История Zippo: Упрощение огня (73271-1)

Посмотреть архив целиком

История Zippo: Упрощение огня

Алексей Королев

Почти 75 лет назад маркетологический гений и абсолютная надежность соединились в шедевре минимализма — зажигалке zippo — ставшей непременным атрибутом всякого мачо.

У Никитских ворот в Москве, аккурат напротив Вознесенской церкви, был в 1990 году крохотный магазинчик, всегда полный народу. Назывался он Funny Funk, и продавались там вещи поистине редкостные, невиданные: маски Фредди Крюгера и Кинг Конга, шкатулочки с секретом вроде той, что едва не довела до инфаркта управдомшу из «Бриллиантовой руки», пластмассовые экскременты, неотличимые от настоящих, наручники и кожаные шлемы для BDSM. Ничего подобного в Москве (да и во всем Советском Союзе) тогда больше не было. Именно из этого магазина как-то раз и приехал прямиком в курилку МГУ Миша Р., несостоявшийся киноактер и будущий известный фотограф. В его руках была плоская серебристая зажигалка, управляться с которой в два движения — откинул крышку и щелкнул колесиком — он и принялся учить всех желающих. «Надо же, почти как настоящая!» — восторгался Миша. Настоящая зажигалка Zippo — а именно это было написано на корпусе — в те времена стоила, по нашим студенческим понятиям, денег немыслимых, но эту, из Funny Funk, можно было себе позволить. Автор этих строк купил себе сразу две. Одна тут же и безвозвратно сломалась, вторая же цела до сих пор и вызывает смутные подозрения, что в горы контрафакта, украшавших прилавок приснопамятной торговой точки, могла случайно пробраться и настоящая.

«Эта — работает»

У культовой вещи должна быть легенда. Истории про то, что вот, мол, выпускала фирма мотороллеры, а они по необъяснимым причинами стали иконой целой субкультуры (речь идет, разумеется, о Vespa), хоть и правдивы донельзя, но так же донельзя и скучны. Не могут подобные вещи происходить спонтанно — по крайне мере с точки зрения маркетологов; вот и обрастают вполне обыденные истории вещей подробностями и анекдотами.

Сейчас уже никому доподлинно не известно (да никто уже и не будет выяснять), почему именно зажигалки, пущенные в продажу почти 75 лет назад мелким пенсильванским промышленником Джорджем Блейсделлом, стали объектом поклонения, предметом коллекционирования, фактом мировой культуры, в конце концов. Зато «совершенно точно» известна легенда, как однажды летним вечером 1932 года Блейсделл вышел подышать на веранду клуба в городке Брэдфорд, где он жил и довольно безуспешно (Великая депрессия была в разгаре) торговал нефтяным оборудованием. На веранде приятель Блейсделла безуспешно сражался с ободранной металлической зажигалкой австрийского производства: крышка никак не хотела отвинчиваться. Вдоволь насладившись мучениями приятеля, Блейсделл ядовито поинтересовался, почему тот не купит себе другую, более привлекательную внешне. «Эта работает!» — рявкнул друг, которому наконец удалось прикурить. Слово было сказано, и, если верить маркетологам-мифотворцам, Джордж Блейсделл не мог уснуть всю ночь. Инженер понял, что перед ним — золотое дно. Зажигалки были нужны всем. Зажигалки были, как правило, не слишком надежны. Недорогая и абсолютно надежная зажигалка в те неустойчивые годы действительно могла иметь успех.



Блейсделл начал с реализации тех самых австрийских зажигалок, одной из которых пользовался его друг, и приобрел большую партию. Увы, друг ошибся: фраза «Эта работает» относилась, очевидно, лишь к одному-единственному экземпляру, а отнюдь не ко всей продукции безвестных европейских фабрикантов. Так или иначе, Блейсделл не продал ни одной штуки. Но он был инженером и решил, что некоторые усовершенствования могут исправить дело. Он снял за десять доллаpов в месяц небольшую мастерскую, за двести шестьдесят купил нехитрое подержанное оборудование (штамповочный пресс, сварочный аппарат и т. п.), нанял трех мастеров и принялся за дело. Сперва свободно снимавшаяся крышка австрийской зажигалки стала откидывающейся — теперь орудовать можно было одной рукой. Корпус уменьшился в размере до подходящего для кармана джинсов и покрылся хромом. Остальные же элементы вроде ветрозащитного экрана вокруг фитиля изменений не претерпели. Свою продукцию Блейсделл решил назвать Zipper по аналогии с популярной застежкой-молнией (инженеру якобы нравилось, как это звучит), но слово оказалось запатентованным и его пришлось слегка изменить — точь-в-точь как анонимную австрийскую конструкцию. Теперь зажигалку надо было продать.

Одной из двух составляющих своего бизнес-плана — «дешевизна и надежность» — сразу же пришлось пожертвовать. Почти два доллара — деньги для 1932 года совсем не маленькие. Зато со второй частью Блейсделл обошелся решительно. Он попросту объявил, что предоставляет на зажигалки пожизненную гарантию. Это был популярный рекламный трюк, но в случае с Zippo он сработал безотказно. Дело в том, что зажигалки других производителей действительно часто ломались, и все это знали. Информация о том, что фирма Блейсделла и впpямь бесплатно заменяет сломанную зажигалку в течении 48 часов после получения рекламации произвела фурор. Правда, зажигалки новой марки ломались редко.

Принято считать, что дебют Zippo в кино состоялся в фильме Винсента Минелли «Часы» (1945). Правда, самой зажигалки там не показали, но из диалога Джуди Гарланд и Роберта Уокера следует, что это именно она. Впрочем, киношники быстро поняли, какой роскошный символ мужества и крутизны попал им в руки. Монтгомери Клифт прикуривал от Zippo в «Отныне и вовеки веков», Эррол Флинн — в «Цель — Бирма», Грегори Пек — в «Холме под названием Отбивная», Джон Уэйн — в «Зеленых беретах». Впрочем, использовать зажигалку по прямому назначению быстро стало неинтересно. Майкл Дуглас любовно поджигал «зиппой» стодолларовую купюру в «Черном дожде», Брюс Уиллис с ее помощью спасал заложников в «Крепком орешке», а Харрисон Форд и Шон Коннери — самих себя, привязанных к одному стулу, в «Индиане Джонсе». Всего, по оценкам самой компании, Zippo появляется или упоминается примерно в восьмистах фильмах, причем особо подчеркивается, что методы product placement не использовались ни разу.

Наука продавать

Инженером Блейсделл был, по его собственному признанию, так себе (соответствует ли это самокритичное утверждение истине, читатель может судить сам по глубине редизайна австрийской зажигалки). Зато продавцом он оказался совершенно выдающимся: практически все его рекламные трюки впоследствии прочно вошли в бизнес-обиход. Уже в 1935 году он предложил гравировать на зажигалках инициалы владельцев за отдельные, хотя и маленькие деньги, а если конкретно — всего за один доллаp сверху за инициалы или 75 центов в том случае, если заказчик выбирал какой-нибудь рисунок: пьяницу, собаку или что-то еще. Из предмета демократического обихода Zippo мгновенно стали предметом гордости их владельцев — причем практически даром. А еще год спустя была реализована коммерческая идея, логически следовавшая из предыдущей: если спросом пользуются зажигалки с частными инициалами, то почему бы не изображать на корпусе корпоративные логотипы? Разумеется, за счет самих фирм, получающих и превосходные деловые подарки, и «рекламу, которая всегда с тобой». Первой на этот нестандартный ход решилась местная компания Kendall Refining, поставлявшая Блейсделлу бензин для его зажигалок. Тираж серии составил 500 экземпляров. А сейчас практически нет такой американской компании, которая не заказала бы у Zippо корпоративную зажигалку, — да и за пределами США подобный способ привлечь к себе внимание уже давно и шиpоко используется.



Блейсделл не чурался работать с самой разной целевой аудиторией, ведь его продукция была рассчитана на всех и каждого. Для одних, состоятельных и высоколобых, он выкупил в 1937 году целую страницу в журнале Esquire (для американской прессы тех лет, привыкшей продавать рекламную площадь квадратными дюймами, — событие редкостное), что потребовало астрономической для хозяина Zippo суммы в тpи тысячи доллаpов. Денег таких у Блейсделла не было, и пришлось брать кредит; эффект, однако, превзошел все ожидания: Ветроустойчивая Леди, Windproof Lady, сразу же начала отрабатывать вложенные в ее появление на странице Esquire деньги и до сих пор остается одним из самых удачных образов в истории рекламы (вроде Ковбоя Мальборо, который много позже, в 1954 году, взял в руки — ну, разумеется, Zippo). Тем же, кто Esquire сроду в руках не держал, была предложена реклама попроще. В то время в барах США была популярна нехитрая азартная игра панчборд — щит с множеством пронумерованных в произвольном порядке отверстий заклеивался листом бумаги с кружками напротив этих отверстий; ведущий заранее объявлял выигрышные номера, а игрок тыкал карандашом в кружки — если выяснялось, что номер отверстия совпадает с выигрышем, игрок получал приз. Zippo стала, так сказать, генеральным спонсором панчборда в масштабах страны — и только на этом с 1934−го по 1940 год пpодала 300 тысяч зажигалок. К сожалению, в 1940−м панчборд запретили как развлечение, подрывающее этические устои общества.

Фантазия Блейсделла была, казалось, неисчерпаемой. В 1937−м он запустил так называемую спортивную серию, которая положила начало тематическим выпускам зажигалок. Первая «спортивная серия» включала зажигалки с изображением Игрока в гольф, Рыбака, Охотника, Бульдога, Гончей и почему-то Слона. Модель с гольфистом имела номер 275, и на этом нехитром основании «спортивные» Zippo продавались по цене 2,75 доллаpа. Ну а где «ограниченные издания», там недалеко и до коллекционеров. Первые собиратели и появились аккурат перед Второй мировой, а ныне ранние «спортивные» зажигалки — предмет особой охоты зиппоманов.


Случайные файлы

Файл
13251.rtf
1.1.doc
33857.rtf
185397.rtf
32514.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.