Технологии политико-экономического развития России (118331)

Посмотреть архив целиком


Содержание


Введение

Технологии политико-экономической конкуренции

Политические образы экономики

Особенности принятия политических решений в нефтегазовом комплексе

Заключение

Список литературы


Введение


В современных российских условиях, характеризующихся достаточно высоким уровнем корпоративизма активных участников политико-экономических процесса, проявляются неоднозначные тенденции, способствующие снижению качества работы "социального лифта".

Сокращение возможностей для открытой конкуренции в политической сфере обуславливает тенденции поиска новых альтернативных инструментов и технологий доступа к ресурсам.

Одной их таких технологий, получивших распространение в последнее время, является "политическое рейдерство".


Технологии политико-экономической конкуренции


Основные разновидности этого явления неразрывно связаны с рейдерством экономическим, так как так как первым шагом к обоснованному проявлению политических амбиций является обладание определенным набором материальных активов, необходимых для их обеспечения.

Термин "политическое рейдерство" имеет, по крайней мере, четыре значения и сферы применения:

1. приобретение некой статусной позиции (на вполне законных основаниях) вопреки негласным договоренностям и правилам поведения, сложившимся в рамках "правящего класса";

2. "захват" существующей структуры или института путем качественного изменения её кадрового состава;

3. теневая "покупка" или открытое "переманивание" ключевых или существенных фигур некой организации или структуры;

4. захват и эксплуатация политического образа или идейной платформы, являющейся наиболее востребованной у электората ("символическое рейдерство").

Таким образом, технологии "политического рейдерства" во многом являются попыткой пересмотра сложившегося негласного паритета сил в регионах и на федеральном уровне, то есть способом изменения хода политического процесса за счёт внедрения в систему новых членов или перемены статуса старых. Представляется, что в будущем именно развитие обозначенных техник, наряду с традиционными избирательными кампаниями, будет играть решающее значение в трансформации структуры и состава регионального и федерального "политического класса".

Влияние наступившего во второй половине 2008 г. мирового финансового кризиса на российскую экономику, внесло определенные коррективы в сложившиеся системы отношений между хозяйствующими субъектами. Непростая экономическая ситуация (сокращение возможностей кредитования предприятий со стороны банковской сферы, фактическое снижение господдержки и т.п.) создает оптимальные условия для ещё большего распространения технологий недобросовестной конкуренции как в экономике, так и в политике. Для субъектов, заинтересованных в изменении сложившегося расклада сил в политической и экономической сфере, кризис - время активных действий. По словам заместителя главного прокурора РФ по Центральному Федеральному округу Владимира Малиновского, "сегодня рейдерство достигло таких масштабов, что уже реально угрожает развитию экономики, а отсутствие даже четкой статистики таких преступлений говорит об отсутствии единых подходов в борьбе с этим явлением" ("Антикоррупционер", №1, 2008 г).

Отметим при этом, что по сравнению с 1990-ми годами, случаев использования в политике незаконных методов борьбы стало не намного меньше. Начиная с 2000 г. политический процесс в России становился все более закрытым и кулуарным, его освещение со стороны СМИ стало выборочным. Однако это не означает, что число ситуаций, развивающихся на грани законности, сократилось. Особенно это относится к тем случаям, когда агрессором становится структура, аффилированная с господствующей элитой в лице "партии власти" - "Единой России", которая представляет собой крайне неоднородное политическое образование.

Изучение и систематизация технологий "политического рейдерства" являются одними из способов практического исследования кулуарной политики, они дают доступ к реальным наборам методов, используя которые можно добиваться значительных результатов как в регионах, так и на федеральном уровне. В этом различии кроется возможность трактовки исследуемого явления в широком и узком смысле слова. При узком понимании, термин "политическое рейдерство" можно трактовать как явление, состоящее из набора методов и технологий, позволяющих вносить коренные изменения в сложившийся паритет сил. При широкой трактовке "политическое рейдерство" можно понимать как тактику поведения в процессе политической конкуренции.

По нашему мнению, защита от "политического рейдерства" в современных условиях должно стать одним из актуальных направлений работы для представителей "партии власти", администраций всех уровней и правоохранительных органов, так как имеются определённые тенденции, позволяющие говорить об усилении борьбы за власть в ближайшее время и, прежде всего, на местах.


Политические образы экономики


Метафора как языковое явление занимает значительное место в процессе осмысления окружающего мира, в том числе и экономики. Однако наряду с позитивной функцией упрощения сложных сообщений метафора может выполнять и негативные.

Так, она участвует в конструировании реальности, что дает возможности манипуляции со стороны тех, кто может создавать и транслировать метафоры. "Сущность метафоры состоит в осмыслении и переживании явлений одного рода в терминах явлений другого рода" (Лакофф, Джонсон). Метафоричность выражения не сводится к механическому переносу понятий. Так, концептуальная метафора создает концепт - словесное понятие, включающее в себя представление коммуникатора о предмете. Устоявшиеся метафоры фиксируют представления, делая проблематичным их изменение в соответствии с динамикой развития означаемого предмета.

"Концептуальные метафоры не только конституируют систему понятий человека, но и участвуют в формировании его ценностной системы". В этом свойстве метафоры заключается ее конструирующий потенциал.

Необходимо развести "мертвые" и только формирующиеся метафоры публичного дискурса. "Мертвые" метафоры уже сформировались и стали общеупотребимыми. Они не вызывают активных мыслительных процессов интерпретации, а создают четкие ассоциации. Применение мертвых метафор осуществляется неосознанно и представляет собой приложение готовых штампов мышления к реальности. Например, метафора политического пространства как рынка. Существует общемировая тенденция взаимного переноса образов из экономики в политику и наоборот. Учитывая, что демократия в общественном мнении не мыслится без рыночной экономики, комплекс экономико-политических метафор ("политический рынок", "политическая конкуренция", "кредит доверия", "голосовать рублем", "суверенитет потребителя" и др.) служит цели легитимации существования как политического режима, так и экономической системы, т.е. выполняет идеологические функции.

Существуют также устоявшиеся метафоры, основанные на пространственных и перцептивных свойствах предмета. В публичном экономическом дискурсе к таковым можно причислить "высокий/низкий валютный курс", "жесткая/гибкая экономическая политика", "взлет/падение цен". Такие метафоры М. Осборн причисляет к архетипичным, среди которых метафоры, отсылающие реципиента к свойствам природы, философским антагонизмам (добро и зло, свет и тьма), образам движения (путь, вектор) и другим универсальным для любой культуры явлениям. Осборн формулирует 6 законов функционирования и использования архетипичных метафор в сфере политической коммуникации. Архетипичные метафоры более частотны, чем новые, только формирующиеся (1 постулат). Их употребление зачастую остается незамеченным самим коммуникатором. Мы не задумываемся над словами, "выводя из тени" свои доходы или становясь на "путь экономических реформ". Архетипичные метафоры универсальны для всех поколений и культур.

Они не подвластны влиянию политической ситуации и не изменяются во времени. Такие метафоры закреплены в общечеловеческом опыте, о чем Осборн говорит в 3 законе. На формирование архетипичных метафор ушел не один век развития социума, поэтому и их искоренение практически невозможно. Архетипичные метафоры затрагивают глубинные, базовые мотивации людей (4 закон), создавая импульсы к действию. Так метафора движения может выступать побуждением к нему. Классическим примером в этом случае будет "ускорение" времен "перестройки", которое служило идеологическим мобилизационным инструментом. К тому же, термин "перестройка" также является проявлением традиционного метафорического образа создания нового (общества, государства, экономической системы), особенно популярного в период критической нестабильности в обществе.5 закон Осборна: архетипичные метафоры оказывают тотальное действие, влияют на большинство получателей информации. Такое свойство выливается в популярность таких метафор в области политических речей (6 постулат).

На ряду с устоявшимися существуют также еще не институализированные метафоры. Они новы, и только потенциально могут быть взяты в комплекс языковых средств упрощения реальности. Именно их имеет в виду Н.Д. Арутюнова, говоря, что метафора - это "победа над языком". Они преодолевают ограничивающие языковые нормы за счет поиска новых комбинаций смыслов. Такие метафоры наполняют журналистский дискурс, включаются в политические речи, бытуют в публичном дискурсе.

Так, к примеру, министр финансов России А. Кудрин в интервью телеканалу "Россия" 14 февраля 2009 года сравнил страну во время экономического кризиса с человеческим организмом, а антикризисные меры с таблеткой, упоминая при этом, что следует помнить о дозировке.

Самым эффективным институтом по продуцированию и тиражированию политических метафор является, несомненно, средства массовой информации. Так следующие примеры, принадлежащие перу Т. Канищевой, мы находим в Российской газете от 16 февраля 2009 года (Российская газета, 16.02.2009). Метафора заявлена уже в заглавии: "Восьмерка" замкнулась". Такое выражение не однозначно и заставляет читателя задуматься над содержанием статьи, а, следовательно, прочитать ее. Таким образом, метафора мобилизует и акцентирует внимание, т.е. ограничивает восприятия целостного образа мира. В статье используются уже устоявшиеся метафоры: "суд общественности", "ответить кошельком", "войти в кризис / выйти из кризиса", "держать деньги у себя дома". Среди прочего Канищева прибегает к традиционной, но не вошедшей в повседневный обиход метафоре огня. Она пишет, что американские антикризисные меры "несколько притушили пожар, но угольки на пепелище продолжают тлеть и готовы разгореться в любой момент". Такой художественный ход помогает автору упростить экономический язык статьи, приблизить его к обывателю, придать образности.

Существование метафоры в языке, как пишут Дж. Лакофф и М. Джонсон, невозможно без наличия метафорического понятия в сознании (Лакофф, Джонсон). В тоже время метафора служит для концентрации внимания на определенном аспекте предмета. "Метафорическое понятие может мешать сосредоточиться на других аспектах этого понятия, несовместимых с соответствующей метафорой" (Лакофф, Джонсон). Поэтому справедливо говорить о конструирующих функциях метафоры, о том, что с ее помощью индивид и общество могут прийти к заблуждению и неадекватно реагировать на реалии окружающей действительности, в частности, на функционирование экономики и события экономического кризиса.


Особенности принятия политических решений в нефтегазовом комплексе


Прежде чем приступить к описанию проблемы, хотелось бы указать на дефицит литературы по рассматриваемой теме. Автору удалось обнаружить лишь небольшое количество материалов по отраслевому лоббированию нефтегазового комплекса в РФ.

Поэтому данная работа, по возможности, направлена на устранение существующего пробела.

В настоящее время компании нефтегазового комплекса (НГК) России используются государством для решения широкого круга задач как во внутренней, так и во внешней политике. Наибольшие политические обязательства принимают на себя, естественно, хозяйствующие субъекты с государственным участием, что несет для них определенные риски. Так, в случае изменения политической конъюнктуры они могут потерять определенные преференции. Кроме того, госкомпании вынуждены участвовать в финансировании многочисленных социальных проектов. Также государство зачастую вмешивается в кадровую политику подконтрольных компаний, что мешает нормальному функционированию последних. Вместе с тем взамен они получают значительные преимущества при изменении нормативно-правовой базы, перераспределении финансовых ресурсов и выдаче лицензий.

Для правильного построения лоббистской кампании необходимо четко представлять себе иерархию органов власти, учитывая как формальные, так и скрытые взаимосвязи между политическими стейкхолдерами. Учитывая особенности политической культуры и традиции России, продвижение интересов в органах власти зачастую носит персонифицированный характер. Вместе с тем существует ряд государственных структур, которые де-юре (но не всегда де-факто) ответственны за реализацию государственной политики в НГК. В этой работе автор постарается выделить как формальные, так и неформальные центры принятия политических решений в России.

Стоит отметить, что в настоящее время сложилась относительно прозрачная система представительства корпоративных интересов в органах власти РФ. Практически при каждом государственном органе существуют различные консультативные и совещательные органы, к работе в которых привлекается и бизнес. На мой взгляд, для компаний НГК наиболее эффективным является участие в Правительственной комиссии по вопросам топливно-энергетического комплекса и воспроизводства минерально-сырьевой базы. Фактически, комиссия является открытой, цивилизованной площадкой для лоббирования своих интересов. И такие комиссии существуют практически для всех отраслей. Не может не радовать, что Правительство, наконец, начало выполнять свои прямые обязанности - выработку государственной политики развития отраслей промышленности, в т. ч. НГК. Это является существенным шагом на пути к построению цивилизованной модели лоббирования.

Однако, несмотря на обилие различных органов власти, ответственных за регулирование НГК, не все они являются определяющими в процессе принятия политических решений. Можно выделить два фактора, влияющих на положение органа власти в общей структуре управления и влияния на отрасль Во-первых, роль руководителя того или иного органа власти. Так как политическая, так же как и экономическая система в России является строго персонифицированной, наличие сильного лидера предопределяет политический вес органа власти.

Во-вторых, существенным фактором является принадлежность руководителя к той или иной политико-экономической группировке. Чем сильнее группа, поддерживающая своего выдвиженца, тем сильнее его позиции в структуре власти.

Принимая во внимание два этих фактора, можно условно выделить иерархию ключевых институциональных стейкхолдеров по их влиянию на принятие политических решений в НГК (в порядке убывания).

1. Правительственная комиссия по вопросам топливно-энергетического комплекса и воспроизводства минерально-сырьевой базы (И. Сечин).

2. Экспертное управление Президента (А. Дворкович).

3. Государственно-правовое управление Президента (Л. Брычева).

4. Управление Президента по внутренней политике (О. Говорун).

5. Комиссия Правительства Российской Федерации по законопроектной деятельности (С. Собянин).

6. Министерство финансов (А. Кудрин).

7. Департамент отраслевого развития Правительства Российской Федерации (О. Пушкарева).

8. Министерство природных ресурсов и экологии (Ю. Трутнев).

9. Министерство энергетики (С. Шматко).

10. Федеральная антимонопольная служба (И. Артемьев).

11. Федеральная налоговая служба (М. Мокрецов).

12. Федеральная служба по надзору в сфере природопользования (В. Кириллов).

13. Федеральное агентство по недропользованию (А. Ледовских).

14. Федеральная служба по тарифам (С. Новиков).

15. Комитет Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии (Н. Комарова).

16. Комитет Государственной Думы по бюджету и налогам (Ю. Васильев).

17. Комитет Государственной Думы по энергетике (Ю. Липатов).

18. Комитет Совета Федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды (В. Орлов).

19. Комитет Совета Федерации по экономической политике,

предпринимательству и собственности (О. Оганян).

Вместе с тем, несмотря на происходящие позитивные сдвиги, не стоит скрывать, что в ряде областей государственного регулирования НГК наблюдается присутствие коррупционных схем. Наиболее ярко это видно при выдаче лицензий на поиск, разведку и добычу полезных ископаемых. В данной сфере очень часто можно встретить такие явления как подкуп конкурсной или аукционной комиссии, сговор участников с целью снижения суммы выкупа лицензии и т.д. Еще одной коррупционноемкой областью является взаимодействие с проверяющими органами. Очень часто они используются как инструмент давления на конкурентов.


Заключение


Само существование рейдерства указывает на недостатки законов и иных нормативных актов, поскольку оно существует только благодаря этим недостаткам. Рейдерство - это проблема современной России. Но большинство негативных последствий рейдерских атак происходят вследствие применения рейдером противоправных мер. Силовые захваты, мошенничество, прямой шантаж - вот с чем, в первую очередь, должно бороться общество и государство.


Список литературы


  1. Анисимов С.Н. (2007) Рейдерство в России. Особенности национального захвата. СПб.

  2. Гаман-Голутвина О.В. (1998) Политические элиты России. М.

  3. Гнетнёв А.И. (2007) Динамика структуры "политического класса" в России в современный период: региональный аспект // Всероссийский общественно-научный журнал "Власть", №11

  4. Гнетнёв А.И. (2008)"Политическое рейдерство" как инструмент изменения структуры регионального "политического класса" // Мировая и российская политика. Сборник статей по политологическим теоретико-методологическим и прикладным проблемам истории и современности. Выпуск I. Чебоксары

  5. Арутюнова Н.Д. (2007) Аномалии и язык // Вопросы языкознания. № 3.

  6. Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем. Доступно: http://www.philology.ru/linguistics1/lakoff-johnson-90. htm

  7. Канищева Т. "Восьмерка" замкнулась // Российская газета - Центральный выпуск №4849 от 16 февраля 2009.

  8. Опарина Е.О. (2008) Метафора в политическом дискурсе // Политическая наука. № 3.

  9. Osborn, M. (2007) Archetypal Metaphor in Rhetoric: The Light-Dark Family. In Quarterly Journal of Speech, Vol.53

  10. Василенко А.Б. (2008) Пиар крупных российских корпораций.М., ГУ ВШЭ;

  11. Василенко А.Б. (2007) Российские нефтяные компании и политика в переходный период. М., Лесар;

  12. Василенко А.Б. (2006) Российские нефтяные корпорации: проблемы законодательства и Государственная Дума // Представительная власть: мониторинг, анализ, информация. М. - № 6-7 (13-14).

  13. Василенко А.Б., Разуваев В.В. (2007) Нефтяной лоббизм: опыт американских и российских корпораций // Представительная власть: мониторинг, анализ, информация. М. №2-3.



Случайные файлы

Файл
fromm.doc
147091.rtf
163235.rtf
14466-1.rtf
132403.rtf