работниками. Только таким путем возможно рационально распределить, права, обязанности и ответственность между ними в ходе решения ими тесно взаимосвязанных оперативных и процессуальных задач. Лишь при этих условиях возможно обеспечить такое положение, чтобы каждый из них, имея для этого необходимые права и неся в их пределах всю полноту ответственности, занимался своим делом.

При этом, конечно, роль уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности в процессе решения различных по своему характеру задач не может быть одинаковой. Задачи чисто уголовно-процессуального характера должны решаться непосредственно методами и средствами уголовного судопроизводства, на основе строгого соблюдения всех принципов и норм советского уголовного процесса. Уголовно-процессуальная деятельность в этом случае должна рассматриваться как основная деятельность, по отношению к которой все оперативно-розыскные средства и методы должны носить вспомогательный, подсобный характер.


2. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА И ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ



2.1. Гносеологическая природа доказывания и оперативно – розыскной деятельности


Соотношение доказательств и данных, полученных в результате оперативно- -розыскной деятельности необходимо рассматривать в ключе их единой гносеологической природы. Процесс познания составляет основу, как доказывания, так и оперативно – розыскной деятельности.

Являясь разновидностью познавательной деятельности, как доказывание так и оперативно – розыскная деятельность целом развиваются в соответствии с законами познания, за­конами теории отражения. Как в любом процессе познания, в доказывании и в оперативно – розыскной деятельности, имеет место чувственное и рациональное познания, осуществ­ляемое субъектами этой деятельности.. Возможность и не­обходимость применения чувственного и рационального познания в опера­тивно-розыскной деятельности, в доказывании как и в других областях познания, обуслов­лены самой объективной действительностью. Обстоятельства и факты обра­зующие объект оперативно-розыскной деятельности или объект доказывания отражаются в окру­жающем мире различными сторонами и свойствами. Однако не все из них находят прямое отражение в действительности, а, следовательно, непосред­ственно проявляются во вне. Например, мотивы лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления, довольно редко получают такое отражение, но это не значит, что они не могут быть установлены в процессе оперативно-розыскной деятельности. Возможность познания неви­димого, неслышимого заложена в самих событиях объективной действи­тельности, в объективных связях, существующих между явлениями, доступ­ными для непосредственного восприятия органами чувств и явлениями не­доступными для такого восприятия.

Указанной выше предпосылки недостаточно, чтобы познать отноше­ния и свойства, недоступные непосредственному восприятию органов чувств. Другая предпосылка заложена во взаимосвязи чувств и разума, их принадлежности к человеческому сознанию. Причем связь в сознании чело­века между чувственным и рациональным должна отражать, воссоздавать связи, существующие в объективной действительности между свойствами и явлениями, доступными соответственно для чувственного и рационального познания7.

Субъект познания, устанавливая при помощи доказательств обстоятельства дела, точно также как и в любых других областях человеческой деятельности, переходит от чувственного восприятия отдельных фактов, признаков, свойств тех или иных объектов, играющих роль доказательств, к логическому осмыслению воспринятого, к рациональному мышлению.

Чувственному познанию в оперативно-розыскной деятельности и в доказывании соот­ветствует часть, именуемая собиранием доказательств или оперативной информации, а рациональному познанию - их оценка, происходящая в процессе мыслительной деятельности. Оценивая доказатель­ства или оперативную информацию субъекты оперируют результа­тами чувственного непосредственного и опосредованного познания, то есть сведениями, содержащимися в доказательствах или оперативной информации.

Следует согласиться с Зайковским В.Н., который отмечает, что вплоть до извлечения информации об исследуемом событии из её первичных носителей говорить об отличиях оперативно – розыскной информации и доказательств не имеет смысла, поскольку таких понятий на тот момент вообще не существует.8 Оба они возникают только с началом активного воздействия на носители информации оперативно- -розыскных подразделений органов дознания и следственно – судебных органов с целью её извлечения оттуда. То есть, как оперативные материалы, так и доказательства имеют общий первоисточник – материальные и идеальные

следы”, оставленные элементами преступления в реальном мире, а значит, оба они являются разновидностями такого родового понятия как “ информация об обстоятельствах, связанных с преступлением”.




















2.2 Понятие и виды доказательств. Собирание доказательств


Статья 74 УПК РФ определяет доказательства следующим образом:

Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых в порядке, определённым настоящим Кодексом, суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

При определении доказательств принято исходить из единства доказательственной информации (его содержания) и процессуального источника ( его процессуальной формы). Такое понимание представляется верным, поскольку вне процессуальной формы (предусмотренного УПК РФ источника доказательств) никакая информация не будет иметь доказательственного значения.

По справедливому утверждению М.С. Строговича, это всегда форма совершения процессуальным законом действий и принятия предусмотренных законом решений и, вместе с тем, форма процессуального закрепления этих действий и решений (протокол, постановление, приговор).9

В соответствии с ч.2 ст. 74 УПК РФ выделяются следующие виды доказательств:

Показания свидетеля – сообщение лица об известных ему обстоятельствах уголовного дела, оформленное в установленном законом порядке.

Показания потерпевшего – оформленное в соответствии с законом сообщение лица об обстоятельствах преступления, которым данному лицу причинен моральный, физический или имущественный вред.

Показания обвиняемого – сообщение по поводу обвинения и иных обстоятельств уголовного дела, оформленное в установленном законом порядке.

Показания подозреваемого – сообщение лица по поводу возникшего в отношении его подозрения, в совершении им преступления, оформленное в соответствии с законом.

Показания эксперта – сведения, сообщенные им на допросе, проведённом после получения его заключения, в целях разъяснения или уточнения данного заключения.

Заключение эксперта – письменное изложение хода и результатов экспертного исследования, проведённого для получения ответов на специальные вопросы.

Вещественные доказательства – любые предметы, служащие орудиями преступления или сохранившие его следы; предметы, на которые были направлены преступные действия, а так же иные предметы и документы, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Протоколы следственных и судебных действий – перечисленные в законе письменные акты, в которых лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд фиксируют ход и результат своей познавательной деятельности по уголовному делу.

Иные документы – любые носители информации, имеющие значение для установления предмета доказывания и полученные в соответствии со статьей 86 УПК РФ.

В соответствии со статьей 86 УПК РФ собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом.

Следственные действия являются преимущественным способом собирания доказательств. Они характеризуются не только подробной процессуальной регламентацией, но и активной ролью следователя, проводящего их самостоятельно.

Под следственными понимаются де­тально регламентированные законом уголовно-процессуальные действия, включающие в свою структуру систему взаимосвязан­ных операций, обусловленных наличием и своеобразным сочета­нием в каждом из них общенаучных методов познания, имеющие взаимодействующие познавательный и удостоверительный ас­пекты (стороны) и направленные на собирание и проверку дока­зательств в целях решения задач уголовного судопроизводства

В действующем УПК РФ следственным действиям посвящены ст.ст. 164-207 УПК. В соответствии с УПК РФ к числу следст­венных действий относятся: осмотр, освидетельствование, след­ственный эксперимент, обыск, выемка, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, контроль и запись переговоров, допрос, очная ставка, предъявление для опознания, проверка по­казаний на месте, производство судебной экспертизы.

К числу признаков, характеризующих сущность следственных действий, нужно отнести их направленность на собирание и про­верку доказательств, а также детальную процессуальную регла­ментацию. Поскольку проверка имеющихся доказательств обыч­но приводит к появлению новых доказательств, причем иногда полярного свойства, представляется правомерным рассматривать в качестве обобщенной цели следственных действий собирание доказательств.

Для правильного уяснения сущности следственных действий следует обратиться к рассмотрению их структуры. В структуре деятельности принято выделять конкретные действия, каждое из которых состоит из приемов и операций. В теории применитель­но к определению понятия следственного действия обычно ис­пользуется термин «операция», под которым понимается струк­турный элемент более высокой общности в сравнении с приемом.

Уголовно-процессуальное познание предопределяет сочетание в деятельности следователя познавательного и удостоверительно­го аспектов. Следователь сначала выявляет наличие, а затем фик­сирует в предусмотренных законом процессуальных источниках доказательственную информацию. Иногда этот процесс происхо­дит поэтапно. Уместно подчеркнуть, что как бы квалифициро­ванно ни было проведено то или иное следственное действие, его результаты могут быть обесценены неудовлетворительной фик­сацией.10


















2.3 Оперативное документирование, результаты оперативно-розыскной деятельности


В соответствии с межведомственной инструкцией11 под результатами ОРД понимаются фактические данные, полученные оперативными подразделениями в установленном законом порядке о признаках подготавливаемого совершаемого, или совершенного преступления, о лицах, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, а также без вести пропавших а также о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ. Таким образом, за основные критерии взяты задачи оперативно-розыскной деятельности.

Результаты оперативно-розыскной деятельности могут включать две группы данных. Первую группу составляют фактические данные (сведения), непосредственно указывающие на признаки преступления, которые, будучи закреплены процессуальными средствами, могут служить источниками доказательств по делу. Они могут иметь значение для выяснения подлежащих доказыванию обстоятельств, о наличии и местах нахождения орудий преступлений, похищенных ценностей, предметов, сохранивших следы преступления и т.д.

Вторую группу образуют фактические данные, которые носят вспомогательный характер(данные о личности подозреваемого, противоречиях в преступной среде и т.п.) и могут служить для выбора организационных и тактических приемов проведения оперативно-розыскных и следственных действий.

Под документированием в теории оперативно-розыскной деятельности, как правило, понимается совокупность оперативно-розыскных мероприятий, направленных на добывание информации об обстоятельствах преступления, лицах, его совершивших, и фиксацию полученной оперативной информации.

Законом установлены следующие виды оперативно – розыскных мероприятий.

Опрос — сбор фактической информации, значимой для реше­ния конкретной задачи оперативно-розыскной деятельности (как правило, локальной), со слов опрашиваемого человека, который реально или вероятно обладает ею.

Наведение справок — получение фактической информации, значимой для решения конкретных задач оперативно-розыскной деятельности, путем направления запроса соответствующему юри­дическому или физическому лицу, располагающему или могуще­му располагать таковой, а равно ее получение путем непосред­ственного ознакомления с соответствующим материальным носи­телем. В частности, о лице-объекте оперативной заинтересованнос­ти интерес может представлять следующая информация: биогра­фические данные, образование, место проживания, совершенные в прошлом преступления (иные правонарушения и др.), родствен­ные и иные связи и т.п.

Предмет наведения справок — оперативные, криминалистичес­кие и иные базы данных (учеты), информационные системы (мес­тные, региональные и общероссийские информационно-поиско­вые системы) и архивы, другие документальные источники, вклю­чая натурные коллекции, редкие коллекции и т.п.

Сбор образцов для сравнительного исследования -- обнаруже­ние и изъятие материальных носителей информации (предметов, веществ и т.д.) с целью их сравнения с материалами, которыми уже располагает оперативное подразделение (сотрудник оператив­ного подразделения и др.) для решения конкретной задачи оперативно-розыскной деятельности.

Образцы собираются любыми способами, не запрещенными законодательными и иными нормативными правовыми актами. При сборе образцов запрещается создавать опасность для жизни или здоровью людей, а также угрожать экологической безопасности общества.

Проверочная закупка — совокупность действий по искусствен­ному созданию органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность (сотрудником оперативного подразделения), ситуа­ции сделки купли-продажи (мнимой), в которой с целью полу­чить оперативно значимую информацию с ведома и под контро­лем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, приобретается товар (без цели потребления и сбыта) у лица — объекта оперативной заинтересо­ванности, обоснованно подозреваемого в совершении преступле­ния в сфере финансовой, предпринимательской или иной хозяй­ственной деятельности.

Исследование предметов и документовизучение тех из них, которые сохранили на себе следы преступления, явились или мог­ли являться орудием преступления или результатом преступной деятельности с целью обнаружить совершенное преступление и изобличить лиц, причастных к его совершению

Наблюдение — тайное, направленное, систематическое, непос­редственное визуальное или опосредованное (с помощью опера­тивно-технических средств) восприятие значимых для решения конкретных задач оперативно-розыскной деятельности деяний лица (лиц) и явлений (событий, фактов, процессов) и их фиксация.

Отождествление личности заключается в установлении и иден­тификации лица — объекта оперативной заинтересованности (нео­познанного трупа) по индивидуализирующим его статистическим (папиллярным узорам, составу крови и слюны, следам запаха и следам, оставленным на месте происшествия и пр.) и динамичес­ким (походке, жестикуляции, мимике и пр.) признакам, а равно при помощи словесного (композиционного) портрета (фоторобота) и других способов, позволяющих с достаточной степенью ве­роятности опознать человека.

Обследование помещений, зданий, сооружений, участков мест­ности и транспортных средств заключается в совокупности дей­ствий по осмотру материального недвижимого и (или) движимого объекта (строения, участка местности, транспортного средства), принадлежащего лицу — объекту оперативной заинтересованности, либо используемому им или его контактами с целью обнаружить следы преступления, орудия его совершения, иные предметы, вещества или документы, могущие иметь отношение к пре­ступной деятельности.

Контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообще­ний заключается в совокупности действий по конспиративному просмотру (перлюстрации) письменной и иной зафиксированной на материальном носителе корреспонденции (на основании судеб­ного решения) с целью обнаружить сведения о преступной дея­тельности лица — объекта оперативной заинтересованности, выя­вить его связи и получить иную информацию, способствующую решению конкретных задач оперативно-розыскной деятельности.

При приведении контроля корреспонденции Законом об оперативно-розыскной деятельности разрешено производить изъятие предметов и материалов, а также прерывать предоставление услуг связи.

Прослушивание телефонных переговоров заключается в сово­купности действий по конспиративному слуховому контролю переговоров, ведущихся по линиям телефонной связи, или од­носторонних сообщений, и, как правило, в их фиксации с по­мощью звукозаписывающих технических средств с целью обна­ружить сведения о преступной деятельности лица -- объекта оперативной заинтересованности, выявить его связи и получить иную информацию, способствующую решению конкретных за­дач оперативно-розыскной деятельности.

Снятие информации с технических каналов связи — совокуп­ность действий по получению органом, осуществляющим опера­тивно-розыскную деятельность, сведений, которые необходимы для решения конкретных задач оперативно-розыскной деятельности, и их фиксация путем съема специальными техническими средствами характеристик электромагнитных и других физических полей, возникающих при передаче информации по сетям электрической связи, в работе компьютерных сетей, баз данных, телекоммуникационных информационных систем, предназначенных для обработки, накопления, хранения, поиска и распространения информации.

Оперативное внедрение — система оперативно-розыскных мероприятий и действий по продвижению в изучаемый объект или в его окружение (криминальную и иную среду) конфидента, его закреплению в этой среде и при­обретению оперативно-значимых позиций, позволяющих своевре­менно получать информацию для оптимального решения задач оперативно-розыскной деятельности в сложившейся оперативной обстановке.

Контролируемая поставка — система оперативно-розыскных мероприятий и действий, в ходе которых с ведома и под контролем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, допускается оборот товаров или приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или пересылка, свободная реализация которых запрещена или оборот которых ограничен, а равно предметов, добытых преступным пу­тем или сохранивших на себе следы преступления, либо орудий или средств преступления, с целью выявить, пресечь и раскрыть преступление.

Оперативный эксперимент состоит в получении оперативно-зна­чимой информации в целях проверки и уточнения сведений, не обходимых для решения конкретной задачи оперативно-розыскной деятельности посредством кон­спиративного активного наблюдения за лицом — объектом опера­тивной заинтересованности, в специально созданных, полностью управляемых или контролируемых условиях





















    1. Соотношение доказывания в уголовном процессе и документирования в ходе оперативно – розыскной деятельности


Под документированием в теории оперативно-розыскной деятельности, как правило, понимается совокупность оперативно-розыскных мероприятий, направленных на добывание информации об обстоятельствах преступления, лицах, его совершивших, и фиксацию полученной оперативной информации. Содержанием процесса доказывания является собирание, исследование, оценка и использование доказательств. С одной стороны , доказывание служит установлению факта, обстоятельства, его сущности, оценке его значения для установления истины, с другой стороны - фиксации в установленных законом формах полученных результатов для придания им статуса процессуального доказательства. Сходство документирования и доказывания не только в том, что в основе они используют одинаковые познавательные методы, и что единым для них является информационный процесс12.

Основное сходство - это единая цель, соблюдение критериев относимости и достоверности информации. Различие между ними заключается в выборе источников, средств получения, отчасти методов исследования. И, наконец , как и доказательственная, оперативная информация имеет своими источниками людей и вещественные образования - предметы и документы, необходимые для процесса доказывания.

Тем не менее, между добыванием и собиранием, документированием и доказыванием, и между оперативной и процессуальной информацией нет знака тождества. Основная причина отсутствие указанных выше категорий оперативно-розыскной деятельности в нормах уголовно-процессуального закона. И во-вторых, низкое качество оформления результатов оперативно-розыскной деятельности. Достаточному числу из них присуща серия типичных недостатков, наличие которых не способствует положительному влиянию на решение вопроса об их доказательственном значении.

Если взглянуть на процесс документирования с содержательной стороны и сравнить с уголовно – процессуальным доказыванием, то становится очевидным, что, во-первых, при оперативном документировании используются те же общенаучные методы исследования различных вещественных объектов с использованием специалистов. С другой стороны, документирование тоже является определённым информационным процессом, состоящим из собирания, проверки и оценки, но уже оперативной информации.

В свою очередь, собирание вообще, собирание чего бы то ни было, предполагает использование субъектами этой деятельности определённых средств, в связи с чем встаёт задача отыскания различий прежде всего этих элементов оперативно – розыскной деятельности и доказывания, поскольку именно они обуславливают последующие отличие их результатов.

Учитывая специфику познания в области уголовного судопроизводства, можно утверждать, что интересующая органы расследования информация будет поступать к ним в основном в результате их активного воздействия на материальные и идеальные “следы”.

Основными способами собирания доказательств и оперативных данных являются, как известно, следственные и оперативно-розыскные действия соответственно, поэтому именно их и надо рассматривать в качестве основных средств доказывания и документирования.

Правда, для расширения познавательных возможностей названных выше действий правоохранительных органов закон разрешает им использовать различные технические и иные средства. Для следователя это всевозможные предметы и приспособления, предназначенные для обнаружения и сохранения выявленных следов. Для оперативных подразделений органов дознания - соответствующие оперативно-технические средства. Сюда же следует, по всей видимости, включить ещё представителей общественности, специалистов, привлекаемых для проведения следственных и оперативно-розыскных действий, конфиденциальных помощников органов дознания, служебно-розыскных собак, а также методы использования всех перечисленных лиц, предметов и животных, поскольку все они тоже стоят "между" субъектами и предметом познания, а в конечном счёте способствуют достижению истины.

Несмотря на несомненную важность всех перечисленных средств, главное место в их ряду всё же занимают следственные и оперативные действия, поскольку все иные средства применяются в ходе этих действий и самостоятельного значения не имеют.

В свете сказанного встаёт задача отыскания наиболее существенных различий упомянутых действий органов следствия и оперативных подразделений. По всей видимости, ключевым моментом которые уже заложены законодателем в их определении. Так, в соответствии со ст.74 УПК РФ любые сведения, являющиеся информационным ядром доказательств, должны добываться только в установленном законом порядке ( ч.1 ст.74) и из определённых источников (ч.2 ст.74).

При этом выражение "в установленном законом порядке" означает, что действия, допустимые для сбора доказательств, порядок и условия их проведения четко регулируются УПК РФ.

В связи с изложенным можно говорить, что доказательства и оперативная информация имеют разный уровень достоверности содержащегося в них знания в силу различия формы результатов оперативно – розыскной деятельности и доказательств.

Сведения, заключённые в доказательствах, предназначены, как известно, для всех заинтересованных в исходе дела лиц и даже для общества в целом. Оперативная же информация, тоже будучи "знанием не только для себя", поначалу адресована в основном субъектам, олицетворяющим в уголовном процессе функцию обвинения, что позволяет сделать вывод о менее высокой степени её удостоверенности.

Сказанное не означает, что оперативная информация должна быть менее объективной, чем доказательства. Напротив, она тоже должна содержать полноценное и истинное знание, но временно предназначенное только для узкого круга специалистов. При этом специализированность оперативных данных обеспечивается их особой формой, квалифицированно дешифровать которую может только профессионал. Наличие у оперативной информации такой формы объективно обусловлено необходимостью быстрейшего обнаружения сведений о готовящемся или совершенном преступлении и надёжного их сохранения в интересах расследования. Последнее из названных обстоятельств обеспечивает возможность последующего физического контакта следователя со "следами преступления", что не всегда бывает возможным при проведении только следственных (судебных) действий в силу ограниченности их поискового компонента.

Несмотря на действительное отсутствие в законе прямого перечисления тех источников, в которых может содержаться оперативная информация, они сравнительно легко угадываются "между строк" закона об оперативно – розыскной деятельности, исходя из приведенного в нём перечня разрешённых оперативно-розыскных действий и мероприятий.

Таковыми являются:

- оформленные соответствующим образом сообщения конфидентов;

- рапорта, справки, иные документы, составленные должностными лицами органов, непосредственно проводившими оперативно – розыскные мероприятия;

- результаты применения оперативной техники;

- вещественные объекты, добытые в ходе оперативно – розыскных мероприятий , и т.д.

Как видим, в приведенном перечне усматривается некоторая аналогия с соответствующими процессуальными источниками, названными ст.74 УПК РФ, однако главная особенность носителей оперативной информации состоит, очевидно, в том, что при известности перечня возможных источников оперативной информации в принципе конкретный источник ее получения в том или ином случае не всегда может выть раскрыт всем участникам уголовного судопроизводства.

Ведя речь о критериях разграничения оперативной и доказательственной информации, на мой взгляд, следует исходить также и из того, что добывание оперативных данных вообще-то не является самоцелью. Цель, поставленная перед сыском в ст. 1 закона об оперативно – розыскной деятельности будет реализована лишь в том случае, если его результаты так или иначе будут использованы в уголовно-процессуальном доказывании или иной сфере.

На основании сказанного, видимо, можно говорить о том, что доказательства и оперативная информация имеют различные возможности для их реализации в ходе доказывания. Первые могут напрямую использоваться для обоснования любых решении по делу. Вторые в этом отношении выглядят менее предпочтительно, хотя тоже "работают" на конечную цель судопроизводства.

Таким образом, различные возможности использования доказательств и оперативной информации в процессе доказывания является еще одним критерием для их разграничения.

Кроме оперативного сопровождения уже возбужденных уголовных дел одной из промежуточных задач сыска является разведывательное проникновение в криминогенную среду в целях добывания упреждающей информации о ещё только готовящихся преступлениях и их предотвращение на указанной основе. Решение такой задачи становится возможным потому, что начало осуществления некоторых оперативно – розыскных мероприятий не связывается жёстко с моментом совершения преступления или возбуждением уголовного дела, как при уголовно-процессуальном доказывании.

Следовательно, ещё одним возможным критерием для разграничения оперативной информации и доказательств является превентивный по отношению к факту совершения преступления характер первой и ретроспективный - во втором случае. При этом особая ценность оперативно – розыскной деятельности состоит в том, что в принципе она может вестись синхронно, в одном временном масштабе с процессом совершения преступления, а то и опережать его, в то время как доказывание возможно лишь после совершения преступления. Соответственно, оперативная информация может содержать знание о ещё только замышляемом или готовящемся преступлении. Доказательства же - в основном сведения о прошлом событии.

Наличие у оперативных подразделений органов дознания разведывательных позиций в преступной среде даёт им возможность не только добывать упреждающую информацию, но и фиксировать с помощью различных средств caм процесс подготовки и совершения преступления (если предупредить его не представляется возможным), активно влиять при этом в выгодном для правоохранительных органов направлении на процесс отражения обстоятельств, связанных с преступлением, в окружающем мире.

С одной стороны, это создаёт благоприятные условия для последующего обнаружения, изъятия и фиксации в соответствии с УПК РФ указанных следов. С другой - позволяет запечатлевать исследуемый процесс в его естественном развитии, минуя промежуточные стадии отражения, что обеспечивает меньшее искажение искомой информации. Более того, по ряду преступлений оперативно – розыскная деятельность, образно выражаясь, может быть вообще единственным "материалом", единственной "средой", в которой запечатлевается подготовка, совершение преступления и иные связанные с ним факты.

При всей противоречивости и неоднозначности такого варианта "отраже­ния" криминала его несомненное преимущество по сравнению с другими состоит в том, что здесь оно идёт не стихийно, а управляемо, целенаправленно в том смысле, что при этом ,могут быть обеспечены соответствующие условия для наиболее полного запечатления следов преступления, своевременно предприняты меры по их сохранению до получения доступа к ним следователя или дознавателя. Сказанное позволяет, с одной стороны, согласиться с теми исследователями, которые обоснованно ведут речь о том, что оперативно – розыскная деятельность, "работая" на доказывание, не столько ориентирует его в нужном направлении, сколько "обеспечивает доказательства", т.е. делает процесс доказывания "вполне реальным и выполнимым"13. С другой - даёт возможность утверждать, что для субъекта доказывания результаты оперативно – розыскной деятельности могут являться одним из возможных "первоисточников" информации об исследуемых обстоятельствах. Следовательно, содержащееся в них информационное ядро для перехода в сферу собственно доказывания должно быть извлечено с помощью следственных и иных урегулированных УПК РФ действий, способных, ко всему прочему, устранить coмнение в истинности фактических данных, добытых оперативным путём.

Проведенное сопоставление оперативной информации и доказательств позволяет констатировать, что между ними нет непреодолимой стены, поскольку они имеют единый первоисточник - отражённые во вне обстоятельства преступления.

Одновременно каждый из названных видов информации имеет в сравнении с другим определенные особенности. Оперативные данные в принципе должны быть более насыщенными с содержательной стороны, поскольку в идеальном варианте оперативно – розыскная деятельность может вестись параллельно с развитием события преступления или даже опережая его. Доказывание - это всегда ретросказание, связанное с промежуточными стадиями отражения, искажением информации и т.д. Зато доказательства, благодаря особой форме сосредоточенной в них информации, отличает более высокий уровень достоверности, что позволяет на их основе принимать ключевые решения по делу.

Отмеченные качества интересующих нас видов информации объективно требуют комплексного осуществления оперативно-розыскных и следственных действий по конкретным уголовным делам. Или, иными словами, предопределяют необходимость тесного взаимодействия оперативных подразделений органов дознания и следователя.



















  1. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА И ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ



    1. Основные направления использования результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе


Результаты оперативно-розыскной деятельности представляются по инициативе органов, осуществляю­щих оперативно-розыскную деятельность, либо при выполнении ими отдельных поручений органа дознания, следователя, указания прокурора или определения суда по уголовным делам, находящимся в их производстве. Последующее их использование осуществ­ляется в зависимости от особенности отражения в данных материалах обсто­ятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела, и на основе законов и подзаконных нормативных актов, регулирующих эти отношения. Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в следующих направлениях (ст.11 закона об оперативно-розыскной деятельности):

а) для проведения оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их подготавливающих и совершающих, а также для розыска лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения наказания и без вести пропавших;

б) для осуществления следственных и судебных действий;

в) в качестве поводов и оснований для возбуждения уголовного дела;

г) в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующе­го собирание, проверку и оценку доказательств.

Первое из обозначенных направлений использование результатов оперативно-розыскной деятельности в зависимости от значимости информации, поступающей в оперативные аппа­раты, может быть реализовано в ходе любого оперативно- розыскного мероприятия, указанного в ч.1 ст.6 закона об оперативно-розыскной деятельности. Наиболее часто оно применяется в следующих ситуациях:

- при осмотре места происшествия и установлении потенциальных оче­видцев, предметов и документов, могущих быть доказательствами;

- при поиске лиц и фактов, представляющих оперативный интерес;

- при выборе эффективных организационных и тактических приемов про­ведения мероприятий в рамках оперативной проверки;

- при подборе и привлечении граждан к конфиденциальному сотрудни­честву, их проверке;

- при проверке надежности конспирации оперативно-розыскных мероприятий;

- при определении времени и условий, необходимых для проведения оперативно-розыскных мероприятий;

- при обеспечении собственной безопасности оперативных сотрудников;

- при обеспечении легализации материалов, полученных с использова­нием негласных средств и методов, при невозможности их легализо­вать другим путем.

В процессе розыска лиц, скрывшихся от следствия, суда и отбывания наказания, а также без вести пропавших, результаты оперативно-розыскной деятельности могут способство­вать установлению мест возможного нахождения разыскиваемых и выявле­нию лиц, располагающих информацией о разыскиваемом.

Использование результатов оперативно-розыскной деятельности при осуществлении следственных и судебных действий и возможные пределы такого использования определя­ются уголовно-процессуальным законом, поскольку именно в нем регламен­тированы основания производства этих действий. На стадии предварительного следствия или судебного рассмотрения использование оперативно-розыск­ных данных допустимо лишь при их соответствующем оформлении и установлении источника получения информации, а также возможности доказать ее истинность, объективность, достоверность и перепроверить ее содержание в ходе следственных или судебных действий.

При использовании результатов оперативно-розыскной деятельности для подготовки и проведения след­ственных действий речь идет об оптимизации криминалистической тактики различных следственных и судебных действий, осуществление которых по­рой невозможно или практически затруднительно без присутствия оператив­но-розыскной информации14.

Кроме того, сложившаяся процессуальная практика применения ряда статей оценивается учеными как правомерная, в соответствии с которой от­дельные следственные и процессуальные действия осуществляются на осно­вании результатов оперативно-розыскной деятельности 15. Это обусловлено тем, что сбор первичной информации традиционно считается одним из наиболее сложных этапов рас­крытия преступлений и от правильного использования всех ее источников за­висит успешное расследование уголовного дела.

В следственной деятельности результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться:

- для планирования расследования уголовного дела при выдвижении и проверке следственных версий;

- для раскрытия преступлений по горячим следам;

- для подготовки и проведения следственных действий;

- для использования эффективных тактических приемов и средств по расследуемым уголовным делам.

При возбуждении уголовного дела по материалам оперативных подраз­делений следователь планирует дальнейшее расследование и предусматри­вает возможность взаимодействия с оперативным сотрудником. В процессе взаимодействия предусматривается проведение комплекса оперативно-розыс­кных мероприятий и следственных действий, рассматриваются вопросы при­влечения подразделения технического обеспечения, специалистов и др.

Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться как для установления оснований проведения отдельных следственных действий, так и для подготовки и опре­деления наиболее целесообразных тактических приемов их проведения. Ис­пользование результатов оперативно-розыскной деятельности при подготовке и проведении следственных действий во многом обеспечивают их успех. Например, оперативные данные дают представление о месте производства обыска, личности обыскиваемого, его связях в преступной среде и т.п. Это помогает правильно определить вре­мя проведения данного следственного действия, подготовить состав опера­тивно-следственной группы, необходимые технические средства, наметить последовательность и тактику действий.

Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве поводов и оснований для возбуждения уголовного дела обусловле­но уголовно-процессуальным законодательством, предусматривающим в ка­честве повода для возбуждения уголовного дела и такой, как сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источни­ков (п.3ч.1 ст.140 УПК РФ).

В соответствии со ст. 143 УПК РФ сообщение о совершенном или готовя­щемся преступлении, полученное из иных источников информации, принима­ется лицом, получившим данное сообщение, о чем составляется рапорт. Рапорт содержит фактическую информацию о признаках противоправного деяния В научной литературе отмечается, что составление рапортов оператив­ными работниками в случае представления полученных предметов и доку­ментов является наиболее оптимальным способом введения объектов в уголовный процесс. Рапорт не исключает составление следователем прото­кола осмотра (ст. 176, 180 УПК РФ) и принятия представленных предметов и документов. При этом рапорт и сам предмет или документ будут представлять собой одно комплексное доказательство.16

Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам осуществляется в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего собирание (ст.86 УПК РФ), проверку (ст.87 УПК РФ) и оценку доказательств (ст.88 УПК РФ). Уголовно-процессуаль­ным законодательством (ст.89 УПК РФ) запрещается использование резуль­татов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают данным требованиям УПК РФ.

По разъяснению Конституционного Суда непосредственно результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований закона об оперативно-розыскной деятельности, могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе норм уголовно-процессуального закона.17

Результаты оперативно-розыскной деятельности, представляемые для использования в доказывании по уголовным делам, должны позволять формировать доказательства, удовлет­воряющие требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъяв­ляемые к доказательствам в целом, к соответствующим видам доказательств, и содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, указания на источник получе­ния предполагаемых доказательства или предмета, который может стать до­казательством, а также данные, позволяющие проверить в условиях судопроизводства доказательства, сформированные на их основе.18

Полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий фактические данные независимо от того, проведены ли они до или после возбуждения уголовного дела, могут стать доказательствами при условии, если лицо, уполномоченное на ведение пред­варительного следствия, или суд получит их путем проведения процессуаль­ных действий. Для этого должно быть известно лицо, представившее материалы, которое должно быть допрошено по обстоятельствам их обнару­жения, а материалы (кинофотоматериалы, аудио- и видеозапись) приобщены в процессуальном порядке к уголовному делу19.
















    1. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовному делу.


Методологической основой использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам должны служить положения теории познания, связанные с такими категориями как собирание, проверка и оценка информации, входящей в уголовный процесс в качестве доказательств.20

Результаты проведенных оперативно-розыскных мероприятий отражаются в оперативно-служебных документах, что регламентируется ч4 ст. 12 Закона об оперативно-розыскной деятельности. Отдельные из них на практике именуются протоколами оперативно-розыскных мероприятий. Естественно, что юридическая природа этих документов отличается от такого самостоятельного вида доказательств как протоколы следственных и судебных действий, о которых говорится в ч.2 ст.74 и ст.83 УПК РФ.

Существенное отличие протоколов оперативно-розыскных мероприятий от протоколов следственных и судебных действий заключается в том, что в основе последних лежат результаты непосредственного восприятия участниками уголовного процесса обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела, в условиях соответствующего следственного или судебного действия.

Именно эти результаты образуют содержание данного вида доказательств в уголовном процессе. Результаты непосредственного восприятия обстоятельств и фактов, которые могут иметь значение для разрешения уголовного дела, тоже образуют основу протоколов оперативно-розыскных мероприятий. Но это непосредственное восприятие осуществляется не участниками уголовного процесса и не при производстве следственного или судебного действия, а в ходе оперативно-розыскного мероприятия. Есть различие и в субъектах составления тех и других протоколов.

Основное назначение уголовно-процессуальной деятельности состоит отнюдь не в проверке результатов оперативно-розыскной деятельности. В ходе осмотра видеопленки, принятии решения о ее приобщении к делу в ка­честве вещественного доказательства формируется (собирается и в опреде­ленной степени проверяется) вещественное доказательство. Цель проверки результатов оперативно-розыскной деятельности при этом не является ве­дущей. И только в связи с формированием именно в ходе уголовно - процессуальной (но никак не оперативно-розыскной) деятельности вещественного доказательства можно говорить о его проверке в соответствии с уголовно-процессуальным законом. И не только проверке, но и оценке. Вещественным доказательством, таким образом, становятся не результаты оперативно-розыскной деятельности, а результаты, полученные при производстве следственных и судебных действий. Они подлежат проверке и оценке в уго­ловном процессе, используются для промежуточных и конечных выводов в доказывании по уголовным делам.21

Для признания предмета вещественным доказательством необходимо установить его связь с преступлением, то есть относимость к уголовному делу. Если это невозможно сделать без допроса оперативного работника (обнаружившего предмет в ходе производства оперативно-розыскного ме­роприятия) или допроса лица, оказывавшего содействие органам, осуществ­ляющим оперативно-розыскную деятельность (когда это лицо получило данный предмет в результате участия в оперативно-розыскных мероприя­тиях), то их допрос необходим. Относимость вещественного доказательства, положенного в основу об­винения, должна быть в процессе доказывания установлена с достоверно­стью. В этом смысле оно ничем не отличается от других видов доказательств в уголовном процессе.

Отсутствие в уголовном деле сведений о происхождении предмета, признанного вещественным доказательством, прерывает цепь причинно-следственных связей, совокупность которых только и позволяет сделать достоверный вывод об относимости данного до­казательства, и, как следствие, всегда порождает неустранимые сомнения в связи предмета с преступлением. Более того, в ряде случаев это может соз­дать почву для подозрений в том, что сформированные таким образом до­казательства сфальсифицированы.22

Проверка доказательства (его анализ и синтез, сопоставление с другими доказательствами, собирание но­вых доказательств, связанных с проверяемым через отображаемые факты) предполагает оперирование в процессе доказывания именно проверяемым доказательством. Вне проверки доказательства невозможно установить его достоверность. В этом смысле вещественные доказательства ни чем не отли­чаются от других видов доказательств.

Требование приобщать указанные результаты оперативно-розыскной деятельности в качестве вещественных доказательств к уголовному делу, по­сле того как будет установлена достоверность содержащейся в них инфор­мации, ошибочно потому, что оно не учитывает особенностей уголовно-процессуальной природы данного вида доказательств и, в частности, роли постановления, в форме которого принимается решение о признании пред­мета вещественным доказательством и его приобщении к уголовному делу (ч. 1 ст. 81 УПК РФ). Содержание вещественных доказательств обра­зуют те свойства и состояния предметов, связанные с обстоятельствами предмета доказывания и побочными фактами, которые неотделимы от них и доступны непосредственному восприятию органов чувств человека в усло­виях осмотра23. Утрата, изменение этих свойств и состояний или утрата са­мого предмета, являющихся их носителем, ведет к невозможности установ­ления их связи с преступлением, а, следовательно, и утрате вещественного доказательства. На сохранение в неизменном виде указанных свойств и со­стояний и направлено вынесение постановления о признании предметов ве­щественными доказательствами и их приобщении к уголовному делу. Дан­ным постановлением создается особый правовой режим для обращения с ними в уголовном процессе. По этой причине приобщать материалы, в качестве веществен­ных доказательств необходимо сразу же после того как будет установлена их относимость (вероятная связь с преступлением), до решения вопроса о достоверности. В противном случае в силу изменения или утраты указанных выше свойств и состояний (предмета) проверять, оценивать и использовать в качестве вещественных доказательств может оказаться просто нечего.

Заключение эксперта как самостоятельный вид доказательств нельзя подменять результатами исследований предметов и документов, проводи­мых в ходе оперативно-розыскных мероприятий (п. 5 ч. 1 ст. 6 закона об оперативно-розыскной деятельности). Несмотря на то, что их содержание образуют выводные знания спе­циалистов, правовая природа данных действий различна, как и их резуль­таты. Оперативно-розыскные мероприятия, связанные с исследованием предметов и документов, проводятся за рамками уголовного процесса, вне предусмотренных уголовно-процессуальным законом форм. В производстве данных оперативно-розыскных мероприятий не принимает участия обви­няемый. Он не может повлиять на круг и содержание вопросов, которые ус­танавливаются путем производства таких исследований. Результаты данных исследований не являются доказательствами в уголовно-процессуальном смысле.

Результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий, связанных с провероч­ными закупками, наблюдением, обследованием помещений, зданий, соору­жений, участков местности и транспортных средств, контролем почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушиванием телефонных переговоров, контролируемым поставкам, оперативным экспериментом (пп. 4, 6, 8-10, 13, 14 закона об оперативно-розыскной деятельности) могут быть использованы и в тактиче­ских целях - для повышения эффективности подготовки и производства следственных действий, направленных на формирование в уголовном про­цессе такого вида доказательств как протоколы следственных и судебных действий (ст. 83 УПК РФ). Указанные результаты могут быть учтены при выборе наиболее оптимальной методики расследования уголовных дел.

Протоколы оперативно-розыскных мероприятий нельзя использовать в доказывании и в качестве такого самостоятельного вида доказательств, пре­дусмотренного ст. 74, 84 УПК РФ, как иные документы. Результаты оперативно-розыскных мероприятий могут войти в уголовный процесс че­рез данный вид доказательств, но лишь при соблюдении свойственного ему процессуального режима получения и использования.

Прав Н.П. Кузнецов, когда утверждает, что акты, справки, составлен­ные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, не являются доказательст­вами, поскольку порядок их производства не содержит необходимых гарантий достоверности получаемой информации.24

Оперативно-служебные документы, составленные по результатам на­блюдения за действиями лиц, замышляющих совершение преступления, кон­трольных закупок, отбора образцов, применения фотосъемки, видеозаписи и т.п. могут быть использованы для формирования в уголовном процессе такого вида доказательств как протоколы следственных и судебных дейст­вий, однако иными документами их признавать нельзя.

Иной документ, исходящий от органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, хотя и должен быть связан с преступлением, но только текстом, содержащим сведения об обстоятельствах предмета доказы­вания и побочных фактах. Он не порождается преступлением. Как уже от­мечалось, документ создается в процессе закономерной деятельности дан­ного органа, и его содержание, и это необходимо подчеркнуть особо, всегда составляют сведения о фактах, имеющих правовое значение. Одним их обя­зательных признаков документа является его предназначенность фиксиро­вать или удостоверять факты в пределах той компетенции, которой обла­дает автор документа. Поэтому содержание документа не может выходить за пределы компетенции должностного лица, его подписавшего. Документ должен быть исполнен буквенным .текстом и составлен по установленной форме25.

Сама возможность использования результатов опера­тивно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам еще не означает, что в любом случае они могут войти в уголовный процесс через такой вид доказательств как иные документы. Так, сведения о фактах и об­стоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, воспринятых в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия гражданином, привлечен­ным на конфиденциальной основе к оказанию содействия органам, осуще­ствляющим оперативно-розыскную деятельность, не могут войти в уголов­ный процесс в виде документа, исходящего от данных органов. При необхо­димости они должны быть получены только посредством допроса этого гражданина в качестве свидетеля в соответствии с правовым режимом, предназначенным для формирования показаний свидетеля.

В качестве основы для формирования в уголовном процессе свидетель­ских показаний могут быть использованы и результаты оперативно-розыск­ной деятельности, полученные, например, в ходе осуществления оперативно-розыскного мероприятия по конспиративному наблюдению за обна­руженным помещением, приспособленным организованной преступной группой для хранения предметов и ценностей, полученных преступным пу­тем. Оперативный работник, визуально воспринявший в рамках данного действия факты доставки в помещение предметов и ценностей, в случае не­обходимости может быть допрошен по соответствующему уголовному делу в качестве свидетеля. Содержание его показаний составят сведения о фак­тах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, восприня­тых им лично в условиях указанного оперативно-розыскного мероприятия: о лицах, посещавших помещение, о времени посещения, о предметах, кото­рые они имели при себе, другие сведения.

К предмету допроса могут относиться и другие обстоятельства, связан­ные с производством оперативно-розыскного мероприятия, если они необ­ходимы для правильного формирования, проверки и оценки получаемых показаний. Так, в ходе допроса у свидетеля обязательно должны быть выяс­нены технические данные оптических приборов (условия и порядок их при­менения), использованных при конспиративном наблюдении в целях уста­новления фактов и обстоятельств, о которых он сообщил на допросе.

В рассмотренных двух случаях допроса в качестве свидетелей субъек­тов оперативно-розыскной деятельности на практике возникают вопросы, связанные с правомерностью выяснения у них сведений, связанных с такой существенной стороной данного вида деятельности как конспиративность.

Закон об ОРД устанавливает, что сведения об использованных при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятий силах, средст­вах, источниках, методах, о планах и результатах оперативно-розыскной деятельности, о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках органов, осуществляющих оперативно-ро­зыскную деятельность, и о лицах, оказывающих им содействие на конфи­денциальной основе, а также сведения об организации и тактике проведения оперативно-розыскных мероприятий составляют государственную тайну и подлежат рассекречиванию только на основании постановления руководи­теля органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (ч. 1 ст. 12). Согласно ч. 2 этой статьи предание гласности сведений о лицах, вне­дренных в организованные преступные группы, о штатных негласных со­трудниках органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, а также о лицах, оказывающих или оказывавших им содействие на конфи­денциальной основе, допускается лишь с их согласия в письменной форме и в случаях, предусмотренных Федеральным законом. Сведения, перечислен­ные в ч. 2 ст. 12, могут быть представлены прокурору и без согласия указан­ных в ней лиц в случаяХ, требующих их привлечения к уголовной ответст­венности (ч. 3 ст. 21).

На практике к допросу свидетелей из числа лиц, осуществляющих опе­ративно-розыскную деятельность, содействующих ее проведению, прибе­гают лишь в случаях крайней необходимости, когда исчерпаны традицион­ные способы доказывания. Такое ограничение обычно объясняется сообра­жениями конспирации. Однако с позиции такого подхода невозможно объ­яснить существующую тенденцию к отказу от допроса в качестве свидетелей лиц этой категории даже и в тех случаях, когда их допрос не сопряжен с уг­розой предания гласности факта их участия в оперативно-розыскной дея­тельности. Вскрыть причины данной тенденции невозможно без учета ее уголовно-процессуального аспекта.

При допросе указанных лиц и в дальнейшем при проверке и оценке их показаний органы расследования и суд лишены возможности учесть все факторы, могущие сказаться на доброкачественности исходящих от них до­казательств, поскольку подлинные обстоятельства, в связи с которыми они стали носителями доказательственной информации, им по существу оста­ются недоступными. Восприятие данной группой свидетелей имеющих зна­чение для уголовного дела фактов и обстоятельств всегда связано с их кон­кретной деятельностью по решению оперативных задач. Это порождает у них определенную заинтересованность в ее результатах, вырабатывает их собственное отношение к своей деятельности, ее результатам и деятельности лиц, по отношению к которым осуществляются оперативно-розыскные ме­роприятия. Все это в дальнейшем может сказаться на содержании их пока­заний. Поэтому без учета конкретного характера и содержания этой дея­тельности и обусловленной ею заинтересованности этих лиц, органы рас­следования и суд не смогут правильно проверить и оценить их показания, что грозит ошибками в установлении истины по уголовным делам. Поэтому ограничение случаев допроса свидетелей из числа лиц указанной категории объясняется трудностями, связанными с проверкой и оценкой даваемых ими показаний, последовательное проведение которых в уголовном процессе может привести к раскрытию форм и методов оперативно-розыскной дея­тельности, ее сил и средств.26







ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы.

Оперативно-розыскная деятельность соприкасается с уголовным процессом лишь той своей частью, которая призвана оказывать помощь и содействие органам расследования и прокуратуре в раскрытии особо опасных преступлений и изобличении опасных преступников.

Оперативно-розыскная деятельность, находясь за пределами уголовного судопроизводства, является самостоятельным видом государственной деятельности.

Оперативно-розыскная деятельность может предшествовать возбуждению уголовного дела и играть важную роль в обнаружении признаков преступления и в подготовке условий для успешного раскрытия и расследования преступлений. Она может проводится параллельно с уголовно-процессуальными, следственными действиями, оказывая помощь и содействие в успешном проведении последних.

Методологической основой использования результатов оперативно – розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам должны служить положения теории познания, связанные с такими категориями как добывание и собирание, проверка и оценка оперативной информации, входящей в уголовный процесс в качестве доказательств.

В доказывании по уголовным делам оперативно-розыскным формам получения информации в процессе оперативно-розыскной деятельности должна соответствовать необходимая уголовно-процессуальная форма их использования, и это должно получить законодательное закрепление.

Результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные в ходе производства таких оперативно-розыскных мероприятий как проверочная закупка, наблюдение, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщении, прослушивание телефонных и иных переговоров, контролируемая поставка, оперативный эксперимент (п.п. 4, 6, 8-10, 13, 14 Закона об ОРД) с применением необходимых технических средств и нашедшие отражение в оперативно-служебных документах, могут быть использованы для формирования вещественных доказательств, но при этом они должны войти в уголовный процесс в соответствии с правовым режимом, предназначенным для собирания данного вида доказательств.

В доказывании по уголовным делам оперативно-розыскным формам получения информации в процессе оперативно-розыскной деятельности должна соответствовать необходимая уголовно-процессуальная форма их использования, и это должно получить законодательное закрепление.

Протоколы оперативно-розыскных мероприятий нельзя использовать в доказывании и в качестве такого самостоятельного вида доказательств, пре­дусмотренного ст. 74, 84 УПК РФ, как иные документы. Результаты оперативно-розыскных мероприятий могут войти в уголовный процесс че­рез данный вид доказательств, но лишь при соблюдении свойственного ему процессуального режима получения и использования.

В качестве основы для формирования в уголовном процессе свидетель­ских показаний могут быть использованы и результаты оперативно-розыск­ной деятельности, полученные, например, в ходе осуществления оперативно-розыскного мероприятия по конспиративному наблюдению за обна­руженным помещением, приспособленным организованной преступной группой для хранения предметов и ценностей, полученных преступным пу­тем. Оперативный работник, визуально воспринявший в рамках данного действия факты доставки в помещение предметов и ценностей, в случае не­обходимости может быть допрошен по соответствующему уголовному делу в качестве свидетеля. Содержание его показаний составят сведения о фак­тах и обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, восприня­тых им лично в условиях указанного оперативно-розыскного мероприятия: о лицах, посещавших помещение, о времени посещения, о предметах, кото­рые они имели при себе, другие сведения.
























Список использованных источников


1. Конституция Российской Федерации. – М. 1996.

2. Уголовно-процессуальный Кодекс РФ. – М.: «Экзамен», 2002. – 416 с.

3. Уголовный кодекс РФ. М.: Закон и право, 1997. – 367с.

4. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ от 05.07.1995 (12.08.1995).

5. О милиции: Закон РФ от 18.04.1991 ( с изм. и доп.) №1026-1// Кодексы и законы РФ. Санкт-Петербург, 2003.

6. О наркотических средствах и психотропных веществах: ФЗ от 08.01.1998 №3-ФЗ// СЗ РФ. 1998 №2 ( с изм. и доп.)

7. Инструкция "О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд": Утв. Приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998 г. №175/226/336/201/410/56

8. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград, 1993.

9. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. - М : Юрид. лит., 1991г.

10. Громов НА., Пономаренков В.А., Гущин А.Н., Францифоров Ю.В. Доказательства, доказывание и использование результатов оперативно-розыскной деятельности: Учеб. пособие. М., 2001

11. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности –М. Изд-во СПАРК, 1996

12. Дорохов В.Я. Природа вещественных доказательств, М. 1999г.

13. Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и
доказывание. - Воронеж: Воронежский ун-т, 1995

14. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. М., 1969.


15. Соловьев А. Б. Доказывание по Уголовно-процессуальному кодексу РФ. М. 2003г

16. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М.: «Наука», 1968г.

17. Хомколов В.П. Организация управления оперативно-розыскной деятельностью // Закон и право. М., 1999

18.Азаров В.А. Уголовно-процессуальные и оперативно-розыскные средства дости­жения цели раскрытия преступлений // Государство и право. 1999. №10. С.47.

19.Безлепкии Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Советское госу­дарство и право, 1991. №8. С. 100-101.

20.Григорьев В.Н. Проблемы фиксации обстоятельств получения
предметов и документов при непосредственном обнаружении признаков преступления // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз.сб.- Красноярск: КГУ, 1985. с.40-42.

21.Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости доказательств// Рос. юстиция. 1994. №11. С.З6

22.Шейфер С.А. Следственные действия как способ формирования доказательств // Сб. Актуальные проблемы доказывания в советском уголовном процессе. - М., 1981. с.24

23.Зайковский В.Н. Использование результатов ОРД в ходе доказывания по уголовному делу. // дисс. Канд. юр. наук. /. – С.-Пб., 1996г

24.Зникин В.К.Использование оперативно – розыскной информации в уголовно – процессуальном доказывании: Дисс. Канд. Юрид. Наук./. –Томск, 1998г.































1 Стактус В. Н. Ответ “реформаторам” // Новое время, 1990. №33 С.28

2 Стактус В. Н. указ. соч. стр.29

3 Стактус В. Н. указ. соч. стр.33


4 Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ от 05.07.1995 (12.08.1995).

5 Хомколов В.П. Организация управления оперативно-розыскной деятельностью // Закон и право. М., 1999. с.56.


6 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М.: «Наука», 1968, с.52.

7 Е.А.Доля. // Использование в доказывании результатов оперативно – розыскной деятельности. СПАРК, 1996. Стр.67

8 Использование результатов ОРД в ходе доказывания по уголовному делу. // Автореферат дисс. Канд. юр. наук. / Зайковский В.Н. – С.-Пб., 1996. Стр.45

9 Строгович М.С. Уголовно-процессуальный закон и уголовно-процессуальная форма // Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М. 1979. С. 17

10 А. Б. Соловьев Доказывание по Уголовно-процессуальному кодексу РФ. М. 2003. Стр23

11 Инструкция "О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд": Утв. Приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998 г. №175/226/336/201/410/56

12 Использование оперативно – розыскной информации в уголовно – процессуальном доказывании: Дисс. Канд. Юрид. Наук./ Зникин В.К. –Томск, 1998г. Стр. 123

13 Использование результатов ОРД в ходе доказывания по уголовному делу. // Автореферат дисс. Канд. Ю9р. наук. / Зайковский В.Н. – С.-Пб., 1996г. Стр.54



14 Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград, 1993. С.98

15Азаров В.А. Уголовно-процессуальные и оперативно-розыскные средства дости­жения цели раскрытия преступлений // Государство и право. 1999. №10. С.47.

16 Громов НА., Пономаренков В.А., Гущин А.Н., Францифоров Ю.В. Доказательства, доказывание и использование результатов оперативно-розыскной деятельности: Учеб. пособие. М., 2001. С.143.

17 Определение Конституционного Суда РФ от 4 февраля 1999 г. "По жалобе граждан М.Б.Никольской и М.И. Сапронова на нарушение их конституционных прав отдельными положениями Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" // Вестник Конституционного Суда. 1999. №3. стр.34

18 Инструкция "О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд": Утв. Приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998 г. №175/226/336/201/410/56.

19 Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости доказательств// Рос. юстиция. 1994. №11. С.З

20 Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. - М : Юрид. лит., 1991г. Стр.54

21 Доля Е.А Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности -М Изд-во СПАРК, 1996. с 84

22Безлепкии Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Советское госу­дарство и право, 1991. №8. С. 100-101.

23Дорохов В.Я. Природа вещественных доказательств, М. 1999г. с. 112.

24 Кокарев Л.Д. Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995г. С.161


25 Доля Е.А Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности -М Изд-во СПАРК, 1996. с89

26 Доля Е.А Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности -М Изд-во СПАРК, 1996. с99