Влияние подсказки на процесс обучения (129141)

Посмотреть архив целиком

Содержание


Теоретическое введение

Планирование эксперимента

Протоколы эксперимента

Обработка результатов

Интерпретация результатов

Выводы


Теоретическое введение


Когнитивная психология — направление в психологии, возникшее в начале 60–х гг. Характеризуется рассмотрением психики как системы когнитивных операций. Современная когнитивная психология работает в следующих исследовательских областях: восприятие, распознавание образов, внимание, память, воображение, речь, психология развития, мышление и решение задач, человеческий интеллект и искусственный интеллект. Основным методом выступает анализ микроструктуры того или иного психологического процесса.

Когнитивная психология характеризуется точкой зрения на человеческую психику, согласно которой главной задачей психической деятельности является переработка информации при помощи определенных методов обращения с информацией психических познавательных (когнитивных) механизмов. Работа этих механизмов в рамках когнитивного подхода рассматривается по аналогии с работой компьютерных программ. Когнитивный подход представляет собой радикальную попытку решения проблемы динамического бытия психики в пределах естественнонаучной парадигмы. Динамизм психических процессов здесь рассматривается как функциогенез механизмов переработки информации. Там самым поведение человека представляется как динамический процесс восприятия наличной ситуации и построения поведения в этой ситуации в соответствии с характером ее восприятия. Изучение методологии психологического эксперимента, определяющей исследования в когнитивной психологии, поэтому является крайне важным, так как рассмотрение экспериментальных программ когнитивистов позволяет в наиболее полном виде понять достоинства и недостатки естественнонаучного подхода к познанию психических явлений. В настоящей главе мы остановимся на исследованиях одного из крупнейших представителей современной когнитивной психологии, немецкого психолога Дитриха Дернера, которые были посвящены изучению роли подсказки в процессе развития мыслительных способностей человека.

Каждому, кто хотя бы однажды пытался научить кого-нибудь какой-либо интеллектуальной операции, знакомо чувство бессилия перед "непреодолимой глупостью" обучаемого. С высоты нашего знания все кажется таким простым и ясным, что помимо воли возникает недоумение: как можно этого не понимать? Однако дело не в глупости. Тот, кто применяет знакомое правило, и тот, кто пытается это правило открыть, занимаются разными вещами. Эта разница и дает эффект непонимания. Знание настолько перестраивает наше мышление, что мы оказываемся неспособными действовать другим образом. При таких обстоятельствах приобретает особую значимость проблема подсказки: когда подсказка оказывается эффективной и какую форму для этого она должна иметь? Знакомясь с дункеровским экспериментом. Вы узнали, что благодаря подсказке, точнее реакции испытуемого на нее, можно реконструировать внутренние, ненаблюдаемые механизмы мышления. Посмотрим теперь, как решается проблема подсказки в когнитивной психологии.

Дернер несколько смещает указанный акцент: он сближает проблему подсказки с проблемой обучения мышлению. Как обучать обращению с неопределенностью и сложностью? Здесь тоже важна правильная стратегия. Нет патентованного рецепта, как научить обращению со сложными, неопределенными и динамическими реальностями; так, как нет патентованных рецептов и для таких реальностей.

Тем не менее Дернер указывает общее направление (в предельно абстрактной, следовательно неприменимой форме) пути улучшения мышления. "Это, так я полагаю, не зависит от того, чтобы обучиться каким-нибудь экзотическим "мыслительным способностям". Это не зависит от "дальневосточной" мудрости. Это не зависит от того, чтобы взять в употребление правое, "неиспользованное" полушарие головного мозга. Это не зависит от того, чтобы высвободить таинственный творческий потенциал и мобилизировать будто бы пустующие 90 процентов резервов головного мозга. Это, собственно, зависит только от одного, а именно от поощрения "здравого рассудка".

Во всяком случае это зависит от того, используется ли этот "здравый рассудок" правильным образом.

Чтобы построить систему практического воздействия на механизмы, реализующие соответствующую (в данном случае мыслительную) психическую деятельность, надо, во-первых, знать, посредством каких механизмов реализуется интересующая нас деятельность. Затем определить, как могла бы выглядеть более эффективная в решении этих же проблем деятельность. И, наконец, найти психологическое орудие, позволяющее сконструировать желаемую форму деятельности. Как решают эти задачи Дернер и его сотрудники?

Рассмотрим сначала психотехнический эффект, который дал обучающий тренинг, предшествовавший обращению с моделируемой на компьютере ситуацией управления маленьким городком, Лохаузен-эксперимент, проводившийся Дернером и сотрудниками. По характеру обучающего тренинга все испытуемые были разбиты на три группы. Тренинг в первой группе заключался в практиковании некоторых техник креативности, не имеющих специального отношения к компьютерной экспериментальной ситуации. Вторая группа, группа стратегии, в ходе тренинга обучалась применению комплексных процедур обращения со сложными ситуациями. Эти процедуры могли быть непосредственно применены при решении последующего контрольного задания и должны были способствовать целостному восприятию экспериментальной ситуации и умению обращаться с ней как со сложным интегративным единством. Третья группа, группа тактики, в предварительном тренинге тоже обучалась методам, связанным с последующим экспериментом. Отличие этого обучения от обучения группы стратегии заключалось в том, что оно не было ориентировано на охват всей ситуации в ее целостности, а было направлено на методы решения частных проблем, могущих возникнуть в ходе работы над контрольным заданием. Итак, обучение по труппам было, соответственно, "абстрактным", "целостно-стратегическим" и "конкретно-тактическим".

Какая из форм обучения дала лучший результат? Эксперимент показал: никакая "если рассмотреть действительные достижения, то между тремя группами вообще не обнаружится различие. При чем результаты были отнюдь не оптимальными. Практически тренинг оказался бесполезным. Но это не единственный и не самый интересный результат эксперимента. Любопытно следующее: "После всего, длившегося многие недели эксперимента опрошенные, что принес им соответствующий тренинг, испытуемые группы стратегии и группы тактики имели согласующееся мнение, что тренинг помог "в средней степени". Испытуемые контрольной группы, которые были вынуждены пройти "тренинг креативности", в низкой степени имели мнение, что тренинг им помог. Различие оценок статистически значимо.

Естественно, возникает вопрос, чем определяется столь различное отношение испытуемых разных групп к предварительному обучению и почему у группы стратегии и группы тактики сложилось позитивное отношение к этому бесполезному занятию? "Я полагаю, что с помощью тренинга испытуемые получили нечто вроде "вербального интеллекта" действования в сложных областях. Они могли во многих прекрасных, новых понятиях говорить о своем мышлении и делах и о соответствующих задачах. Но их действия остались независимыми от этого выигрыша в красноречии.

Здесь мы столкнулись с фактом принципиальной важности. Знание и умение вовсе не обязательно связаны друг с другом. В данном случае знание не превратилось в средство самоорганизации мышления, напротив, оно осталось выключенным из структуры поведения. Возник феномен, названный норвежским художником Олафом Гульбрассоном "интеллектом евнуха": Они знают как делать, но не могут этого.

Когнитивный подход не имеет общих правил для обучения. Как подсказка влияет на ход решения задачи, об этом он знает даже меньше гештальт-психологии. Придерживаясь компьютерной метафоры, Дернер сравнивает мыслительные способности человека с фрагментами программ, которые должны быть соединены воедино в зависимости от стоящей перед человеком задачи. Нет универсальной мыслительной программы, которая могла бы справиться с любой проблемой, для каждой задачи должна выстраиваться своя собственная. Но как связывать друг с другом эти фрагменты, чтобы получившаяся единая программа была способна эффективно действовать в наличной, уникальной ситуации? Иначе говоря, мы спрашиваем о законах, определяющих эффективность мыслительной деятельности в специфичной проблемной ситуации. Пока мы еще мало знаем о таких законах. В практике эти законы до сих пор могут быть представлены в виде опыта личного действования. Поэтому наиболее действенным путем развития мыслительных способностей по прежнему остается тренинг мышления. Дернер предлагает с этой целью использовать моделируемые компьютерные ситуации (сценарии). "Было бы, вероятно, разумно составить батарею очень разнообразных сценариев с очень разнообразными требованиями и предлагать тренирующемуся такую "симфонию требований" различных систем. Но одновременно следует наблюдать их действия и их планирование с помощью специалистов, которые в состоянии определять соответствующие мыслительные ошибки и исключать их детерминанты.

В тщательно подготовленной заключительной беседе можно объяснить вид и причину соответствующей поведенческой ошибки и помочь испытуемому их осознать.

Отметим любопытное противоречие: Дернер многократно подчеркивал, что часто тренинг оказывается бесполезным в решении задачи обучения действенному мышлению. И все же он рекомендует компьютеризированный тренинг. Но не окажется ли, что и этот тренинг способствует развитию лишь "интеллекта евнуха"? Почему один тренинг позитивно воздействует на наши мыслительные способности, а другой вообще не дает никакого эффекта? Когнитивный подход не может дать ответ на эти вопросы, поскольку его исследовательский интерес ограничен только сферой функционирования психических механизмов. Но секрет трансформации, т.е. развития, спровоцированного обучением, невыводим из природы этих механизмов. Они лишь продукт предшествовашего развития и сами могут быть поняты только в контексте социально организованной работы над развитием психических способностей. Мы вновь вернулись к центральному тезису психотехнического подхода: психика существует динамически, поэтому наиболее адекватным методом познания психических явлений будет специально организованное провоцирование изменений психической деятельности и вычленение законов, по которым эти изменения происходят. Иначе говоря, нужна общая теория психотехники.


Случайные файлы

Файл
4660-1.rtf
145859.doc
69900.rtf
28430.rtf
50463.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.