Русский вопрос на современном этапе (73475-1)

Посмотреть архив целиком

Русский вопрос на современном этапе

Вдовин А. И.

Русский вопрос, его адекватное понимание (как совокупности задач по реализации жизненных интересов развития русского народа, его отношений с государством, с другими народами) и успехи в решении во многом способствовали бы укреплению российской государственности, оздоровлению всей сферы межнациональных отношений в стране. Этот вопрос во многом определяет действенность государственной национальной политики, прочность федеративного устройства государства.

Осмысление исторического пути русского народа через драматический ХХ век приводит к убеждению, что коренная причина разрушения Российской Империи в 1917 г. и Советского Союза в 1991 г. заключается в отчуждении между государством и русским народом, в равнодушии наиболее многочисленного народа к судьбе "империи", утрачивающей способность к выражению и защите его национальных интересов и ценностей. Советская национальная политика, как и национальная политика царского самодержавия, по-настоящему не состоялась, потому что объектом и субъектом этой политики не стала русская нация. Русский народ в массе своей не рассматривал страну как свое национальное государство, поэтому не стал защищать ее от распада ни в 1917, ни в 1991 г.

Тезис известного генерала, секретаря Совета безопасности РФ А. И. Лебедя о том, что "Россия начинает осознавать себя не как космополитическая (интернационалистическая) империя, а как национальное государство" (1), и в наши дни остается скорее мечтой о будущем, чем констатацией факта. Правы те, кто считает, что у нас не было национального государства, нам его еще только предстоит создать, если мы соберемся это сделать (2).

Глубокое противоречие между русской нацией и государством в нынешней Российской Федерации сохраняется. И если не понять, что политика должна быть направлена прежде всего на возрождение культуры и традиций, самосознания, патриотизма русского народа (79,8% населения страны, вместе с украинцами и белорусами — 82,4%) (3), то на успех в решении национального вопроса и упрочение России как многоэтничного государства рассчитывать не придется. Конечно, это не значит, что решение возможно за счет интересов нерусских народов. Это всего лишь подчеркивает насущную необходимость поиска более совершенных государственных форм, позволяющих органично соединить национальное и наднациональное, особенное и общее в единой многоэтничной стране.

Россия, унаследовавшая советскую форму национально-государственного устройства, оказалась единственным на постсоветском пространстве государством, в котором не обозначен (де-юре или де-факто) государствообразующий народ.

В этой связи представляется неприемлемыми как национал-нигилистские призывы, продолжающие звучать в названиях статьи и книги В. А. Тишкова "Забыть о нации" (1998), "Реквием по этносу" (2003) (4), так и отказ от обсуждения проблем укрепления объективно существующей российской общности людей — трансформирующейся части былой общности "советский народ" (5).

Вряд ли будут иметь успех и установки Р. Г. Абдулатипова, умудряющегося, судя по его недавно изданной книге (6) и по привычке бывшего заведующего сектором Отдела национальных отношений ЦК КПСС, видеть причину наших межнациональных неурядиц в "уклонах" от интернационалистской линии в национальной политике и бичевать всякого, включая лидера КПРФ, за расходящиеся с этой линией подходы к пониманию и решению национального вопроса в современных условиях.

По представлениям этого автора — надо было всего лишь четче вести названную линию в прошлом, при социализме, оставаться интернационалистами ныне (в условиях господства частной собственности и капиталистического рынка). По существу – ограничиваться в национальной политике призывами "жить дружно" (принцип небезызвестного Леопольда), не уклоняться к национал-сепаратизму, а пуще всего — не допускать великорусского национализма. При этом русскому народу — оставаться "опорой российской государственности", энергичнее заботиться о выравнивании уровней развития национальностей в РФ, не ущемлять нацменьшинства.

Было время, когда Р. Г. Абдулатипов совершенно справедливо писал: "Могу заверить: издать книгу о русской нации еще недавно было просто невозможно... "Русская" тема была запретной, хотя аналогичные материалы, касающиеся жизни других народов, публиковались регулярно. Чисто этнологические и этнокультурные работы, посвященные русским, время от времени выходили, но на фундаментальные труды по социологии и политологии русской нации было наложено табу. Любое проявление этнического самосознания русских почему-то пугало, сразу раздавались истошные вопли о русском шовинизме" (7).

Но, странное дело, стоило в 1998 г. появиться книге, в которой более или менее обстоятельно рассматриваются реальные проблемы истории и современного положения русского народа, Р. Г. Абдулатипов первым испустил громкие критические рулады и сурово порекомендовал "своему другу В. Ю. Зорину и его соавторам в достаточно фундаментальной книге "Русский народ в национальной политике ХХ в." (8) не впадать в своих оценках в начале XXI в. в болото национал-шовинизма начала ХХ в., анализируя может быть не всегда благополучную политическую историю России, а заняться изучением этнонационального самосознания, этнонационального самочувствия и этнонациональных устремлений русского и других народов нашей страны в современных условиях" (9).

Иначе говоря, бывший функционер ЦК и министр национальной политики при Б.Н. Ельцине и в наши дни предпочел бы по существу игнорировать важнейший вопрос, сводя его к необходимости русскому народу поддерживать некое бодрое "национальное самочувствие" без изменения реального положения и роли в государстве и обществе. (Согласно разработанной с участием Р.Г. Абдулатипова "Концепции государственной национальной политики Российской Федерации", "межнациональные отношения в стране во многом будут определяться национальным самочувствием русского народа, являющегося опорой российской государственности" (10). Это "самочувствие", а не русский вопрос по существу, и предлагается изучать).

Однако ситуация с национальным вопросом в стране и с русским вопросом в частности на современном этапе перехода от социализма к капитализму не так проста. Напомним, что в марксистской традиции именно с зарождением капитализма связывалась экспансия национальной идеи, образование и развитие и наций и национализма. Согласно марксизму, развивающийся капитализм обнаруживает новую тенденцию – к исчезновению национальной обособленности, к ломке национальных перегородок, к стиранию национальных различий, к созданию "интернационального единства капитала" (11). Переход общества к социализму связывался с окончательным преодолением национальных различий. Ф. Энгельс в "Проекте Коммунистического символа веры" писал: "Национальные черты народов, объединяющихся на основе принципа общности, именно в результате этого объединения неизбежно будут смешиваться и таким образом исчезнут... вследствие уничтожения их основы — частной собственности" (12). Более того, учителя марксизма были убеждены, что "даже естественно возникшие родовые различия, как, например, расовые... могут и должны быть устранены историческим развитием" (13).

Национальная политика большевиков вдохновлялась этой футурологией и именно она определяла идейные основания их национальной политики. По независимым от большевиков причинам (революция случилась не мировая, а в одной стране) их национальная политика обрела заметное своеобразие: замедленный темп продвижения к конечной цели, расчлененность на этапы, признание необходимости "выравнивания" в развитии и "расцвета социалистических наций" на первых из этих этапов. Рожденная революцией политика имела, однако, явный родовой коммунистический вывих. Долгое время ее отличали поначалу нескрываемые, потом плохо скрываемые национальный нигилизм и русофобия. Последняя питалась официальным отнесением русского народа в марте 1919 г., во второй программе партии, в разряд "тех наций, которые являлись нациями угнетающими" и обязанными в силу этого проявлять "особую осторожность и особое внимание к пережиткам национальных чувств у трудящихся масс наций угнетенных или неполноправных" (14). В соответствии с ленинским завещанием, русский народ обязан был соблюдать не только формальное равенство наций, но и такое неравенство, "которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически" (15). Иначе говоря, быть вечным должником всех российских народов, якобы ранее ограбленных, неразвитых и малых исключительно по вине русского народа.

"Русской партии внутри КПСС" (партийные функционеры, стремившиеся в своей деятельности учитывать реальные, а не ложно понимаемые "коммунистические" интересы русского народа, ратующие за сохранение и развитие его национальной культуры и традиций) (16) не удалось изменить в свою пользу соотношение сил в противоборстве с "последовательными интернационалистами" и блюстителями "ленинских заветов", которые особенно полюбились отдельным представителям многочисленных малых и прежде неравноправных народов.

На протяжении всего советского периода истории (пожалуй, за исключением периода Великой Отечественной войны) руководство КПСС больше всего страшилось русского национализма, полагая, что он является непреодолимым препятствием для осуществления коммунистического эксперимента в стране. На современном этапе интернационалистско-русофобские идеи, скрещиваясь с космополитическим нигилизмом в отношении отечеств и наций, неожиданно обретают новые силы и вдохновляют определенную либерально-космополитическую часть российского общества в его устремлениях поскорее изжить "совковое прошлое" и войти в "мировую цивилизацию".


Случайные файлы

Файл
29455-1.rtf
27670.rtf
94993.rtf
59067.rtf
21762-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.