Организованная преступность (25694-1)

Посмотреть архив целиком

ЗАЩИТА ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ?

Американский экономист Джеймс М. Бьюкенен (лауреат премии имени А. Нобеля за 1986 г.) известен прежде всего как крупнейший специалист в области теории общественного выбора(2). Статья о проблемах организованной преступности не принадлежит к основному направлению его работ, но весьма популярна в научных кругах и часто цитируется в трудах по экономике преступлений и наказаний.

I. Организованная преступность как монопольное предприятие

Монополия в производстве обычных товаров и услуг социально неэффек-тивна, поскольку сокращает предложение. Но “если монополия в предложении “хороших” товаров социально нежелательна, монополия в предложении “пло-хих” товаров может быть социально желательной”. Следовательно, “монополь-ная организация [преступности] социально предпочтительнее конкурентной организации, так как сокращает общий выпуск [преступлений]” (с. 395).

Концентрацию “организованно-преступного предпринимательства” (organi-zed crime`s entrepreneurs) объясняют тем, что в этой деятельности относитель-но высок потенциал прибыли. Предлагаемая автором гипотеза заключается в том, что “такая монополия социально желательна, и это должно быть полно-стью признано правоохранительными ведомствами, которым следует поощрять или, по крайней мере, не затруднять организацию такого [монополизированного] производства” (с. 396).

Автор статьи предлагает простую графическую модель, описывающую взаимосвязь между защитой правопорядка (law enforcement) и преступностью (crime). Эта модель позволяет “обсудить в абстрактном и общем виде социальные преимущества, которые могут быть получены от эффективной монополизации криминальных действий” (с. 396).

II. Модель взаимосвязи преступности и правозащиты

Для моделирования взаимосвязей преступной и правовой деятельности автор использует хорошо известную экономистам кривую реакции (reaction curve), которая применяется в теориях международной торговли, дуополии и общественного выбора.

На рисунке на горизонтальной оси отложены ресурсы, используемые для защиты закона, на вертикальной - ресурсы, используемые для криминальной деятельности. (Предполагается, что масштабы различных видов деятельности определяются именно вложенными в них ресурсами.) Если бы не было преступлений, то обществу не были бы нужны расходы на полицию (точка 0). Однако, поскольку наблюдается использование ресурсов для криминальной деятельности, общество (как коллектив граждан) может найти выгодным также инвестировать ресурсы в защиту правопорядка. Защищенная законом деятельность более выгодна, чем частная и независимая деятельность. Поэтому кривая “законодательной реакции” (enforcement response curve) L идет от точки 0 вверх и вправо.

Взаимосвязь между уровнем ресурсов, вкладываемых в преступную и правоохранительную деятельность: кривая L - “законодательная реакция”; кривая С - “криминальная реакция” в условиях конкуренции; Сm - “криминальная реакция” в условиях монополии. (Источник: Buchanan J M. Op. cit. P. 407.)

При построении кривой L предполагалось, что “законодательная реакция” зависит от наблюдаемого уровня криминальных ресурсов. При построении же кривой С - “криминальной реакции” (criminal response) - предполагалось, что криминальные ресурсы зависят от уровня наблюдаемой защиты правопорядка. Эта кривая идет сверху вниз. Если нет полиции, уровень преступной активности будет высок. Чем выше затраты на правоохранительную деятельность, тем менее прибыльны инвестиции в преступную деятельность. При некотором относительно высоком уровне правоохранительной деятельности будет достигнут минимальный уровень преступности, и дальнейшее усиление правовой защиты будет давать малый или нулевой эффект.

Уточняя смысл кривой С, автор указывает, что “для любого наблюдаемого уровня усилий по защите правопорядка уровень инвестиций в преступность будет производным. Это результат частного и независимого поведения многих лиц, потенциальных преступников, и здесь не подразумевается, что их поведение сознательно кем-либо контролируется. Следовательно, мы можем определить кривую С как “конкурентную”, если предполагаем, что вступление в криминальную деятельность открыто и что это производство не находится под цен-трализованным контролем, не картелировано, не монополизировано” (с.397).

Рассматривая взаимосвязь “законодательной реакции” и “криминальной реакции” в условиях конкуренции, можно заметить, что система стремится к положению стабильного равновесия в точке Z. В этой точке “общественный спрос на инвестиции в правовую защиту хорошо приспособлен к уровню инвестиций в преступность; ...преступное производство находится в равновесии с противостоящими усилиями по правовой защите” (с. 397). Равновесие стабильно, и если внешние силы сдвинут систему из равновесного состояния Z, механизм реакции будет стремиться вернуть систему в новое равновесие.

III. Ожидаемые эффекты преступной монополии

Рассмотрев элементарную модель, автор предлагает усложнить ее и проанализировать последствия замены совершенно конкурентного преступного производства монополизированным производством. При этом он считает необходимым различать два вида преступной деятельности.

Первый... охватывает те виды деятельности, которые считаются “социально вредными” и включают продажу товаров и услуг, рассматриваемых некоторыми потенциальными покупателями как экономические блага” (с. 398). Типичным примером является проституция. Если нет законодательного запрета, такая деятельность представляет собой обычную куплю-продажу по обоюдному согласию вступающих в контрактные отношения партнеров. Это часто называют “преступлением без жертв” (victimless crimes).

Второй тип криминальной деятельности не включает такого обоюдного согласия, даже при полном отсутствии законодательного запрета” (с. 398). Примером подобных “преступлений с жертвами” могут быть кражи со взломом (burglary). Здесь наблюдается недобровольная передача благ в отличие от добровольной передачи при деятельности первого типа.

Как показывает экономический анализ, есть три аргумента в защиту моно-полизации (или картелирования) криминального производства(3) первого типа и два аргумента - в защиту второго типа.

Рассмотрим первый тип криминального производства. При конкурентной организации производство будет развиваться, пока затраты - цена выпуска (“заработная плата”) - ниже предельной стоимости продукта (marginal value product - MVP). Условие конкурентного равновесия записывается следую-щим образом:

W = MVP = MPP P,
где W (wage) - “заработная плата”;
MPP (marginal physical product) - предельный физический продукт труда;
Р (price) - цена товара (стоимость выпуска).

Согласно теории ценообразования при замене конкуренции монополией новое условие равновесия принимает следующую форму:

W = MVP = MPP . MR,
где MR (marginal revenue) - предельный доход (с. 398).

Именно предельный доход заменяет цену выпуска как элемент формулы предельной стоимости продукта. Отсюда очевидно, что для монополиста вы-годно сокращать общий выпуск до уровня ниже того, который бы наблюдался при конкуренции. Этот эффект цен выпуска (output-price effect) есть первый из трех аргументов в защиту эффективной монополизации первого типа криминального производства.

Данный эффект не может наблюдаться при втором типе преступной де-ятельности, где нет согласия продавцов и покупателей. Монопольный кон-троль при втором типе (например, в организации квартирных краж) не пред-полагает повышения цен. “Выпуск” здесь зависит только от ценности укра-денного. Потенциальный монополист в этом производстве будет в том же по-ложении, что и участник открытой конкурентной структуры (с. 399).

Другой эффект монополизма - эффект цен затрат (input-price effect) - характерен для обоих типов криминальной деятельности, и он также заставляет монополиста сокращать совокупное предложение до уровня более низкого, чем при открытой конкуренции. Если мы предполагаем, что используемые преступниками ресурсы не специализированы (не дают дифференциальной ренты), то расширение выпуска увеличивает цены затрат. Если монополист (точнее, монопсонист) не может использовать дискриминацию по отношению к владельцам специализированных ресурсов, он будет интенсивно сокращать совокупные затраты ресурсов (и совокупный выпуск) до уровня, ниже наблюдаемого при конкурентной организации.

Третий аргумент в пользу монополизации также относится к обоим типам криминальной деятельности. Речь идет о способности потенциального моно-полиста вести себя по отношению к защитникам правопорядка так, что результат монополизированного преступного бизнеса отличается от результата конкурентного бизнеса. Когда кривая L стремится к вертикали, показывая, что “законодательная реакция” перестает откликаться на изменение уровня инвестиций в преступность, монопольная ситуация идентична конкурентной. Однако при иных конфигурациях “стратегическое поведение монополиста с учетом ожидаемой “правоохранительной реакции” будет порождать более низкий уровень преступности, чем тот, который предсказан для конкурентной организации” (с. 400). Этот эффект автор называет “интернализацией внешних эффектов” (internalization of externality).

Для выделения этого эффекта предположим, что “выпуск” в криминальном производстве происходит в условиях полной конкуренции и затраты осуществляются при постоянных ценах предложения (т. е. производители являются ценополучателями на рынках затрат и выпуска). Следовательно, средние издержки вступления в преступный бизнес будут расти с расширением производства.


Случайные файлы

Файл
73162.rtf
91338.rtf
64157.rtf
97888.doc
157842.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.