Российское историческое пространство в имперском и региональном измерениях (73991-1)

Посмотреть архив целиком

Российское историческое пространство в имперском и региональном измерениях

С.И. Барзилов

Глобальная институциональная и идейно-мировоззренческая трансформация современного российского общества обусловливает необходимость поиска и обоснования в науке адекватных выразительных средств, с помощью которых формируется новое историческое, политическое и социологическое мышление. В рамках поиска новых научных парадигм происходят изменения, в частности, в исторических и социально-политических науках в контексте их интеграции и дифференциации. В осмыслении реальности исторические и политические науки развиваются отнюдь не параллельными курсами, а взаимопересекаются, в результате чего возникают и актуализируются совершенно новые историко-политические сюжеты и темы. Интеграция истории и политологии в условиях современного переходного периода и глобального социального кризиса, распада прежних общественных связей и институтов особенно стимулирует интерес к преемственности, неразрывности исторического и социально-политического процесса, поиска определенных универсальных смыслов и ментальных составляющих, которые двигают людьми в поисках выхода из социальных катаклизмов.

В поисках универсальных значений исследовательская мысль экстраполируется на довольно широкое и емкое пространство, имеющее множество измерений и основ своей классификации. Тем самым мы видим в качестве одного из путей плодотворного сотрудничества историков, политологов и социологов объединение усилий по изучению российского исторического пространства. Явление и категория пространства неразрывно связаны с категорией времени, то есть истории. Временной, исторический подход к пространству существенно обогащает политологию и социологию, которым, к сожалению, свойственно в определенной степени плоскостное видение пространства, преимущественно количественное его измерение.

Историко-временной подход к социально-политическому пространству российского общества работает на общую социальную методологию, поскольку позволяет соединить и органически соотнести в себе формационный и цивилизационный подходы. Историческое пространство есть одновременно история общества в ее временном (формационном) измерении и в категориях цивилизации, фиксирующих органическую взаимосвязь российского общества с другими национально-государственными образованиями. Уникальность проблематики и категории исторического пространства заключается в ее универсальном характере и емкости смысла, учитывая всеми признанную плодотворность пространственных социально-исторических измерений. Пространство есть одновременно особым образом построенная и воспринимаемая общественным сознанием историческая среда, в пределах которой совершается скооперированная деятельность людей; система экономических, социальных, политических и духовных координат, на базе которых они объединяются либо конфликтуют; основные вехи исторического процесса, фиксирующие эволюцию государств и обществ; совокупность условий и показателей, обозначающих пределы творческих и интеллектуальных возможностей человека и эффективность созданных им социальных институтов и т.п.

Одним словом, понятие исторического пространства фиксирует внимание исследователей, во-первых, на преемственности, универсальности, целостности исторического и социального процесса; во-вторых, на его многомерности в единстве позитивных и негативных сторон; в-третьих, на кооперационном эффекте человеческой деятельности и роли исторических личностей, на неразрывности судеб различных государств и возглавляющих их политиков; в-четвертых, на ограниченности идеологических и партийноклановых установок в трактовке исторических событий; в-пятых, на необходимости выдвижения на первый план историками, политологами универсальных индикаторов и параметров социального процесса, таких как свобода, права человека, демократия, социальное и национальное достоинство личности и т.п. Человек мыслится одновременно и как макрокосм исторического пространства, но и как неабсолютная самодостаточная ценность. Как писал Н. Бердяев, личность перестает быть личностью, если превыше ее нет ничего. Категория пространства позволяет тем самым подчеркнуть ценность любой личности в историческом измерении и во временном разрезе, но через призму других явлений и состояний общества.

Сложность в систематизации понятий, составляющих категориальный аппарат российского исторического пространства, во многом проистекает из неразработанности базисных определений. Интерес исследований в основном сфокусирован на уточнении, детализации уже устоявшихся понятий либо на адаптации категорий западной политической науки к современным российским реалиям, на обосновании аналогий этим категориям в отечественной политической практике. Как справедливо подчеркивает А. КараМурза, необходима четкая дефиниция базисных черт российской цивилизации, цивилизационная и геополитическая идентификация страны.1 Представляется, что одной из категориий, позволяющей осуществить в единстве цивилизационную и геополитическую идентификацию российского общества, является историческое пространство.

По своим характеристикам данное пространство примыкает к социальному пространству, детерминируется его свойствами и параметрами. По определению П. Сорокина, социальное пространство "есть некая вселенная, состоящая из народонаселения Земли... Определить положение человека или какого-либо социального явления в социальном пространстве означает определить его (их) отношение к другим людям и другим социальным явлениям, взятым за такие точки отсчета".2 Под социальным пространством П. Сорокин понимает сопоставимость, соотнесенность социальных явлений и событий, их взаимопересекаемость и взаимозависимость, в чем отсутствуют абсолютно первичные и абсолютно вторичные процессы и субъекты. Все элементы пространства представляются одинаково ценными, хотя и включенными в систему определенной социальной иерархии. Так и в историческом пространстве, которое является полем исторических событий, соотнесенным как по горизонтали в рамках определенного временного отрезка исторической дистанции, так и по вертикали в пределах и масштабах определенной исторической тенденции (экономической, социальной, политической, духовно-нравственной и т.п.). В данном контексте П. Сорокин выделял и анализировал горизонтальные и вертикальные параметры пространства.

Таким образом, под российским историческим пространством мы понимаем целостность, естественность и органичность исторического порядка, соотнесенность его элементов и процессов, взятых как в их причинности, становлении, развитии, следствиях, так и во взаимозависимости, определяемыми геополитическим положением российского государства, его национальными традициями. Пространство не сводится к совокупности исторических фактов, взятых в их причинно-следственной связи. Оно обусловлено целостностью, органичностью исторического процесса и не проявляется как некая вещественная данность, как физическое поле. Является в существенной степени мыслимой конструкцией, логической абстракцией, позволяющей установить, сконструировать исторический процесс с точки зрения его глобализации, усиления интеграционных качеств. Политическое пространство есть движение от одного уровня глобализации к другому ее уровню. Эволюция пространства представляет собой изменение соотношения между явлениями интеграции и дифференциации в историческом процессе. "Чаще всего глобализацию связывают с качественно новыми уровнями интегрированности, целостности и взаимозависимости мира."3 Историческое пространство или поле фиксирует в своих качествах и параметрах не только процессы глобализации, масштабности социальных явлений и фактов. Оно также детерминировано будущим, как подчеркивает П. Бурдье, управляет будущими стратегиями,4 Оно не ограничивается произошедшими событиями, а включает в себя элементы будущего социального качества. Это пространство с открытыми границами.

Основными атрибутами исторического пространства являются горизонтальные взаимосвязи и логика, одновременно происходящих исторических событий (геополитический, цивилизационный подход), вертикальные взаимосвязи (формационно-временной подход), а также масштабность исторических явлений и фактов, определяемая не столько количеством вовлеченных в них людей, сколько соответствием общемировым тенденциям, свойствам глобализации, воспроизводству наиболее перспективных моделей социального порядка. Анализ горизонтального среза пространства связан с концептуализацией цивилизационного принципа, как принципа, реализующего кооперационный эффект исторического действия. Вертикальный срез воспроизводит формационно-векторный принцип как принцип поступательности, преемственности исторического процесса. Цивилизационный подход фиксирует внимание на явлениях целостности, интеграции исторического пространства, формационный нa процессах его структурирования, дифференциации, перехода из одного качества в другое. Качества интеграции идифференциации зависят от масштабности исторических событий.

Явления интеграции и дифференциации исторического пространства имеют различные формы и содержание. В данном случае мы обращаем внимание на такой феномен интеграции российского исторического пространства, как становление имперского пространства.5 Интеграционные качества и возможности исторического пространства рассматриваются преимущественно через его имперскость. Явления дифференциации данного пространства характеризуются через его регионализацию. Тем самым интеграция и дифференциация пространства доводятся до уровня его имперских и региональных свойств, для чего имеются существенные основания, связанные с моделированием исторического процесса, в частности, норвежского политолога Роккана. Ему принадлежит идея построения моделей Западной Европы в историческом или пространственно-временном континууме.6


Случайные файлы

Файл
117892.rtf
20125-1.rtf
12616-1.rtf
91068.rtf
36022.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.