Государство и религиозные организации в СССР накануне и в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг. (138024)

Посмотреть архив целиком

Государство и религиозные организации в СССР накануне и в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг.

Одинцов М.И. (г. Москва)

После принятия в 1936 г. новой Конституции СССР происходил процесс реформирования высших органов государственной власти. В ходе него была упразднена Комиссия по культовым вопросам при Президиуме ЦИК, на которую вплоть до 1938 г. возлагалось проведение государственной политики в отношении религиозных объединений. Тем самым ликвидировался орган, в той или иной степени осуществлявший связь между государством и религиозными организациями. Оставалась только одна ведомственная структура, которая занималась проблемами религии и церкви — специальный «церковный отдел» в недрах Народного комиссариата внутренних дел (НКВД). Наркомат же в своей деятельности исходил из официальной политической оценки религиозных организаций как противников социализма и советского строя, а духовенства — как явной или скрытой контрреволюционной силы.

В идеологической работе партийных и общественных организаций по-прежнему одной из приоритетных объявлялась задача строительства «безрелигиозного общества». Е. М. Ярославский — главный антирелигиозник тех лет — призывал к активным, наступательным действиям на «антирелигиозном фронте», выступал против какой-либо самоуспокоенности в рядах Союза воинствующих безбожников (СВБ). Встречаясь в апреле 1939 г. с активом СВБ Москвы, он разъяснял: «Враги социализма действуют через религиозные организации. А в тех районах, где нет религиозных организаций, где нет ни церкви, ни мечети, ни синагоги, нередко имеется переезжающий с места на место »бродячий поп«, «поп-передвижка» или осели бывшие обитатели монастырей, орудуют развенчанные вожаки религиозных сект, бывшие церковные старосты и тому подобные бывшие люди"1.

В публичных выступлениях партийно-государственных функционеров и в печати при определении общего числа религиозных организаций в СССР указывалась, как правило, цифра — 30 тысяч. В данном случае приводились сведения, собранные Комиссией П.А. Красикова еще в конце 1936 г. Согласно им на территории СССР насчитывалось 42392 культовых здания. Из них состояло на регистрации — 30862 здания, однако лишь 20908 зданий были действующими, а еще 9954, хотя и числились зарегистрированными, но были изъяты у верующих в административном порядке и не действовали2.

Повсеместное распространение мер административного давления на религиозные общества признавали и сами партийные лидеры в различного рода «закрытых заседаниях». Так, еще в декабре 1936 г. на совещании руководства СВБ Емельян Ярославский отмечал: «Мы, несомненно, имеем очень большие перегибы в смысле увлечения административными мероприятиями. Когда мы знакомились с последними данными относительно ликвидации церковных помещений, то мы приходим к единодушному мнению, что тут были допущены административные перегибы, которые объясняются тем, что не вели систематической антирелигиозной пропаганды, а шли по линии наименьшего сопротивления. Закрыть церковь легче всего, это наиболее короткий путь. Люди говорили, что незачем тут заниматься систематической антирелигиозной пропагандой, что можно закрыть оставшиеся церкви и этим дело будет исчерпано"3.

Сохранившиеся учетные сведения, отражающие динамику процесса сокращения религиозной сети в последующие годы, отрывочны и неполны. Число, к примеру, объединений Русской православной церкви составляло в 1938 г. — 8285 единиц, а в 1940 г. — 82794. Внешняя стабильность статистических данных обманчива. В 1940 г. подсчет велся уже с учетом православных обществ (почти 2,5 тыс.), действовавших в Прибалтике, Западной Белоруссии, Молдавии и на Западной Украине, однако это никак не отразилось на общей статистике. Объяснение этого парадокса заключается в том, что за эти же годы число православных общин в РСФСР было в административном порядке сокращено с 3617 единиц до 950. Не будет преувеличением сказать, что из этого числа реально действующей была примерно треть обществ: к примеру, в 25 областях РСФСР не имелось ни одного действующего храма, в 20 — от одного до пяти. Не менее безрадостной была ситуация и на Украине. Были закрыты все православные церкви в Винницкой, Кировоградской, Донецкой, Николаевской, Сумской, Хмельницкой областях. По одной церкви действовало в Ворошиловградской, Полтавской, Харьковской областях. Немногие церкви и молитвенные дома действовали в других союзных республиках. Лишь относительно многочисленной была сеть религиозных обществ на территориях, вошедших в состав Советского Союза в 1939–1940 гг.: в Прибалтике, Молдавии, Западной Белоруссии и Западной Украине.

Жесткая административная политика осуществлялась и в отношении других конфессий (ислам, старообрядчество, иудаизм, протестантизм, буддизм). Из года в год сокращалось число действующих культовых зданий. К тому же, в 1936–1939 гг. обычным явлением стали судебные процессы над руководителями протестантских, мусульманских и иных объединений, которые обвинялись во вредительско-шпионской деятельности, в связях со спецслужбами иностранных государств.

Накануне Великой Отечественной войны казалось, что правящая Коммунистическая партия близка к достижению провозглашенной в области религиозных отношений цели. «Бесцерковные» и «безбожные» деревни, поселки, города, районы и даже целые области насчитывались десятками и сотнями. Согласно проводимым тогда социологическим исследованиям и опросам, количество верующих сокращалось день ото дня. Официальные средства массовой информации и антирелигиозная литература свидетельствовали о «поддержке трудящимися массами» курса церковной политики государства, как наиболее полно обеспечивающего свободу совести. Тот же Ярославский буквально в канун войны, в марте 1941 г., на встрече с работниками антирелигиозных музеев, говоря о «результативности« антирелигиозной работы, отмечал, что граждане все реже и реже обращаются с ходатайствами об открытии ранее административно закрытых культовых зданий, об организации религиозных общин. »Охотников, — резюмировал он, — обращаться с такими ходатайствами с каждым днем становится все меньше и меньше. А там, где такие ходатайства поступают… инициаторами их являются кулаки, служители культа и бывший церковный актив, единоличники"5.

По-прежнему в основу регулирования деятельности религиозных объединений было положено Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 г., которое всячески ограничивало не только собственно культовую, но и благотворительную, социально-значимую деятельность религиозных объединений6.

Ранним утром 22 июня 1941 г. немецко-фашистские войска вероломно, без объявления войны, вторглись на территорию СССР. Для советского народа началась Великая Отечественная война.

Перед нападением на Советский Союз фашисты уже имели богатый опыт проведения своей религиозной политики, как в Германии, так и на территориях, захваченных ими в Европе. С момента прихода к власти Адольф Гитлер предпринял усилия к созданию различных структур, которым вменялся контроль за церковными организациями. Это, прежде всего, Гестапо — тайная государственная полиция, которую с 1936 г. возглавил Генрих Гиммлер. Он считал одной из основных задач Гестапо расследование деятельности всех враждебных нацистскому государству сил на территории рейха. Подразумевалось, что таковые могут оказаться и в религиозной среде. Поэтому объектами наблюдения со стороны Гестапо стали религиозные организации и их руководители, духовенство, активные верующие-миряне. После образования в 1939 г. Главного управления имперской безопасности (РСХА) Гестапо вошло в его состав в качестве IV управления. Возглавил и руководил им до конца Третьего рейха Генрих Мюллер. Одной из структурных единиц Управления был отдел («церковный реферат»), непосредственной функцией которого был надзор за политической деятельностью католической и протестантских церквей, религиозных сект, иудейских организаций и франкмасонов7. Другие отделы Гестапо, ведавшие делами на оккупированной территории и контрразведкой, также входили в непосредственный контакт и использовали в своей работе служителей культа. К религиозно-церковным организациям имели отношение и такие структуры, как СД — служба безопасности СС, разведывательное управление СС, а также Зипо — полиция безопасности.

Усилия всех этих ведомств внутри Германии и за её пределами сосредотачивались по двум направлениям: во-первых, разрушение (внутреннее и внешнее) сложившихся традиционных устойчивых церковных структур, «атомизация» конфессий и церквей. Во-вторых, тотальный контроль за всеми проявлениями религиозной жизни. В связи с этим вводились жесткие ограничения на деятельность практически всех христианских и иных организаций в Германии. Сотни религиозных деятелей стали «мучениками фашизма», оказавшись в концентрационных лагерях, тюрьмах, или вынуждены были покинуть Родину. Устанавливалось негласное наблюдение за религиозными организациями всех направлений, изучались настроения духовенства и верующих, внедрялась агентура в церковные административно-управленческие структуры, производилась вербовка агентуры из среды священно-и церковнослужителей, продвигались «нужные люди» на различные иерархические должности, а также в церковные и общественные фонды, комитеты и т.п. Как можно судить на основании доступных на сегодня источников, практически во всех странах Европы и во всех крупных конфессиональных организациях действовала широко разветвленная агентурная сеть спецведомств Германии.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.