Банкротить по-русски: Кто виноват (14060-1)

Посмотреть архив целиком

Банкротить по-русски: Кто виноват

Дмитрий Кошелев, Управляющая компания «Парфёнов и партнёры» (г. Тюмень)

Особенности национальной охоты

Вы доверяете аналитикам инвестиционной компании «Атон»?

Если да, то такой факт: они считают, что поглощения компаний являются естественной реакцией на изменчивость рынка, а оттого нужны всем фирмам для приспособления к меняющейся экономике. Но если вы и не верите «Атону», тоже ничего страшного: так считают вовсе не только они.

А раз экономика в России не то чтобы изменчива, а даже капризна, тема поглощений здесь забудется не скоро.

Умудрённая десятилетиями опыта западная экономическая мысль разработала три акционерных инструмента борьбы за корпоративный контроль:

тендерное предложение,

скупка акций на фондовом рынке,

схватка за доверенности.

Свежий и незашоренный взгляд отечественного бизнеса внёс в копилку знаний административно-судебные инструменты борьбы за капитал, главным из которых является банкротство.

Более того, последний инструмент объявлен частью государственной политики. Концепция управления государственным имуществом и приватизации в РФ, утверждённая российским Правительством 9 сентября 1999 г., не стесняясь говорит, что «банкротство - один из способов перераспределения собственности от неэффективных собственников к эффективным. Вопрос о банкротстве - это вопрос в большей степени инвестиционно - имущественный, чем фискальный. ...участие государства как кредитора в процедурах банкротства должно быть направлено на... привлечение эффективных собственников.»

Нехороший закон

И неудивительно то, сколько плохих вещей наговорили про Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 8 января 1998 года!

Наиболее распространена (прежде всего среди юристов) такая вот претензия: новый Закон отказался от проверенного «принципа неплатёжеспособности» в пользу «принципа неоплатности», что породило лавину банкротств. Ведь новый принцип позволяет признать банкротами 80-90 % российских компаний (это по общему паническому мнению; согласно же уточнению главного «программиста» страны Германа Грефа - только 40 %, что есть две большие разницы).

Это так, да не так.

Во-первых, волна банкротств покатилась ещё в 1995 году, задолго до принятия нынешнего Закона, и всё это время только последовательно поднималась. Вот как выглядит статистика:

Год

Рассмотрено дел

Рост

Признаны банкротами

Рост

1993

100

-

50

-

1994

240

в 1,4 раза

информации нет

?

1995

1108

в 4,6 раза (!)

469

?

1996

3 740

в 3,4 раза

1 035

в 2,2 раза

1997

5 687

в 1,5 раза

2 269

в 2,2 раза

1998

12 781

в 2,2 раза

4 747

в 2,1 раза

1999

15 583

в 1,2 раза

8 299

в 1,7 раза

2000

24 874

в 1,6 раза

15 143

в 1,8 раза


В общем, за 10 месяцев 2001 года в России зарегистрировано 34 тыс. банкротств, то есть через эту процедуру прошёл 1 % компаний. В США и ФРГ ежегодно подвергаются банкротству 3-5 % компаний; за десятилетие 1981-1990 годов темпы банкротства в Штатах составляли в среднем 66 630 компаний в год. Так что наши показатели космическими вовсе не являются. Вероятнее, всего лишь продолжается освоение нового для послесоветской экономики института.

Действительно проблема в том, что у нас банкротят организации с большой суммой активов: сейчас общий размер конкурсной массы по всей России исчисляется триллионом рублей. Но и при таком объёме даже кредиторы первой очереди официально возвращают только 15 с половиной копеек с каждого рубля долгов, и это вторая проблема.

Ладно, ведь даже в правительственной Концепции мы прочитали, что задача банкротства – не деньги получить, а «правильно» собственность поделить. И неудивительно поэтому, что волну банкротств гонит государство. В 2000 году государственные органы подали 64 % заявлений о признании банкротом, в первом полугодии 2001 года - 73 %. По информации Сергея Беляева, первого руководителя ФСФО, на долю частных кредиторов приходится лишь четверть заявлений. И это - во-вторых.

В-третьих: а чем раньше было лучше? Ничем: на 1 июля 1997 г. задолженность фирм в консолидированный бюджет государства составляла 159,7 трлн. неденоминированных рублей, а размер задолженности по зарплате равнялся 54 трлн. рублей. Либерализация законодательства о банкротстве должна была дисциплинировать рынок.

В-четвёртых, наивно полагать, что идеальное законодательство о банкротстве уберегло бы экономику от поглощений. Автор нынешнего закона Павел Бунич, председатель Комитета по собственности Второй (если считать с 1994 года; если же с 1906 года, то Шестой) Государственной Думы, всерьёз считал результат своего труда просто совершенством. Даже говорят, что российский Закон взяла за образец Голландия.

Но сегодня общее отношение к Закону о банкротстве лучше всего выразил журнал «Эксперт»: «Худший закон России» - так называется концептуальная статья двух Александров, Привалова и Волкова (№ 39 за 2001 год).

... Времена действительно меняются, и законы меняются вместе с ними. Закон о приватизации, второе любимое творение Павла Бунича, заменён недавно новым. Настала очередь закона о банкротстве.

Проект

Распоряжением Правительства России от 24 декабря прошлого года на рассмотрение в Госдуму внесён, кажется, окончательный проект нового Закона о банкротстве, назначенный к рассмотрению в первом чтении на 6 марта. Желающие могут ознакомиться с ним в Интернете на сайте "Банкротство в России" (www.bankr.ru).

В пояснительной записке к проекту обозначены следующие принципиальные новшества:

1) обеспечение интересов кредиторов - уравнивание прав государства как кредитора с остальными кредиторами, усиление защиты права залога, детализация процедур;

2) защита прав добросовестных собственников (учредителей, участников) организации-должника

через установление новой реорганизационной процедуры финансового оздоровления, через введение процедуры наблюдения исключительно после проверки требований кредитора в специальном судебном заседании,

через внесение требований кредиторов в реестр только на основании судебного акта,

через возможность участия в процессе о банкротстве представителей учредителей (участников) должника,

через признание допустимой дополнительной эмиссии акций в ходе внешнего управления при условии согласия собственника должника;

3) изменение статуса и процедуры регулирования деятельности арбитражного управляющего путём создания контроля со стороны саморегулируемых организаций управляющих, страхования их ответственности, изменения порядка назначения.

Пояснительная записка подсказывает и вывод, к которому обязан прийти благодарный читатель: меры, предусмотренные новым законом, позволят надёжно защитить права кредиторов, собственников и в конечном итоге повысить инвестиционную привлекательность российской экономики.

Вот мы и оценим это, попытавшись смоделировать будущие процессы. Анализ любой игры начинается с характеристики участников, и мы пойдём классической дорогой.

Кому быть должником

В процессе банкротства кредиторов может быть много, но должник всегда один. Он - ключевая фигура, с него и начнём. Как стать должником?

Сколько ни критиковали принцип неоплатности, а он для должников - юридических лиц остаётся, хоть и с большой оговоркой. Юридическое лицо может стать должником в случае просрочки исполнения денежных обязательств на 3 месяца. Правда, совокупная сумма этих обязательств в отношении юридических лиц повышена с 500 минимальных размеров оплаты труда до 1 000 (на сегодня это 100 тыс. рублей).

Такой подход видится более оправданным, чем возврат к принципу неплатёжеспособности. Это подробно объясняет самый известный ныне из русских дореволюционных юристов Габриэль Феликсович Шершеневич в «Курсе торгового права». Обычно копия хуже оригинала, поэтому нет смысла пересказывать. Пожалуй, остановлюсь на том, что произошло в течение 100 лет с момента написания книги: практика банкротств показывает сплошь и рядом, что оценка активов в отчётности должников завышена, отчего характеристики платёжеспособности обычно выглядят неоправданно оптимистичными. Как ни странно, это характерно и для США, которые уж никак не могут пожаловаться на неурегулированность бухучёта.

Думаю, задача в том, чтобы адекватно отразить в законе внешние признаки состояния неплатёжеспособности, а именно минимальную сумму неудовлеторённых денежных требований. Скажем, Соединённые Штаты остановились на сумме 5 тыс. долларов, а это приблизительно 150 тыс. рублей, и законопроект немного к такому порогу приблизился. В любом случае все называемые величины будут спорными, ведь точная оценка параметров экономики, география которой охватывает 11 часовых поясов, достаточно сложна.


Случайные файлы

Файл
111481.doc
13402.rtf
18778-1.rtf
20681.rtf
96024.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.