Духовное воспитание: система понятий (115078)

Посмотреть архив целиком

Духовное воспитание: система понятий


Все, что так или иначе связано с феноменом духовного воспитания, можно в полной мере определить словом "межпарадигмальный". Речь идет в первую очередь о религиозной (в данном реферате имеется в виду православие как одна из культурообразующих религий) и светской образовательных парадигмах. Кроме того, современная педагогическая реальность характеризуется разнообразием концепций духовного воспитания. Оно рассматривается как процесс освоения экзистенциальных ценностей (Т.И. Власова), как восхождение к Другому на основе воспитывающего понимания (Л.М Лузина), как формирование образа жизни, достойной Человека (Н.Е. Щуркова), как составляющая этического воспитания (Н.М. Борытко) и т.д.

Истоки межпарадигмальности следует искать в особенностях понятийного аппарата. Становление любой области научного знания связано с развитием понятий. Любое из них всегда отражает существенные свойства, связи и отношения предметов и явлений. Модернизация системы понятий рассматривается в науковедении как ведущий способ совершенствования теории.

Значения слов "термин" и "понятие" не совпадают. Термин (от лат. terminus — предел, граница) — слово или словосочетание, призванное точно обозначить объект реальности и установить соотношение с другими терминами в пределах специальной сферы. Понятие предполагает наполнение того или иного термина соответствующим содержанием; иначе говоря, понятие — это термин в определенном понимании, синтез термина и его определения. Несмотря на смысловое различие, слова "термин" и "понятие" часто используются как взаимозаменяемые. Среди терминов особое место занимают категории (от греч. kategoria — высказывание, определение, признак) — наиболее общие и фундаментальные понятия, отражающие основные, существенные свойства, отношения и закономерности реальности и определяющие характер научно-теоретического мышления.

Совершенствование системы понятий, связанных с духовным воспитанием, осуществляется, во-первых, за счет увеличения их числа, во-вторых, за счет обогащения их содержания. Этот процесс "имеет начало, но не может иметь конца, т.к. теория всегда открыта для нового знания" [ 1, с. 20].

Понятийный аппарат современной педагогики отличается множественностью подходов к определению терминов — как традиционных, так и недавно вошедших в педагогический тезаурус. Понимание категорий, описывающих духовное воспитание как онтологический и социокультурный феномен, как процесс и как деятельность, определяет характер концептуального знания о нем, дает ключ к его определению и позволяет установить адекватные соотношения между базовыми положениями различных теорий.

Каждое понятие может быть однозначно определено лишь в системе других понятий: в их взаимосвязи, взаимообусловленности и соподчиненности. Между тем, в педагогике часто для обозначения разных феноменов используются одни и те же термины и, наоборот, для обозначения одного и того же феномена применяются разные термины. В результате возникает одна из самых серьезных проблем — проблема адекватности содержания понятий.

Для примера приведем пары терминов, обозначающих одно и то же явление соответственно в православной и светской педагогике: "личность" — "человек", "духовность" — "субъектность", "познание" — "понимание", "природа" — "сущность". Следует отметить, что в православной педагогике слова выступают не в качестве терминов, а, скорее, в качестве своеобразных историко-символических образов и могут быть поняты только в определенном контексте. В светской педагогике в последние годы также обращается все более серьезное внимание на возможности символического истолкования понятий. Многие исследователи отмечают происходящую в наши дни символизацию языка педагогики, широкое использование в нем метафор наряду с традиционными научными терминами. Этот процесс связан в первую очередь с утверждением в педагогике гуманитарной парадигмы, а вместе с ней — гуманитарных методов постижения педагогической реальности, среди которых главное место занимает понимание во всем богатстве его экзистенциальных и герменевтических трактовок. При этом справедливо подчеркивается, что символизация и метафоричность, составляющие неотъемлемую часть понимания, не антиподы научности, а ценностно-смысловые формы исследования педагогических феноменов.

Немалую роль в изменении характера педагогического языка играет и сближение педагогики с философией. Философские категории, занимающие все более значительное место в понятийном аппарате педагогики ("бытие", "выбор", "совесть" и др.). по своему характеру близки к символам. В научно-педагогический язык входят также слова, не являющиеся научными терминами ("встреча", "восхождение", "нежность" и др.)- Метафоричность скорее способствует, чем препятствует выявлению педагогического смысла этих понятий, использованию их методологического потенциала при построении той или иной педагогической концепции [2, с. 5-6].

Происходит и новое осмысление традиционных педагогических понятий, прежде всего фундаментальных ("воспитание", "педагогическое взаимодействие" и др.). Философы, психологи и педагоги (М.М. Бахтин, В.П. Зинченко, ИА. Колесникова, Л.М. Лузина, В.В.Налимов и др.) неоднократно подчеркивали "неисчерпаемость смыслов и значений". Она становится очевидной в контексте современной полипарадигмальной педагогической реальности.

Особенно ярко перечисленные тенденции проявляются в области теории духовного воспитания, что обусловлено рядом причин. Во-первых, оно имеет онтологическую, бытийную сущность, осмысление которой невозможно без привлечения понятийного аппарата философии, особенно философии экзистенциальной ("дух", "истина", "творчество", "смысл жизни", "любовь", "совесть", "сострадание" и др.). Во-вторых, феномен духовного воспитания, как, пожалуй, никакой другой, содержит в себе множественность смыслов. В-третьих, выявление его сущностных характеристик с аксиологических позиций происходит с учетом духовного опыта разных людей и описания повседневной жизни человека. В-четвертых, духовность и духовное воспитание, как подчеркивали русские религиозные философы (Н.А. Бердяев, В.Н. Лосский, В.С. Соловьев и др.), принципиально неопределимы, а потому для их исследования не годятся однозначно трактуемые термины. В-пятых, феномен духовного воспитания в силу своей принадлежности миру идеального не поддается изучению на основе традиционного естественнонаучного подхода. При его исследовании целесообразно применятьгуманитарные методы, прежде всего методы педагогической герменевтики, среди которых основным является понимание.

М.М. Бахтин настаивал на том, что культуру Другого можно понять только в "моих понятиях... это мое понимание, мое определение иного мышления" [3, с. 47]. Но дело не просто в выражении другой культуры, другой парадигмы, другой методологии, другого способа мышления в "моих понятиях", а в понимании и переживании этой другой культуры, парадигмы, методологии, способа мышления, а это далеко не всегда возможно в рамках однозначно определяемых понятий.

В философии понимание рассматривается как универсальная форма освоения действительности, постижение и реконструкция смыслового содержания явлений исторической, социально-культурной, природной реальности. По выражению Д.А. Леонтьева, понимание — это "взгляд вовнутрь, через отождествление, через слияние позиций, слияние чувств" [4, с. 107].

Л.М. Лузина, формулируя методологические принципы философско-антропологического подхода, в основе которого лежит понимание как способ постижения духовной реальности, выделяет в качестве одного из идеалов гуманитарного познания зависимость его результатов от ценностных ориентации исследователя [1, с. 24]. Тем самым подчеркивается, что понимание невозможно вне субъективной интерпретации разнообразных проявлений жизни и человеческого духа. За ученым признается право выбора тех ценностей и целей, которым должно служить научное исследование, а также право вносить в исследуемые феномены свои собственные смыслы. Поэтому «на первый план выходит проблема адекватной артикуляции смыслового богатства, проблема "приобщения" к бытию человеческой души, и она получает разрешение на путях освоения ассоциативного, метафорического, аллегорического, образного мышления» [5, с. 60].

Из сказанного следует вывод о нецелесообразности каких-либо точных определений понятий, описывающих феномен духовного воспитания. Всякая дефиниция отражает какую-либо сторону (стороны) исследуемого объекта — в зависимости от задач, которые решает исследователь и, соответственно, от тех феноменологических проявлений, которые он изучает. Кроме того, в определении так или иначе отражается методологическая позиция ученого и та степень глубины, с которой изучен предмет. Всякое определение в той или иной мере ограничивает его, препятствует его рассмотрению как целостности. Представить неисчерпаемость смыслов и значений, заключенных в феноменах, так или иначе связанных с духовностью, «посредством "связывания" общими понятиями, научными категориями и терминами с их плосконазывной однозначной интерпретацией реальных процессов воспитания не всегда продуктивно» [там же, с. 60]. С другой стороны, так называемые универсальные определения лишь в самом общем виде выделяют объект из педагогической реальности и не дают представления о его специфических чертах. Поэтому при характеристике духовного воспитания и отдельных его сторон продуктивно использование метафор, описаний, слов в их символическом значении, а при исследовании сложившегося понятийного аппарата — смысловой интерпретации понятий и других герменевтических процедур, применяемых в рамках "понимающего" подхода в педагогике.


Случайные файлы

Файл
80255.doc
125403.rtf
158611.rtf
ref-20096.doc
142585.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.