Юридический процесс (145722)

Посмотреть архив целиком

28






СОДЕРЖАНИЕ.

Стр.


Введение.

  1. Понятие и содержание юридического процесса.

  2. Стадии юридического процесса.

  3. Основные начала юридического процесса.

  4. Правовые процедуры и судебные процессы.

  5. Уголовно-процессуальные отношения.

5.1. Субъекты уголовно-процессуальных отношений.

  1. Судебный прецедент как источник права.

  2. Аудит, как одна из составляющих юридического процесса.

Заключение.

Использованная литература.




Введение.


Процесс буквально переводится как «движение вперед». В юридической практике он означает порядок осуществления деятельности следственных, административных, судебных органов1. Близким ему по значению является термин «процедура» - официально установленный порядок при обсуждении, ведении какого-либо дела. Большой вклад в создание учения о юридическом процессе как особой системе обеспечения режима законности внес В. М. Горшенев2.

Важнейшие особенности юридического процесса заключаются в том, что он урегулирован процессуальными нормами, а направлен на реализацию норм материального права. Поэтому чтобы понять, что такое юридический процесс, каковы его место и назначение в правовой практике, необходимо помнить, что роль материальных и процессуальных норм в правовом регулировании различна.

Нормы материального права определяют субъективные права, юридические обязанности, юридическую ответственность граждан и организаций, т.е. составляют основное содержание права. Существенными признаками права, как уже отмечалось, являются его обеспеченность возможностью государственного принуждения, связь с государством. Это означает, что органы государства активно включаются в деятельность, направленную на реализацию права, на проведение его в жизнь. Подобная разнообразная деятельность и обозначается термином «юридический процесс». Связь и единство права и процесса отмечены К. Марксом: Материальное право ... имеет свои необходимые, присущие ему процессуальные формы... Один и тот же дух должен одушевлять судебный процесс и законы, ибо процесс есть только форма жизни закона, следовательно, проявление его внутренней жизни»3. Таким образом, процесс вторичен по отношению к материальному праву, произведен от него, является формой его жизни. Аналогичный вывод можно сделать относительно процессуальных норм, регулирующих процессуальное производство. К. Маркс в своих выводах следовал континентальной традиции, заложенной школой естественного права. Принципиально иное место занимает юридический процесс в англосаксонской правовой системе. Здесь судебные процедуры явились основой развития правовой системы. Судьи должны были строжайшим образом соблюдать все процессуальные правила при установлении фактических обстоятельств рассматриваемого дела, но не были связаны какими-либо нормами при вынесении решения по нему. Лишь постепенно стремление к единству и непротиворечивости судебной практики привело к становлению прецедентного права. Судебный прецедент стал основным источником права в Англии, т. е. материальное право сформировалось на базе юридического процесса.

В современной правовой науке юридический процесс получил более широкую трактовку и связывается не только с правоприменением, но и с правотворчеством. Законодательный процесс осуществляется на основе соответствующего регламента и рассматривается как разновидность юридического процесса, поскольку регламент содержит процессуальные нормы, регулирующие порядок законодательной деятельности.

1. ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА.


Юридический процесс это урегулированный процессуальными нормами порядок деятельности компетентных государственных органов, состоящий в подготовке, принятии и документальном закреплении юри­дических решений общего или индивидуального характера.

В правовом государстве или в государстве, которое стремится стать правовым, вся деятельность органов и должностных лиц должна быть организована так, чтобы она протекала в определенных правовых формах, т. е. по заранее установленным юридическим правилам.

Особенности юридического процесса заключаются в следующем.

Во-первых, это властная деятельность компетентных органов и должностных лиц; во-вторых, это деятельность, осуществление которой урегулировано процессуальными нормами;

в-третьих, это деятельность, направленная на принятие юридических решений общего (нормативные акты) или индивидуального (акты применения права) характера.

Юридический процесс - это сложная, длящаяся во времени деятельность, состоящая из процессуальных стадий, которые имеют строго определенную последовательность. По содержанию он представляет собой цепь взаимосвязанных процессуальных действий и процессуальных решений, фиксируемых в соответствующих документах. Например, в ходе расследования уголовного дела следователь выполняет такие процессуальные действия, как осмотр места происшествия, обыск, допрос свидетеля, изъятие вещественных доказательств и т. д., и выносит различные процессуальные решения - поста­новления о возбуждении уголовного дела, о производстве обыска в квартире подозреваемого, о привлечении лица в качестве обвиняемого и т. п. При этом следователь, принимая процессуальные решения и выполняя процессуальные действия, руководствуется требованиями уголовно-процессуального закона. На законодательном уровне регламентируются также принятие законов в парламенте, рассмотрение дел об административных правонарушениях, работа комиссий по назначению пенсий, деятельность всех иных органов правотворчества и правоприменения.

По характеру принимаемых решений юридический процесс может быть правотворческим и правоприменителъным.

Результат правотворческого процесса - нормативные правовые акты. Процедуры принятия нормативных актов и степень урегулированности этих процедур процессуальными нормами существенно различаются в зависимости от органа правотворчества: парламент, Президент, министр, областная дума, губернатор области, руководитель предприятия и т. д. Особую значимость имеет законодательный процесс, а потому со стадии законодательной инициативы и до вступления закона в силу он регулируется Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, регламентами Государственной Думы и Совета Федерации.

Результат правоприменительного процеесса - принятие индивидуального юридического решения по рассматриваемому делу или вопросу. Процедуры принятия правоприменительных решений многообразны. Они более просты для органов и должностных лиц исполнительно-распорядительной власти (указ Президента РФ о назначении на должность министра, приказ руководителя о приеме работника на работу и т. п.). Наиболее сложны процедуры принятия актов юрисдикционных органов, правоприменительный процесс в которых в зависимости от характера принимаемого решения подразделяется на следующие виды:

1) производство по установлению фактов, имеющих юридическое значение. Такая процедура предусмотрена, например, нормами Гражданского процессуального кодекса (ст. 247-251);

2) процесс рассмотрения споров (например, разрешение экономических споров регулируется Арбитражным процессуальным кодексом РФ);

3) процесс определения мер юридической ответственности (так Кодекс РСФСР об административных правонарушениях содержит раздел «Производство об административных правонарушениях» производство по уголовным делам осуществляется по нормам Уголовно-процессуального кодекса).

В литературе предлагается выделить еще одну разновидность юридического процесса - праворазъяснительный1. Для этого есть некоторые основания: в ходе право-разъяснительной деятельности издаются специфические юридические решения - интерпретационные правовые акты, которые отличаются как от нормативных, так и от правоприменительных актов. Вместе с тем законодатель пока не выделяет особой процедуры принятия актов официального толкования и, следовательно, не считает такую деятельность особым видом юридического процесса.

Специфические особенности имеет также производство по исполнению правоприменительных решений: судебных приговоров, решений по гражданским делам, постановлений об административном аресте и других решений о применении мер государственного принуждения. Подобную правоисполнительную деятельность государственных органов следует рассматривать как особую разновидность правоприменительного процесса.

Виды юридического процесса различаются также по отраслевому признаку. В системе российского права есть две процессуальные отрасли: гражданское процессуальное и уголовно-процессуальное право, регулирующие соответственно гражданское судопроизводство и предварительное расследование и судопроизводство по уголовным делам. Существует также производство по административным делам, связанным с применением мер юри­дической ответственности, мер пресечения, предупредительных и иных мер государственного принуждения. Таким образом, по отраслевому признаку выделяются гражданский, уголовный и административный процесс. Разновидностью гражданского процесса является арбитражный процесс. Судопроизводство в арбитражном суде регулируется Арбитражным процессуальным кодексом РФ.

Для юридической деятельности характерен определенный порядок, который должен быть - и в большинстве случаев является - оптимальным для совершения тех или иных юридически значимых действий. Он устанавливается соответствующими нормативными предписаниями. Например, регламент работы представительных органов государственной власти, принятия законодательных актов, проведения выборов, защиты диссертаций, процедура выдачи ордера на жилье, получение наследства и т.п.

Оптимальный порядок содержит программу юридической деятельности, он имеет ориентирующее значение для достижения определен­ной правовой цели, тем самым, повышая эффективность правового регулирования юридической деятельности и гарантируя ее правомерность и результативность. Нарушение порядка представляет собой правонарушение, а в отдельных случаях результаты такой неправомерной деятельности признаются юридически ничтожными (недействительными).

Например, обращение гражданина в суд для защиты нарушенного» или оспоренного субъективного права без соблюдения установленного гражданским процессуальным законом (Гражданским процессуальным кодексом) порядка не приведет к желаемому результату: судья либо откажет в принятии заявления, либо оставит поданное заявление без движения, либо прекратит производство по делу, либо оставит за­явление без рассмотрения.

Юридическая деятельность разнообразна, и в зависимости от ее целей и количества совершаемых актов правовой режим ее может быть простым или развернутым. Так, в принципе не вызывает сложностей порядок установления и регистрации определенных юридических фак­тов: порядок выдачи актов гражданского состояния (рождения, усы­новления, регистрации брака или развода, смерти) органами загса, но­тариальное удостоверение бесспорных обстоятельств.

Значительно сложнее установленный законом порядок расследова­ния преступлений или судебного разрешения споров о праве гражданском, где многие действия следователя, суда, заинтересованных лиц и других участников упорядочиваются по правилам предшествования и следования (причинно-следственной связи действий и актов юриди­ческого процесса).

Нормативно установленные формы упорядочивания юридической деятельности и образуют юридический процесс. Теорию юридическо­го процесса в нашем праве активно разрабатывал профессор В.М. Горшенев и его научная школа1. Юридический процесс они определяют как комплексную систему правовых порядков (форм) деятельности уполномоченных органов государства, должностных лиц, а также заин­тересованных в разрешении различных юридических дел иных субъек­тов права. Данный процесс регулируется правовыми (процедурными и процессуальными) нормами, а его результаты закрепляются в соответ­ствующих правовых актах - официальных документах2.

Для характеристики юридического процесса первостепенное значе­ние имеет категория формы деятельности. Форма - это правовая кон­струкция нормативного упорядочивания деятельности и соответству­ющих документов. Она представляет собой совокупность требований к действиям участников процесса, направленным на достижение кон­кретного результата. Определенность данных требований обеспечива­ется соответствующими санкциями, среди, которых наиболее типичны пресекательные, преследующие цель принудительного прекращения неправомерной юридической деятельности (отказ, в принятии заявле­ния, отказ в совершении действий, прекращение соответствующего юридического производства).

Правовая форма - в той или иной степени - присуща любой юри­дически значимой деятельности (законотворческой, осуществлению властных полномочий административными и судебными органами). Форма служит одной из гарантий точного и неуклонного применения, соблюдения и исполнения юридических норм.

Юридическая форма регламентирует как правовую деятельность граждан, организаций, должностных лиц и компетентных органов, так и официальные документы, в которых закрепляются итоги этой дея­тельности. Включение в состав формы документов, имеющих юриди­ческое значение, обязательно, коль скоро в современном российском делопроизводстве существует четко выраженная тенденция докумен­тирования всех юридических фактов: актов гражданского состояния, абсолютного большинства сделок, правонарушений, актов судебной юрисдикции, волеизъявления государственной власти и т.п. Соответ­ственно следует различать форму деятельности и форму правовых до­кументов. Первая - устанавливает, кто, какие действия, в какой после­довательности и в какой срок может или должен совершить. Содержа­ние такой формы сводится к следующим положениям: исчерпывающе точный состав участников юридического процесса; их права и обязан­ности по совершению правовых действий и поступков; последователь­ность совершения названных действий. Юридический процесс - это всегда динамичный состав фактов, имеющих правовое значение. Ими являются действия и поступки участников процесса. Определены сроки (время) совершения фактов; правовые санкции за несоблюдение требований формы.

Правовая форма документов обусловливает их содержание и юри­дическую действительность. Она выражается в требованиях относи­тельно обязательных реквизитов документов; последовательности их расположения; времени составления документа; правовых последст­вий его вынесения, а также условий юридической ничтожности данно­го документа, оснований к его отмене и изменению.


2. СТАДИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА.


Юридический процесс это всегда определенная совокупность последовательно совершаемых действий и постановляемых актов. И эта совокупность может быть в известных случаях значительной, включать многие действия различного характера. Например, расследо­вание уголовного дела, правотворчество и др. Поэтому юридический процесс не может не содержать требовании, обеспечивающих ритмич­ность, плановость и строгий правовой порядок при проведении актов, имеющих правовое значение, и - главное - обеспечивающий справед­ливость, законность, обоснованность как самой деятельности, так и ее результатов (постановляемых юридических актов).

В этой связи представляется целесообразным подразделение юри­дического процесса на этапы, вычленение в нем стадий. Так, С. С. Алек­сеев основными этапами правотворческой процедуры считает подго­товку проекта нормативного юридического акта, официальное возведе­ние воли народа в закон1. По мнению других правоведов, например А. С. Пиголкина, прохождение законопроекта в компетентном предста­вительном органе состоит из следующих стадий: внесение проекта в правотворческий орган и принятие его на рассмотрение этого органа; обсуждение проекта; принятие проекта.

В судопроизводстве, как уголовном, так и гражданском, принято вы­делять больше стадий. Так, в теории гражданского процесса процессуальная стадия определяется как совокупность последовательно совер­шаемых процессуальных действий, объединенных ближайшей целью. Традиционно выделяются семь стадий:

  1. возбуждение судопроизвод­ства;

  2. подготовка дела к судебному разбирательству;

  3. судебное раз­бирательство;

  4. пересмотр дела в суде кассационной инстанции;

  5. пересмотр дела в судах надзорной инстанции;

  6. пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам;

  7. принудительное исполнение судебного решения.

Наряду со стадиями в правоприменительном процессе как одном из разновидностей юридического процесса следует различать правоприменительные циклы (И.Я. Дюрягин), каждый из которых непосредст­венно направлен на принятие разнохарактерных по своему назначению правопримёнительных актов (решений, определений, постановлений).

В гражданском судопроизводстве закон выделяет пять таких цик­лов: производство в суде первой инстанции; производство в кассацион­ной инстанции; производство в суде надзорной инстанции; производст­во в суде при пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам реше­ний, определений и постановлений; исполнительное производство.

Сходное положение имеет место и в уголовном процессе. Указан­ные циклы в процессуальном законе регламентированы как процес­суальные производства, и каждый из них состоит из стадий: возбуж­дения деятельности по применению права, подготовки и совершения правоприменительного акта (действия). Исполнительное производст­во включает еще одну стадию - обжалование действий судебного исполнителя.

Значение стадий в характеристике юридического процесса связано, прежде всего, с тем, что они отражают логическую последовательность его развития. Пока дело не возбуждено, невозможна последующая про­цессуальная деятельность. Конечно, проверочной деятельности обяза­тельно должно предшествовать решение вопроса (дела) по существу и т.п..

Стадии не просто следуют одна за другой - в каждой из них при определенных условиях может быть проведена проверка правильности деятельности в предыдущей. Так, в судебном заседании обязательно анализируется законность и обоснованность возбуждения судопро­изводства и проведенного расследования (дознания, подготовки дела).

Конкретные юридические процессы могут быть усеченными (на­пример, результаты разрешения вопроса не подвергаются проверке, далеко не каждое принятое решение нуждается в специальном произ­водстве по его исполнению и др.). Поэтому стадии принято подразде­лять на обязательные и факультативные. К первым можно отнести возбуждение процесса, подготовительные действия и само разбира­тельство вопроса (дела) путем осуществления правовых предписаний. Наличие всех стадий в юридическом процессе зависит от конкретных обстоятельств.

В каждой из названных стадий юридического процесса обязатель­ны следующие компоненты:

а) относительно самостоятельная задача, на решение которой на­правлены действия, объединяемые в той или иной стадии;

б) специфический состав действий, непременно включающий уста­новление или анализ фактических обстоятельств, реализацию соответ­ствующей юридической нормы для решения вопроса, дела и т.п.;

в) юридические документы, в которых отражаются и закрепляются итоги совершенных в данной стадии юридических действий1.

3. ОСНОВНЫЕ НАЧАЛА ЮРИДИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА.


При всем разнообразии производств в составе юридического про­цесса им присущи некоторые общие начала принципиального характе­ра, которые отражают их сущностное единство. Они либо указаны в действующих законах, либо их можно вывести из содержания право­вых актов. Они непременно проявляются в работе компетентных орга­нов как руководящие идеи, образуя главные правила производства.

Сам факт правового регулирования означает, что производства всегда заключают в себе более или менее развитую систему юридичес­ких гарантий достижения конечного результата, условий. Так, в Ос­новах лесного законодательства Российской Федерации 1993 г. нор­мативно закреплены порядок пользования лесным, фондом, порядок лесоустройства и лесной мониторинг. В самостоятельный раздел выделены правила о разрешении лесных споров и привлечении к ответственности виновных лиц за нарушения лесного законодатель­ства. Такие нормативы и обеспечивают законность в лесохозяйственной деятельности.

Большинство нормативных актов устанавливают сроки соверше­ния тех или иных юридических действий. Например, по Закону Рос­сийской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» 1992 г. заявление о немедленной госпитализации больного в психиатрический стационар должно быть подано в суд в течение суток после проведения консилиума врачей (ст. 33) и судья должен санкционировать или не санкционировать госпитализа­цию в пятидневный срок.

Такая срочность обусловлена тем, что больной может представлять опасность для себя или окружающих, он может быть не способным удовлетворять свои основные жизненные потребности, либо его здоро­вью может быть причинен существенный вред. В случаях, если срок прямо не указан в российском праве, действует правило (аксиома): должностное лицо обязано выполнить соответствующее действие в оп­тимально короткий срок. Эта аксиома должна предупредить волокиту в работе учреждений государства, местного самоуправления и общест­венных организаций.

Как правило, к работе компетентных органов привлекаются заинте­ресованные лица, те граждане и организации, на правовом положении которых может отразиться управленческое решение. Им предоставля­ется возможность для выражения и защиты своих интересов. В част­ности, при регистрации органами загса гражданского состояния (рож­дении или смерти гражданина, заключения или расторжения брака, усыновления, изменения имени и др.) обязательно участвуют заинте­ресованные лица, и они вправе требовать исправления допущенных ошибок.

Заинтересованным лицам, участвующим в юридическом процессе, в большинстве случаев предоставляется и право жалобы, т.е. возмож­ности возбудить контрольно-надзорное производство в вышестоящем органе. Это важнейшее конституционное право граждан, его эффектив­ность обеспечивается нормативными актами, устанавливающими по­рядок работы с заявлениями и жалобами граждан в государственном аппарате и органах местного самоуправления и общественных органи­зациях.

Для юридического процесса характерно и такое начало, как кон­трольно-надзорная деятельность, т.е. система наблюдения и проверки работы государственных органов для своевременного устранения нарушений. Без контроля и надзора не может нормально развиваться ника­кая юридическая деятельность, как и вообще любая жизнедеятель­ность; она составляет неотъемлемую часть любого юридического про­изводства.

Контрольно-надзорная деятельность имеет свои особенности, она существенно отличается от других видов юридического процесса: правотворчества, правоисполнения, правообеспечения и т.д. Нормы, рег­ламентирующие данную деятельность, оформляются в виде отдельного правового акта либо выделяются в самостоятельный раздел кодекса (ГПК, УПК, АПК). В нормативных актах устанавливаются сроки и порядок обжалования, юридические последствия принесения жалобы, регламент проверки деятельности либо актов контролируемого органа, критерии такой проверки (основания к отмене, изменению проверяе­мого акта или его замене новым) и полномочия контрольно-надзорного органа.

4. ПРАВОВЫЕ ПРОЦЕДУРЫ И СУДЕБНЫЕ ПРОЦЕССЫ.


Юридический процесс включает в себя как различные правовые процедуры, так и судебные процессы (судопроизводства). Наличие в праве процедур и судопроизводств не вызывает споров в юридической литературе, сложнее решается вопрос об их сходстве, различии и соот­ношении. По этому вопросу высказываются диаметрально противопо­ложные суждения.

Данные правовые конструкции имеют немало общего. Как судеб­ный процесс, так и любая правовая процедура представляет собой нор­мативно установленный порядок осуществления юридической дея­тельности, т.е. определенную юридическую форму. Но при этом про­цессуальные формы (уголовно-процессуальная, гражданско-процессуальная и др.) регламентируют действия в судопроизводствах, устанав­ливая порядок отправления правосудия по гражданским, администра­тивным, уголовным делам. В процессуальных режимах судопроизвод­ства имеются и некоторые общие черты, определенное сходство1.

Процедурный режим в разных органах может быть существенно различным (ср.: процедуру принятия закона Государственной Думой и порядок прохождения гражданами врачебно-трудовой экспертной ко­миссии, порядок заключения брака и привлечения к административ­ной ответственности шофера, управляющего автомашиной в нетрезвом состоянии).

Для ряда процедур характерна фрагментарность (частичность) пра­вового регулирования той или иной деятельности. Но это необязатель­ный признак - некоторые процедуры могут быть развернутыми (на­пример, обмен жилыми помещениями, оформление пенсии и др.), здесь все зависит от предмета и целей правового регулирования. Неразвер­нутыми могут быть и судопроизводства в целом (регламент заседания в Конституционном Суде) или в отдельных частях, (порядок подготов­ки гражданского дела к судебному разбирательству).

Нормативный режим юридических процедур и судебных процессов предполагает их обеспеченность - в той или иной степени - правовы­ми санкциями. Типичной является юридическая деятельность, совер­шенная с нарушениями установленного порядка, которая не приводит к желаемым результатам: компетентный орган отказывает в признании результатов такой деятельности, а сама деятельность признается юри­дически недействительной, ничтожной.

Вместе с тем между юридической процедурой и судебным процес­сом есть принципиальные различия. Судопроизводство - это установ­ленный законом порядок деятельности суда и участников процесса, правовая форма судебной юрисдикции по применению санкций соот­ветствующих юридических норм для защиты и охраны субъективных прав граждан и организаций, а также для раскрытия преступления, изобличения и наказания виновных либо осуществления конституци­онного контроля за нормативными актами и правоприменительной практикой. Через судопроизводства процессуальными средствами осу­ществляется судебная власть.

Согласно статье 117 Конституции РФ, в России в настоящее время признаны четыре судопроизводства (судебных процессов): граждан­ский, уголовный, административный и конституционный. Из них ре­ально функционируют гражданский и уголовный процессы. Это тра­диционные формы осуществления правосудия по гражданским и уго­ловным делам. Процессуально-правовой регламент их закреплен в Гражданском процессуальном кодексе и Уголовном процессуальном кодексе.

Административное судопроизводство пока еще не выделилось из гражданского процесса, хотя определенные предпосылки для этого есть. В настоящее время административное судопроизводство регули­руется главами 22—25 Гражданского процессуального кодекса (ГПК).

Конституционное судопроизводство находится в стадии правового формирования, поисков оптимальных средств и путей осуществления конституционного контроля.

Процедуры применяются во внесудебных неюрисдикционных про­изводствах: в законотворчестве, выборах депутатов, назначении на должность граждан, образовании новых юридических лиц, осуществле­нии прав и добровольном выполнении обязанностей. В большинстве случаев для этого достаточно реализации только диспозиций, Но не сан­кций соответствующих норм права. Процедурные правила в первую оче­редь обращены к органам и учреждениям представительной и исполни­тельной власти.

Если процедура - организующее средство обеспечения нормаль­ной (непринудительной) реализации права, она непременно включается в материальное право в виде отдельных статей, совокупности статей или даже разделов кодексов. Например, статьи о рассмотрении трудо­вых споров в Кодексе законов о труде, статьи об обеспечении граждан жилыми помещениями в домах жилищно-строительной кооперации в Жилищном кодексе, статьи о заключении и прекращении брака в Се­мейном кодексе.

Нередко процедурные правила составляют самостоятельный нор­мативный акт. Например, Положение о претензионном порядке урегу­лирования споров, Правила возмещения работодателями вреда, причи­ненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудо­вых обязанностей, Правила бытового обслуживания населения, Ин­струкция о порядке приемки продукции (товаров) по количеству и качеству и др.

При всем разнообразии юридических процедур они всегда - со­ставная часть гражданского, семейного, трудового, жилищного и дру­гого права. Они закреплены материально-правовыми нормами в отли­чие от судебных процессов, каждому из которых должна соответство­вать процессуальная отрасль права. Нормативные акты процедурного характера обязательны в российском законодательстве - без них не­возможно нормальное функционирование как отдельных правовых ин­ститутов, отраслей права, так и всего права России.

Роль процедурных и процессуальных норм в современном государ­стве резко возрастает - правовой режим в нашей стране должен, преж­де всего, определяться технологией реализации юридических предпи­саний, В нашем государстве важнее определиться не в том, что нужно делать, а в том, каким образом это делать (В.М. Горшенев). Ответ на этот вопрос и должна дать конструкция юридического процесса, объ­единяющая различные правовые процедуры и судопроизводства.

5. УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ.


По мнению В.К. Бабаева, в делении правоотношений по отраслевой принадлежности большое значение имеет разграничение материально-правовых и процессуальных правоотношений. С позиции данного автора, процессуальные правоотношения возникают на базе процессуальных норм и производны (вторичны) от материально-правовых отношений1.

Теория права в ее нынешнем состоянии индифферентна к различиям материального и процессуального права при оценке правовых явлений и в большей степени ее можно считать "теорией материального права"2. Это в равной степени имеет отношение и к уголовно-процессуальным правоотношениям, возникающим в процессе возбуждения, расследования и судебного рассмотрения уголовных дел.

На данное обстоятельство не раз обращалось внимание в юридической литературе. Анализ уголовно-процессуальных правоотношений предполагает рассмотрение структурных элементов правоотношений - субъектов, объекта, содержания, а также таких предпосылок как соответствующие нормы права, юридические факты и правосубъектность участников уголовно-процессуальных правоотношений.

5.1. Субъекты уголовно-процессуальных правоотношений.

Субъекты - необходимый элемент каждого правоотношения, ибо они несут на себе нагрузку определяющего компонента. Они выполняют функцию генератора всей фактической и юридической ткани, специфических социальных связей по поводу создания атмосферы благоприятствования реализации нормы материального права в целях установления объективной истины и вынесения решения по делу.

Прежде чем проанализировать проблему субъектов уголовно-процессуальных правоотношений, необходимо подчеркнуть, что не следует отождествлять участников материальных и процессуальных отношений. Даже, несмотря на то обстоятельство, что в качестве обвиняемых, как правило, привлекаются лица, действительно совершившие преступления. В этой связи нельзя полностью согласиться с положением, согласно которому субъект уголовно-процессуальных правоотношений может и не совпасть с субъектом уголовного правоотношения, так как в результате ошибки, допущенной органом расследования и судом, может быть заподозрено, привлечено к ответственности и даже осуждено невинное лицо3. Или иными словами, субъекты материальных и процессуальных отношений совпадут, если подозрение оказалось обоснованным, предъявленное обвинение подтвердилось, а обвиняемый затем осужден.

По мнению В.П. Божьева, различие между субъектами материальных и процессуальных правоотношений заключается в следующем. Во-первых, в уголовно-процессуальных отношениях государство не выступает в качестве субъекта правоотношения, от имени государства выступают его органы (суд, следователь, орган дознания, прокурор и др.). Во-вторых, в уголовно-процессуальных отношениях нет преступника (т.е. лиц, действительно совершившего преступление), а есть подозреваемый, обвиняемый, подсудимый. В-третьих, помимо основных (центральных) субъектов правоотношений (представитель государства и обвиняемый) существует множество других, которые вступают в различные процессуальные отношения1.

Действительно, совершая преступление, лицо нарушает запреты, установленные государством, и тем самым у него возникают обязанности перед государством, законы которого оно нарушило. В.К. Бабаев подчеркивает, что государство в целом, Россия, вступает во многие виды правоотношений, в том числе "уголовно-правовые - поскольку приговор по уголовному делу выносится от имени Российской Федерации, и Федеративный договор 1992 г. не изменил этого положения"2. Поэтому государство (и только государство) является субъектом уголовного материального правоотношения. Но, что важно подчеркнуть, государство как субъект права и правоотношения не может реализовать свои права (и обязанности) по отношению к преступнику иначе как через уголовно-процессуальные правоотношения. Когда в отношения с обвиняемым "вместо" государства вступает его представитель, происходит не "уточнение" органа государства3, а опосредствование одного субъекта другим, вызванное, образно выражаясь, "рождением" уголовно-процессуальных отношений.

Следует отметить, что участники уголовно-процессуальных отношений различны по своей правовой природе, как различна их роль в сфере уголовного судопроизводства, что в свою очередь определяет характер и объем их прав и обязанностей. Также заметим, что круг субъектов уголовно-процессуальных отношений значительно шире круга субъектов материальных правоотношений.

В силу публично-правового начала, присущего уголовному судопроизводству, специфической особенностью каждого уголовно-процессуального отношения является участие в нем представителя государственной власти (следователь, прокурор, суд). На это обстоятельство в юридической литературе акцентируется внимание указанием на то, что "одним из субъектов уголовно-процессуального отношения всегда выступает орган государства (должностное лицо), наделенный властными полномочиями4.

Без властного начала в уголовно-процессуальных отношениях невозможно развитие уголовного судопроизводства, стоящих перед ним задач. Так, властные полномочия проявляются при применении мер процессуального принуждения (ст. 93 УПК), прекращении уголовного дела (ст. 6-9 УПК) и т.п. Носителями этих властных полномочий являются на предварительном следствии и дознании следователь, начальник следственного отдела, лицо, производящее дознание, орган дознания, прокурор, в судебных стадиях - судья или суд.

В связи с этим в юридической литературе субъектов правоотношений подразделяют на группу непосредственно заинтересованных в результатах юридического процесса, т.е. тех, защите чьих интересов, реализации субъективных прав или юридических полномочий, осуществлению юридических обязанностей или претерпеванию юридической ответственности способствует весь арсенал процессуальных способов, средств и приемов, а с другой - лидирующих субъектов, выполняющих свои функции в "чужом" интересе, в целях оптимального решения разбираемого юридического дела5. Как представляется, это утверждение требует уточнения именно с точки зрения участвующих в процессе субъектов.

Как правило, в уголовно-процессуальном правоотношении участвует один носитель властных полномочий. Например, правоотношения уголовно-процессуального характера существующие между лицом, производящим дознание, и подозреваемым (или свидетелем). Существуют и такие правоотношения, в которых оба субъекта являются представителями власти. Примером могут служить процессуальные правоотношения, существующие между следователем и органом дознания (п. 4 ст. 119, ч. 4 ст. 127 УПК), между прокурором и органом дознания (ст. ст. 211, 212 УПК). Но в таких правоотношениях "вырисовывается" лишь один субъект как выразитель властного начала. В приведенных примерах таковыми являются: в первом случае - следователь, во втором - прокурор.

Подобное положение весьма типично для отношений в сфере уголовного судопроизводства. Оно не нарушается даже в случае участия в проведении следственных действий наряду со следователем прокурора. И в этом случае всей полнотой власти обладает следователь. В ч. 1 ст. 127 УПК закрепляется предписание, согласно которому при производстве следственных действий все решения о направлении следствия и производстве следственных действий следователь принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции от прокурора, и несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение.

В этой связи в литературе подчеркивается, что было бы неверно считать следователем, как это нередко бывает, какое угодно должностное лицо (хотя бы и административное), назначенное для производства расследования по уголовному делу. Специфичность этого должностного лица определяется, во-первых, принадлежностью к органам юстиции, а во-вторых, наличием условий достаточно надежно гарантирующих ему процессуальную самостоятельность, независимость и подчинение только закону, и, в-третьих, обязанностью осуществлять объективное, полное и всестороннее исследование обстоятельств уголовного дела в ходе предварительного следствия. К следователю в отношении его объективности, подчиненности только закону, а тем самым и в отношении его независимости от каких-либо иных органов и должностных лиц (прежде всего от администрации разного рода), а также от лиц, участвующих в деле, предъявляются, в сущности, те же требования, что и к судье1.

Как известно, прокурор, присутствуя при производстве следственного действия, вправе давать указания следователю. Здесь вступая в правоотношения со следователем, прокурор является выразителем властного начала. Реализуя указания прокурора, следователь в свою очередь выполняет властные предписания (полномочия), вступая в процессуальные правоотношения с другими лицами (специалистом, понятыми и т.п.).

Еще рельефнее высказанное положение находит подтверждение в стадии судебного разбирательства. В ст. 14 УПК декларируется, что никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут наказанию иначе как по приговору суда. Закон тем самым наделяет суд исключительной компетенцией, ставит суд в особое положение как среди органов государственной власти, так и среди участников уголовного процесса. Это дает основание признать его решающую и руководящую роль в уголовном судопроизводстве. Поэтому можно утверждать, что суд (и только суд) является единственным носителем властного начала в правоотношениях, возникающих в судебном разбирательстве.

В связи с этим полагаем, что не совсем убедительной является позиция тех авторов, которые считают, что прокурор в суде первой инстанции не только поддерживает государственное обвинение, но, будучи стороной в процессе, надзирает за законностью действий суда, рассматривающего дело2. Прав В.П. Божьев, который подчеркивал, что прокурор в ходе судебного заседания не может оценивать деятельность суда, в работе которого он участвует в качестве равноправного участника процесса, оценку приговора он может дать лишь после его вынесения - в кассационном протесте. Прокурор осуществляет надзор за законностью и обоснованностью уже вынесенного приговора1. Это положение находит свое подтверждение и в соответствующих нормативных предписаниях. Так, согласно ч.2 ст. 228 УПК "постановление судьи о необходимости участия в судебном разбирательстве прокурора обязательно для последнего". В ч. 1 ст. 251 УПК провозглашается, что "в случае неявки прокурора в судебное заседание суд решает вопрос о возможности слушания дела в его отсутствие или об его отложении".

Трудно себе представить, чтобы законодатель установил эти правила для того, чтобы суд мог обеспечить себя во время заседания прокурорским надзором. В п. 3 ст. 1 федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в редакции от 17 ноября 1995 г. говорится о том, что прокуроры в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации участвуют в рассмотрении дел судами, опротестовывают противоречащие закону решения, приговоры, определения и постановления судов. В п. 2 ст. 35 провозглашается, что "осуществляя уголовное преследование в суде, прокурор выступает в качестве государственного обвинителя". В ст. 36 этого закона закреплено положение, согласно которому прокурор или его заместитель в пределах своей компетенции приносит в вышестоящий суд кассационный или частный протест на незаконное или необоснованное решение, приговор, определение или постановление суда. Помощник прокурора, прокурор управления, прокурор отдела могут приносить протест только по делу, в рассмотрении которого они участвовали". Эти и другие нормативные предписания подтверждают тезис о том, что целью участия прокурора в суде является осуществление функции государственного обвинения, а не надзор за деятельностью суда.

В юридической литературе высказывалось мнение, что участником уголовно-процессуальных отношений не всегда является представитель органа государственной власти. Так, М.С. Строгович обращает внимание на то, что "определенное место в системе уголовно-процессуальных отношений занимают правоотношения между самими участвующими в производстве по уголовному делу гражданами или между гражданами и представителями учреждений и организаций, участвующими в производстве по делу, например, между общественным обвинителем и подсудимым или допрашиваемым на суде свидетелем"2. Следует остановиться на анализе этой точке зрения.

Если имеется ввиду правоотношение между потерпевшим и обвиняемым на предварительном следствии во время очной ставки, то известно, что данное следственное действие проводится по решению следователя. В ст. 162 УПК говорится, что "следователь вправе произвести очную ставку между двумя ранее допрошенными лицами, в показаниях которых имеются существенные противоречия". Данное следственное действие согласно ст. 163 УПК проводится при участии следователя и "лица, между которыми производится очная ставка, могут с разрешения следователя задавать друг другу вопросы ...".

В этой же работе М.С. Строгович считает очевидным процессуальное отношение между обвиняемым и его защитником3, хотя сам автор не показывает эту очевидность. Действующий же закон не дает оснований для подобных утверждений. Согласно ст.19 Положения об адвокатуре РСФСР от 20 ноября 1980 г. адвокаты, оказывая юридическую помощь, участвуют на предварительном следствии в суде по уголовным делам в качестве защитников, представителей потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков". Процессуальными правами адвокат наделяется с момента вступления в уголовное или гражданское дело. Однако и до этого момента он может и должен оказывать юридическую помощь обвиняемому, потерпевшему, истцу и другим лицам путем разъяснения действующего законодательства, составления соответствующих документов правового характера и т.п. Гражданин вправе воспользоваться помощью адвоката и до возбуждения уголовного дела, в случаях отказа в возбуждении уголовного дела и его прекращения. Ограничивать это право оснований не имеется, и было бы ошибкой считать, что адвокаты оказывают юридическую помощь по уголовным делам лишь после допуска в процесс в качестве защитника или представителя потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика1.

Если иметь в виду наличные отношения защитника с подзащитным, то они носят непосредственный характер, или иными словами, находятся вне сферы уголовно-процессуального права.

Если иметь в виду наличные отношения защитника с подзащитным, то они носят непосредственный характер, или иными словами, находятся вне сферы уголовно-процессуального права.

Своеобразна позиция ученых, согласно которой один из субъектов правоотношений на предварительном следствии всегда является должностным лицом. Даже при свидании защитника с обвиняемым наедине якобы "косвенным" участником уголовно-процессуального правоотношения является компетентный государственный орган2. Как известно, никто кроме обвиняемого и защитника при их свидании наедине не присутствуют и не участвуют; свидание не является ни процессуальным действием, ни процессуальным правоотношением. Исходя из этого, можно сделать вывод, что ни один из участников уголовно-процессуальных правоотношений вне прямой и конкретной связи с представителем государства (следователем, лицом, производящим дознание, прокурором, судом) не может реализовать свои права и выполнить возложенные на него обязанности. Поэтому представитель государственного органа - обязательный участник всех этих отношений.

В связи с анализом проблем субъектов уголовно-процессуальных отношений, принципиальное значение имеет решение вопроса о том, чьи действия регулируются уголовно-процессуальным правом как самостоятельной отраслью российского права, и кто вступает в конкретные правоотношения в процессе реализации соответствующих норм права. Иными словами, необходимо точно определить, кто является субъектом права и кто - субъектом конкретного правоотношения.

Нельзя смешивать (отождествлять) эти понятия, ибо их содержание далеко не однозначно и не равнозначно. В этой связи основная посылка заключается в том, что не каждый субъект уголовно-процессуального права является субъектом соответствующего правоотношения, но каждый субъект уголовно-процессуального правоотношения является и субъектом права. На это в свое время обращала внимание М.С. Шакарян, обоснованно выразившая сомнение в том, что норма права имеет в виду определенных лиц. По ее мнению, в правовых нормах формируются типичные признаки, наличие которых предопределяет лишь возможность занять определенное процессуальное положение. Поэтому в подобных случаях юридически предпочтительней говорить о признании лиц субъектами права той или иной его отрасли3.

Субъект права автоматически не трансформируется в субъекта правоотношения. Становление конкретного уголовно-процессуального правоотношения, как и цепи правоотношений, обусловлено совершением юридически значимого факта. Юридический факт, о котором подробнее будет сказано ниже, приводит в действие процессуальную норму и, как следствие этого, порождает правоотношение со всеми составляющими его компонентами (или элементами). При этом субъект процессуального права становится субъектом уголовно-процессуального отношения, реализующим предоставленные ему законом права и обязанности.

В.П. Божьев обращает внимание и на то, что нельзя не учитывать такого момента, характерного для уголовно-процессуального права, как разнообразие регулируемых им общественных отношений. Широкий круг связей (отношений) предполагает возможность участия человека в различном процессуальном качестве в зависимости от оснований (т.е. юридических фактов) этого участия. Например, при производстве предварительного следствия по уголовному делу гражданин может участвовать в процессе либо в качестве следователя, либо в качестве свидетеля, потерпевшего и т.д. Такая возможность существует в силу процессуального закона. Когда же эта возможность превращается в действительность, иначе говоря, когда субъект права становится субъектом правоотношения, лицо может выступать, как правило, лишь в качестве одного субъекта правоотношения1.

Возможно и такое положение, когда лицо не совмещает в правоотношениях процессуального положения двух или нескольких участников и, тем не менее, не может выступать в качестве следователя или судьи. К примеру, согласно п. 2 ч. 1 ст. 59 УПК судья не может участвовать в рассмотрении дела, если он является родственником потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей, родственником обвиняемого или его законного представителя, родственником обвинителя, защитника, следователя или лица, производящего дознание или согласно п.4 ч. 1 той же статьи - если имеются иные обстоятельства, дающие основание считать, что судья лично, прямо или косвенно заинтересован в этом деле. Часть 2 ст. 59 УПК гласит, что "в состав суда, рассматривающего дело, не могут входить лица, состоящие в родстве между собой". Не случайно поэтому в ряде иных статей УПК имеются прямые запреты лицу выступать по одному уголовному делу в том или ином качестве (ч. 6 ст. 47, ст. ст. 60, 63, 64, 65, 66, 67, ч. 2 ст. 72, ст. 81 УПК и др.). Наличие таких запретов лишний раз свидетельствует о нетождественности понятий субъекта уголовно-процессуального права и субъекта уголовно-процессуального правоотношения. Представляется, что субъекта уголовно-процессуального правоотношения следует рассматривать как лицо, занимающее в процессе по конкретному делу определенное процессуальное положение (следователя, свидетеля, обвиняемого, потерпевшего, эксперта и т.п.).


6. Судебный прецедент как источник права.



Для того чтобы стать реальностью и успешно выполнять свои функции, право должно иметь внешнее выражение. В правовой доктрине формы, с помощью которых воля становится правовой нормой, обозначаются термином "источники права".

Обычно в теории права называют четыре вида источников: нормативный акт, судебный прецедент, санкционированный обычай и договор. В большинстве правовых систем мира доминирующим источником права является нормативный акт.

Важнейшее место среди источников права ряда стран занимает судебный прецедент. Его наличие свидетельствует о том, что правотворческой деятельностью в таких странах занимаются не только законодательные, но и судебные органы. Под судебным прецедентом понимается решение по конкретному делу, являющееся обязательным для той же или низшей инстанции при решении аналогичных дел.

Прецедент как источник права известен с древнейших времен. В Древнем Риме в качестве прецедентов выступали устные заявления (эдикты) или решения по конкретным делам преторов и других магистратов. Первоначально они имели обязательную силу при рассмотрении аналогичных дел лишь для самих магистратов, их принявших, и лишь в течение определенного срока, однако постепенно наиболее удачные эдикты приобрели устойчивый характер и постепенно сложились в систему общеобязательных норм под названием преторского права.

Как источник права прецедент широко использовался в средние века. После захвата Англии в 1066 году Вильгельмом I Завоевателем на смену разрозненным местным актам приходит общее для всей страны право. В этот период создаются королевские разъездные суды, которые решают дела с выездом на места и от имени Короны. Вырабатываемые судьями решения брались за основу другими судебными инстанциями при рассмотрении аналогичных дел. Так стала складываться единая система прецедентов, общая для всей Англии, получившая название "common law" (общее право).

В настоящее время судебный прецедент является одним из основных источников права в правовых системах Канады, США, Великобритании и многих других стран. Сегодня почти треть мира живет по принципам, сформулированным в английском праве. Судебный прецедент имеет большое значение в создании единого Европейского права, в формировании которого значительную роль играет Люксембургский Суд Европейского Сообщества.

В разных странах даже одной правовой системы су прецедент применяется по-разному. В Англии существует строгое правило прецедента, которое обозначается термином stare decisis. В США правило прецедента не такое жесткое в силу особенностей федеративного устройства этой страны.

При использовании судебного решения как источника права, обязательным для судов является не все решение или приговор, а только правовая позиция судьи, на основе которой выносится решение.

Каждое судебное решение содержит следующие составные части.

Установление существенных фактов дела, прямых и производных.

Изложение правовых принципов, применяемых к правовым вопросам, возникающим из конкретных обстоятельств.

Вывод судьи, основанный на двух первых частях.

Для самих сторон и заинтересованных лиц 3-я часть является основной, так как окончательно устанавливает их права и обязанности в отношении оснований дела. Однако с точки зрения доктрины прецедента наиболее существенным элементом в решении является часть 2-я. Это и есть суть дела, или, как называют специалисты по англосаксонской правовой системе, "ratio decidendi". Остальная часть решения есть "obiter dictum" (попутно сказанное), и она не является обязательной для судей. Было бы ошибочным считать, что obiter dicta вообще не имеет силы прецедента. Оно является не обязательным, а только убеждающим прецедентом. Когда правовая аргументация исходит от суда более высокого ранга и представляет собой хорошо продуманную формулировку правовой нормы, а не случайно высказанное мнение, тогда "попутно сказанному", как правило, следуют, если конечно нет обязательного прецедента противоположного характера.

Другим видом убеждающих прецедентов являются решения судов, стоящих по иерархии ниже того суда, которому предлагается последовать этим решениям.

По отношению к закону прецедент находится в "подчиненном" положении. Это проявляется, в частности, в том, что законом может быть отменено действие судебного решения, и в том, что любой законодательный акт, принятый уполномоченным на то органом и в соответствии с установленной процедурой, должен в обязательном порядке признаваться и применяться судами. Сам суд, создавая прецедент, должен действовать в строгом соответствии с законом.

Природа прецедентного права такова, что в ней в полной мере не может развернуться ряд свойств права, как, например системность. Однако прецедентное право имеет ряд позитивных черт - высокий уровень определенности и нормативности, а также динамичность.

В нашей стране отношение к прецеденту всегда было неоднозначным. В дореволюционной России одни теоретики права и практики признавали его в качестве источника права, хотя и с оговорками о том, что это некая вспомогательная, дополнительная по отношению к закону форма права. Другие же авторы полностью отрицали прецедент в качестве самостоятельного источника права.

В послереволюционный период отечественная юридическая наука продолжала традиции непризнания прецедента в качестве формы права. Такое отношение Р.З.Лившиц связывает с нормативистским подходом к пониманию права в Советской юридической науке.

Начиная с 1985 года, жизнь в нашей стране претерпела огромные изменения, которые, естественно, коснулись и права. Отход от нормативизма дал теоретическую возможность признать судебную практику источником права. Многие российские ученые правоведы рассматривают реальную возможность введения судебного прецедента как источника права. Тем не менее, сможет ли прецедент органично влиться в Российскую правовую систему, покажет время.

Прецедент - поведение в конкретной ситуации, которое рассматривается как образец при аналогичных обстоятельствах. Судебный прецедент-это решение по конкретному делу, являющееся для судов той же или нижестоящей инстанции обязательным при рассмотрении аналогичных дел. Это решение является, с одной стороны, обязательным для участников судебного разбирательства, с другой стороны, порождает общую норму. Суд обращается к прецеденту, если нет достаточных правовых оснований чтобы решить спор, т. е. в законодательстве присутствует пробел, причем ждать его устранения невозможно. При этом суд не вправе отказать в реализации права на судебную защиту. Если же для дела нет прецедента, то суд действует на основе общих принципов и т. о. создает прецедент.

В Великобритании установлены следующие правила прецедента:

Решения Палаты Лордов составляют обязательные прецеденты для нижестоящих судов и для Палаты Лордов.

Решения Апелляционного суда обязательны для всех судов, кроме Палаты Лордов.

Решения Высокого суда правосудия обязательны для низших судов и, не будучи строго обязательными, имеют весьма важное значение и обычно используются как руководство различными отделениями Высокого суда.

Решения других судов прецедентов не создают. Кроме того сила прецедента зависит от места суда в иерархии судов.

Особенностью прецедента является его тесная связь с фактическими обстоятельствами дела, поэтому норму прецедента нельзя сделать более абстрактной. Необходимо отметить, что не все судебное решение является прецедентом, а только его часть(ratio desidendi).Только эта часть имеет обязательную силу. Остальное относится к попутно сказанному(obiter dictum) и имеет силу убеждающего прецедента. Этой части следуют тогда, когда правовая аргументация исходит от суда более высокого ранга и представляет собой хорошо продуманную формулировку правовой нормы.

У судов возникают определенные трудности при выделении прецедента из решения. В частности, в Англии для этого используют специальные логические методы. Например, метод Уэмбо (метод инверсии, конец 19 века) или метод Гудхарда (начало 20 века). Судебный прецедент вступает в силу с того момента, c которого в законе установлено вступление в силу судебного решения.

Cудебный прецедент получил распространение в странах Англо-саксонской правовой семьи, а в РФ судебный прецедент не получил распространения, хотя есть мнение, что постановления Конституционного суда РФ, выносимые им по делам о проверке по жалобам граждан на нарушение их конституционных прав и свобод и по запросам судов о конституционности законов примененных или подлежащих применению в конкретном деле являются прецедентом. Но Конституционный Суд РФ и суд общей юрисдикции или арбитражный суд рассматривают совершенно разные дела по своей сути, хотя в резолютивной части решения или приговора суд ссылается на решения Кoнституционного Суда РФ, так как они обладают обязательной силой. Но фабулу дела Конституционный Суд РФ не рассматривает. Более того, в соответствии с п. 7 ст. 3 федерального конституционного закона "О Конституционном Суде РФ" Конституционный Суд РФ при осуществлении конституционного производства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств дела во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов.

Таким образом, постановления Конституционного Суда РФ не судебный прецедент. Это скорее нормативно-правовой акт. Причем эта точка зрения получила в настоящее время широкое распространение в юридической науке.

7. Аудит, как одна из составляющих юридического процесса.


Исследование содержания аудиторской профессии, анализ Правил и толкование содержащихся в них нормативных предписаний в контексте государственных и общественных интересов позволяют определить аудит как юридический процесс, право, на осуществление которого есть важнейшая, определяющая правовую природу аудиторской деятельности привилегия, в широком смысле - юрисдикционная, правоохранительная1.

Аудитор в России с 1716 г. до военно-судебной реформы 1867 г. был тем "процессуальным лицом", которое следило за соблюдением установленного порядка производства военно-судебных дел, "чтобы каждый подсудимый, не взирая ни на какое лицо, был судим по точной силе законов". Таким образом, именно юридическая фигура "процессуального лица" обеспечивает преемственную связь современных аудиторов с аудиторами прошлого2.

Согласно мнению В.М. Горшенева, юридический процесс:

а) выражается в совершении операций с нормами права в связи с разрешением определенных юридических дел;

б) осуществляется уполномоченными органами государства и должностными лицами в пользу заинтересованных субъектов права;

в) регулируется процедурно-процессуальными нормами;

г) обеспечивается соответствующими способами юридической техники;

д) закрепляется в соответствующих правовых актах - официальных документах3.

Аудит (аудиторская проверка, аудиторский процесс) обладает вышеперечисленными признаками:

а) устанавливает достоверность бухгалтерской (финансовой) отчетности экономических субъектов и соответствие совершенных ими финансовых и хозяйственных операций нормативным актам, действующим в Российской Федерации (п.5 Правил);

б) осуществляется субъектами, уполномоченными государственными органами, на основании специальной лицензии в интересах собственников проверяемого экономического субъекта, государства и третьих лиц (п.18 и 22 Правил);

в) осуществляется по особым правилам аудиторского производства, сформулированным в Правилах и стандартах аудита;

г) обеспечивается соответствующей юридической техникой;

д) результаты аудита закрепляются в заключении аудитора (аудиторской фирмы) - "документе, имеющем юридическое значение для всех юридических и физических лиц, органов государственной власти и управления, органов местного самоуправления и судебных органов" (п.17 Правил). Правовое значение процитированной нормы состоит в том, что она презюмирует правильность аудиторского заключения. Предполагается, что в пределах, им установленных (кроме случаев выдачи отрицательного заключения или отказа от выдачи заключения), следует считать бухгалтерскую отчетность достоверной. Официальное заключение, выражающее мнение аудитора о достоверности бухгалтерской отчетности экономического субъекта и соблюдении им законодательства Российской Федерации, имеет определенную процессуальную форму4.

Особо отметим, что в аудиторском процессе имеется характерный для любой юридической деятельности институт доказательств, понимаемых как средство достижения верного знания о фактических обстоятельствах дела. Требования к аудиторским доказательствам и методам их получения определены в Правилах (стандартах) аудиторской деятельности1. Полученные в процессе аудиторской проверки доказательства должны позволить аудитору составить мнение о достоверности бухгалтерской отчетности, которое "обычно определяется двумя аспектами: а) соблюдением клиентом при составлении отчетности действующего законодательства; б) верностью и объективностью данных бухгалтерских отчетов"2. (Ср.: "Установив с помощью судебных доказательств фактические обстоятельства спорного правоотношения и опираясь на норму материального права, подлежащую применению, суд путем умозаключений может достичь истинных выводов о субъективных правах и обязанностях участников правоотношений")3.

Таким образом, под аудитом как юридическим процессом мы понимаем основанную на законе и облеченную в форму правовых отношений деятельность профессиональных аудиторов4 по установлению достоверности бухгалтерской отчетности субъектов гражданского оборота и соответствия совершенных ими финансовых и хозяйственных операций нормативным актам, действующим в Российской Федерации, направленную на охрану прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

В научной литературе современный аудит принято считать неотъемлемым элементом инфраструктуры рынка5. Аудита можно рассматривать и как составную часть структуры социального контроля в обществе наряду с судом и другими правоохранительными органами, нотариатом, экспертными учреждениями. Такое представление об аудите исключает его из сферы предпринимательства. Иначе общество было бы вынуждено допустить, что аудитор и экономический субъект, заключая договор о проведении проверки, преследуют взаимный корыстный интерес, что обессмысливает само существование института аудита как инструмента социального контроля.


Заключение.


Демократия, право, процедура универсальные социальные цен­ности, тесно взаимосвязанные между собой. Демократия как форма правления политической и социальной организации общества, госу­дарства и власти не может пользоваться доверием общества, если не будет действовать в рамках права, закона.

Конституция является политико-правовой формой выражения де­мократии. В ней конкретизируется вся совокупность гражданских, со­циальных и политических прав и свобод, закрепляется достигнутый в обществе масштаб свободы человеческой личности, систем гарантий демократии: материальных, политических, культурных, правовых. Конституция составляет важную часть юридического механизма само­организации демократического общества. Она определяет пределы компетенции органов власти, управления, правосудия, а также харак­тер демократичности и способы реализации государственной власти.

Демократия, право, процедура - явления динамичные, имеющие как общие, так и специфические черты, закономерности возникнове­ния, развития, функционирования. Общее, характерное для демокра­тии, права и процедуры состоит в объединяющей их природе, которая представляет собой общесоциальную потребность в самоорганизации, самоуправлении и саморегулировании, в необходимости упорядочить взаимоотношения личности и общества.

Особенное реализуется, прежде всего, в сущности, содержании и социальном назначении.

Сущность демократии - в народовластии; права - в мере свободы, социального компромисса, в достижении на нормативной основе демо­кратической организованности общества; процедуры - в характере ос­новного общественного отношения, которому она служит.

Институты демократии возникают и функционируют не потому и не для того, что нуждаются в юридическом оформлении, а в связи с тем, что отражают потребности и интересы людей в самоорганизации, само­управлении. Демократия, основанная на духовном творчестве населе­ния, способствует правотворческой инициативе населения (через пред­ставительные органы власти, референдум и т.д.), установлению верхо­венства права, закона в обществе. При таком понимании демократии право перестает быть придатком государственной власти, служит на­дежной гарантией охраны и защиты прав человека и гражданина.

Демократия более гибкая категория, чем право и процедура. Ее формы и содержание могут претерпевать существенные изменения, в то время как законодательство и процедура остаются относительно постоянными.

Так, реформирование политической системы России после августа 1991 г. привело к образованию новых общественных объединений и политических партий. Однако нормативная база конституционного строительства отставала и пока отстает от веления времени. Соответ­ственно между общественными объединениями и политическими пар­тиями, с одной стороны, и официальными властями, с другой стороны, возникали несогласованности, в том числе процедурного характера, например, при регистрации уставов, определении порядка участия в выборах, создании фракций в органах представительной власти и т.д.

Иными словами, процедуры «обслуживают» демократию, ориенти­руют ее на достижение конкретного социального результата. Процедуры рождаются там, где возникает потребность нормативного установ­ления не только осуществляемого в действиях социальных субъектов возможного или должного поведения, но и порядка (в том числе при­нудительного) соответствующих действий.

Речь, прежде всего, идет о порядке формирования органов всех вет­вей власти: законодательной, исполнительной, судебной, а также орга­нов местного самоуправления; о порядке голосования: свободное, все­общее тайное (открытое, равное); о способах подсчета итогов голосова­ния и о механизме использования их результатов.

Например, решение большинства ограничивает права меньшинст­ва; формы контроля общественностью выборов и характер ее отноше­ния с избранными органами власти: они должны быть взаимными и симметричными, гарантированы законом и реакцией избирателей, от­ветственностью делегированных им полномочий и т.д.

Самоуправление - наиболее полное воплощение демократии. Вся­кая процедура реализации отношений самоуправленческой власти есть демократическая процедура. Суть местного самоуправления заключа­ется в самостоятельном решении населением вопросов регионального значения. В частности, местное самоуправление в Российской Федера­ции обеспечивает самостоятельное владение, пользование и распоря­жение муниципальной собственностью, управление ею (ч. 1 ст. 130 и ч. 1 ст. 132), а также определяет структуру его органов (ч. 1 ст. 131), формирует, утверждает и исполняет местный бюджет, устанавливает местные налоги и сборы, осуществляет охрану общественного порядка, решает и иные вопросы местного значения (ч. 1 ст. 132).

Процедуры, прежде всего политические, юридические, организаци­онные, особенно наглядно проявляют себя во властеотношениях. Де­мократизм является их важнейшим требованием. «Закон... без ритуала, без процедуры его действия приводит: власть - к произволу, гражда­нина - к беззащитности»1.

Процедура есть установление (институт), регулирующее конфлик­ты в демократическом обществе. Особенно важна ее роль в разрешении юридических, конституционных коллизий. Речь, в частности, идет о согласительной процедуре. Так, Президент Российской Федерации может использовать согласительные процедуры для разрешения раз­ногласий между органами государственной власти Российской Феде­рации и органами государственной власти субъектов Российской Фе­дерации, а также между органами государственной власти субъектов Российской Федерации. В случае недостижения согласованного реше­ния он может передать разрешение спора на рассмотрение соответст­вующего суда (ст. 85).

Процедура, допустим, правотворчества является и критерием оцен­ки конституционности и демократичности правовых актов. Она уста­навливает правила законодательной инициативы, порядок разработки, обсуждения, принятия и опубликования законов, внесения в них изме­нений и дополнений, а также определяет исчерпывающий перечень субъектов и пределы их полномочий при конституционных поправках и пересмотре Конституции. Например, положения глав 1, 2,9 Консти­туции не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием.

Поправки к главам 3-8 Конституции Российской Федерации при­нимаются в порядке, предусмотренном для принятия федерального конституционного закона, и вступают в силу после их одобрения орга­нами законодательной власти не менее чем двух третей субъектов Фе­дерации (ст. 136).

Процедура правотворчества имеет общие черты и формы с проце­дурой правоприменения. В обоих процессах предполагается единый порядок подготовки и принятия решений, в основе которых заложены требования науки управления, принципы справедливости, целесооб­разности и эффективности.

Процедура правоприменения есть разновидность материальных процедур. По признаку связи с правоприменением материальные про­цедуры делятся на две группы: процедуры позитивного применения права (например, порядок реализации гражданами права на образо­вание), процедуры, не связанные с правоприменением и действия ко­торых проявляются в сфере частного права (порядок заключения сде­лок, расторжения брака, исполнения обязательств и т.д.). «Однако общий процедурный механизм действия и общие закономерности рас­положения в системе законодательства объединяют их в один вид материально-правовых процедур, определяют их материально-право­вую природу»1.

Демократия, право, процедура особенно тесно взаимодействуют в сфере прав человека. Конституция провозглашает Россию демократи­ческим федеративным правовым государством, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Они должны определять смысл содержания и применения законов, деятельность законодатель­ной и исполнительной властей и обеспечиваться правосудием. Извест­но, например, что судебный порядок обращения и рассмотрения жалоб - надежный способ охраны прав граждан от неправомерных действий должностных лиц, а демократическая процедура судебного разбирательства - наилучшее средство выявления истины.

Решительный шаг в расширении судебной защиты прав граждан сделал Закон РСФСР «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 27 апреля 1993 г. Он значи­тельно упростил правила обращения граждан в органы судебной влас­ти, а, следовательно, сделал процедуру обращения в суд более доступ­ной для населения. Кроме того, Закон позволяет гражданам обжало­вать не только единоличные, но и коллегиальные действия (решения) любых государственных органов, государственных организаций, обще­ственных объединений, а также должностных лиц. В суде могут быть обжалованы коллегиальные и единоначальные действия (решения), которыми:

  1. нарушены права и свободы гражданина;

  2. созданы пре­пятствия к осуществлению им прав и свобод;

  3. на гражданина неза­конно возложена обязанность;

  4. он привлечен к какой-либо ответст­венности.

Особенное значение процедура приобретает на стадии контроля за соблюдением законодательства в сфере прав человека. Наряду с тради­ционными институтами политической системы создаются новые госу­дарственные и общественные учреждения по контролю, охране и защи­те прав человека: избран Конституционный Суд РФ; образована Ко­миссия по правам человека при Президенте РФ с широким кругом полномочий; на основании Конституции РФ учреждена должность Уполномоченного по правам человека.

В стране возникли и официально действуют многочисленные не­правительственные правозащитные организации. Такие, как общество «Мемориал», Московская Хельсинкская группа, Центр содействия ре­форме уголовного правосудия, Проектная группа по правам человека, фонд «Право матери» и другие, которые помогают конкретным лицам заниматься просветительской деятельностью, оказывают большое вли­яние на формирование общественного мнения в стране и за рубежом, а также на государственную политику в сфере прав человека2.

Иными словами, права человека обеспечиваются там, где функцио­нируют эффективные формы демократии, действует совершенная сис­тема законов и процедурных отношений, последовательных актов про­цедурной деятельности.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.


  1. Алексеев С. С. Государство и право: Начальный курс. - М., 1993.

  2. Алексеев С. С. Теория права. - М., 1994.

  3. Алексеев С.С. Общая теория права.- М., 1982.

  4. Бабаев В.К. Правовые отношения// Общая теория права. Курс лекций.- Н. Новгород, 1993.

  5. Божьев В.П., Трусов А.И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя: история и современность// Проблемы формирования социалистического правового государства.- М., 1991.

  6. Жеругов Р. Т. Теория государства и права. - Нальчик, 1995.

  7. Карнеева Л.М. Привлечение к уголовной ответственности.- М., 1971.

  8. Комаров С.А. Общая теория государства и права.- М., 1995.

  9. Кудрявцев В.Н., Казимирчук В.П. Современная социология права.- М., 1995.

  10. Курс лекций по теории государства и права: В 2 ч. - Саратов, 1993.

  11. Курс теории права и государства. - Тюмень, 1994.

  12. Лазарев В. В. Теория государства и права - М., 1992.

  13. Лившиц Р. 3. Теория права. - М., 1994.

  14. Комаров С. А. Общая теория государства и права, - М., 1995.

  15. Общая теория права и государства / Под ред. В. В. Лазарева. - М., 1994.

  16. Общая теория права: Курс лекций. - Нижний Новгород, 1993.

  17. Протасов В.Н. Основы общеправовой процессуальной теории. - 1990.

  18. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. - М., 1971

  19. Спиридонов Л. И. Теория государства и права. - М., 1995.

  20. Стремовский Ю.И. Советская адвокатура. - М., 1989

  21. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1.

  22. Теория государства и права / Под ред. М. Н. Марченко. - М., 1995.

  23. Теория государства и права. - Саратов, 1995.

  24. Теория государства и права: Учеб. пособие. - Екатеринбург, 1994. Ч. 1, 2.

  25. Теория государства и права; Ч. 1; Теория государства / Под ред, А. Б Венгерова. - М.; 1995.

  26. Теория права и государства (курс лекции). - Уфа, 1994.

  27. Теория права и государства / Под ред. Г. Н. Манова. - М., 1995.

  28. Философский энциклопедический словарь.- М., 1983

  29. Хропанюк В.Н. Теория государства и права.- М., 1995.

  30. Элькинд П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права. Уголовный процесс. - М., 1995.



1 Современный словарь иностранных слов С- 499

2 Горшенев В. М. Фундаментальные проблемы концепции формирования советского правового государства. Харьков, 1990, С. 118-156; Юридическая процессуальная форма: теория и практика / Под ред. 11. Е. Недбайло и В.М. Горшенева. М., 1976. С. 7-134.

3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 158.

1 Вопленко П. П. Официальное толкование норм нрава. М., 1976. С. 15-19.

1 См.: Юридическая процессуальная форма. Теория и практика / Под ред. П.Е. Нед-байло и В.М. Горшенева. М., 1976; Теория юридического процесса / Под ред. В.М. Горше-нева. Харьков, 1985; Горшенев В.М., Шахов И.Б. Контроль как правовая форма деятель­ности. М., 1987 и др.

2 См.: Теория юридического процесса. С. 8.

1См.: Алексеев С.С. Проблемы теории права: Курс лекций: В 2 т. Свердловск, 1973. Т. 2. С. 14.

1 См.: ГоршеиевВ.М.,ШаховИ.Б.Указ.соч.С.165—1б6.

1 На этом основании в юридической науке даже разрабатывается концепция «судеб­ного процесса». Подробнее см.: Полянский Н.Н., Строгович М.С., Савицкий В.М., Мельни­ков А.А. Проблемы судебного права. М., 1983.

1 См.: Бабаев В.К. Правовые отношения// Общая теория права. Курс лекций.- Н. Новгород, 1993.- С. 410.

2 См.: Протасов В.Н. Основы общеправовой процессуальной теории.- 1990 - С. 18.

3 См.: Карнеева Л.М. Привлечение к уголовной ответственности.- М., 1971.- С. 10-11.

1 См.: Божьев В.П. Указ. раб.- С. 152.

2 Бабаев В.К. Правовые отношения// Общая теория права.- С. 415.

3 См.: Элькинд П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права.- С. 34.

4 Уголовный процесс.- М., 1995.- С. 32.

5 См.: Теория юридического процесса.- С. 94.

1 См.: Божьев В.П., Трусов А.И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя: история и современность// Проблемы формирования социалистического правового государства.- М.,- 1991.- С. 120.

2 См., например: Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде.- М., 1971.- С. 14-19.

1 См., Божьев В.П. Указ. раб.- С. 155.

2 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1.- С. 32.

3 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса.- С. 32.

1 См.: Стремовский Ю.И. Советская адвокатура.- М., 1989.- С. 9.

2 См.: Якубович Н.А. Теоретические основы предварительного следствия.- М., 1971.- С. 52; Элькинд П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права.- С. 32-33.

3 См.: Шакарян М.С. Понятие субъектов советского гражданского процессуального прав и правоотношения и их классификация.- Труды ВЮЗИ ГХV11, 1971.- С. 79.

1 См.: Божьев В.П. Указ. раб.- С. 103.

1 Ср.: Комментарий к Основам законодательства Российской Федерации о нотариате / Под ред. В.Н.Аргунова. М., 1996. С.7.

2 Ср.: Кожура Р.В. К истокам профессии // Аудитор. 1996. N 1.С.38

3 Теория юридического процесса / Под ред. В.М. Горшенева. Харьков, 1985. С.8.

4 Правила (стандарты) аудиторской деятельности. Одобрены Комиссией по аудиторской деятельности при Президенте РФ: Офиц. издание / Сост. и комм. Ю.А. Данилевского. М., 1997. С.89.

1 Там же. С.34.

2 Бычкова С.М. Доказательства в аудите. М., 1998. С.6.

3 Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 1997. С.4.

4 Термин "профессиональные аудиторы" используется здесь в том же смысле, что и в ст.91 и 103 ГК РФ, - так названы аттестованные аудиторы и аудиторские организации, зарегистрированные в установленном порядке и имеющие специальное разрешение (лицензию) на осуществление аудита от уполномоченных законом (или актом, его временно заменяющим) компетентных органов.

5 Терехов А.А. Указ. соч. С.5.

1 Феофанов Ю.В. Власть и право // Известия. 1988. 20 июня.

1 Протасов В.Н. Основы общеправовой процессуальной теории. М., 1991. С. 33.

2 См.: Доклад о соблюдении прав человека и гражданина в Российской Федерации за 1993 г. // Российская газета. 1994. 25 авг.


Случайные файлы

Файл
29285-1.rtf
58131.rtf
17539-1.rtf
136566.rtf
8244-1.rtf