Экономический анализ и организованная преступность (25701-1)

Посмотреть архив целиком

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ И ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ

Статья известного американского экономиста-криминолога Томаса Шеллинга стала одной из первых научных публикаций, посвященных анализу организованной преступности с позиций экономической теории. При знакомстве с этой статьей (в реферате отражено содержание основных ее разделов) следует помнить, что в ней рассматривается организованная преступность США 60-х гг., до начала “эры наркотиков”, когда основными видами мафиозного бизнеса в США были еще рэкет и гемблинг(2).

По мнению автора, экономисты явно пренебрегают изучением криминального предпринимательства (типа рэкета или производства нелегальных потребительских благ, как в гемблинге). “Однако многие принципы изучения экономики и бизнеса… официального мира [upperworld] могут быть пригодны с соответствующей модификацией... и для изучения преступного мира [underworld], подобно тому как многие экономические принципы, действующие в развитой конкурентной экономике, пригодны и для анализа социалистической или примитивной экономики” (с. 114).

Экономика организованной преступности как объект исследования

При изучении организованной преступности надо различать организованную по определенным принципам экономику криминального бизнеса и криминальные предприятия, организованные по типу легальных фирм. Лишь некоторые преступные промыслы аналогичны деятельности долгосрочно действующих фирм - имеют внутреннюю организацию крупного предприятия и (что особенно важно) сознательно пытаются контролировать рынок. Синдикаты гемблинга и организованный рэкет относятся именно к этой категории. Другие виды криминального бизнеса, подобно “неорганизованному” грабежу, не подпадают под определение “организованной преступности в узком смысле слова” (т. е. криминальной фирмы). Вне экономики организованной преступности находятся и преступления, совершаемые непрофессиональными преступниками - “любителями”.

Интерес Т. Шеллинга направлен именно на преступные “фирмы”, которые квалифицируются как “организованная преступность в узком смысле слова”. Эти преступные организации во многом подобны крупным монополистическим организациям и картелям(3) в легальном бизнесе. Крупная фирма (или картель) необходима, чтобы поддерживать связи между преступным и законопослушным миром, а также дисциплину и порядок при вынесении решений в спорных ситуациях внутри самого преступного мира.

Существование подобной организованной преступности зависит от наличия, по крайней мере, одного крупного рынка, на котором выгоды от сплоченной и сложной организации бизнеса были бы достаточно велики, чтобы стимулировать создание доминирующей монопольной фирмы или картеля.

Формы преступного бизнеса

В анализе организованной преступности одними из наиболее важных являются следующие два вопроса:

  • почему одни виды подпольного бизнеса становятся организованными, а другие - нет;

  • какие формы организации бизнеса наблюдаются в этой сфере;

Чтобы ответить на данные вопросы, автор статьи рассматривает формы преступной деятельности и некоторые характерные особенности их функционирования, прослеживая, как они влияют на организацию преступного мира.

Деятельность на черных рынках как форма преступного бизнеса. Деятельность организованной преступности во многом основана на продаже запрещенных товаров и услуг (в основном потребительского назначения). Сюда относятся наркобизнес, проституция, гемблинг, порнобизнес, контрабанда и т. д. Кроме того, на черном рынке могут циркулировать обычные товары и услуги: золото, талоны и купоны в военное время, ссуды, театральные билеты в Нью-Йорке и др.

В одних случаях (при гемблинге) потребление предоставляемых мафией товаров запрещено всем потребителям; в других (покупка доставленных контрабандой сигарет) - часть потребителей действует на законных основаниях, а часть (несовершеннолетние) нет. В некоторых случаях причиной нелегальности производства является нежелание платить налог; в иных - высокая цена транс-акций; в третьих - высокие расходы на соблюдение техники безопасности.

Одни черные рынки имеют тенденцию быть “организованными”, другие нет. Есть черные рынки, где обе стороны, участвующие в трансакции, знают, что сделка незаконна; существуют и такие рынки, где о незаконности сделки знает только одна сторона, в то время как другая не знает, по каким каналам (легальным или нелегальным) был доставлен товар.

Рэкет как форма преступного бизнеса. Рэкет включает две разновидности бизнеса, основанные на запугивании, - вымогательство и криминальную монополию.

Вымогательство означает эксплуатацию чьего-либо бизнеса, которому угрожают криминальным насилием или криминальной конкуренцией. Этот “защитный” рэкет живет за счет своих жертв, позволяя им работать при условии выплаты дани криминальным структурам.

Криминальная монополия есть использование криминальных средств для ликвидации конкуренции (уничтожения или запугивания конкурентов). Следует видеть разницу между обычными легальными фирмами, использующими иногда методы “нечестной конкуренции”, и собственно “рэкет-фирмами”, чья высокоприбыльная монополия основана исключительно на использовании криминального насилия. Именно последние Т. Шеллинг и называет “криминальная монополия”.

Достаточно трудно разграничить вымогательство, которое, как паразит, эксплуатирует процветающего предпринимателя, и криминальную монополию, которая предполагает ликвидацию конкурентов. Во-первых, у них одинаковые способы принуждения. Во-вторых, вымогательство само по себе может быть использовано, чтобы обеспечить монопольную привилегию. Вместо того чтобы брать дань в деньгах, жертву рэкета могут заставить, например, подписать контракт на покупку у “рэкет-фирмы” пива или стирку белья по завышенным расценкам.

Вымогательство может быть как организованным, так и неорганизованным; есть хулиганы и мелкие шантажисты, чей бизнес локален. Но во многих случаях вымогательство само должно быть монополизированным. Жертв рэкета надо оберегать от других вымогателей. Например, принадлежащая гангстерам фирма - прачечная-монополист, которая может перейти в отношении несговорчивых клиентов от угроз к нанесению им ущерба, - возможно, должна уничтожать не только конкурирующие с ней обычные прачечные, но также другие “рэкет-фирмы”, посягающие на тех же жертв.

Монополизм на криминальном черном рынке. “Подобно тому как монополия и вымогательство могут сопутствовать друг другу в рэкете, монополия и черные рынки также сопутствуют друг другу” (с. 116).

Преуспевающий делец черного рынка получает защиту от конкуренции (подобно тому как протекционистский тариф оберегает национальную промыш-ленность) автоматически, при помощи самого закона. “Закон дает своего рода привилегию тем, кто желает нарушить закон”, - формулирует парадокс Т. Шеллинг (с. 117). Однако есть разница между “защищенным бизнесом” и “монополизированным бизнесом”: например, подпольные акушеры защищены от конкуренции законами, запрещающими аборты, но этот вид деятельности слабо подвержен монополизации; напротив, гемблинг и проституция чаще всего являются организованными монополиями (локально, если не регионально). Итак, подпольные аборты - предмет потребления на черном рынке, но не монополия черного рынка; профсоюзный рэкет - локальная монополия, не связанная с черным рынком; наркобизнес имеет оба признака - наблюдается монополизация нелегальных предметов потребления.

Использование услуг организованной преступности при создании картелей в легальной экономике. Любопытным случаем является “тайный сговор” в легальной экономике, который ведет к негласной фиксации цен и достигается при помощи криминальных действий. Когда в отрасли невозможно пресечение конкуренции путем легального соглашения о ценах и зарплате, то для осуществления тайного соглашения нанимают бандитов. Если правительство разрешит подобные соглашения, исчезнет необходимость поддерживать дисциплину криминальными методами. Такими криминальными методами может поддерживаться дисциплина в профсоюзах; если закон разрешит создание закрытого профсоюза, криминальные методы становятся ненужными(4).

Использование обмана в деятельности организованной преступности. Любой обман покупателей, поставщиков, сборщиков налогов и т. д. отличается от прямой кражи тем, что жертва не подозревает о нанесении ей ущерба. Этот вид бесчестного бизнеса и организованная преступность связаны лишь тем, что преступники испытывают нужду в легальном бизнесе, где они могли бы прибегать к обману. Им, в частности, может быть нужна так называемая крыша, чтобы маскировать нелегальные доходы. Они могут испытывать желание “делать деньги” в законном бизнесе; в силу криминальных наклонностей преступники склонны заниматься такими видами бизнеса, где есть возможность обманывать.

Использование организованной преступностью криминальных услуг. “...Подобно тому как официальный бизнес нуждается в легальных услугах - финансовых и налоговых консультациях, кредите, защите контрактных соглашений... так и в преступном мире должны быть различные виды деловых услуг, “внутренние” (“domestic”) по отношению к самому преступному миру” (с.117). Хотя эти услуги образуют инфраструктуру преступного мира, они принципиально не отличаются от легально оказываемых услуг: налоговый юрист может помогать преступать закон организаторам гемблинга и сохранять клиентуру в легальном бизнесе.

Коррумпирование организованной преступностью полиции и политиков. Как и многие представители легального бизнеса, которые коррумпируют законодательную власть и должностных лиц, “преступные организации могут действовать так же и становиться в этом отношении чем-то вроде лобби” (с. 117). Организаторы гемблинга заинтересованы в антигемблинговых законах, как, например, производители текстиля - в протекционистских тарифах. Но организованная преступность сильнее, чем легальные бизнесмены, нуждается в коррумпировании полиции и политиков и обладает для этого большими возможностями.


Случайные файлы

Файл
172132.rtf
REF_POLT.DOC
159047.rtf
126028.rtf
55759.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.