Православная церковь чешских земель и Словакии. (23276-1)

Посмотреть архив целиком

РОССИЯ И ГРЕЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ: К ИСТОРИИ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В XVII-XIX ВЕКАХ

Россию и Греческую Церковь связывают столетия самых тесных взаимоотношений. История этих взаимоотношений переживала различные фазы. Сначала Россия была облагодетельствована Византией и ее Церковью, которым она обязана вхождением в семью христианских народов, формированием как государства. Затем, когда православный Восток попал под иго турецкого господства, Россия оказывала ему всяческую помощь: военную, материальную, духовную. Как раз вторую фазу взаимоотношений России и Греческой Церкви, а точнее, период XVII-XIX веков призвана осветить настоящая статья.

Источниками для нее послужили грамоты двух московских архивов - РГАДА и АВПРИ, где хранится богатая коллекция документов, отражающая связи греческого духовенства и России. В архиве РГАДА, в частности, собрана большая коллекция документов, отражающая связи Константинопольского патриарха Кирилла Лукариса (1570-1638). В фонде 52 (оп. 2) насчитывается 56 грамот патриарха, что превышает число грамот любого другого иерарха или церковного центра христианского Востока и свидетельствует об особом интересе Кирилла Лукариса к России. Россия занимала в его политических планах центральное место, царь же Михаил Федорович и патриарх Филарет Никитич рассматривали Константинопольского патриарха как опору во взаимоотношениях России с Турцией, принимая его советы и сведения о состоянии дел на Востоке. Так, в архиве имеется 6 собственноручных писем патриарха Кирилла. Это секретные донесения царю Михаилу Федоровичу и патриарху Филарету, содержащие информацию о положении Турции, политической ситуации в ряде стран Европы, где шла Тридцатилетняя война, о планах турецкого правительства и придворных интригах. Секретную корреспонденцию доставляли в Россию особо доверенные люди. Одним из них был некто Иоанн Тефрали - русский политический агент, связанный с Россией на протяжении нескольких десятилетий до 50-х г. XVII века.

Наиболее типичные грамоты - это грамоты с просьбой о денежном пособии. Причем все они имеют сходное содержание и напоминают молитвы. Например, в грамоте царю Михаилу Федоровичу от архимандрита Мардария Павловско-Георгиевского монастыря говорится: "Призри милостивым оком на нас смертных... помози нам убогим... и подаждь от своего царскаго и неистощимаго сокровища в управление монастырю". Кончается грамота, как и молитвы, признанием всемогущества царя в оказании помощи. При этом употребляются эпитеты, относящиеся к Богу: "Твое бо есть воистину Твое и Твоего царского благоутробия достойно, еже по подобию Божию помиловати нас убогих. Буди нам милостив, и не отрини моления нашего, но сотвори с нами знамение во благо... понеже по Бозе иного упования не имамы, кроме Твоего царскаго величествиа. Аминь. Аминь. Аминь". Содержащиеся в описи №1 2429 грамот в подавляющем своем большинстве содержат именно просьбы и благодарность о пожертвовании. Во многих грамотах указана и причина оскудения греческих церквей и монастырей - бедствия, претерпеваемые от турок. Так, указанная грамота содержит просьбу о милостыне, которая необходима для того, чтобы вернуть церковные сосуды, положенные в заклад за выкупленного из турецкого плена монастырского иеромонаха. В 1626 г. Цареградский патриарх Кирилл просит снабдить его милостыней для выкупа неких даров. В том же 1626 г. от патриарха Кирилла Михаилу Федоровичу направлена просительная о награждении милостыней оклеветанного и мученного за веру от турок, а потом сбежавшего от них грека Димитрия. В 1627 г. Архидонский архиепископ Иоасаф просит денег на разоренную от турок епархию. В том же году патриарх Кирилл и архимандрит Дохиарского Афонского монастыря Климентий просят пожаловать этому монастырю на выкуп заложенных под заклад церковных сосудов, а также отнятого турками монастырского подворья на Касандрийском острове. Наиболее впечатляюще составлена грамота от всех афонских монастырей с 22 печатями и подписями наместников, которые просят милостыни, жалобно указывая на причину: "Ибо томительной десницы супостасней власти покорени бывше ... дани дающе от горькаго труда рук своих... крайнею нищетою одержимы есмы".

Интересен тот факт, что просительная грамота от 29 мая 1627 г. была передана с турецким послом-греком. Значит, сами турки были нисколько не против такого сообщения греческого духовенства с Россией и получения от нее пожертвований.

Общение Востока с Россией не ограничивалось милостыней. В середине XVII в., например, появляется множество грамот с просьбой о принятии греков на службу в России. В 1669 г. Алексей Михайлович дарует Афонскому Иверскому монастырю в вечное пожалование подворье в Москве - монастырь св. Николая "Большая глава". Тот же монастырь упоминается еще несколько раз в течение последующих лет.]

Начало взаимоотношений Ивира с Москвой восходит к 1627 г., хотя по прочности связей уже в середине этого века можно было бы предполагать о более древнем общении. В 1627 г. архимандрит Акакий был первым посланцем этого монастыря в Москве (РГАДА ф.52 Оп.2 N37). В грамоте, которую он передал патриарху Филарету от насельников монастыря, говорится об упадке монастыря и, главным образом, основной святыни - иконы Богоматери "Вратарницы". В 40-х годах XVII в. по заказу архимандрита Новоспасского монастыря Никона (будущего патриарха) была сделана копия с этой иконы и привезена в Москву в сентябре 1648 г. (ф.52 Оп.2 N 307-308 - грамота об изготовлении иконы Ямвлихом Романовым, истории монастыря и описание иконы).

Здесь нужно обратить внимание на то, что именно эти годы были временем войны Турции и Венеции за обладание Критом - временем, когда турки были ослаблены и появилась надежда на освобождение греков. Поэтому тон просительных грамот становится смелее. Уже встречаются документы, не просто указывающие на виновника бедствий, но содержащие прямые призывы к свержению турецкого владычества. Непосредственные участники обороны Крита, представители высшего и среднего духовенства Константинополя и Иерусалима, а также широкие слои населения собственно Балканского полуострова начинают настойчиво обращаться к русскому правительству, убеждая его, что настал момент для вмешательства в дела Средиземноморья. В Москву начинают регулярно поступать сведения о ходе военных действий, и редкий документ не содержит информации о Критской войне. Кроме потока посланий в 40-е и 50-е годы XVII в., где содержится просьба о вмешательстве, имеются три сочинения, в которых сформулированы эти надежды и советы русскому правительству о взятии Константинополя. Все три сочинения составлены критскими греками. Два из них принадлежат перу видных церковных деятелей: Афанасию Пантелару и Герасиму Влаху.

Афанасий Пантелар, занимавший одно время патриарший престол (6/16 марта - 2/12 апреля 1634 г., конец июня - 10 июля 1652 г.), был тесно связан в 30-50-х годах с Россией. В 1653 г. он посетил Москву, затем жил и скончался на Украине. В 1646 г. он отправляет из Ясс грамоту царю Алексею Михайловичу, только что вступившему на престол, где описывает события Критской войны на ее начальном этапе. Это один из первых документов подобного содержания. В ноябре 1653 г., накануне своего отъезда из Москвы, Афанасий представил царю Алексею Михайловичу "Слово понуждаемое" - сочинение, в котором он, анализируя события последних лет, указывает на ослабление Порты и настойчиво проводит мысль о том, что нужно воспользоваться ситуацией и осуществить предсказания пророчеств - отвоевать у турок Константинополь.] К написанию слова его побудило перенесение в Россию с Востока некоторых святынь, а именно иконы Влахернской Б. М. и мощей св. Григория Богослова. В Россию переносятся главные святыни Востока, т. к. Москва должна стать новой столицей великой империи. Второе сочинение составлено Герасимом Влахом (1605/7-1685) в 1665 году: "Побудительное слово... к непобедимому царю Московии Алексею Михайловичу". Автор его - участник Критской войны, замечательный дидаскал, будущий митрополит Филадельфийский и глава греческой общины Венеции. Текст также дошел в русском переводе.

Третье сочинение принадлежит архимандриту Неофиту - настоятелю монастыря Богородицы, бывшему в окружении Афанасия Пантелара. Его "Повесть о Крите острове" пишется в одно время с сочинением Афанасия и, может быть, по наущению последнего. В ней Неофит дает краткую историю острова, описывает подробно первый этап Кандийской войны и заканчивает словами: "настало время освободить Константинополь". Он также приезжал в Москву, где встретился с Афанасием Пантеларом, который принял его в свою свиту.

Газский митрополит Паисий (находившийся в то время в Киеве) пишет, что "желает покорить Его Величеству под стопы гордейшую Порту и возвратить прежнее в Константинополе благочестие". В 1688 г. патриарх Константинопольский Дионисий, передавая царю грамоту с "афонским архимандритом, просит Его Величество согласиться на войну с турками ради избавления христиан".

Хорошо видно, что именно духовенство Греции активно подготавливало освобождение родины, возлагая свои надежды на единоверную Россию.

Грамоты, хранящиеся в архиве, отражают еще одну сторону русско-греческих отношений - в них содержатся свидетельства о распространении просветительства при участии греков. В 80-е годы XVII столетия в Москву прибывают братья иеромонахи Лихуды - уроженцы Венеции. Один из них - Иоаникий Лихуд стал основателем Славяно-греко-латинской Академии в Москве.] В грамоте Иерусалимского патриарха Досифея также упоминается об открытии в Москве "Еллино-Греческой школы для пользы Церковной" (т.е. с той же целью, с которой открывались подобные школы в самой Греции).


Случайные файлы

Файл
33694.rtf
181069.rtf
41857.rtf
159600.rtf
151443.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.