Геополитическое значение территории современного Курдистана (97260)

Посмотреть архив целиком

Геополитическое значение территории современного Курдистана


Исторически Курдистан, находясь на стыке крупных государств и империй региона, был, по сути, «военной» территорией, полигоном противостояния воюющих держав, для которых многочисленные воинственные курдские племена являлись весьма ценным союзником. Территория Курдистана для господствующей на ней военной силы всегда была важным плацдармом и предоставляла «возможность использовать плоские нагорья Ирана и Малой Азии в качестве форпостов», откуда можно было направлять свои удары по всем направлениям. Не случайно, в свое время Мустафа Кемальпаша говорил: «При прочих равных условиях битву на Ближнем Востоке выиграет тот, кто будет владеть Курдистаном».

Курдистан исторически рассматривался (Турцией, Западом) как стратегический плацдарм против российского, позднее советского, Закавказья. Для Североатлантического альянса значение Турецкого Курдистана в годы «холодной войны» определялось нахождением на его территории важнейших для южного (юго-восточного) фланга НАТО выходящих к границам СССР Карс-Эрзурумского и Каракол-Диярбакырского операционных направлений, обеспечиваемых Турцией. В настоящее время эти операционные направления Азиатской Турции имеют немалое значение с точки зрения обеспечения интересов НАТО и Турции на постсоветском юге, в том числе в вопросах транспортировки каспийской нефти. В Эрзруме находится крупная военно-воздушная база Турции.

Из частей Курдистана наибольшее значение с военно-стратегической точки зрения в региональном масштабе имеют Турецкий и Иракский Курдистан. Иракский Курдистан военно-стратегически господствует над Арабским Ираком. Этот фактор стал одной из важнейших причин включения Англией Мосульского вилайета в состав подмандатного ей Иракского королевства. Ведь «только располагая этой областью, Месопотамия является защищенной с севера горами». С военно-геополитической точки зрения центральное положение Южного Курдистана в регионе на стыке важнейших театров военных действий (Закавказье, Восточная Анатолия, Месопотамия, Иран) предопределило то, что Англия рассматривала его в качестве плацдарма, «откуда британская военно-политическая экспансия могла бы распространяться в западном и северном направлении, к Закавказью и Черному морю». С точки зрения расположения внутрииракского театра военных действий необходимо отметить, что курдские горы господствуют над равнинами Арабского Ирака. При этом от гор Курдистана до Багдада менее 100 километров.

Территория Турецкого Курдистана своим горным рельефом также господствует над «турецкой Турцией» («турецкой Анатолией»). С военно-стратегической точки зрения это обширное горное пространство открывает выходы к важнейшим военным направлениям региона: на северо-востоке к юго-западному Кавказу и всему закавказскому направлению, на востоке – к северо-западному Ирану, на юго-востоке – к Северному Ираку и на юге – к Сирии, то есть «соприкасает» Турцию с ее основными военными противниками на Ближнем и Среднем Востоке. В Диярбакыре, Малатье и Батмане расположена крупные военные аэродромы, а в Эрзеруме находится военно-воздушная база. В Карее базируется 14-я мотопехотная бригада (направление – Армения, Грузия).

Основным фактором в военно-стратегическом положении Курдистана являются его физико-географические характеристики. Горные цепи и узкие и извилистые ущелья прорезают курдский регион по всем направлениям. Курдистан – сильно пересеченная горная страна. Горный рельеф, сделавший его естественной военно-географической крепостью, исторически служил важнейшим укрытием, плацдармом и главной стратегической характеристикой в многочисленных региональных конфликтах. Горы спасли курдский народ от истребления и ассимиляции во время бесконечных войн, конфликтов, военных столкновений и предопределили этнопсихологию курдов как несгибаемого, непокоряемого и крайне выносливого в военном отношении народа. «Курдские горы играли важнейшую военно-стратегическую роль в борьбе за гегемонию на ближневосточной арене», способствовали легкой защищаемости Курдистана от вторжений извне, а в настоящее время создают значительные препятствия для действий механизированных частей и авиации. Все это препятствовало быстрому подавлению многочисленных курдских восстаний, «ибо в родных горах курды были малоуязвимы», и сделало курдские горы крайне важным фактором, воздействующим «на геополитическую ситуацию в ближневосточном регионе».

На Восточно-Анатолийском нагорье, то есть на севере Турецкого Курдистана, «высокие кряжи сочетаются с глубокими котловинами (горными долинами)». Эти территории отличаются также суровым климатом. Зимой средняя температура здесь составляет ниже –15°С, иногда падая до –30°С и ниже (в полосе Мосул – Киркук – Ханекин, например, эта температура составляет +5–+10°С). Здесь выпадает также большое количество осадков, в основном в виде снега. С октября по апрель (иногда дольше) горы Курдистана покрыты устойчивым снежным покровом, что также затрудняет использование военной техники. Нередко по причине снежных завалов от зоны досягаемости центральных властей отрезаются целые районы. Поэтому Курдистан называют классической партизанской страной. Этим объясняется то обстоятельство, что в условиях многократного численного превосходства над курдами в живой силе и подавляющего превосходства в технике и вооружениях регулярные армии не могут окончательно подавить сопротивление курдских военных группировок, использующих преимущества военно-стратегического положения Курдистана и ведущих партизанскую войну. Лагеря и базы ПРК, например, по сообщениям очевидцев, как правило, представляли собой «естественные крепости, окруженные горами, или глубокие узкие ущелья, прикрываемые многочисленными скалами (скалистыми горами)». Базы курдских повстанцев оборудованы также в скальных выемках, в которых могут укрыться сотни людей. В пещерах оборудованы склады оружия, обмундирования, продовольствия, пекарни и другие базы логистики.

Поэтому неудивительно, что против насчитывающих, по данным турецкого МИД, 3 тысячи «хорошо вооруженных боевиков» ПРК Турция была вынуждена держать в юго-восточных районах страны 200-тысячный воинский контингент, который непрерывно вел боевые действия против курдских формирований.

Кроме того, еще одним важнейшим фактором в военно-стратегическом положении Курдистана является его пограничное положение на стыке нескольких государств. При этом, как известно, государственные границы по территории Курдистана исторически (еще со времен османо-иранского соперничества) трудно охраняемы. Все это позволяло курдским повстанцам переходить государственные границы, спасаясь от преследований, или использовать соседние части Курдистана как тыловые базы. Например, турецкие военные, регулярно обвиняющие Иран «в потворстве ПРК», признают, что именно военно-географические факторы наиболее осложняют борьбу с курдскими партизанами. «Это суровая гористая земля. Там не всегда понятно, где именно проходит граница, и центральное правительство Ирана лишь в незначительной степени контролирует ситуацию в ряде приграничных районов страны». По словам офицера турецкого генштаба, «это очень удобная страна для терроризма.

Здесь множество мест для укрытия. Долины внизу дают возможность быстро передвигаться вдоль границы» 11. Необходимо отметить, что именно на стыке границ Турции, Сирии, Ирака и Ирана проходят наиболее высокие горные цепи всего Ближнего Востока. Начиная от Силопи (высота 1478 м) на западе, к востоку идет система горных цепей высотой 2500 м вдоль турецко-иранской границы с возвышением в центре свыше 3000 м. Район Хакяри, находящийся в центре этих горных цепей и непосредственно на стыке турецко-иракско-иранской границы, окружен со всех сторон горами высотой не менее 3000 м, покрытых вечными снегами. Кроме того, горы изрезаны узкими и извилистыми ущельями и покрыты лесами. Турецко-иракская граница на всем своем протяжении проходит по горной труднопроходимой местности (за исключением долины Тигра и перевала Захо). То же самое можно сказать и об ирано-иракской границе, которая на «курдистанском отрезке» на протяжении нескольких сот километров проходит по малодоступным горным и пустынным районам. Приграничная полоса вдоль турецко-иракской границы прорезана горными хребтами высотой свыше 2000 м. Таким образом, военно-географическая обстановка в пограничных районах, естественно, становится одним из основных факторов оперативных действий курдских военных группировок.

Поэтому, понимая раздражение иракских курдов по поводу нахождения баз ПРК на «их территории», что является поводом для турецких вторжений в Иракский Курдистан, тем не менее, вне зависимости от оценок подобной «военной стратегии ПРК», необходимо отметить, что любая группировка турецких курдов, ведущая с турецкой армией вооруженную борьбу, будет вынуждена использовать территорию Иракского и Иранского Курдистана в качестве базового тыла. В военно-стратегическом отношении ни одна сила в Турецком Курдистане не сможет вести с Турцией вооруженную борьбу, ограничиваясь «турецкой» территорией.

В этом смысле необходимо отметить также, что на протяжении многих лет, воюя с центральными властями, ДПК (еще со времен Мустафы Барзани) использовала в качестве тыла районы «турецкого» Хакяри, составляющего с «иракским» Бахдинаном единый военно-географический театр военных действий. Хакяри, где традиционно было велико влияние ДПК, имел для иракских курдов значительную военно-стратегическую ценность, как бы цементируя смежные Бахдинан и Брадост. Например, борьба за влияние на эти районы стала причиной ожесточенных столкновений в конце 70-х годов между ДПК и ПСК, которые представители последнего именуют не иначе как «Хакярийской катастрофой».






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.