Правовое регулирование обязательств из причинения вреда в зарубежных странах (121295)

Посмотреть архив целиком

Правовое регулирование обязательств из причинения вреда в зарубежных странах

Введение.

Действие деликтного права распространяется на случаи, когда ущерб интересам индивидов заключается в нанесении вреда многочисленным интересам лица, не вытекающим из договора, в частности при причинении вреда здоровью или репутации индивида, его недвижимости или движимому имуществу или когда ему причиняются некоторые другие виды экономического ущерба. Функция деликтного права заключается в том, чтобы из невообразимого числа случаев причинения ущерба выбрать такие, в которых потерпевший был бы правомочен переложить бремя причиненного ему ущерба на плечи другого лица.

История показывает, что на ранних стадиях своего развития деликтное право представляло собой конгломерат собранных вместе отдельных и разрозненных судебных решений, которые защищали совершенно определенные материальные интересы от столь же определенных проявлений их нарушения путем физического насилия. Так, уже в римском праве существовали наиболее важные виды деликтов, такие как посягательство на личность, воровство и другие. Однако римское право так и не выработало единого общего принципа, согласно которому лицо, виновное в причинении вреда, должно его возместить. Своим появлением такой принцип обязан Гроцию и Дома, которые разработали его в 17-18 веках. И с тех пор он нашел свое место в кодексах многих европейских стран.

1. Деликтное право Германии по Германскому гражданскому уложению (ГГУ) как пример континентального деликтного права

Создатели ГГУ долгое время склонялись к идее последовать великому образцу ФГК в вопросе о деликтах и включить в уложение общую оговорку, согласно которой ответственность налагалась за вред, причиненный в результате противоправных и виновных действий. Авторы первого проекта ГГУ исходили и из того, что невозможно обеспечить достаточную защиту от противоправных действий, если обязанность возместить ущерб будет привязана к отдельным, конкретным типам деликтов, совокупность которых, вероятно, не будет иметь исчерпывающего характера. Но в процессе постоянных консультаций они нашли компромиссное решение, отказавшись от казуистики отдельных типов деликтов общегерманского права, но в то же время не отважились сделать решительный шаг навстречу общей оговорке. По их мнению, такая общая оговорка будет лишь скрывать имеющиеся трудности и переложит бремя их разрешения на судей. А это противоречило бы взглядам немецкого народа на функции судей. Существовали также опасения, что если немецкую судебную практику не держать в определенных рамках с помощью строго заданных законами критериев, то «ей постоянно будут свойственны такие же негативные явления, которые наблюдаются во многих решениях французских судов».

В результате в ГГУ не нашлось места для общей оговорки о возмещении ущерба из правонарушений. Законодатель предпочел ей трехчленную деликтную конструкцию, закрепив ее законодательно в обоих абзацах § 823 ГГУ и § 826 ГГУ.

1. В $ 823, абз. 1, ГГУ предусматривается ответственность за вред, причиненный противоправными и виновными действиями, только тем защищаемым законом ценностям другого лица, которые перечислены в тексте данного параграфа, а именно: жизни, телу, здоровью, свободе, собственности или любому «другому (прочему) принадлежащему ему праву».

Согласно господствующей точке зрения, под термином «противоправный» понимают в принципе посягательство на одно из перечисленных в § 823, абз. 1, ГГУ чужих благ, защищаемых законом, за исключением случаев, когда посягающий имел оправдательное основание для своих действий: вынужденная оборона, крайняя нужда и т.д. «Виновно» действует тот, кто преднамеренно, то есть сознательно, по собственной воле нарушает защищаемые законом блага или по неосторожности. При этом под «неосторожностью» имеется в виду проявление недостаточной степени разумной осмотрительности и заботливости, понимаемых в общепринятом для делового оборота смысле слова (§ 276 ГГУ); с этой целью используется фикция образа действий разумного и добросовестного человека в подобной ситуации. Если вред был нанесен лицом определенной профессии или принадлежащим к определенной группе участников делового оборота, то суд выяснит, проявил ли ответчик должную меру осмотрительности, обычно свойственную «усредненному» представителю данной профессии или участников оборота, о которых идет речь.

Содержание и рамки сферы применения понятий «противоправность» и «виновность» оживленно дискутируются в немецкой доктрине в последние годы.

Согласно одной из сравнительно недавно высказанных точек зрения, действия, причиняющие вред, будут считаться «противоправными» только в том случае, если они, как таковые, порицаются правопорядком, так как нарушают законодательный запрет или императивное предписание в отношении волеизъявления граждан. Отсюда выводят принцип, согласно которому для признания действий противоправными в смысле § 823, абз. 1, ГГУ недостаточно, чтобы они просто причинили вред защищаемым законом благам, которые перечислены в данном абзаце. Эти действия будут квалифицированы в качестве «противоправных» в смысле § 823, абз. 1, ГГУ только в том случае, если поведение лица, причинившего вред, носило преднамеренный характер или оно не проявило необходимой степени осмотрительности и заботливости, обычно требуемых от участников правового оборота. Что же касается вопроса о «виновности» противоправных действий в смысле § 823, абз. 1, ГГУ, то эта доктрина ограничивается лишь выяснением того, было ли лицо, причинившее вред, несовершеннолетним и потому не несущим ответственности (§ 827, 828 ГГУ), было ли оно в состоянии осознать противоправность своих действий и необходимость нести ответственность за причиненный им вред и не исключают ли вину ответчика его индивидуальные особенности, такие как его неспособность оценить объективные обстоятельства, сделавшие ситуацию опасной.

Разумеется, между представителями данной доктрины также ведутся многочисленные споры. Однако эти споры, не затрагивающие сути самой доктрины, не имеют практического значения, поскольку совершенно безразлично, по какой причине лицо, причинившее вред, освобождается от ответственности: потому ли, что оно вело себя при этом с соблюдением общепринятых правил осмотрительности и заботливости, или из-за того, что нет достаточных оснований для признания его действий виновными или противоправными.

Далее, необходимо, чтобы в результате противоправных и виновных действий был причинен вред одной из защищаемых законом ценностей, перечисленных в § 823, абз. 1, ГГУ. К ним, согласно тексту данной нормы, относятся в первую очередь неприкосновенность личности и собственности потерпевшего. Причинение ущерба собственности имеет место не только в том случае, если испорчена или уничтожена чужая вещь, но и когда она взята у собственника без его согласия или же ему мешают ею распоряжаться и ее использовать. Нарушает чужое право собственности и тот, кто ставит свой автомобиль, в гараж другого лица, чрезмерно задымляет чужие земельные владения, построив фабрику на своем участке, заражает вирусом программное обеспечение чужого компьютера или наводит беспорядок в чужом архиве. Подобное поведение нарушителей подпадает под действие § 823, абз. 1, ГГУ, так как в данном случае считаются выполненными условия данного параграфа о причинении ущерба чужой собственности.

Нарушение права собственности имеет место даже в том случае, если по неосторожности ответчика происходит вынужденное перекрытие канала и из-за этого там остаются запертыми и на приколе суда истца в течение 8 месяцев. В соответствии с устоявшейся практикой Верховного федерального суда производитель или продавец некачественной вещи должен возмещать, согласно § 823, абз. 1, ГГУ, ущерб даже тогда, если уже после ее передачи приобретателю она сама из-за своих недостатков станет причиной собственного полного уничтожения или порчи. Доктриной эта практика полностью отвергается. В других странах этот вопрос также вызывает споры. Однако там он решается иначе, чем Верховным федеральным судом Германий.

Согласно § 823, абз 1, ГГУ закон защищает интересы, пользующиеся статусом «прочего права». К ним относятся в первую очередь все интересы, которые правопорядок защищает против всех, особенно вещные права, такие как сервитуты и ипотека, владение и «право на ожидание» того, кто уже приобрел что-то в соответствии с оговоркой о сохранении права собственности, а также право на имя, патентные права и другие права, вытекающие из результатов коммерческой деятельности, которые регулируются специальными законами. Однако имущество, как таковое, не является «прочим правом» в смысле § 823, абз 1. Возмещения вреда, причиненного имуществу, можно, правда, на основе § 823, абз. 1, потребовать, если следствием этого вреда станет дальнейшее нарушение перечисленных в этой норме защищаемых законом благ. Например, если лицо получило телесные повреждения в результате дорожно-транспортного происшествия и при этом одновременно пострадал его автомобиль, оно может потребовать возмещения совокупного имущественного вреда, который имел место как следствие телесных повреждений (в форме расходов на лечение) или как следствие повреждения имущества (в форме расходов на аренду другого автомобиля). Если же в результате виновных действий другого лица потерпевшему будут нанесены чисто экономические убытки, которые не повлекут за собой вреда его личности, собственности или же одному из принадлежащих ему «прочих прав», он не сможет предъявить иск на основании § 823, абз 1, 1ТУ.


Случайные файлы

Файл
120422.doc
146373.doc
149970.rtf
114848.rtf
sochinenie.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.