Проблемы совершенствования процессуальных гарантий прав и интересов участников уголовного судопроизводства (6799-1)

Посмотреть архив целиком

Проблемы совершенствования процессуальных гарантий прав и интересов участников уголовного судопроизводства

Д. А. Солодов

Уголовное судопроизводство является той областью юридической деятельности, в которой права, свободы и законные интересы личности затрагиваются наиболее существенно. Отметим, что вследствие недостатка достоверной информации, многие процессуальные решения предварительного расследования, особенно на его первоначальном этапе, основываются на вероятностных данных, что создает реальную угрозу нарушения, необоснованного ущемления прав и основных свобод личности, причинения вреда охраняемым законом интересам. Особую актуальность вопрос об обеспечении (гарантиях) прав и законных интересов участников процесса и иных лиц при принятии процессуальных и тактических решений лицом, производящим расследование по уголовному делу, приобретает в связи с реформированием отечественного уголовно-процессуального законодательства.

В литературе отмечается, что «вся процедура расследования и ее регламентация – это конкуренция прав и интересов потерпевших и преступников, интересов личности и общества: любое положение (правило) процедуры расследования, любая мера, предпринимаемая в процессе уголовного судопроизводства, либо защищает интересы потерпевшего и тогда ограничивает права привлекаемого к ответственности, либо обеспечивает защиту (увеличивает ее степень) прав виновного и соответственно уменьшает меру защиты прав и интересов пострадавшего от преступления, интересов общества»[1]. В то же время нельзя не согласиться с тем, что права обвиняемого представляют собой определенную социальную ценность, благо. «Они служат обеспечению законных интересов личности (обвиняемого) и содействуют обществу в его борьбе с преступностью, которая может быть успешной при условии недопущения осуждения невиновных и справедливого в соответствии с законом решения вопроса об ответственности виновных»[2]. То же можно сказать и в отношении обеспечения прав и интересов других участников процесса. Представляется, что использование участниками процесса своих процессуальных прав, реализация соответствующих процессуальных гарантий дополнительно дисциплинирует правоприменителя, способствует устранению произвола, субъективизма при принятии решений. Одной из причин принятия незаконных и необоснованных процессуальных решений, нарушающих права личности и наносящих вред (порой невосполнимый[3]) охраняемым законом интересам, является недостаточность процессуальных гарантий, отсутствие отработанного механизма их реализации. Необходимо найти оптимальное соотношение между интересами раскрытия и расследования преступлений и интересами обеспечения прав и свобод участвующих в уголовном судопроизводстве лиц.

Новый уголовно-процессуальный закон четко определяет приоритеты в этой области. В УПК презюмируется, что защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод составляет основное назначение уголовного судопроизводства. При этом уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ст. 6 Кодекса). Обеспечению законности и обоснованности решений предварительного расследования, защите прав и интересов участников процесса, а также иных лиц, не являющихся его непосредственными участниками и не наделенных вследствие этого определенным процессуальным статусом, чьи права и интересы, так или иначе, затрагивают принимаемые в ходе предварительного расследования решения, служит система правовых (процессуальных) гарантий.

Под гарантиями в уголовном процессе понимаются установленные законом средства и способы, содействующие успешному осуществлению правосудия, защите прав и законных интересов личности[4]. При этом подчеркивается, что процессуальные гарантии не могут быть сведены к единственному процессуальному средству и выступают в виде целостной системы[5].

Можно выделить следующие направления деятельности в рамках обеспечения (гарантирования) прав и интересов участвующих в досудебном производстве лиц:

1. создание условий, необходимых для реализации прав и осуществления интересов;

2. охрана прав и интересов;

3. возмещение вреда, причиненного нарушением прав и интересов названных лиц.

Указанным направлениям соответствуют различные виды уголовно-процессуальных гарантий.

По субъекту инициативы процессуальные гарантии делятся на две группы:

1. гарантии, касающиеся порядка процессуальной деятельности следователя, а также прокурора и суда, в связи с осуществлением последними в ходе досудебного производства по делу определенных надзорных и контрольных функций (процессуальные права и обязанности, требования процессуальной формы, соответствующие правовые санкции и т. д.);

2. процессуальные гарантии, выступающие в виде средств защиты права (интереса), предоставленные законом заинтересованным лицам, их защитникам, представителям и используемые ими по собственной инициативе с соблюдением установленного порядка (право на обжалование действий и решений следователя, право заявить отвод заинтересованному лицу, право возражать (не давать согласие) на принятие определенных процессуальных решений, право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями и решениями должностных лиц и др.).

Процессуальные гарантии можно также классифицировать на общие (обязанность следователя обосновать, мотивировать принимаемое решение, соблюдать установленные законом требования к форме и содержанию решения и т. д.) и специальные, направленные на обеспечение прав отдельных участников процесса, прав и интересов лиц на уровне конкретного правоотношения, при производстве определенных процессуальных действий и принятии конкретных процессуальных решений.

По сфере действия выделяются процессуальные гарантии прав и интересов участвующих в деле лиц при принятии основных процессуальных решений (о возбуждении уголовного дела, прекращении производства по делу и т. д.), при проведении отдельных следственных действий, применении мер процессуального принуждения и другие.

УПК содержит ряд новаций в сфере обеспечения прав и законных интересов участников процесса, а также иных заинтересованных лиц при принятии следователем, лицом, осуществляющим расследование процессуальных решений. Рассмотрим некоторые наиболее существенные в этом отношении положения закона.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК, определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя и дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с ч. 2. ст. 7 УПК, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий Уголовно – процессуальному кодексу. Вместе с тем, такая формулировка закона, на наш взгляд, не в полной мере отвечает задаче всестороннего обеспечения прав и свобод личности. Достаточно вспомнить положения Указа Президента РФ от 14 июня 1994 года № 1226 «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности», которые в основе своей противоречили Конституции РФ и нормам действовавшего тогда УПК РСФСР 1960 г. В этой связи представляется необходимым ч. 2 ст. 7 УПК изложить в следующей редакции: «Суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять нормативный правовой акт, противоречащий Конституции Российской Федерации и настоящему Кодексу. Вопрос о соответствии нормативного правового акта Конституции Российской Федерации разрешается в порядке, установленном законом».

Кроме того, в целях обеспечения конструктивного единства уголовно-процессуального закона целесообразно закрепить, что законы и иные нормативные акты, регулирующие порядок уголовного судопроизводства, подлежат применению судом, прокурором, следователем, дознавателем и другими участниками уголовного судопроизводства только при условии включения их положений в УПК либо при наличии прямой отсылки к ним в тексте Кодекса. Например, как это установлено действующим УПК в отношении сроков, в течение которых реабилитированный вправе обратиться с требованием о возмещении причиненного имущественного вреда (ст. 135 УПК). Предпосылки к этому заложены в самом Кодексе. Согласно ст. 1 УПК, порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается УПК и является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также для иных участников уголовного судопроизводства.

Надо отметить, что новый закон может отменять, существенно ограничивать те или иные процессуальные права (процессуальные гарантии прав) участников процесса или, наоборот, улучшать их положение, устанавливая дополнительные процессуальные гарантии, расширяя принадлежащие им процессуальные права. В этой связи представляет интерес вопрос о пределах действия уголовно-процессуального закона во времени.

В соответствии со ст. 4 УПК, при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения. Аналогичное предписание содержал и УПК РСФСР 1960 г. (ст. 1). Вместе с тем, такая регламентация представляется недостаточной. Как отмечает З. А. Николаева, прямое действие уголовно-процессуального закона, устраняющего либо ограничивающего те или иные права подозреваемого, обвиняемого, вступает в коллизию с нормами, обеспечивающими всестороннюю защиту их прав в уголовном процессе. «В соответствии с общепринятыми нормами международного права данная коллизия должна разрешаться в пользу норм, обеспечивающих право на защиту в уголовном процессе всех прав его участников. Отсутствие подобной коллизионной нормы в действующем уголовно-процессуальном законодательстве следует отнести к его недостаткам»[6]. Особенно наглядно это проявляется относительно показаний обвиняемого, полученных следователем в отсутствие защитника по УПК РСФСР 1960 г. по делам, рассматриваемым судом по УПК 2001 г. По смыслу закона, в случае, если обвиняемый не подтверждает ранее данные показания в суде, доказательство должно признаваться недопустимым в соответствии со ст. 75 УПК. Состоявшиеся ранее судебные решения в установленном законом порядке могут быть пересмотрены с учетом действующих правил о допустимости доказательств.


Случайные файлы

Файл
meo.doc
19702-1.rtf
178807.rtf
18266.rtf
157964.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.