Демография семьи (referat)

Посмотреть архив целиком


19




Одной из многих наук, имеющих общий с социологией семьи объект, является демография семьи, предмет и задачи которой в настоящее время активно обсуждаются. Демография семьи рассматривается как наука, предметом которой являются закономерности формирования. Функционирования и распада семейно- родственных групп и домохозяйств. Необходимость дополнения традиционного демографического анализа, в центре которого индивид, лишенный каких-либо иных характеристик кроме пола и возраста, обращением к демографии семьи, необходимость включения именно семьи как объекта исследования и одновременно единицы наблюдения, обусловлено тем, что «индивидуалистическая» демография близка к исчерпанию своего эвристического и прогностического потенциала.

Методологический рай дифференциальной демографии уходит в прошлое вместе с исчезновением социально детерминированных различий в показателях демографических процессов, особенно рождаемости и смертности. Сегодня уже невозможно просто сопоставлять значения экономических и социальных параметров и демографические показатели, выявляя влияние на последние тех или иных факторов. В эпоху всеобщей унификации достигнута и подлинная «социальная однородность» демографических макро показателей, о которой мы все столь недавно мечтали.

Как объяснение отдельных демографических процессов и

воспроизводства населения в целом, так и предсказание их будущих тенденций встречаются с растущими трудностями. Преодолеть их можно, лишь включив демографические явления в широкий социологический контекст, лишь обратившись к семье и семейному поведению как к предмету специального демографического и социологического анализа.

На протяжении последних ста лет в России произошли огромные изменения в уровне рождаемости, отражающие переход от традиционного к новому, современному типу репродуктивного поведения .

Традиционный тип репродуктивного поведения исключает всякое намеренное вмешательство в процесс зачатия и вынашивания плода. Социальные и культурные нормы, формировавшиеся в течение долгого времени и поддерживаемые религией и обычаями, не допускают внутрисемейного регулирования деторождения как массового явления. Уровень рождаемости при традиционном типе репродуктивного поведения зависит только от плодовитости, брачной структуры и обычно довольно высок. Снижать его может лишь пониженная плодовитость части женщин, которая может быть следствием их плохого здоровья или позднего вступления в брак.

При современном типе репродуктивного поведения внутрисемейное регулирование деторождения получает всеобщее распространение, превращается в неотъемлемую черту образа жизни людей и становится главным фактором, определяющим уровень рождаемости.

Изменения репродуктивного поведения российских семей – следствие трансформации функции семьи, в том числе и ее репродуктивной функции, в процессе длительного исторического, экономического и социокультурного развития России.

Темпы и масштабы этого перехода не были одинаковыми на разных этапах социально-экономического развития Российской империи, затем – Российской Федерации в составе СССР и, наконец, России как самостоятельного государства.

В России традиционный тип рождаемости начал разрушаться уже во второй половине Х!Х века. После отмены в 1861 г. крепостного права Россия вступила на путь интенсивного развития капитализма. Возросла подвижность сельского населения. Уход мужчин из деревни на «отхожий промысел» приводил, с одной стороны, к частым и длительным разлукам супругов и, в конечном счете к снижению числа детей в браке, а с другой, - посредством «отходничества» осуществлялось влияние городской культуры на село. Все это и многие другие перемены в жизни общества постепенно расшатывали патриархальные устои русской жизни, систему традиций, отношений, ценностей и норм поведения. Они приводили к потребности в ограничении числа детей в семье и не могли не отразиться на репродуктивном поведении российского населения.

В поколениях женщин, родившихся до 70-х годов Х!Х века, ограничение рождаемости не практиковалось: суммарный коэффициент оценивался величиной около 7 детей на 1 женщину. Ретроспективные оценки суммарных коэффициентов рождаемости для поколений женщин, полученные по данным серии выборочных обследований рождаемости 60-80-х годов ХХ века, а также микро переписи 1994 г., свидетельствуют о непрерывной, начиная с этих поколений, тенденций снижения уровня рождаемости в Российской империи и затем в Российской Федерации.

Более широко ограничение деторождения практиковалось среди городского населения. К наиболее распространенным в тот период методам ограничения деторождения исследователи относят такие, как намеренное воздержание от половых сношений, длительное кормление грудью, аборт.

Признаки начинавшихся перемен в репродуктивном поведении сначала мало отражались на динамике общих показателей, но уже начинали проявляться в дифференциации рождаемости у разных групп населения. К концу Х!Х века стали увеличиваться бывшие заметными уже в 60-х годах различия в уровне рождаемости у городского и сельского населения, в городских поселениях разного типа. Так, в 1896-1897 гг., по данным для 26 губерний Европейской России, число рожденных детей на 1000 женщин в возрасте 15-50 лет в среднем было 199, в том числе в губернских городах – 124, в уездных городах – 157, а в сельской местности – 206.

В начале ХХ века заметно увеличилась дифференциация рождаемости по территориям. Наиболее быстрое снижение рождаемости наблюдалось в прибалтийских губерниях, а также в быстро развивающихся неземледельческо-промышленных западных, юго-западных и столичных губерниях. Население этих губерний составляло около 40% всего населения Европейской России. Почти незыблемыми патриархальный быт и традиции многодетности оставались у населения экономически отсталых национальных окраин юга и востока России.

Социальные и культурные нормы, формировавшиеся в течение долгого времени и поддерживаемые религией и обычаями, не допускали внутрисемейного регулирования деторождения как массового явления: в брак женщины вступали рано, средства контрацепции практически не применялись, аборт церковь считала преступлением. Все это создавало предпосылки для сохранения в России к началу ХХ века высокого уровня рождаемости, которым она очень сильно выделялась среди наиболее крупных развитых стран Европы уже во второй половине Х!Х века.

Исторические события, происходившие в России в первые десятилетия ХХ века( первая мировая война, революция 1917 г. и последовавшая за ней гражданская война) нарушили плавное течение демографических процессов, ускорив уже начавшееся снижение рождаемости.

Мощным ускорителем снижения рождаемости стали развернувшиеся в стране в конце 20-х – начале 30-х годов процессы индустриализации, коллективизации крестьянства, а также голод 1933 г.


Коэффициент суммарной рождаемости составил в 1934 г. 3,6 на 1 женщину. Наиболее распространенным средством достижения ограничения числа детей стали разрешенные в 1920 г. аборты. Практика же применения противозачаточных средств и методов еще не получила широкого распространения ни среди городского, ни тем более среди сельского населения.

Снижение рождаемости в этот период было уже в значительной мере отражением перемен в демографическом поведении российских семей, в частности, все больше и больше семей прибегали к ограничению числа рождаемых детей.

Следующее ускорение снижению уровня рождаемости придала очередная катастрофа в жизни страны – Вторая мировая война. В послевоенном 1946 г. коэффициент суммарной рождаемости был равен 2,8 против 4,3 в предвоенном 1940 г., т.е. был ниже в 1,5 раза.

Война и трудные годы послевоенного восстановительного периода внесли свои коррективы в репродуктивное поведение многих поколений женщин, ускорив переход от многодетной семьи к семье двух- трехдетной. Этот процесс все шире распространялся среди представителей разных социальных групп и среди населения все большего числа территорий.

Большую, чем в среднем по РСФСР, склонность к малодетной (одно- и двухдетной) семье в конце 60-х годов проявляли жительницы крупнейших городов. Так, идеальной семью с тремя и более детей назвали лишь 4,6% опрошенных женщин в Ленинграде и 7,4% - в Москве; в среднем по РСФСР таких женщин было около 50%. Ограничить свою семью одним-двумя детьми намеревались более 90% жительниц этих городов.

Таким образом, к концу 60-х годов контроль над деторождением стал характерен для поведения подавляющего большинства семей. Распространение его сопровождалось переходом к двухдетной семье. Демографический переход в России, в том числе и переход к новому, близкому к европейскому, типу репродуктивного поведения, в основных чертах был завершен.

Плавный процесс перехода к малодетной семье был нарушен в брачных когортах, сформировавшихся в 1985-1989 гг. и 1990-1993гг. В распределении женщин по числу ожидаемых детей произошли очень существенные изменения: резко увеличилась доля собирающихся ограничить свою семью одним ребенком, и резко сократилась доля намеревающихся иметь троих и более детей. Резкое падение рождаемости в начале 90-х годов породило мнение, что главной причиной этого был экономический и политический кризис. Однако исследования показывают, что это снижение и снижение рождаемости в последующие годы – продолжение объективного процесса ее эволюции, которая длится уже более столетия, хотя немалое влияние оказывают условия жизни семьи.

Итак, очень быстро пройдя путь от традиционного типа рождаемости до современного, Россия в 90-х годах заняла место в ряду стран с самой низкой рождаемостью. В 1997 г. коэффициент суммарной рождаемости для всего населения был равен 1,23, для городского населения – 1,12, а для сельского – 1,59.

Не исключено также, что со временем положение изменится, и рождаемость несколько повысится, но возврат к прежним репродуктивным нормам вряд ли вообще возможен.

Предпринимаемые меры социальной защиты семей с детьми не могут остановить резкого падения уровня жизни семей, ухудшение условий для содержания детей, что сказывается не только на рождаемости, но и на здоровье детей.

Падение уровня жизни большинства семей было предопределено самим характером реформ, либерализацией цен при сохранении монополизма производителей и отсутствии полноценного рынка товаров и услуг. В течение 1992-1995 гг. происходил резкий спад производства, экономический кризис приобрел особую глубину. Сокращение производств, потеря хозяйственных связей, отсутствие сырья, сокращение заказов привели к реальной безработице.

За период 1992-1996 гг. цены на основные виды потребительских товаров и услуг выросли в 2200 раз, а в сравнении с началом 1991 г. они в среднем увеличились в 6000 раз, при этом на мясные и молочные продукты в 8-12 тыс. раз, а на хлеб – в 15 тыс. раз.

Для оценки минимального стандарта уровня жизни используется величина так называемого прожиточного минимума. В конце 1992 г. прожиточный минимум оценивался примерно в 5 тыс. рублей (5 руб.) .

Расчеты показывают, что прожиточный минимум для молодой семьи из 3-х человек с одним работающим составлял на конец 1996 г. около 1,3 млн. руб. Эта величина превышает среднюю по России зарплату (930 тыс. руб. в декабре 1995 г.) на 40%. Такую зарплату имеют менее половины работающих, а в бюджетной сфере даже работники с высшим 18 разрядом имеют должностной оклад немногим более 600 тыс. руб.

Сравнивая доходы населения и величину прожиточного минимума, оценивают уровень бедности. В последние два года доля бедного населения ( с доходами ниже прожиточного минимума) колеблется в интервале от 20 до 35%, а в абсолютных данных – от 30 до 50 млн. человек. Сегодня по официальным оценкам около половины российских семей с детьми имеют доходы ниже прожиточного минимума, а среди семей с 3 детьми таких более 70%. Динамика индекса реальных доходов привела к тому, что семьи с детьми в среднем имеют сегодня реальные доходы на уровне около 60% от уровня декабря 1991 г.

Семьи с детьми, живущие ниже уровня бедности, в этой ситуации не могут обеспечить своим детям полноценного питания. Структура потребления в таких семьях еще хуже общего неудовлетворительного состояния с питанием населения.

Политика сдерживания инфляции привела к существенному отставанию зарплаты от темпов инфляции, что способствовало переходу в категорию бедных семей не только традиционно уязвимых (семьи пенсионеров, многодетные, неполные, с инвалидами, с безработными), но и семей работающих с детьми. Именно дети сегодня становятся главным демографическим фактором бедности.

Надеяться на скорое разрешение проблем семьи не следует, улучшение в ближайшие годы вряд ли будет иметь принципиальный характер, если сегодняшние реформы не достигнут реальных экономических результатов, если они не будут скорректированы в пользу наиболее приоритетных социальных целей. Именно государство вынуждено поддерживать семью, брать на себя определенные обязательства по оказанию помощи семьям в содержании и воспитании детей в виде социальных гарантий, пособий, льгот.

Без продуманной и реалистичной семейной политики, без расширения экономической поддержки семей с детьми (через пособия, кредиты, налоговые льготы и т.п.) вряд ли можно ожидать изменения демографической ситуации к лучшему.

Во взглядах ученых и политиков на развитие экономических мер семейной политики просматриваются две позиции, если не противоположные, то достаточно противоречащие.

Одна – обеспечить гарантированный минимум социальной поддержки всем нетрудоспособным. Сторонники другого подхода предлагают отказаться от принципа всеобщности и равноправия в получении семьями с детьми поддержки от государства и концентрировать весьма ограниченные ресурсы на поддержке «наиболее уязвимых социальных слоев» (к таким относят многодетных, одиноких матерей, семьи с детьми инвалидами и т.п.). Такой подход получил название «адресной социальной помощи». При введении централизованных мер помощи семьям с детьми в 1990 г., а затем и в 1991 г., ряд основных пособий назначался не всем, а лишь малообеспеченным ( в 1990 г. к таким относили семьи с доходами менее двух минимальных зарплат, в 1991 г. – менее четырех минимальных зарплат). В 1991 г. российским правительством эти ограничения были сняты. Однако принцип определения нуждающихся в социальной защите путем подсчета доходов и «уравнивания» – перераспределения доходов от семей с большими доходами семьям с меньшими доходами находит много сторонников в правительственных структурах. По мнению авторов такой концепции это позволяет занижать объем средств на поддержку семей и сдерживать рост обесценивающейся денежной массы.

При формулировании основных задач семейной политики следует исходить из следующего:

  • необходимо избавить семью от унизительной зависимости от государственных щедрот, помочь избавиться всем нормальным семьям от пока еще сильной потребности в социальной защите, поддерживать самообеспечение, а не иждивенчество. Для этого нужно создать условия, в которых семья с работоспособными родителями имела бы от своей экономической деятельности доход, достаточный для нормального развития детей ( это предполагает совершенствование оплаты труда, занятости и подготовки кадров, налогообложения, кредитования и т.п.);

  • сохранить поддержку семей с детьми, оказавшихся в особо трудных условиях (многодетные, неполные семьи, семьи беженцев, безработных, семьи с инвалидами и т.п.);

  • сохранить и совершенствовать систему семейных пособий, а также минимальных (бесплатных) социальных гарантий для детей в сфере образования, здравоохранения, культуры, оздоровительного отдыха, развитие социального страхования и частичной компенсации расходов в сфере платных услуг;

  • содействовать семье в реализации воспитательных функций (льготные режимы занятости для родителей, сохранение и развитие системы дошкольного воспитания, не подменяющей семью, а помогающей ей воспитывать детей, педагогическое просвещение родителей и т.п.;

  • способствовать сохранению семейной среды для детей и воссозданию ее для детей, лишившихся родительского попечения (профилактика распада семьи, работа с семьями групп риска, профилактика отказа от родившихся детей, правовая и экономическая поддержка опеки и усыновления и т.п.

Разные типы семей нуждаются в дифференцированном подходе к мерам их социальной защиты, помощи в адаптации к условиям кризиса, к переходу к новому общественному устройству.

Оно должно сочетать рыночную экономику и государственную систему социальной защиты семей с детьми, активизацию демографической политики в регионах с тенденцией к депопуляции.


Одной из важнейших проблем демографии семьи является проблема моделирования семейного цикла жизни. Изучению этой проблемы ученые и демографы посвятили много времени.

По мнению А.Г. Волкова, «в демографии – науке о закономерностях воспроизводства населения – семья является объектом изучения как первичная ячейка воспроизводства новых поколений». В демографическом изучении семьи он выделяет три аспекта.

Во-первых, анализ роли «семьи как социальной ячейки воспроизводства поколений, в жизнедеятельности которой могут быть прослежены социальные факторы, влияющие на процесс деторождения и его компоненты – усвоение социальных норм, формирование потребностей и соответствующих им установок, репродуктивное поведение и результат – появление потомства». Этот аспект охватывает круг проблем, которые связаны с деторождением в семье и его демографическими факторами (вступление в брак, образование семьи, возраст вступления в брак, начало деторождения и т.п.)

Во-вторых. Анализ роли семьи как фактора демографических изменений, изучение влияния жизни в семье, ее состава и типа на интенсивность деторождения, уровень смертности, процессов образования и распада семей как элементов воспроизводства населения.

В-третьих, изучение собственно процесса образования и развития семей, с одной стороны как самостоятельного демографического феномена, а с другой – как результата совокупного влияния всех взаимодействующих демографических процессов.

В одной из своих последних публикаций А.Г. Волков, говоря о демографическом изучении семьи, указывает, что, изучая последнюю, демография «стремится установить, как часто и в каком возрасте образуются супружеские пары, составляющие основу семей, сколько у них рождается детей, когда выделяются взрослые дети из родительских семей, из-за чего и когда распадаются семьи и как сказывается все это на росте населения

Из трех аспектов демографического изучения семьи к проблематике демографии семьи как науки имеет отношение только один – именно первый. Исследование роли семьи как фактора воспроизводства населения не входит в предмет демографии семьи. Но отечественные демографы уделяют проблематике демографии семьи как науки явно недостаточное внимание.

Указанные противоречия давно являются предметом дискуссии среди зарубежных ученых. Часть их видит причину этих трудностей в отсутствии адекватных теоретических исследований семьи как таковой в ее целостности в противоположность тому, что имеет место в изучении ее индивидуальных элементов. Другие, напротив, теоретическую неразработанность проблем семейной демографии рассматривают как следствие отсутствия статистической информации, соответствующих данных переписей и специальных обследований.

По мнению известного американского демографа Натана Кейфица, «мы имеем здесь дело с типичной проблемой метауровня науки», демографии семьи в данном случае: цели исследователя задают и характер понимания той или иной конкретной исследовательской задачи. Эта проблема должна решаться, по словам Н. Кейфица, так, чтобы уменьшить по возможности сложность объекта, внести вклад в методологию анализа и создать предпосылки для включения в анализ новой информации. Н. Кейфиц также указывает на ряд трудностей, с которыми сталкивается демография семьи. Среди них на первые места он ставит многообразие типов семей и их изменчивость, а также внутреннюю гетерогенность семьи.

Говоря о необходимости развития демографии семьи, нужно сказать, что она прямо связана с характером тех исследовательских и практических задач, которые ей предстоит решать. Если для решения некоторых задач прогнозирования населения, его общей численности, величины трудовых ресурсов, пенсионного обеспечения и т.п. часто бывает вполне достаточно традиционных подходов, для которых типичным является обращение к индивиду, лишенному каких-либо иных признаков пола и возраста. Здесь за стандартной демографической практикой может, по мнению Н. Кейфица, скрываться «индивидуалистическая идеология», которая методологически ориентирует исследователя на изучение процесса воспроизводства населения. Но точность и надежность такого рода прогнозов весьма относительна.

Как пишет французский демограф Э. Ле Бра, тремя главами демографии являются «брачная жизнь, обычно связываемая с браком и разводом, прокреативная (репродуктивная) жизнь, маркируемая рождениями, и смерть как конец жизни», но все эти события «происходят в семьях».

Поэтому важно изучать семью и ее функционирование, изменения, которые происходят с нею как в историческом плане, так и в ходе ее жизненного цикла. В этом плане трудно переоценить сотрудничество экономики, социологии, демографии и других наук, изучающих семью. Демография семьи в этом наборе изучает как бы внешние проявления семейной жизнедеятельности, фиксируя последовательность перехода семьи из одного состояния в другое, время наступления важнейших семейных событий и т.д.

Иначе говоря, в центре демографии семьи – жизненный цикл семьи. Применение концепции жизненного цикла семьи – это реализация стремления более системно подойти к анализу демографических феноменов, более адекватно и реалистически написать «три главные главы демографии», о которых говорил Ле Бра. В этом плане демография семьи может рассматриваться как своеобразный методологический мост между формальной демографией и другими науками, социологией семьи прежде всего.

В последнее время концепция жизненного цикла семьи подвергается усиливающейся критике. Основные моменты этой критики связаны с тем, что в своем оригинальном виде концепция жизненного цикла семьи ограничивается только «нормальными», стереотипными семьями, не включая в себя другие типы семейных структур, в том числе возникающих в случае распада семей из-за развода, а также в случае отсутствия «нормативного» брака.

Более обоснованной представляется критика концепции жизненного цикла семьи за его «недостаточную эмпирическую полезность». Речь идет о том, что жизненный цикл семьи в его оригинальном виде ограничивается только «семейными» событиями. В этом плане концепция жизненного цикла семьи действительно нуждается в уточнении и расширении. Однако критика концепции жизненного цикла семьи не отменяет и не может отменить того факта, что в исследовании проблем демографического развития концепция жизненного цикла семьи является весьма полезным инструментом, эффективно позволяющим как объяснять динамику семейного поведения и семейных изменений, так и моделировать их.

Именно поэтому выделение важнейших стадий жизненного цикла семьи и построение соответствующей семейной типологии являются первостепенными задачами. Оригинальный вариант концепции жизненного цикла включает в себя 6 стадий, выделенных на основании выполнения семьей ее репродуктивной функции.


Схема стадий жизненного цикла семьи

Фазы жизненного цикла семьи

События, характеризующие соответствующие стадии жизненного цикла семьи

начало

конец

1. Формирование

Заключение брака

Рождение первого ребенка

2. Рост (расширение)

Рождение первого ребенка

Рождение последнего ребенка


3. Окончание роста

Рождение последнего

ребенка

Первый ребенок покидает родительский дом

4. Уменьшение

Первый ребенок покидает родительский дом


Последний ребенок покидает родительский дом

5.Окончание уменьшения

Последний ребенок по-

кидает родительский дом

Смерть первого

Супруга

6. Распад семьи

Смерть первого супруга

Смерть пережившего супруга



Концепция жизненного цикла семьи трансформировалась в соответствии с целями изучения процессов брачности, рождаемости, разводимости, смертности и т.д. Важнейшим направлением использования концепции жизненного цикла семьи является микростимуляция, т.е. имитационное моделирование ее изменений и семейного поведения.

Теоретической базой дальнейшей работы в области моделирования репродуктивного поведения семей являются уже достигнутые результаты в области социологии семьи и социологии репродуктивного поведения.

Для изучения демографических перспектив и перспектив развития семьи, изучения комплекса проблем и последствий в меняющихся условиях необходимо проведение новых исследований (общероссийских, региональных, локальных исследований семей конкретных социально-демографических групп). Те средства, которые сегодня отпускаются на науку, настолько мизерны, что не позволяют сохранить работоспособность имеющихся научных центров и не могут дать хотя бы минимальных стимулов для того, чтобы в науку пришло молодое поколение. Научные коллективы стареют еще быстрее, чем население в целом. Мы рискуем в скором времени потерять целые научные школы, формировавшиеся десятилетиями.

Сегодня только государственные органы могут сформировать заказ на подготовку специалистов по демографии и семейной политике, но на их подготовку нужно много времени. Необходимо помнить, что эти проблемы придется решать.






Список литературы:


  1. Бондарская Г.А. «Изменение демографического поведения российских семей за 100 лет»/ Мир России. 1999г. №4


  1. Волков А.Г. «Семья как объект демографии», М., 1986г.



  1. Вестник МГУ, серия 18 «социологическая политология», 1997г., №2 стр. 98-106


4. Елизаров В.В. «Демографическая ситуация и проблемы семейной политики»/ Социс, 1998г., №2




Случайные файлы

Файл
169611.rtf
74543-1.rtf
5406.rtf
128932.rtf
terver_5var.doc