Процессы глобализации в экономике (30186-1)

Посмотреть архив целиком

Процессы глобализации в экономике


Введение


Эта работа посвящена процессам включения и исключения в ходе глобализации. Ключевой теорией для меня является теория цивилизации Норберта Элиаса. Согласно его представлению, цивилизационный процесс характеризуется переходом от внешнего давления к самопринуждению, а также к морали, праву и обеспечивающим внутренний порядок институтам. Национальное государство получает монополию на насилие благодаря отказу индивида от насилия. В период модерна оно устанавливает важную границу между внутренней и внешней моралью.

Теперь социологи уже обсуждают переход от современного к постсовременному обществу, и некоторые из них видят в нем переход к мировому обществу. Основной для меня вопрос звучит так: что произойдет в ходе глобализации с национальным государством, с его монополией на насилие, с внутренним и внешним насилием?

В первой части работы я хотел бы обсудить глобализацию как совокупность процессов. Я покажу, что благодаря глобализации национальная идентичность и внутренняя мораль теряют свое значение. Наряду с гомогенизацией последствиями глобализации являются также локализация и фрагментация. Эти три процесса подрывают монополию государства на насилие.

Во второй части работы я приведу доказательства того, что переход монополии на власть от национального государства к международным организациям маловероятен. Пессимистическим следствием утраты легитимности господства национального государства без соответствующего переноса легитимности на наднациональный уровень является возможное усиление внутри- и внегосударственного насилия. Оптимистический вариант состоит в том, что в процессе формирования сети коммуникаций восстанавливается прежнее основание нарушенных, регламентированных государством социальных отношений. Персонифицированные системы связей в качестве “моральных экономик” структурируют, таким образом, социальный и хозяйственный мир.


1. Процессы глобализации и политические арены

По мнению Маргарет Арчер, глобализация - это процесс, который приводит к охватывающему весь мир связыванию структур, культур и институтов. Для нее глобализация означает, что на сегодняшний день общества не являются больше первичными единицами анализа. Олброу доказывает, что общества следует рассматривать лишь как систему в окружении других систем и, таким образом, как субсистему мирового сообщества.

В области экономических наук глобализация связывается, прежде всего, с идеей свободного мирового рынка, глобальной массовой культурой и мировым информационным сообществом. Интернациональные предприятия действуют на глобальном товарном и финансовом рынке на основе высоких информационных технологий, а труд конкурирует на глобальном рынке труда. Неоклассическая модель закрытой рыночной экономики здесь транснационализируется. Теория международных отношений Розентау прогнозирует развитие в направлении к “одному миру”. Национальные государства, по Мейеру, представляют собой лишь подсистемы общей мировой политики. В соответствии с этим они все больше делегируют свой суверенитет в пользу объединения в наднациональные организации 5.

Теория мировой системы Уоллерстайна тоже исходит из концепции мировой капиталистической экономики, которая в Новое время распространилась по всей планете. Однако ее интеграция произошла благодаря торговым и производственным взаимосвязям, причем национальные государства были до некоторой степени насильственно организованы в основанную на эксплуатации трехполюсную структуру: центр - полупериферия - периферия. Правда, Уоллерстайн видит в будущем социалистическое мировое правительство, так как международный капитализм из-за своих собственных противоречий обречен, в конечном счете, на поражение.

Действительно ли национальное государство является уходящей моделью современности, как это описывают выше приведенные теории? Рассмотрим дискуссию об изменении значения национального государства в ходе глобализации несколько подробнее: нация является центральным понятием, обозначающим включение человека в политическую систему, которая благодаря дифференциации (включения “подобных” и, соответственно, исключения “других”) создает когерентность (взаимозависимость). Андерсон говорит о национальном государстве как о “воображаемом сообществе”. Он указывает на его моральный фундамент, национальную идентичность: имплицитное предположение братского объединения одинаковых индивидов находится по ту сторону фактических различий и классовых отношений - создание горизонтальной солидарности и доверия, а также публичные усилия ради благосостояния (well-being) “матери-нации”. Национальное государство далее отождествляется Вальцером с хорошим управлением (“good governance”), справедливым господством, в отличие от деспотического государства.

Только этот моральный фундамент может объяснить силу и долгую жизнь концепции национального государства и временами готовность к жертвам ради “отечества”. Бэмье также подтверждает, что эта сила основывается на превосходящей организационной способности государства 1. До сегодняшнего дня система суверенных национальных государств успешно противостояла таким конкурирующим транснациональным концепциям, как панисламизм, таким международным организациям, как ООН, мировой банк или международный валютный фонд, и идеям мирового общества. Именно международные организации благодаря принципу взаимного признания придают своим членам международную и национальную легитимность в лице международных представителей национальных государств. Национальное государство поэтому имело зачастую более важное международное, нежели национальное значение. В контексте миграции существует соответствие патриотизма и “дальнего” национализма 2. По мнению Робертсона, идея национального государства не утратила своего значения, а напротив, была глобализирована.

Многие авторы писали о возникновении европейского национального государства в новейшее время и о его моральных корнях во французской революции. Тесная нормативная связь между понятиями нации и благополучия (well-being) переросла в итоге в современное государство благоденствия, в котором существующая в рамках общины (семьи, соседства, деревни и т.д.) система ответственности и безопасности была перенесена на общество, т.е. на государственные институты. Наряду с увеличением свободы индивида, которое признают многие ученые социальных наук, при моральном обосновании государства благоденствия возникает одна дилемма: эти процессы перекладывания ответственности на государство ослабляют горизонтальную солидарность, национальное мы-чувство. Действия в солидарном сообществе современного государства и, соответственно, сверхпредпочтение “генерализованной взаимности”, согласно Салинсу, противостоят индивидуальным предпочтениям краткосрочной максимизации успеха и во многих случаях ведут к иждивенческим настроениям, которые установлены теорией рационального выбора. Современное государство благоденствия теряет свой фундамент: национальную идентичность. Закат великих идеологий в ходе коллапса централизованных экономик способствует этому процессу.

Кроме того, во многих странах национальная идентичность ставится под сомнение по другой причине: возникшие в постколониальный период национальные государства в противоположность национальным государствам старого мира, особенно в странах с глубокими традициями гражданского общества, таких, как Франция или Англия, характеризуются постепенным распадом национальной и этнической идентичностей. Государственные границы являются скорее политическими, чем этническими границами, а национальные идентичности, как и этничности, по мнению Барта, - это конструкции, которые могут конкурировать друг с другом. Процессы этничности - это признак особенно слабых национальных государств (я вслед за Вебером называю слабыми те государства, которые не имеют монополии на власть) 3. В ряде стран третьего мира и бывших социалистических странах Восточной Европы национальная идентичность очень слаба и уязвима, и сильный националистический символизм (военные парады, празднование дат освобождения и т. д.) не может скрыть эту слабость. Этнические процессы могут привести к распаду национальных государств на более мелкие единицы, что и имело место в Югославии и бывшем Советском Союзе.

Экономическая практика показывает, что максиме охватывающей весь мир свободной торговли и трехполюсной структуре (центр - полупериферия - периферия) противостоит другое направление развития экономики: образование различных супранациональных пространств. Здесь буржуазные подходы видят повышение эффективности и международной конкурентоспособности, в то время как неомарксистский подход усматривает в южной и восточной региональной кооперациях и автаркичном развитии возможность образования противоположного центра власти по отношению к старым индустриальным странам. С позиции национальной экономической политики экономические пространства предполагают устранение торговых барьеров, обусловленных существованием границ национальных государств (например, общая таможенная, валютная, экологическая политика, а также политика рынка труда и др.) и, как гласит теория международных отношений, перенос определенных полномочий и прав национального государства с уровня государства на уровень международных организаций. Последние стремятся к унификации ряда национальных законов, прав и обязанностей. Цель этих попыток состоит в создании определенных интернациональных пространств с общей политикой в экономической и общественной сферах.


Случайные файлы

Файл
64709.rtf
23939.rtf
166825.doc
31232.rtf
159507.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.