Турецко-американские отношения в международном аспекте (118873)

Посмотреть архив целиком

Размещено на http://www.allbest.ru/














Реферат: Турецко-американские отношения в международном аспекте



В конце 80-х годов стратегическое значение Турции для США и Запада значительно уменьшилось. Однако захват Ираком Кувейта (август 1990 г.), попытка государственного переворота в СССР (август 1991 г.) и последующий распад СССР вновь повысили это значение. США оценили необходимость сотрудничества с Турцией, дабы легче утвердить свое влияние в Евразии. По мнению турецких и американских аналитиков, Турция должна была взять на себя важную роль на обширном географическом пространстве от Югославии до Западного Китая. Турции также предстояло усилить свое влияние на мусульман, проживающих на Балканах, и тюркские народы Кавказа и Центральной Азии1. Большой потенциал Турции позволял ей сыграть в этих регионах роль моста для американской экспансии в область политики, экономики, стратегии. Американский политолог Бжезинский подчеркивал, что этой стране принадлежит осевая роль в Евразии, которая для США является наградой после «окончания холодной войны»2. Турция, называемая Бжезинским «осью», должна обеспечивать стабильность в Черноморском регионе, осуществлять контроль над проходом в Средиземное море, быть «противовесом» России на Кавказе, служить своего рода «противоядием» укреплению исламского экстремизма и представлять для НАТО «опору на южном фланге блока»3.

Рост значения Турции для США подтверждается и следующими фактами. Когда президент Турции Озал, прибывший в США после окончания войны в Заливе в марте 1991 г., выдвинул идею «стратегического сотрудничества», США проигнорировали это предложение. Турции также было отказано в американской помощи в 1 млрд. долл., которая ранее была обещана как компенсация за убытки, понесенные страной в результате войны. А после окончания 1991 г., сопровождаемого распадом СССР, появлением новых государств Кавказа и в регионе Центральной Азии, США сами во время визита в Вашингтон турецкого премьер-министра Демиреля (февраль 1992 г.) предложили «усиленное сотрудничество». Американские руководители заявили, что они рассматривают Турцию «как партнера и как модель для завоевавших независимость государств Закавказья и Центральной Азии»4.

Политику США в отношении Турции в период президента Буша (старшего) сформулировал госсекретарь Д.Бейкер, а в период президента Клинтона – заместитель госсекретаря Р.Холбрук. Согласно Холбруку, Турция после окончания холодной войны превратилась в «прифронтовое государство», которым в прошлом была Германия. Турция стала «набирать вес» во всех вопросах, связанных с НАТО, Балканами, Кипром, Эгейским морем, Ираком, Закавказьем и Центральной Азией, а также энергетическими трубопроводами5.

Таким образом, на протяжении 90-х годов происходил процесс все большего турецко-американского сближения в отношениях, который достиг своего пика к 2000 году. Отношения, которые в 1992 г. характеризовались просто как «усиленное сотрудничество», в 1997 г. во время визита в Вашингтон премьер-министра Т.М.Йылмаза видоизменились и начали рассматриваться как комплекс пяти важных пунктов (региональные связи, экономика и торговля, энергетика, Кипр, партнерство в области обороны и безопасности).

В 1999 г. в результате ряда визитов на высшем уровне взаимные связи еще более упрочились. В апреле 1999 г. президент Демирель прибыл в Вашингтон на саммит НАТО, в сентябре 1999 г. премьер-министр Эджевит побывал в США по приглашению президента Клинтона, и здесь двусторонние отношения были определены уже как «стратегическое партнерство». Такой уровень связей отвечал интересам обеих сторон, ибо Турция была для США важным партнером во «всех чувствительных регионах», а США, в свою очередь, имели значение для Турции как супергосударство, оказывающее поддержку по многим направлениям.

Вместе с тем, говоря о «стратегическом сотрудничестве», о взаимной поддержке двух стран по ряду политических вопросов, нельзя утверждать, что позиция Турции всегда полностью совпадала с позицией США.

Рассмотрим некоторые аспекты турецко-американского регионального сотрудничества, в первую очередь на Ближнем Востоке. После окончания холодной войны США основывали свой политический курс на следующих принципах: установить здесь контроль «над нефтяными источниками, поддержать существование Израиля, сократить влияние радикального ислама и как новый элемент – «окружить» Ирак и Иран и воспрепятствовать получению странами региона оружия массового уничтожения. После войны в Заливе 1991 г. США стали на Ближнем Востоке решающей силой. Россия испытывала трудности внутреннего развития, ЕС под руководством Франции и Германии не смог в достаточной степени противостоять здесь Вашингтону, а страны Залива чувствовали благодарность за «спасение» от иракской угрозы. После того, как США в конце 40-х годов политически внедрились на Ближнем Востоке, они никогда не были здесь так сильны, как в 90-х. Свой контроль в регионе они формировали, во многом используя и сотрудничество с Турцией.

О войне в Заливе имеется ряд публикаций в российских источниках, поэтому здесь мы кратко остановимся лишь на последствиях того, как Турция, отказавшись от нейтралитета, к которому призывал Ирак, активно выступила на стороне США. В целом эта политика привела к большим экономическим и политическим потерям. Не оправдались ожидания получить большую финансовую помощь от США и стран Залива. Правда, более скромная помощь в 4,2 млрд. долл. была получена и от США, и от Фонда обороны, сформированного Саудовской Аравией, Арабскими эмиратами, США и Кувейтом. Однако на протяжении последующих 10 лет потери в результате эмбарго против Ирака составили, по официальным данным, свыше 100 млрд. долл., что сделало бессмысленной помощь, о которой говорилось выше6. Как бы в дальнейшем ни ставился иракский вопрос в контексте отношений с США, Турция непременно напоминала о своих потерях, но компенсации так и не дождалась. Страна лишилась прибыли от транзита иракской нефти, от торговли с Ираком и приграничной торговли. Это, а также невыплаченные иракские долги и неосуществленные, но ожидавшиеся подрядные работы привели к росту безработицы, в первую очередь на юго-востоке Турции.

Турецкая поддержка США в войне имела и политические последствия. Так, экономические трудности, переживаемые в Юго-Восточной Анатолии, обострили курдскую проблему. В первую очередь рост безработицы в регионе был на руку ПКК (Курдская рабочая партия). В результате вакуума, образовавшегося в Северном Ираке, ПКК перебралась сюда, начала деятельность против Турции. И, наконец, спасавшиеся от Саддама иракские курды разместились в Турции и создали для властей много проблем, еще более усугубив курдский вопрос. Не оправдались турецкие ожидания того, что участие в войне поможет ее скорейшему вступлению в ЕС.

Вопреки ожиданиям, страна не была приглашена на встречу на высшем уровне в Мадрид по ближневосточному процессу. Турецкие подрядчики не получили столь ожидаемых заказов по восстановлению Кувейта, и в свою очередь Кувейт и Саудовская Аравия забыли внести Турцию в список государств, которым выражалась благодарность за поддержку в войне. Таким образом, одним из наиболее острых последствий войны стала активизация курдской проблемы.

Начиная с 1998 г. политика администрации Клинтона в отношении Ирака получила название «окружение – свержение». В сентябре 1998 г. Конгрессом США было выделено 97 млн. долл. для Иракского национального совета, состоящего из 16 оппозиционных группировок. Один из сотрудников американского посольства в Анкаре, Ригиардоне, пытался убедить турецкую сторону стать зарубежным центром организации оппозиции и свержения иракского режима7. Это предложение было отвергнуто турецкими политиками, очень опасавшимися, что свержение Саддама откроет путь к хаосу.

Достаточно убедительно американские интересы на Ближнем Востоке проанализированы турецким автором А.Кулоглу в журнале «Стратегический анализ». Учитывая новую стратегию обороны после событий 11 сентября 2001 г., США, подчеркивает Кулоглу, предпринимали усилия по предотвращению производства оружия массового уничтожения в регионе и борьбе с терроризмом. И в рамках этой стратегии американский истеблишмент руководствовался методом «превентивного удара», т.е. интервенции на Ближний Восток. Объектом интервенции был избран Ирак по ряду соображений: после войны в Заливе Ирак был ослаблен, север страны оказался под контролем сил быстрого реагирования, на Ирак распространялись санкции и контроль ООН, а также, по мнению США, во главе этой страны находился диктатор. США рассчитывали на быстрый успех в Ираке, а контроль здесь поможет усилить давление на Сирию и Иран, обеспечить смену режимов в этих странах и устрашить режим Саудовской Аравии. Все это, по мнению американских стратегов, должно привести к полному контролю в регионе. Таким образом, США, воспользовавшись политическим, военным и экономическим превосходством, которое давала структура однополярного мира, осуществили в Ираке политику применения силы8. Известно, что быстрая военная операция США против Ирака была формально завершена 1 мая 2003 г. Однако сопротивление в стране, начатое против американской армии и ее союзников, продолжается и поныне.

Осенью 2003 г. США обратились к Турции с просьбой о введении ее войск в Ирак. Турецкий меджлис дал полномочия правительству на эту акцию. И в то время, когда шла подготовка турецких военных подразделений, начался процесс переговоров с Вашингтоном. Однако против введения турецких военных выступил Временный руководящий совет Ирака. По мнению вышеупомянутого автора Кулоглу, именно силы, желавшие продолжения хаоса в Ираке, противились турецкому вхождению. Также не желали усиления Турции в регионе Сирия, Иран и другие арабские страны9.

В свою очередь и американское командование войск в Ираке также изменило свое мнение о посылке турецких военных и довело это до сведения турецкого правительства, сославшись на то, что момент пока не благоприятен для проведения операции. Кулоглу справедливо считает, что в случае, если этот вопрос будет поставлен на повестку дня, вновь «Турция должна придерживаться стратегии, которая на первый план выдвигает национальные интересы страны»10.

Особенно наглядно «американский фактор» проявился в турецко-израильском сотрудничестве. США стремились сблизить Турцию и Израиль, два демократичных и неарабских государства Ближнего Востока, во-первых, чтобы усилить безопасность Израиля в регионе, а во-вторых, с целью упрочения здесь своего влияния. Впрочем, и турецкая сторона рассматривала это сближение с точки зрения опосредованного усиления своих позиций в США. Известно, что после подписания в феврале 1996 г. турецко-израильского соглашения о сотрудничестве в области военного обучения, а в августе 1996 г. соглашения о сотрудничестве в области оборонной промышленности, уже в январе 1998 г. США участвовали в совместных военных маневрах этих стран, а затем одобрили и спонсировали модернизацию Израилем ряда военных систем Турции11.

США внесли свой финансовый вклад в создание совместных предприятий Турции в государствах Центральной Азии, и не последнюю роль здесь сыграло то, что «стратегический союзник» Турции – Израиль также хотел развивать отношения с этими государствами. «Как отмечалось выше, турецко-израильское сотрудничество помогало Турции оказывать воздействие на американскую внешнюю политику. И здесь учитывалось два момента. Во-первых, Турция стремилась заручиться поддержкой израильского лобби в США, имеющего большое влияние в Конгрессе. И израильское лобби оказывало поддержку не только с точки зрения американской военной и экономической помощи, но и противостояния армянскому и греческому лобби. И во-вторых, при посредничестве Израиля Турция стремилась преодолеть импортные ограничения США в отношении нее. В марте 1996 г. было подписано соглашение о создании зоны свободной торговли между Турцией и Израилем, что позволило Турции расширить экспорт своей продукции, в первую очередь текстиля, через Израиль в США.

Важным направлением турецко-американского сотрудничества в 90-е годы стали Балканы, где интересы двух стран практически полностью совпадали и где они поддерживали одинаковые страны и группировки. Турция, будучи частью Балкан и имея тесные связи с США, помогала союзнику усиливать влияние в этом важном стратегическом регионе. Когда на Балканах начался процесс распада Югославии, Турция и США продемонстрировали свое единство по ряду ключевых вопросов. Обе страны поставляли оружие боснийцам, причем турецкая сторона делала акцент на программу «обучения», а американская – «снаряжения». Турция помогла США наладить отношения с Албанией и затем осуществлять поставки оружия и обучение военного персонала. Обе страны были единодушны в защите Македонии, получившей независимость.

Когда в марте 1999 г. страны НАТО во главе с США начали воздушные бомбардировки Югославии, в военных операциях приняла участие и Турция, предоставившая к тому же США свои базы в Бандырме и Чорлу. Таким образом, балканские события усилили для США значение Турции. Как заявил американский президент Клинтон во время визита в Турцию в ноябре 1999 г., «Турция рядом с США от Кореи до Косова»12. А Турция, в свою очередь, благодаря сотрудничеству с США, смогла укрепить на Балканах свои позиции, углубить и прежде всего расширить отношения с Албанией, Боснией – Герцеговиной и Македонией.

Еще одним направлением сотрудничества, чрезвычайно важным для Турции, являются действия США, направленные на получение этой страной статуса полноправного члена ЕС. В 90-е годы американский истеблишмент в официальных и кулуарных переговорах с европейскими политиками неоднократно ставил этот вопрос на повестку дня. Подобную заинтересованность американской стороны можно объяснить следующими соображениями:

полное членство окончательно привяжет Турцию к Европе и воспрепятствует созданию здесь радикального исламского режима;

США, благодаря Турции, могут усилить свои позиции в ЕС;

в рамках европейско-атлантического сотрудничества США стремятся усилиться и в Евразии, а Турция является с географической точки зрения центральным государством этого региона;

после получения Турцией полноправного членства ЕС потеряет сугубо европейский характер.

Несомненно, и Турция, и США осознают, что полноправное членство не может быть достигнуто лишь по одному желанию США. Однако с середины 90-х годов американские инициативы направлены на то, чтобы воспрепятствовать изоляции Турции от Европы.

Следующим направлением с 90-х годов стали Центральная Азия, Закавказье. Для Турции и США независимые государства, возникшие здесь, были новым полигоном активности, но Турция, учитывая такие факторы, как близость в области языка, религии, культуры, имела возможность более успешного развития отношений с этими государствами, в чем получила поддержку США.

Регион представляет для США большой интерес еще и потому, что, как указывают многие политические стратеги во главе с Бжезинским, он (регион) является центром соперничества «мировых сил, и сила, которая здесь установит господство, обеспечит свое превосходство на международной арене»13. Близость региона к Ближнему Востоку также усиливала его значение. Для США было важно ослабить влияние в регионе России и воспрепятствовать росту влияния Ирана и Китая. Вот почему США попытались здесь усилить экспансию. Гигантские нефтяные компании американского происхождения (Шеврон, Эксон, АМАКО и др.) получили самые большие доли почти во всех консорциумах и соглашениях, а в политическом плане США при посредничестве Турции начали крепить здесь свое присутствие. Таким образом, после нефти и газа Ближнего Востока солидная часть месторождений нефти и газа Каспийского бассейна перешла под контроль США. Интересы Турции и США в регионах Центральной Азии и Закавказья пересекались по ряду позиций. В политическом плане США поддерживали развитие политического и военного сотрудничества Турции с государствами района и способствовали ослаблению влияния здесь России и Ирана. В 1994 г. все государства Центральной Азии, за исключением Таджикистана, были включены в программу «Сотрудничество ради мира» в рамках НАТО, многие офицеры армий из государств региона прошли обучение в Турции. В сентябре 1997 г. США и Турция провели военные маневры с участием Казахстана, Узбекистана, Киргизстана и России14.

США поддержали культурные и религиозные акции Турции в регионе, в частности направление сюда турецких религиозных деятелей и посылку текста Корана на латинском языке. В противовес пропаганде радикального ислама, начатой Ираном в радиопередачах на регион, США способствовали утверждению религиозного имиджа светской Турции.

США поддерживают переход упомянутых стран к свободной рыночной экономике и инициативу Турции по привнесению своего опыта в этой сфере, а также поощряют выход государств из рублевой зоны. С 1997 г. Россия начала проводить более решительную политику в регионе, что заставило США всячески подталкивать эти страны занять более независимые позиции. Как подчеркивалось в одном из докладов, подготовленных для Конгресса США, возросшая активность Турции в регионе привела к сближению России и Ирана, озабоченных подобным напором, и здесь создались новые группы соперничества: с одной стороны США – Турция, и с другой – Россия – Иран15.

Одним из важных направлений турецко-американского сотрудничества стал вопрос о прокладке нефтепровода Баку – Джейхан. Поддерживая этот проект, США руководствовались следующими соображениями:

вслед за поступлением нефти на международные рынки США еще более укрепляют свои позиции в Евразии и тем самым реализуют долгосрочные стратегические амбиции;

осуществляется политическое объединение Центральной Азии и Кавказа и их привязанность к США;

заканчивается монополия России на энергетические ресурсы региона, и соответственно сокращается зависимость стран этого региона от России;

достигается изоляция Ирана в регионе.

В октябре 1998 г. на совещании в Анкаре представители Турции, Грузии, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана и США подписали «Анкарскую декларацию в поддержку проекта нефтепровода Баку – Джейхан».

После того, как в 2000 г. в Казахстане было открыто богатое месторождение нефти (Кашаган), турецкие и американские власти договорились с казахстанской стороной, что эта нефть также пойдет через трубопровод Баку – Джейхан, и США выразили готовность оказывать проекту всестороннюю поддержку. Строительство нефтепровода началось в сентябре 2002 г., и его завершение планируется в 2005 г. (стоимость проекта 1,4 млрд. долл.). Вместе с тем США неоднократно выражали свою озабоченность по поводу проекта «Голубой поток», считая, что газопровод усилит зависимость Турции от России.

Отдельно можно выделить сотрудничество двух стран в военной области. Если в 1995 г. Турция закупила у США оружия на 536 млн. долл., то уже в 1997 г. эта сумма превысила 1,2 млрд. долл.

Заслуживают внимания экономические и торговые отношения между двумя странами, масштабы которых неуклонно возрастали в 90-е годы. Если общий объем торговли составил в 1992 г. чуть выше 3 млрд. долл., то в 2000 г. он равнялся 6,9 млрд. долл., и таким образом, в общем экспорте Турции доля США составила 10%, а в импорте – 9%16. Имелись здесь и определенные проблемы, в первую очередь – сохранение квот на турецкий экспорт текстиля и готовой продукции. Однако согласно двустороннему соглашению, предполагается поэтапное снятие всех квот к 2005 году.

В 1990 г. было подписано соглашение о двусторонних инвестициях, согласно которому за инвесторами признавалось право выгодных трансферов и предусматривались определенные процедуры для разрешения разногласий. Основной причиной заинтересованности США в инвестициях в Турции стали начатые здесь крупные проекты по энергетике. Американские компании в первую очередь обратили внимание на Южноанатолийский проект (ГАП). В декабре 1999 г. представители американских компаний Дженерэл Электрике и Дюпон, а также Совета по международным отношениям во главе с почетным председателем Д.Рокфеллером, а также посол США в Турции М.Пэррис посетили Южную Анатолию с ознакомительным визитом. К 2000 году США предоставили Турции инвестиций на сумму 2 млрд. долл. для сооружения 9 плотин и 800 млн. долл. – для ГАП. Таким образом, Турция, помимо основной роли стратегического партнера, приобрела для США значение с точки зрения рынка и инвестиций17.

Таковы в целом основные аспекты турецко-американского сотрудничества, чрезвычайно расширившегося в 90-е гг. XX века и начале XXI века.



Список литературы

отношение сотрудничество турецкий американский

  1. Mahmut Bali. Turkish Perspectives on Turkish – US Relations // Middle East Journal, summer 1996.

  2. Marios. Turkey's Role in United States Strategy during and after the Cold War. Mediterreneal Quarterly, Autumn, 1998.

Размещено на Allbest.ru


Случайные файлы

Файл
115944.rtf
117661.rtf
73261-1.rtf
153773.rtf
12008-1.rtf