Социально-экономическое и политическое развитие Ирака во время правления Саддама Хусейна (97417)

Посмотреть архив целиком

Размещено на http://www.allbest.ru/













Реферат: Социально-экономическое и политическое развитие Ирака во время правления Саддама Хусейна






Исторически состояние экономики Ирака последних десятилетий условно можно разделить на три основных периода – до ирано-иракской войны, после ее начала в 1980 г. (закончился в 1988 г.) и период, начало которому положил кувейтский кризис, завершившийся падением режима Саддама Хусейна.

До начала ирано-иракской войны экономика страны развивалась под влиянием следующей суммы факторов. Ирак располагал значительными природными и людскими ресурсами, использование которых могло превратить его в течение жизни одного поколения в одну из наиболее развитых и процветающих стран ближневосточного региона. По объему разведанных запасов нефти и газа Ирак занимал (и продолжает занимать в настоящее время) второе место в регионе после Саудовской Аравии (по некоторым оценкам, иракские запасы даже выше саудовских), владея примерно 100 млрд. баррелей нефти, что соответствует 14,2% всех запасов Ближнего Востока и Северной Африки или 10% мировых запасов. Для сравнения: Саудовская Аравия располагает 261 млрд. баррелей или 37,2% запасов региона, Кувейт — соответственно 96,5 млрд. или 13,7%, Иран – 89,3 млрд. или 12,6%. Страна также обеспечена внушительными агроклиматическими ресурсами, значительным массивом плодородных земель (из которых обрабатывается только 3,2–3,7 млн. га, или примерно треть сельскохозяйственных угодий, пригодных для использования под пашню). Большая часть обрабатываемых сельскохозяйственных земель – поливные (орошаемые), причем Ирак располагает водными ресурсами, необходимыми для удвоения возделываемых площадей. Значителен потенциал трудовых ресурсов. В Ираке население по численности в 1987 г. составляло 16,3 млн., в 1997 г. – свыше 22 млн. человек, к 2003 г. – около 25 млн. В стране достаточно высок процент квалифицированной рабочей силы, на подготовку которой в последние десятилетия выделялись крупные финансовые и материальные ресурсы. В Ираке имеются значительные, во многом уникальные, возможности и предпосылки для развития международного туризма – мирового значения памятники древних цивилизаций, благоприятные климатические условия, значительное разнообразие природных зон – естественной основы для отдыха и лечения, богатая флора и фауна, многие представители которых – уникальны и встречаются только в Ираке. Благоприятно и географическое расположение страны, особенно в свете динамично развертывающихся процессов глобализации мировой экономики: Ирак находится на стыке пересечения международных торговых и транспортных путей и коммуникаций. В целом, экономический потенциал страны, определяемый, прежде всего, природными условиями, географическим положением и историко-культурным наследием, следует определить как значительный, а по ряду позиций, как уникальный, имеющий мировое измерение. Но иракского экономического чуда, для которого появились веские предпосылки вследствие «революции цен» на нефть 1973–74 гг., не произошло.

После бума середины-второй половины 70-х годов XX в. в течение 80–90-х годов экономика Ирака претерпела глубокие изменения, вызванные главным образом продолжительной войной с Ираном (1980–1988 гг.) и агрессией против Кувейта, за которой последовали сокрушительное поражение от сил коалиции и жесткие международные санкции. Особо следует отметить огромный ущерб экономике страны, который был нанесен в начале 1991 г. в результате боевых действий и бомбардировок, разрушивших многие хозяйственные объекты. Значительная часть системы снабжения питьевой водой также была выведена из строя, в том числе на юге страны. Разрушения, в основном косвенно, затронули многие объекты социального назначения и были частично связаны с прекращением электро- и водоснабжения.

Крайне отрицательно сказались на хозяйственной жизни внутренние конфликты: периодически вспыхивавшие с новой силой на протяжении 80–90-х годов боевые действия в Курдистане, а также длившиеся на протяжении 90-х годов столкновения между правительственными войсками и оппозиционно настроенными силами в южных провинциях страны, в том числе тех, которые нашли убежище в районах проживания «озерных» арабов.

Тяжелым бременем для национальной экономики стали ее сверхмилитаризация и сверхэтатизация. Из отраслей гражданской экономики на непроизводительные цели в военную индустрию была отвлечена значительная доля рабочей силы – свыше 13% в 1980 г., военные расходы возросли за период с 1975 по 1980 г. (год начала ирано-иракской войны) с 3,1 млрд. до 20 млрд. долл. (39% ВВП страны). Низкая отдача от реализации приватизационных программ, гиперинфляция и многократное обесценение национальной валюты – динара (курс динара на «черном» рынке за 90-е годы упал с USD 1=ID 0.31 до USD 1=1600 ID в конце 1998 г.), бегство капиталов за рубеж также крайне отрицательно сказались на всем дальнейшем развитии национальной экономики.

Глубокий кризис, поразивший иракскую экономику в 90-е годы, усугубился в результате разрастания «черного рынка» и принявшего широкие масштабы взяточничества. В условиях сверхэтатизации и милитаризации хозяйственной жизни, длительного правления авторитарного режима в стране расцветали коррупция и протекционизм, разъедавшие экономику и общество, блокировавшие процесс формирования и без того слабого национального предпринимательства.

Экономические трудности усугубил беспрецедентный рост внешней задолженности: имея в предвоенный период внушительные резервы свободноконвертируемой валюты в размере 37 млрд. долл. (1980 г.), Ирак к концу 90-х годов превратился в крупнейшего мирового должника, обязательства которого, по некоторым оценкам, составляют не менее 120 млрд. долл. Имеются и другие оценки, согласно которым, в целом, внешние обязательства страны к концу 90-х годов достигли 340 млрд.долл., из которых – 220 млрд. – репарации, 40 млрд. – долг странам Персидского залива и 80 млрд. – долги прочим заемщикам, включая Россию и страны Европы. С учетом накопленных процентов по внешнему долгу и репарациям, эта сумма может быть существенно выше.

В результате, иракская экономика уже в начале текущего десятилетия, по оценкам некоторых международных экспертов, оказалась отброшенной к доиндустриальному состоянию. По данным Арабской корпорации инвестиционных гарантий, к 1995 г. ущерб экономике Ирака во время ирано-иракской войны составил около 150 млрд. долл., во время кувейтского кризиса он возрос до 200 млрд. Значительная часть производственных мощностей в нефтяной промышленности, объектов инфраструктуры, энергетики и других базовых отраслей оказалась разрушенной. В частности, по оценке международных экспертов, примерно 50% иракских нефтяных скважин нуждались во второй половине 90-х годов в ремонте (при этом следует отметить, что их быстрое восстановление вполне возможно – уже через год после отмены эмбарго, отмечали эксперты, возможно достижение прежнего объема экспорта в 3 млн. барр. в день, причем в течение 5 лет реально удвоение экспорта – до 6 млн. барр. в день, хотя на это необходимо будет затратить около 30 млрд. долл.; в 1999 – начале 2000 г. дневная добыча нефти в стране составляла примерно 2 млн. барр. – и предполагалось к середине 2000 г. довести ее до 3 млн., а к сентябрю – до 3,4 млн.). В начале 2001 г., по оценкам, она реально составила 2,6 млн. барр. в день. Резкий спад в 90-е годы в свою очередь, негативно отразился на деятельности практически всех других отраслей иракской экономики, включая сельское хозяйство. Почти полное прекращение экспорта нефти в результате введения санкций ООН, которое давало Ираку до 98% всех поступлений иностранной валюты, подорвало финансовую основу экономики страны. Вызванный этим финансово-экономический кризис усилился в результате исчерпания валютных резервов и беспрецедентного роста внешней задолженности, прекращения притока иностранных инвестиций. О глубине экономического спада свидетельствует резкое сокращение объема валового внутреннего продукта страны в 1995 г. до 14,2 млрд. долл. против 48,3 млрд. в 1989 г. К началу XXI в. в экономическом положении в условиях сохранения международных санкций принципиальных изменений не произошло.

Глубокий экономический кризис привел к широкомасштабной эрозии социальной сферы – резкому падению национального дохода в расчете на душу населения, деградации базовых услуг, в особенности медицинской помощи, обеспечения населения продовольствием и т.д. Особенно негативно это сказалось на наиболее уязвимых слоях иракского общества – инвалидах, число которых возросло в результате широкомасштабных и продолжительных боевых действий и войн, детях и людях пожилых возрастов, а также на этнических меньшинствах, относящихся в значительной своей массе к маргинальным социальным группам.

До введения ООН эмбарго на торговлю с Ираком последний закупал за границей 2/3 необходимого ему продовольствия (по одним оценкам, – примерно на 2 млрд. долл., по другим, – на 3–4 млрд.). Эмбарго (до принятия программы «нефть в обмен на продовольствие») лишило страну значительной части необходимых для населения продуктов питания, причем образовавшийся дефицит не смогла восполнить быстро разросшаяся контрабандная торговля продовольствием (ее объем оценивался в 1 млрд. долл. в год) между Ираком и соседними странами.

При этом, по оценке Всемирной продовольственной организации (ФАО), из-за частичного разрушения ирригационных систем, роста дефицита удобрений, гербицидов и пестицидов, семян, нехватки импортируемых Ираком запасных частей к сельскохозяйственной технике урожай зерновых в 1994-95 гг. составил лишь 2,5 млн. т, что существенно ниже уровня 1989-90 гг. (3,5 млн.т). Введенная правительством система рационирования распределения продовольствия среди населения обеспечивала в середине 90-х годов лишь 34% потребностей в нем по субсидируемым ценам. По данным международных организаций, особенно трагично было положение населения центральных и южных районов страны, включая районы проживания «озерных» арабов, от недоедания, отсутствия медицинской помощи и лекарств в 90-е годы страдало, по меньшей мере, 4 млн. человек. Это констатировала миссия ООН, посетившая Ирак в июле–августе 1995 г.

Экономический курс прежнего режима, наряду с ирако-иранской войной и войной в Заливе начала 90-х годов, сыграл определяющую роль в последующем развитии экономической ситуации в Ираке. Она характеризовалась следующими основными тенденциями:

укреплением доминирующей роли государства в большинстве сфер экономики, которая сохранилась на протяжении 80-90-х годов, несмотря на (ограниченную и не давшую ожидаемых результатов) приватизацию части госсобственности. Полностью сохранилось достаточно жесткое регулирование государством частного и кооперативного секторов в сельском хозяйстве, централизованное, административными методами управление экономикой;

почти полным отсутствием иностранной собственности и иностранных частных инвестиций в иракскую экономику, хотя с конца 80-х годов началась либерализация инвестиционного кодекса с целью привлечения иностранных инвесторов, прежде всего из других арабских стран;

сверхмилитаризацией национальной экономики, особенно промышленности. Ее военные отрасли значительно превышали по масштабам производства отрасли гражданские (разумеется, исключая нефтедобычу). По объему финансирования из средств госбюджета военная сфера прочно занимала ведущее место, ее доля в импорте Ирака была также непропорционально велика – около 40% всего его объема. Война с Ираном лишь подхлестнула расходы на военные цели. Естественно, в условиях роста и без того чрезмерных военных расходов и обострения проблемы внешней задолженности, а также углубления экономического кризиса развитие гражданских отраслей экономики значительно недофинансировалось.

Ирано-иракская война, кувейтский кризис и последовавшие за ним международные санкции, а также вооруженные действия в иракском Курдистане и южных районах страны, где проживают «озерные» арабы, оказывали на отдельные направления внутреннего экономического курса депрессирующее влияние на маргинальные (имеющие натуральный и полунатуральный характер) сферы экономики. К ним с полным основанием можно отнести все традиционные виды хозяйственной деятельности курдов и населения южных районов, особенно «озерного края» Ирака. В частности, для «озерных» арабов это – рыболовство и охота, производство кустарных изделий из камыша, а также разведение буйволов и содержание мелких домашних животных, выращивание на мелких и мельчайших участках некоторых полевых сельскохозяйственных культур, в том числе пшеницы, риса и некоторых других для потребления в домашнем хозяйстве.

Иракское руководство, рассматривавшее шиитское население южных районов страны, – в том числе «озерных» арабов, через призму его отношений с шиитским Ираном, т.е. как диссидентствующую социально-политическую и этническую группу, связанную с шиитским Ираном, стремилось, наряду с переселением значительного числа местных жителей, мерами экономической политики укрепить свой контроль над ними. По мнению экспертов, именно с этой целью проводились широкомасштабные программы осушения болот и озер в результате сооружения дренажных систем, поощрения миграции сельского населения в города и т.д. Такая политика соответствовала и реализуемым планам индустриализации страны, развития военной промышленности, что осуществлялось главным образом на основе трудоинтенсивных технологий, и некоторым другим направлениям и целям экономического курса. Своим следствием она имела массовую миграцию и эмиграцию местного населения, почти полное прекращение какой-либо экономической деятельности на большей части «озерного края» Ирака, значительный ущерб его складывавшейся на протяжении веков уникальной экологии.

Среди экономических аргументов в пользу осушения болот и озер, вероятно, наиболее важным являлось ожидаемое (в перспективе) освоение крупных месторождений жидких и газообразных углеводородов в этом районе, которые, по имеющимся оценкам, можно отнести к наиболее крупным, как по меркам Ирака, так и региона в целом.

Орошение значительных сельскохозяйственных площадей и ожидаемое заметное увеличение производства сельскохозяйственной продукции также, несомненно, являлись важными аргументами в пользу осуществления подобных крупномасштабных ирригационных проектов.

При всех трудно оспоримых положительных экономических достоинствах ирригационных проектов осушения части озер, их реализация в условиях гуманитарной катастрофы в стране в целом и в районах проживания «озерных» арабов, в частности, ведущая к осушению болотистых земель и исчезновению естественной основы для традиционных форм жизнедеятельности коренного населения, усиливает негативную сторону итогов такой политики. Это конкретно проявилось в 90-е годы в следующем:

росте массовой миграции и эмиграции «озерных» арабов; число покинувших родные очаги составило примерно 200 тыс. человек;

частичной пауперизации той части населения, которое оказалось неспособным приспособиться к новым условиям;

упадке традиционных видов производств и ремесел, как об этом свидетельствуют показания очевидцев, приводимые различными международными гуманитарными организациями, в частности, Комиссий ООН по беженцам, Международным благотворительным фондом «Амар» и другими.

Во время боевых действий с участием многонациональных сил в 1991 г., в ходе которых были разрушены некоторые плотины (дамбы), а также электростанции, питающие ирригационные сооружения и насосные станции, пострадали как ирригационные системы южного Ирака, так и системы снабжения южных провинций питьевой водой. Это нарушило всю систему жизнеобеспечения в данном районе и также явилось одной из причин массовой миграции и эмиграции «озерных» арабов.

Однако не меньший, если не больший урон всему укладу жизни, в том числе экономике южных районов, был нанесен в результате военных действий в течение 80-х – начала 90-х годов во время ирако-иранской войны, подавления восстания шиитов. Применение артиллерии и авиации, отравляющих газов, напалма и т.д. не только привело к массовому бегству местного населения, в том числе в соседний Иран, другие страны, как это отмечалось выше, но и к прекращению нормальной хозяйственной деятельности, а также беспрецедентному росту числа физически пострадавших людей. В конце 90-х годов системы водоснабжения так и не были полностью восстановлены, несмотря на финансирование правительством соответствующих мер, а также выделение средств на эти цели международными донорами.

Факторы, приведшие к глубокому экономическому кризису, затронули и сельское хозяйство, хотя и в меньшей степени, – вторую по значению отрасль после нефтегазодобычи, чем другие сферы национальной экономики (промышленность, транспорт, энергетику). Тем не менее, это оказало заметное сдерживающее влияние на все его развитие. Разрушительные последствия для отрасли удалось лишь частично купировать реализацией программ государственной поддержки сельскохозяйственных производителей и развития сельскохозяйственного производства, включавших такие традиционные методы, как предоставление удобрений и химикатов, кредитов и т.д.. В результате, к концу 90-х годов по ряду важных видов сельскохозяйственных культур объем собранного урожая удалось приблизить к уровню конца предыдущего десятилетия. Однако вряд ли такую тенденцию в сложившихся в стране условиях можно считать стабильной, в основном она – результат благоприятных погодных условий. Так, в 1997 г. (один из наиболее благоприятных годов десятилетия, когда пролились обильные дожди) пшеницы было собрано 1,1 млн. т., риса – 244 тыс. т, маиса – 121 тыс. т по сравнению с 1,2 млн. т пшеницы в 1990 г., 196 тыс. т риса и 61 тыс. т маиса в 1987 г. Был собран также неплохой урожай ячменя – 778 тыс. т., хотя он был ниже уровня урожая 1990 г. – 1,8 млн.т. Урожай овощей, являющихся важной частью рациона питания населения страны, составил в 1997 г. 2,9 млн. т и был близок к уровню 1982–1983 гг. (3 млн. т). Однако, в такой важной сфере сельского хозяйства, как животноводство, уровень производства резко упал: в 1993–1996 гг. производство мяса, молока и яиц сократилось по сравнению с 1990 г. почти на 50%. Заметно упали и сборы одной из важнейших культур – фиников, выращиваемых на юге страны, плантациям которых в 90-е годы был нанесен сильный урон. В 1997 г. урожай составил 350 тыс. т по сравнению с 650 тыс. в 1987 г. При этом следует учесть, что финики являются не только важной экспортной культурой, но и входят в число основных продуктов питания значительной части жителей страны наряду с рисом и рыбой.

Другая традиционно важная отрасль – рыболовство – также оказалось затронуто кризисом. Согласно данным ФАО, улов рыбы во внутренних водах Ирака в 90-е годы характеризовался тенденцией к падению его объемов. Так, если в 1989 г. он составлял 13,2 тыс. т, в 1994 г. – 12,6 тыс. т, то в 1995 и 1996 гг. соответственно – лишь 9,9 и 7,0 тыс. т9. Почти двукратное падение улова за столь короткий период не может не отражать серьезных изменений, которые произошли в 90-е годы в самой производственной базе отрасли. Они связаны, главным образом, со значительными мелиоративными работами в центральных и южных провинциях страны, приведшими к осушению значительных частей ареала проживания «озерных» арабов, и негативными социально-экономическими последствиями периода войн и военного противостояния 80–90-х годов, прежде всего, массовым исходом местного населения. Боевые действия и осушение озер повлияли и на богатейшие нерестилища на юге Ирака, имеющие не только страновое, но и региональное значение.

Реализация программ расширения орошаемых площадей, также затронутых в ходе военных действий и экономического кризиса, не смогли ослабить тесную зависимость сельского хозяйства Ирака и его южных регионов от резких колебаний климатических условий. Положение представляется еще более угрожающим, если учесть существенное увеличение численности населения страны за рассматриваемый период.

Суммируя последствия происшедших изменений в 80–90-е годы в Ираке в общенациональном масштабе, нельзя не отметить их глубокое и, в то же время, противоречивое влияние на жизненный уклад и хозяйственную деятельность иракцев. Отдельные из этих изменений привели к гуманитарной катастрофе (массовой миграции и эмиграции, пауперизации, распространению болезней и голода, распаду семей и утрате домашнего очага, массовой гибели местных жителей и т.д.), другие, – заметно ограничивая или ликвидируя основы для традиционных видов деятельности, – рыболовства, охоты, производства ремесленных изделий, формировали вместе с тем экономические предпосылки для расширения современных видов хозяйственной деятельности и перелива труда в современные сектора экономики Ирака – в промышленность, строительство, орошаемое земледелие, неформальный сектор городской экономики и т.д. Однако гуманитарная катастрофа, затронувшая миллионы жителей, особенно эмиграция и принудительное переселение в другие районы страны в 90-е годы во многом перечеркнули возможности воспользоваться результатами экономического развития.

Уровень жизни иракцев на протяжении последних двух десятилетий, но особенно в 90-е годы, когда сильно сказались боевые действия, постоянно и существенно снижался. Это выразилось в ухудшении питания, медицинской помощи, падении доходов и т.д. В результате боевых действий в течение длительного периода времени, т.е. на протяжении почти целого десятилетия, и негативного воздействия широкомасштабных программ осушения болот и озер, среди иракцев, как отмечают очевидцы, очень сильны настроения эмигрировать, что оказывает депрессивное воздействие на весь уклад жизни, включая хозяйственную деятельность. Это негативным образом сказывается на уровне жизни населения. Очевидцы, стремящиеся передать степень деградации условий жизни в 90-е годы, отмечают, что условия жизни в Ираке ухудшились в результате введения экономических санкций ООН, но они еще более нетерпимы из-за того, что власти наложили дополнительное бремя санкций на население. Гиперинфляция 90-х годов обесценила фиксированные доходы простых иракцев. О падении уровня жизни красноречиво свидетельствуют масштабы гиперинфляции, нехватка даже жестко нормированных продуктов питания.

Кризис наиболее сильно ударил по уровню жизни беднейших слоев. Рост цен на продовольствие и лекарства, наряду с ограничением их импорта в результате санкций, сделали недоступными для многих важнейшие продукты питания и товары домашнего обихода, простейшие формы медицинской помощи.

Особенно тяжелыми были условия жизни беженцев, среди которых большое число детей. В частности, в лагере Шатт Али (Иран) беженцы жили в палатках, не приспособленных к зимним условиям. Не хватало одежды. Ощущался острый дефицит питьевой воды, крайне ограничена была и медицинская помощь. Взрослое население не имело работы. Помощь от международных благотворительных организаций, в частности от международного фонда «Амар» (Великобритания), была в состоянии лишь частично удовлетворить ограниченный круг самых необходимых потребностей.

Положение беженцев, их уровень жизни несут на себе сильнейшую печать того трудного положения, в котором находится сам Иран – в этой стране насчитывается свыше 4 млн. беженцев. Тем не менее, он стал одним из самых крупных мировых приютов для беженцев из Ирака. Но с их потоком в начале XXI в. Иран уже не справляется.

ирак война кувейтский санкция



Список источников и литературы


  1. Новейшая история Ирака. – М., 1999

  2. История Ирака ХХ века. М., - 2005

  3. Нефтепанорама. Обзор мирового нефтебизнеса. 18.4.2000. вып. З, № 8.

  4. The Middle East and North Africa. 2000., с. 579.

  5. The Iraqi Marshlands. A human and environmental study. Ed. by Emma Nicholson and Peter Clark. – L., Politico's, 2002.

Размещено на Allbest.ru


Случайные файлы

Файл
8343.rtf
148331.rtf
ref-19645.doc
151487.rtf
26266.rtf