"Шамбала"

Юрга Иванаускайте

(отрывок из книги "Путешествие в Шамбалу")

«Eсли вы меня спросите, что меня более всего вдохновило, я не колеблясь отвечу: “Шамбала”», — так в своем дневнике путешествий по Гималаям когда-то писал Николай Рерих. Спросили бы меня о том же, и я бы только подтвердила: ШАМБАЛА. Не помню, когда впервые услышала это название, наверное, в отрочестве, однако до сих пор вспоминается непередаваемое, безутешное чувство ностальгии, которое меня охватило: ШАМБАЛА. Эта почти космическая тоска снова и снова настигает меня, едва услышу слово, произносимое всегда как будто шепотом: Ш-Ш-Ш... (указательный палец предупреждающе поднесен к загадочно улыбающимся губам)... АМБАЛА (печать, которой запечатаны величайшие тайны). ШАМБАЛА.

Я не знаю, является ли ШАМБАЛА благословенным пространством здесь, на этой Земле, или в каком-нибудь параллельном мире, или где-то на далекой звезде, в другой галактике, или в нас самих... ШАМБАЛА. Возможно, это лишь еще одно понятие, относящееся к той Великой Пустоте*, которую не в состоянии постичь наш болезненный рассудок, погруженный в хаос форм: быть может, это даже не понятие, не слово, не звук, а выражение Тишины, эхом повторяющей гул Вечности, который не способно уловить наше ухо; той Тишины, что в полнолуние серебристой волной накатывает, скользит через Гималаи, увлекает и манит: в Шамбалу, в Шамбалу, в ШАМБАЛУ...

ШАМБАЛУ узнаешь то в радужном светящемся иероглифе, то в печальном вопросе, мелькнувшем на мгновение во взгляде путешественника по странам Востока; красивой женщины в шляпе, украшенной бумажными цветами; замечтавшегося бритоголового монаха в одеянии оранжевого цвета; победно улыбающейся во весь свой беззубый рот сумасшедшей; старого бородача, сопровождаемого стаей собак; маленького заплаканного человечка, играющего на флейте... ШАМБАЛА.

Уже какое-то время я скрупулезно собираю все, что только удается услышать о Шамбале, но с накоплением этих редких знаний еще более неосязаемым, еще более туманным становится ее образ. Мне известно, что названия Шамбалы, а также ее столицы Калапы, впервые были упомянуты в старинных священных писаниях Индии — в Пуранах и в Махабхарате. На Запад легенду о спрятанном в Гималаях Земном Рае в 1627 году принесли два иезуита-миссионера, Йоак Каброль и Эстевар Каселла, пытавшиеся распространять учение Христа в Бутане. Трудно сказать, отправлялись ли на поиски Шамбалы какие-нибудь португальские или испанские экспедиции, однако спустя почти двести лет, в 1820 году, появившийся в Тибете географический атлас перенес эту благодатную страну... в Европу. Автор тибетской «Всемирной географии» утверждал, что открыватель Америки Колумб родился в городе Генуе, что в королевстве Шамбала. В комментариях было прибавлено, что Шамбалу также называют Кастилией, а ее столицу Калапу —Мадридом.

Путешествию в Шамбалу посвящено много тайных тибетских книг, и почти во всех этих книгах утверждается, будто это королевство следует искать к северу от Алмазного Престола, т. е. Бодхгаи, места, где Будда Шакьямуни достиг Просветления. Некоторые авторы даже указывали приблизительное количество миль до столицы Шамбалы Калапы. Этим воспользовался учитель XIII Далай Ламы Агван Доржиев, которого многие считали русским шпионом в Лхасе и который пытался доказать, что на расстоянии 3000 миль к северо-западу от Бодхгаи находится как раз Москва или Петербург, а династия Романовых — самые настоящие Калки, правители Шамбалы. В Китае начала этого века уверяли в обратном: дескать, русские с англичанами являются так называемыми «млехами» — варварами, безбожниками, слугами зла; именно с ними с незапамятных времен в течение столетий сражаются богатыри Шамбалы.

Лев Гумилев предполагал, что Шамбала — это Сирия во времена правления династии Селевкидов, Александр Чома де Кереши советовал искать ее по течению реки Сырдарьи, а Рерихи, хотя и помнили распространенную на российских просторах легенду о Беловодье, верили, что Страна Сияющая находится в Гималаях.

В сознании западных людей Шамбала нередко связывается с Тибетом, или по крайней мере существует уверенность, будто тибетцы поддерживают с нею тайные и очень тесные отношения. Жители «Страны Снегов» и в самом деле утверждают, что переняли у Шамбалы свою календарную и астрологическую систему, а также знания по медицине, кое-какие тонкости религиозной музыки, живописи, архитектуры. Шамбала до сих пор для тибетцев не просто мираж, сотканный из крылатой фантазии и тоски по Истине, как когда-то были для европейцев остров Утопия или Город Солнца. Это не Рай, не Земля Обетованная, однако и сегодня люди молятся о том, чтобы после смерти возродиться в Шамбале. Шамбалу мы не найдем на карте мира, где уже не осталось «белых пятен», поэтому вряд ли стоит надеяться, что вам повезет туда добраться с помощью компаса, надлежащей амуниции и надежного проводника, знающего Гималаи лучше, чем свои пять пальцев... И все-таки Шамбала — не вымысел, а реальность, ведь все тибетские ламы в один голос подтвердят, что то, что мы называем «реальностью», считая себя людьми «здравого ума», на самом деле величайший вымысел.

Ансельм Кентерберийский доказывал существование Бога, приводя довод, что если Его не существует, то невозможно и само понятие Всевышнего. Как же может не существовать страна, раз есть ее название и даже имеются книги, в которых описано, как туда добраться?! В них не меньше скрупулезных деталей, чем в путеводителях по Индии или Непалу из серии «The Lonely Planet». И во всех единодушно утверждается, что Шамбала находится здесь и сейчас, на Земле, на одинокой планете людей.

У кого пелена иллюзий спадает с глаз, тот и видит Шамбалу. Первый тибетский путеводитель по Шамбале написал в XIII веке монах и путешественник Манлунгпа. Однако точкой отсчета он выбрал не Бодхгаю, а свой дом, указывая, что отсюда надлежит двигаться по направлению к Ладакху, потом в страну Хор, затем повернуть в королевство Согпо (Монголию) и приблизительно года через два можно без особых забот и печалей достигнуть Шамбалы. Позже другие авторы отвергли приземленность описаний Манлунгпы, трактуя путешествие в Шамбалу не как внешнее, но как внутреннее странствие пилигрима.

Самое известное произведение такого характера под названием «Путь в Шамбалу» (тиб. «Шамбалай Ламйиг») написал в 1775 году III Панчен Лама* Тибета Лобсанг Палден Еше. Он родился в 1737 году, в возрасте четырех лет был признан тулку*, т. е. переродившимся Панчен Ламой и воплощением Будды Амитабхи*. Мальчика поселили в постоянной резиденции панчен лам, в монастыре Ташилунпо, где он всех удивлял своими необыкновенными способностями, ранней склонностью к мистицизму и сложным духовным занятиям, влечением к истории, поэзии, искусству афоризма. Все говорили о юном Панчен Ламе как о выдающейся харизматической личности, а гражданин Британии Джордж Богле, первым побывавший в Тибете, оставил в своих дневниках особенно теплый и привлекательный портрет этого человека. Лобсанг Палден Еше умер в 1780 году от оспы во время своего миссионерского путешествия в Пекин, в котором его сопровождала многочисленная свита, состоявшая из 500 монахов, 100 чиновников, 800 слуг, а также нескольких ачарьев (докторов метафизических наук) из Индии.

Полное название трактата III Панчен Ламы звучит так: «История Арьядеши и Путь в Шамбалу, Святую землю». Арьядеша — это Индия, которую Лобсанг Палден Еше описал с подлинным талантом историка. Зато «Путь в Шамбалу» — произведение совсем иного толка. Оно составлено как садхана. Садхана — своеобразная инструкция по тантрической* медитации, в которой очень точно указано, как надлежит обращаться со своим физическим, а также Тонким телом*; какую мантру и сколько раз следует повторять, какую мандалу или божество нужно созерцать, как изменить свою суть, превращая ее в совершенный облик высших сфер. На санскрите «садха» означает «выполнение», «завершение». В тибетском языке садхана называется «сгруб таб» — средство на Пути к совершенству, пробуждению, просветлению. Тот, кто готов отправиться в Шамбалу, в этом тексте назван садхака. По-моему, для его характеристики очень подошел бы и придуманный тибетологом Робертом А.Ф. Турманом термин «психонавт». Этот автор подчеркивает, что культура Тибета всегда была ориентирована на изучение духовных, внутренних глубин человеческой души и его разума, а Запад больше интересовали материя и расширение вовне, начиная с походов крестоносцев с целью поработить другие страны и народы и кончая покорением природы и полетами в космос. Так вот, согласно Р.А.Ф. Турману, символом, венчающим Западную цивилизацию, мог бы быть астронавт, а тибетскую — психонавт, личность, осмеливающаяся путешествовать в самые отдаленные уголки своей внутренней Вселенной.

Психонавты, люди решительные, совершающие духовные подвиги внутри себя, в тибетском обществе всегда почитались и почитаются, вызывая величайшее уважение. Здесь мне бы хотелось привести замечание исследователя религий Мирча Элиаде о том что для культур и философских систем Востока главным является не само утверждение Высшей Истины, а ее сотериологическая функция, поскольку, лишь познавая Истину, человек становится свободным. Философским спекуляциям и закрытым метафизическим теориям противопоставляется «живая материя» — человек и его жизнь. Она должна быть очищена, облагорожена, изменена, освобождена с помощью духовной алхимии. Религиозные тексты в буддизме всегда имеют не только онтологическую, но и практическую сторону, настоятельно предлагая вырваться из силков пространства и времени; разрушить стены, возведенные законами и обстоятельствами, реальностью; завоевать настоящую свободу, высочайшую благодать, бессмертие. Такова и книга III Панчен Ламы.


Случайные файлы

Файл
84266.doc
69936.rtf
35325.rtf
20460.rtf
25065-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.