Интернет-рефлексия: обзор некоторых проблем (7285-1)

Посмотреть архив целиком

Интернет-рефлексия: обзор некоторых проблем

22 февраля 2000 года в газете "Компьютерра без ограничений" появилась моя статья "Творческая революция". Там я рассказывал об огромном значении для меня, сенсорного (слепого и глухого) инвалида первой группы, компьютера, оборудованного тактильным дисплеем (или компьютерной приставки с таким дисплеем). Компьютер, оборудованный тактильным дисплеем, встроенным в корпус или подключённым извне, действительно произвёл в моём творчестве революцию. Наконец-то я смог работать над своими текстами наравне со зрячими. Раньше я вынужден был сдавать в печать фактически черновики. Мне был доступен только текст, написанный по брайлю - по рельефно-точечной системе Луи Брайля. Собственноручно перепечатанный на обычной пишущей машинке, текст этот мне уже становился недоступен. Перепечатывая, я не мог не вносить в него правку, иногда, как говорится, из кулька в рогожку, и затем ничего уже не мог поделать – разве что перепечатать с брайлевского оригинала ещё раз, ещё раз, по-новому, поправляя, где удачно, а где опять же из кулька в рогожку... И я мечтал хоть одну, хоть сколько-нибудь стоящую, книгу ухитриться издать - подобно своей предшественнице Ольге Ивановне Скороходовой, которая даже и зрячей машинописью не владела, диктуя тексты секретарям...

Унижение творца. Инвалидность вообще унижает - список недоступного по сравнению со здоровыми поистине бесконечен. Уже в студенческие годы, а именно в марте 1974, недоступность музыки, живописи и так далее до бесконечности - вызвала у меня первые острые суицидные настроения. Жить не хотелось. Существование в условиях резко, катастрофически "ограниченных возможностей", - в условиях, точнее, сплошных невозможностей, - я отказывался признавать жизнью, называл прозябанием. И полагал, что физическая смерть лучше прозябания. Настроение довольно обычное для человека, ставшего инвалидом в зрелом возрасте - для человека, которому есть, с чем сравнивать своё нынешнее инвалидное состояние. Но я - инвалид с детства. Эти люди обычно лучше приспособлены к своей инвалидности и не столь остро её переживают. Однако у меня сформировался чрезвычайно высокий уровень притязаний. Я категорически не желал прозябать. Вопреки тяжёлой инвалидности, стремился к полноценной творческой жизни. И осознание бесконечных НЕВОЗМОЖНОСТЕЙ повергало меня в самое настоящее отчаяние. Со студенческих лет суицидный комплекс стал моим постоянным спутником. Время от времени приходится преодолевать пароксизмы отчаяния, и тут очень выручают стихи: облегчишь печёнку в душераздирающих строчках - и вроде легче, - выплакался...

Тактильный дисплей сделал доступными мне мои собственные тексты в том же виде, в каком они доступны моему редактору, или рецензенту, или консультанту, или просто зрячему другу. Наконец-то я смог работать над ними так же полноценно, как любой видящий автор. Править не из кулька в рогожку, а с полной ответственностью за каждую запятую. Не по принципу "сойдёт", а каждый раз на пределе накопленного мастерства, на пределе реализации таланта.

Сразу же несколько расширились и возможности ознакомления с литературой - как специальной, так и любой другой. Я слышал об интернете, мне он ещё не был доступен напрямую, но друзья уже делились со мной литературой на дискетах. Эрудиция моя стала расширяться. Этот процесс резко ускорился с появлением у меня сидирома - стали доступны компакт-диски типа "Библиотека в кармане". Я всегда очень любил фантастику, в издававшихся по Брайлю ничтожных объёмах мне её всегда не хватало, а тут уж "разговелся", как после Великого Поста. А ещё философия - в первую очередь, не канонизированная классика, а "модная" сегодня. Позже на тех же дисках и классика появилась - отсканировали неведомые мне благодетели. Целые собрания сочинений - Пушкина, Шекспира, Платона...

Обо всём этом я и писал в статье "Творческая революция". Статья эта попалась на глаза сотрудникам проекта "Гармония". И они предложили мне в порядке гранта подключить меня бесплатно к электронной почте. Подарили и надёжный, хорошо опробованный, внешний модем. И с 9 апреля 2000 года начался, что называется, новый этап творческой революции.

Изучал я свой почтовик самостоятельно - по хорошо разработанной системе подсказок для моей программы dmail. Да так, что уже 9 апреля смог отправить письма некоторым своим друзьям, а 10 апреля принять и прочитать пробное, наудачу отправленное Ярославом Быховским из проекта "Гармония", сообщение. И тут же ворчливо на него ответить: мол, по-каковски глаголете? Потому что, не умея ещё читать сообщения прямо в программе, я скопировал письмо в файл, а там, на целую страницу всякой служебной абракадабры... Но и русский текст, собственно письмо, я в ворохе этой абракадабры всё же нашёл.

Не прошло и двух недель, как я уже не мыслил себе жизни без электронной почты так же, как без тактильного дисплея. Доступен стал мой друг, живущий в Испании. А раньше пока-то дойдёт моё письмо до него, пока-то его ответ, даже сразу отправленный - больше месяца! Как грибы после дождя стали появляться у меня виртуальные друзья. Переписка стремительно разрасталась. И друзья тут же предлагали свою помощь. Сергей Арнольдович Подмазов, сотрудник электронной публичной библиотеки, вызвался снабжать меня электронными версиями некоторых сканируемых газет и журналов. С тех пор получаю "Аргументы и факты", "Литературную газету", "Русскую мысль", "Русского инвалида", "Вопросы психологии"... Раньше при всех этих названиях я мог только изображать голодного кота, который злобно, мрачно и вместе с тем умильно топорщит усы на хорошо спрятанную от него сметану.

В нарастающих объёмах я стал получать от друзей по электронной почте не только прессу, но и разнообразные книги. Каждый рад был осчастливить меня самым дорогим для себя: верующий - Священным писанием, увлекающийся философией - трудами интересующих, но пока ещё недоступных мне философов (в том числе электронными версиями всех основных произведений моего учителя, крупного философа Эвальда Васильевича Ильенкова), подросток - увлёкшим его фантастическим романом... Очень скоро оказалось, что быстро освоить весь этот поток физически невозможно, а многие мои благодетели наивно полагали, что они одни меня снабжают, и я сразу наброшусь на всё ими присланное. Пришлось осторожно, мягко объяснять ситуацию в ответ на особенно настойчивые вопросы о том, понравился или нет тот или иной шедевр, который я не успел прочесть. Информационный дефицит и попросту голод - проклятие ещё недавнего прошлого - почти сразу сменился информационным завалом, и пришлось учиться быстро ориентироваться в огромных объёмах информации, определяя приоритеты.

И - фантастика, в самом счастливом сне не могло это присниться! - самые интересные мне, ибо самые любимые, существа, дети и подростки, тоже стали писать мне письма по электронной почте. Общение по электронной почте оказалось даже более свободным, чем прямое - пока-то ребёнок научится специальному пальцевому алфавиту, пока-то хотя бы привыкнет чертить мне на ладони зрячие буквы... А тут никаких проблем. И по электронной почте зазвенели детские голоса - у каждого ребёнка свой особый стиль, свои, вызывающие у меня бесконечную нежность, ошибки... Читая ребячьи письма, я улыбаюсь, представляя, как мой любимец ёрзает за компьютером, чешет затылок и производит прочие телодвижения, помогающие умственному труду, время от времени, по остроумному выражению Юрия Михайловича Устинова, залезая в карман взрослого за своим словом. А я в ответ упорно ошарашиваю - заклинаю! - его подробнейшими письмами, каких не пишу многим взрослым. На, чем богат, тем и рад! А что не всё понятно - ничего, спроси маму, спроси папу, спроси другого взрослого друга, что поближе, наконец, перечитай сам это письмо через некоторое время... Потерял вместе с прочей информацией, пытаясь освоить новые возможности компьютера? Ничего, у меня в почтовом архиве всё цело, могу переслать заново.

Я и раньше был счастлив, живя полноценно через "невозможно". Горькое это было счастье, но всё же я не прозябал, именно полноценно жил, чего бы мне это ни стоило. Теперь счастье стало доступнее и, что ли, дешевле обходиться в смысле затрачиваемых на его достижение усилий. И стало это счастье неизмеримо полнее. (В восьмидесятые годы я из месяца в месяц выкладывал из собственного кармана довольно серьёзные суммы на кустарную переписку для меня самых соблазнительных книг, в первую очередь того же Ильенкова, и полный текст появлялся у меня порой через год-два... А сейчас минут десять поскучать, дожидаясь, пока такой же по объёму текст пролезет через модем ко мне на винчестер - и читай себе...)

Одно только с самого начала повисло надо мной, как дамоклов меч: мне подарили сразу два тактильных дисплея 19 октября 1996 года - один встроенный в специальный брайлевский ноутбук, другой - в компьютерную приставку. Ноутбук без конца ломается, приставка выручает, но и она нуждается в ремонте, и она не вечна... А цены на такого рода технику сумасшедшие - и ноутбук, и приставка вместе обошлись моему спонсору, генеральному директору корпорации "Эдванс" Николаю Николаевичу Никитенко, в 24 тысячи немецких марок! Я о таких доходах и мечтать не могу. Рухнет техника - и что тогда? Кошмар прозябания всё время маячит на горизонте, прозябания тем более невыносимого, чем больше возможностей стало доступно благодаря специальным компьютерным технологиям. И тем более безысходного, что уже существует у меня громадный электронный архив, без которого моя работа абсолютно немыслима. Возврата к прежнему, докомпьютерному состоянию - нет и быть не может. Без компьютера я работать не смогу. Это значит - не смогу жить.


Случайные файлы

Файл
тов.doc
13507.rtf
70285.rtf
77415-1.rtf
19675.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.