Основные достижения русской культуры XIX века: романтизм в России; корни русского романтизма; русская национальная музыкальная школа и живопись во второй половине XIX века (REFERAT1)

Посмотреть архив целиком

20



институт

Калининградская Высшая школа управления.

Факультет высшего образования.











РЕФЕРАТ


предмет: культурология.

тема: “Основные достижения русской культуры XIX века: Романтизм в России; Корни Русского Романтизма; Русская национальная музыкальная школа и живопись во второй половине XIX века”.


ВЫПОЛНИЛ: ШМЫРОВ А. В. , гр. 00ВГ – 2


ПРОВЕРИЛА: канд. филолог. наук, доцент

ЦВЕТКОВА Н. Е.






г. КАЛИНИНГРАД

2000 г.


Содержание



I. Романтизм (стр 3)


  1. Живопись Эпохи “Передвижников” (стр 5)


  1. Русская Национальная музыка (стр 12 )


  1. Заключение (стр 19)


V. Литература. (стр 20)

































«Романтизм»




РОМАНТИЗМ - (франц. romantisme), идейное и художественное направление в европейской и американской духовной культуре конца 18 - 1-й пол. 19 вв. Отразив разочарование в итогах Французской революции конца 18 в., в идеологии Просвещения и общественном прогрессе. Романтизм противопоставил утилитаризму и нивелированию личности устремленность к безграничной свободе и «бесконечному», жажду совершенства и обновления, пафос личной и гражданской независимости. Мучительный разлад идеала и социальной действительности - основа романтического мировосприятия и искусства. Утверждение самоценности духовно-творческой жизни личности, изображение сильных страстей, одухотворенной и целительной природы, у многих романтиков - героики протеста или борьбы соседствуют с мотивами «мировой скорби», «мирового зла», «ночной» стороны души, облекающимися в формы иронии, гротеска поэтику двоемирия. Интерес к национальному прошлому (нередко - его идеализация), традициям фольклора и культуры своего и других народов, стремление создать универсальную картину мира (прежде всего истории и литературы), идея синтеза искусств нашли выражение в идеологии и практике Романтизма.

Романтизм в музыке сложился в 20-е гг. 19 в. под влиянием литературного Романтизма и развивался в тесной связи с ним, с литературой вообще (обращение к синтетическим жанрам, в первую очередь к опере и песне, к инструментальной миниатюре и музыкальной программности). Характерное, для Романтизма, внимание к внутреннему миру человека, выразилось в культе субъективного, тяге к эмоционально-напряженному. Что определило главенство музыки и лирики в Романтизме.

В изобразительном искусстве Романтизм наиболее ярко проявился в живописи и графике, менее отчетливо - в скульптуре и архитектуре (например, ложная готика). Большинство национальных школ Романтизма в изобразительном искусстве сложилось в борьбе с официальным академическим классицизмом.

Главные представители Романтизма в России:

в литературе - М.Н. Загоскин - Исторический роман «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» (1829), «Рославлев, или Русские в 1812 году» (1831), "Аскольдова могила" (1833; одноименная опера А. Н. Верстовского); А.И. ОДОЕВСКИЙ - князь, русский поэт-декабрист, корнет, участник восстания на Сенатской площади. Приговорен к 8 годам каторги, отбывал в Нерчинских рудниках. С 1837 рядовой на Кавказе. Поэзия характерна для гражданского течения русского романтизма: элегии, историческая поэма «Василько» (1829-1830), стихотворный отклик на «Послание в Сибирь» А.С. Пушкина, содержащий крылатую строку «Из искры возгорится пламя»; К.Ф. РЫЛЕЕВ - русский поэт, декабрист. Член Северного общества, один из руководителей восстания 14 декабря 1825. Создатель альманаха «Полярная звезда». Лирика, исторические «Думы», поэмы «Войнаровский», «Наливайко» и др. насыщены политическими ассоциациями, характерными для русского гражданского романтизма. Казнен; В.К. КЮХЕЛЬБЕКЕР - русский поэт, декабрист. Друг А. С. Пушкина. Участник восстания на Сенатской площади (1825). Приговорен к тюремному заключению и вечной ссылке; А.С. Пушкин - русский поэт, родоначальник новой русской литературы, создатель современного русского литературного языка. В юношеских стихах - поэт лицейского братства, «поклонник дружеской свободы, веселья, граций и ума», в ранних поэмах - певец ярких и вольных страстей: «Руслан и Людмила» (1820), романтичные «южные» поэмы «Кавказский пленник» (1820-21), «Бахчисарайский фонтан» (1821-23) и другие. Вольнолюбивые и антитиранные мотивы ранней лирики, независимость личного поведения, послужили причиной ссылок: южной (1820-24, Екатеринослав, Кавказ, Крым, Кишинев, Одесса) и в с. Михайловское (1824-26). Эстетическое освоение контекстов русской жизни (интеллектуального, социально-исторического, бытового) соединялось у Пушкина с живым восприятием разнородных европейских влияний, даром проникновения в другие культуры и эпохи. Многообразие разработанных жанров и стилей (в т. ч. «неукрашенная» проза «Повестей Белкина» - 1830, повесть «Пиковая дама» - 1833, и др. произведения, предвосхитившие развитие реалистичного письма), легкость, изящество и точность стиха, рельефность и сила характеров (в крупных формах), «просвещенный гуманизм», универсальность поэтического мышления и самой личности Пушкина, предопределили его первостепенное значение в отечественной словесности. Пушкин поднял ее на уровень мировой. Роман в стихах «Евгений Онегин» (1823-31) воссоздает образ жизни и духовный состав «типического», преодолевающего байронизм героя и эволюцию близкого ему автора, уклад столичного и провинциального дворянства; в романе и во многих др. соч. Пушкин обращается к проблемам индивидуализма, границ свободы, поставленным еще в «Цыганах» (1824). Им были впервые определены (в поэмах, драматургии, в прозе) многие ведущие проблемы русской литературы 19 в., нередко в их трагическом противостоянии и неразрешимости - народ и власть, государство и личность, роль личности и народа в истории: трагедия «Борис Годунов» (1824-25, опубл. в 1831), поэмы «Полтава» (1828) и «Медный всадник» (1833, опубл. в 1837), роман «Капитанская дочка» (1836). В философской лирике 30-х гг., «маленьких трагедиях», созданных в 1830 («Моцарт и Сальери», «Каменный гость», опубл. в 1839, «Скупой рыцарь», опубл. в 1836, и др.), постоянные для пушкинской поэзии темы «дружества», любви, поэзии жизни, творческого призвания и воспоминаний дополняются обостренной постановкой коренных вопросов: смысла и оправдания бытия, смерти и бессмертия, душевного спасения, нравственного очищения и «милости». Умер от раны, полученной на дуэли с Ж. Дантесом, французским подданным на русской военной службе; М.Ю. Лермонтов, Ф.И. Тютчев;

  • в музыке - А.А. АЛЯБЬЕВ - российский композитор. Вокальное творчество в традициях русского городского фольклора начала 19 века Романсы («Соловей» и др.), в том числе на тексты социального звучания («Нищая»). Одним из первых воплотил в музыке лирику А.С. Пушкина. Среди др. соч. - оперы, балеты, камерно-инструментальная, театральная музыка, М.И. ГЛИНКА - композитор, родоначальник русской классической музыки. Опера «Жизнь за царя» («Иван Сусанин», 1836) и «Руслан и Людмила» (1842) положили начало двум направлениям русской оперы - народной музыкальной драме и опере-сказке, опере-былине. Симфонические сочинения, в т. ч. «Камаринская» (1848), «Испанские увертюры» - («Арагонская хота», 1845, и «Ночь в Мадриде», 1851), заложили основы русского симфонизма. Классик русского романса. «Патриотическая песня» Глинки стала музыкальной основой государственного гимна Российской Федерации, А.С. ДАРГОМЫЖСКИЙ - композитор, один из основоположников русской классической музыки. Последователь М. И. Глинки. Главные произведения - опера «Русалка» (1855, по драматической поэме А. С. Пушкина) знаменовала рождение нового жанра русской оперы - народно-бытовой психологической драмы. Творчество Д. отразило критические социальные тенденции (песни «Старый капрал», «Титулярный советник» и др.). Разработал метод т. н. интонационального реализма (воспроизведение интонаций речи посредством мелодизированного речитатива) в опере «Каменный гость», на неизмененный текст «маленькой трагедии» А. С. Пушкина. Оказал значительное влияние на музыку композиторов «Могучей кучки», П. И. Чайковского. Опера «Эсмеральда» (1841), опера-балет «Торжество Вакха» (1848), сочинения для оркестра (в т. ч. «Баба-яга», 1862, «Чухонская фантазия», 1867), для флейты, романсы и др.;

  • в изобразительном искусстве - живописцы - О.А. Кипренский - российский живописец и рисовальщик. Представитель романтизма. Содержание портретов Кипренского - духовность, сложная внутренняя жизнь человека, творческая индивидуальность («Автопортрет с кистями за ухом», ок. 1808-09; «А.А. Челищев», ок. 1809 или 1810-11, «Е.П. Ростопчина», 1809; «А.С. Пушкин», 1827), И.К. АЙВАЗОВСКИЙ - русский живописец-маринист. В романтических полотнах («Девятый вал», 1850; «Черное море», 1881) изображал море, мужество людей, борющихся со стихией, морские сражения; А.О. Орловский.

  • Теоретические основы Романтизма сформировали - Ф. и А. Шлегели и Ф. Шеллинг.




Живопись эпохи «передвижников».




Влияние общественной среды на работу и тенденции творчества русских художников второй половине XIX века.


Осознанный поворот новой русской живописи к демократическому реализму, национальности, современности обозначился в конце 50-х годов, вместе с революционной ситуацией в стране, с общественным возмужанием разночинной интеллигенции, с революционным просветительством Чернышевского, Добролюбова, Салтыкова-Щедрина, с народолюбивой поэзией Некрасова. В “Очерках гоголевского периода” (в 1856 г.) Чернышевский писал: “Если живопись ныне находится вообще в довольно жалком положении, главною причиною того надобно считать отчуждение этого искусства от современных стремлений”. Эта же мысль приводилась во многих статьях журнала “Современник”.

Но живопись уже начинала приобщаться к современным стремлениям - раньше всего в Москве. Московское Училище и на десятою долю не пользовалось привилегиями петербургской Академии художеств, зато меньше зависело от ее укоренившихся догм, атмосфера была в нем более живая. Хотя преподаватели в Училище в основном академисты, но академисты второстепенные и колеблющиеся, - они не подавляли своим авторитетом так, как в Академии Ф. Бруни, столп старой школы, в свое время соперничавший с Брюлловым картиной “Медный змий”.

Перов, вспоминая годы своего ученичества, говорил, что съезжались туда “со всех концов великой и разноплеменной России. И откуда у нас только не было учеников!.. Были они из далекой и холодной Сибири, из теплого Крыма и Астрахани, из Польши, Дона, даже с Соловецких островов и Афона, а в заключение были и из Константинополя. Боже, какая, бывало, разнообразная, разнохарактерная толпа собиралась в стенах Училища!..”.

Самобытные таланты, выкристаллизовавшиеся из этого раствора, из этой пестрой смеси “племен, наречий и состояний”, стремились, наконец, поведать о том, чем они жили, что им было кровно близко. В Москве этот процесс был начат, в Петербурге он скоро ознаменовался двумя поворотными событиями, положившими конец академической монополии в искусстве. Первое: в 1863 году 14 выпускников Академии во главе с И. Крамским отказались писать дипломную картину на предложенный сюжет “Пир в Валгалле” и просили предоставить им самим выбор сюжетов. Им было отказано, и они демонстративно вышли из Академии, образовав независимую Артель художников по типу коммун, описанных Чернышевским в романе “Что делать?”. Второе событие - создание в 1870 году Товарищества передвижных выставок, душою которого стал тот же Крамской.

Товарищество передвижников не в пример многим позднейшим объединениям обошлось без всяких деклараций и манифестов. В его уставе лишь говорилось, что члены Товарищества должны сами вести свои материальные дела, не завися в этом отношении ни от кого, а также сами устраивать выставки и вывозить их в разные города (“передвигать” по России), чтобы знакомить страну с русским искусством. Оба эти пункта имели существенное значение, утверждая независимость искусства от властей и волю художников к широкому общению с людьми не только столичными. Главная роль в создании Товарищества и выработке его устава принадлежала помимо Крамского Мясоедову, Ге - из петербуржцев, а из москвичей - Перову, Прянишникову, Саврасову.

9 ноября 1863 г. большая группа выпускников Академии художеств отказалась писать конкурсные работы на предложенную тему из скандинавской мифологии и покинула Академию. Во главе бунтарей стоял Иван Николаевич Крамской (1837—1887). Они объединились в артель и стали жить коммуной. Через семь лет она распалась, но к этому времени зародилось «Товарищество художественных передвижных вставок», профессионально-коммерческое объединение художни­ков, стоявших на близких идейных позициях.

«Передвижники» были едины в своем неприятии «академизма» его мифологией, декоративными пейзажами и напыщенной театральностью. Они хотели изображать живую жизнь. Ведущее место в их творчестве заняли жанровые (бытовые) сцены. Особой симпатией «передвижников» пользовалось крестьянство. Они показывали его нужду, страдания, угнетенное положение. В ту пору — в 60—70-е гг. XIX в.— идейная сторона искусства ценилась выше, чем эстетическая. Лишь со временем художники вспомнили о самоценности живописи.

Пожалуй, самую большую дань идейности отдал Василий Григорьевич Перов (1834—1882). Достаточно вспомнить такие его картины, как «Приезд станового на следствие», «Чаепитие в Мытищах». Некоторые работы Перова проникнуты подлинным трагизмом («Тройка», «Старики-родители на могиле сына»). Кисти Перова принадлежит ряд портретов его знаменитых современников (Островского, Тургенева, Достоевского).

Некоторые полотна «передвижников», писанные с натуры или под впечатлением от реальных сцен, обогатили наши представле­ния о крестьянской жизни. В картине С. А. Коровина «На миру» показана стычка на сельском сходе между богачом и бедняком. В. М. Максимов запечатлел ярость, слезы, и горе семейного раздела. Торжественная праздничность крестьянского труда отражена в картине Г. Г. Мясоедова «Косцы».

В творчестве Крамского главное место занимала портретная живопись. Он писал Гончарова, Салтыкова-Щедрина, Некрасова. Ему принадлежит один из лучших портретов Льва Толстого. Пристальный взгляд писателя не оставляет зрителя, с какой бы точки он ни смотрел на полотно. Одно из наиболее сильных произведений Крамского — картина «Христос в пустыне».

Открывшаяся в 1871 году первая выставка «передвижников» убедительно продемонстрировала существование нового направления, складывавшегося на протяжении 60-х годов. На ней было всего 46 экспонатов (в отличие от громоздких выставок Академии), но тщательно отобранных, и хотя выставка не была нарочито программной, общая неписаная программа вырисовывалась достаточно ясно. Были представлены все жанры - исторический, бытовой, пейзажный портретный, - и зрители могли судить, что нового внесли в них «передвижники». Не повезло только скульптуре (была одна, и то мало примечательная скульптура Ф. Каменского), но этому виду искусства «не везло» долго, собственно всю вторую половину века.

К началу 90-х годов среди молодых художников московской школы были, правда, те, кто достойно и серьезно продолжали гражданственную передвижническую традицию: С. Иванов с его циклом картин о переселенцах, С. Коровин - автор картины «На миру», где интересно и вдумчиво раскрыты драматические (действительно драматические!) коллизии дореформенной деревни. Но не они задавали тон: близился выход на авансцену «Мира искусства», равно далекого и от передвижничества и от Академии. Как выглядела в ту пору Академия? Ее художественные прежние ригористические установки выветрились, она больше не настаивала на строгих требованиях неоклассицизма, на пресловутой иерархии жанров, к бытовому жанру относилась вполне терпимо, только предпочитала, чтобы он был «красивым», а не «мужицким» (пример «красивых» неакадемических произведений - сцены из античной жизни популярного тогда С. Бакаловича). В массе своей неакадемическая продукция, как это было и в других странах, являлась буржуазно-салонной, ее «красота» - пошловатой красивостью. Но нельзя сказать, чтобы она не выдвигала талантов: очень талантлив был упоминавшийся выше Г. Семирадский, рано умерший В. Смирнов (успевший создать впечатляющую большую картину «Смерть Нерона»); нельзя отрицать определенных художественных достоинств живописи А. Сведомского и В. Котарбинского. Об этих художниках, считая их носителями «эллинского духа» одобрительно отзывался в свои поздние годы Репин, они импонировали Врубелю, так же как и Айвазовский - тоже «академический» художник. С другой стороны, не кто иной, как Семирадский, в период реорганизации Академии решительно высказался в пользу бытового жанра, указывая как на положительный пример на Перова, Репина и В. Маяковского. Так что точек схода между «передвижниками» и Академией было достаточно, и это понял тогдашний вице-президент Академии И.И. Толстой, по инициативе которого и были призваны к преподаванию ведущие «передвижники».

Но главное, что не позволяет вовсе сбрасывать со счетов роль Академии художеств, прежде всего как учебного заведения, во второй половине века, - это то простое обстоятельство, что из ее стен вышли многие выдающиеся художники. Это и Репин, и Суриков, и Поленов, и Васнецов, а позже - Серов и Врубель. Причем они не повторили «бунта четырнадцати» и, по-видимому, извлекли пользу из своего ученичества. Точнее, они все извлекли пользу из уроков П.П. Чистякова, которого поэтому и называли «всеобщим учителем». Чистякова заслуживает особого внимания.

Есть даже что-то загадочное во всеобщей популярности Чистякова у художников очень разных по своей творческой индивидуальности. Несловоохотливый Суриков писал Чистякову длиннейшие письма из-за границы. В. Васнецов обращался к Чистякову со словами: «Желал бы называться вашим сыном по духу». Врубель с гордостью называл себя чистяковцем. И это, не смотря на то, что как художник Чистяков был второстепенным, писал вообще мало. Зато как педагог был в своем роде единственным. Уже в 1908 году Серов писал ему: «Помню вас, как учителя, и считаю вас единственным (в России) истинным учителем вечных, незыблемых законов формы - чему только и можно учить». Мудрость Чистякова была в том, что он понимал, чему учить можно и должно, как фундаменту необходимого мастерства, а чему нельзя - что идет от таланта и личности художника, которые надо уважать и относиться с пониманием и бережно. Поэтому его система обучению рисунку, анатомии и перспективе не кого не сковывала, каждый извлекал из нее нужное для себя, оставался простор личным дарованиям и поискам, а фундамент закладывался прочный. Чистяков не оставил развернутого изложения своей «системы», она реконструируется в основном по воспоминаниям его учеников. Эта была система рационалистическая, суть ее заключалась в сознательном аналитическом подходе к построению формы. Чистяков учил «рисовать формой». Не контурами, не «чертежно» и не тушевкой, а строить объемную форму в пространстве, идя от общего к частному. Рисование по Чистякову, есть интеллектуальный процесс, “выведение законов из натуры” - это он и считал необходимой основой искусства, какая бы не была у художника «манера» и «природный оттенок». На приоритете рисунка Чистяков настаивал и со своей склонностью к шутливым афоризмам выражал это так: «Рисунок - мужская часть, мужчина; живопись – женщина».

Уважение к рисунку, к построенной конструктивной форме укоренилось в русском искусстве. Был ли тут причиной Чистяков с его «системой» или общая направленность русской культуры к реализму была причиной популярности чистяковского метода, - так или иначе, русские живописцы до Серова, Нестерова и Врубеля включительно чтили «незыблемые вечные законы формы» и остерегались «развеществления» или подчинения красочной аморфной стихии, как бы ни любили цвет.

В числе передвижников, приглашенных в Академию, было двое пейзажистов - Шишкин и Куинджи. Как раз в то время начиналось в искусстве гегемония пейзажа и как самостоятельного жанра, где царил Левитан, и как равноправного элемента бытовой, исторической, отчасти и портретной живописи. Вопреки прогнозам Стасова, полагающего, что роль пейзажа будет уменьшаться, она в 90-е годы возросла, как никогда. Преобладал лирический «пейзаж настроения», ведущий свою родословную от Саврасова и Поленова.

«Передвижники» совершили подлинные открытия в пейзажной живописи. Алексей Кондратьевич Саврасов (1830—1897) сумел показать красоту и тонкий лиризм простого русского пейзажа. Его картина «Грачи прилетели» (1871) заставила многих современни­ков по-новому взглянуть на родную природу.

Федор Александрович Васильев (1850—1873) прожил ко­роткую жизнь. Его творчество, оборвавшееся в самом начале, обогатило отечественную живопись рядом динамичных, волнующих пейзажей. Художнику особенно удавались переходные состояния в природе: от солнца к дождю, от затишья к буре.

Певцом русского леса, эпической широты русской природы стал Иван Иванович Шишкин (1832—1898). Архипа Ивановича Куинджи (1841—1910) привлекала живописная игра света и воздуха. Таинственный свет луны в редких облаках, красные отсветы зари на белых стенах украинских хат, косые утренние лучи, пробившиеся сквозь туман и играющие в лужицах на раскисшей дороге, — эти и многие другие живописные открытия запечатлены на его полотнах.

Своей вершины русская пейзажная живопись XIX века достигла в творчестве ученика Саврасова Исаака Ильича Левитана (1860—1900). Левитан — мастер спокойных, тихих пейзажей Человек очень робкий, стеснительный и ранимый, он умел отдыхать только наедине с природой, проникаясь настроением полюбившегося пейзажа.

Однажды приехал он на Волгу писать солнце, воздух и речные просторы. Но солнца не было, по небу ползли бесконечные тучи, и прекращались унылые дожди. Художник нервничал, пока не втянулся в эту погоду и не обнаружил особую прелесть сиреневых красок русского ненастья. С той поры Верхняя Волга заштатный городок Плес прочно вошли в его творчество. В тех краях он создал свои «дождливые» работы: «После дождя», «Хмурый день», «Над вечным покоем». Там же были написаны умиротворенные вечерние пейзажи: «Вечер на Волге», «Вечер. Золотой плес», «Вечерний звон», «Тихая обитель».

В последние годы жизни Левитан обратил внимание на творчество французских художников-импрессионистов (Э. Мане, К. Моне, К. Писарро). Он понял, что у него с ними много общего, что их творческие поиски шли в том же направлении. Как и они, он предпочитал работать не в мастерской, а на воздухе (на пленэре, как говорят художники). Как и они, он высветлил палитру, изгнав темные, землистые краски. Как и они, он стремился запечатлеть мимолетность бытия, передать движения света и воздуха. В этом они пошли дальше его, но почти растворили в световоздушных потоках объемные формы (дома, деревья). Он избежал этого.

«Картины Левитана требуют медленного рассматривания, — писал большой знаток его творчества К. Г. Паустовский, — Они не ошеломляют глаз. Они скромны и точны, подобно чеховским рассказам, но чем дольше вглядываешься в них, тем все милее становится тишина провинциальных посадов, знакомых рек и проселков».

На вторую половину XIX в. приходится творческий рас­цвет И. Е. Репина, В. И. Сурикова и В. А. Серова.

Илья Ефимович Репин (1844—1930) родился в городе Чугуев, в семье военного поселенца. Ему удалось поступить в Академию художеств, где его учителем стал П. П. Чистяков, воспитавший целую плеяду знаменитых художников (В. И. Сурикова, В. М. Вас­нецова, М.А. Врубеля, В.А. Серова). Многому научился Репин также у Крамского. В 1870 г. молодой художник совершил путешествие по Волге. Многочисленные этюды, привезенные из путешествия, он использовал для картины «Бурлаки на Волге» (1872). Она произвела сильное впечатление на общественность. Автор сразу выдвинулся в ряды самых известных мастеров.

Репин был очень разносторонним художником. Его кисти принадлежит ряд монументальных жанровых полотен. Пожалуй, не меньшее впечатление, чем «Бурлаки», производит «Крестный ход в Курской губернии». Яркое голубое небо, пронизанные солнцем облака дорожной пыли, золотое сияние крестов и облаче­ний, полиция, простой народ и калеки — все уместилось на этом полотне: величие, сила, немощь и боль России.

Во многих картинах Репина затрагивалась революционная тематика («Отказ от исповеди», «Не ждали», «Арест пропагандиста»). Революционеры на его картинах держатся просто и есте­ственно, чуждаясь театральных поз и жестов. На картине «Отказ от исповеди» приговоренный к смерти словно бы нарочно спрятал руки в рукава. Художник явно сочувствовал героям своих картин.

Ряд репинских полотен написан на исторические темы («Иван Грозный и его сын Иван», «Запорожцы, сочиняющие письмо турецкому султану» и др.). Репин создал целую галерею портретов. Он написал портреты - ученых (Пирогова и Сеченова), - писателей Толстого, Тургенева и Гаршина, - композиторов Глинки и Мусоргского, - художников Крамского и Сурикова. В начале XX в. он получил заказ на картину «Торжественное заседание Государственного совета». Художнику удалось не только композиционно разместить на полотне такое большое число присутствующих, но и дать психологическую характеристику многим их них. Среди них были такие известные деятели, как С.Ю. Витте, К.П. Победоносцев, П.П. Семенов Тян-Шанский. Малозаметен на картине, но очень тонко выписан Николай II.

Василий Иванович Суриков (1848—1916) родился в Красноярске, в казачьей семье. Расцвет его творчества приходится на 80-е гг., когда он создал три самые знаменитые свои исторические картины: «Утро стрелецкой казни», «Меншиков в Березове» и «Боярыня Морозова».

Суриков хорошо знал быт и нравы прошлых эпох, умел давать яркие психологические характеристики. Кроме того, он был прекрасным колористом (мастером цвета). Достаточно вспомнить ослепительно свежий, искрящийся снег в картине «Боярыня Морозова». Если же подойти к полотну поближе, снег как бы «рассыпается» на синие, голубые, розовые мазки. Этот живописный прием, когда два три разных мазка на расстоянии сливаются и дают нужный цвет, широко использовали французские импрессионисты.

Валентин Александрович Серов (1865—1911), сын композитора, писал пейзажи, полотна на исторические темы, работал как театральный художник. Но славу ему принесли, прежде всего, портреты.

В 1887 г. 22-летний Серов отдыхал в Абрамцеве, подмосковной даче мецената С. И. Мамонтова. Среди его многочисленных детей молодой художник был своим человеком, участником их шумных игр. Однажды после обеда в столовой случайно задержались двое — Серов и 12-летняя Веруша Мамонтова. Они сидели за столом, на котором остались персики, и за разговором Веруша не заметила, как художник начал набрасывать ее портрет. Работа растянулась на месяц, и Веруша сердилась, что Антон (так по-домашнему звали Серова) заставляет ее часами сидеть в столовой.

В начале сентября «Девочка с персиками» была закончена. Несмотря на небольшой размер, картина, написанная в розово золотистых тонах, казалась очень «просторной». В ней было много света и воздуха. Девочка, присевшая за стол как бы на минуту и остановившая свой взор на зрителе, зачаровывала ясностью и одухотворенностью. Да и все полотно было овеяно чисто детским восприятием повседневности, когда счастье себя не сознает, а впереди — целая жизнь.

Обитатели «абрамцевского» дома, конечно, понимали, что на их глазах свершилось чудо. Но только время дает окончательные оценки. Оно и поставило «Девочку с персиками» в ряд лучших портретных работ в русской и мировой живописи.

На следующий год Серов сумел почти повторить свое волшебство. Он написал портрет своей сестры Марии Симонович («Девушка, освещенная солнцем»). Название закрепилось немно­го неточное: девушка сидит в тени, а лучами утреннего солнца освещена поляна на втором плане. Но на картине все так слитно, так едино — утро, солнце, лето, молодость и красота, — что лучшее название трудно придумать.

Серов стал модным портретистом. Перед ним позировали известные писатели, артисты, художники, предприниматели, аристократы, даже цари. По-видимому, не ко всем, кого он писал, лежала у него душа. Некоторые великосветские портреты, при филигранной технике исполнения, получились холодными.

Несколько лет Серов преподавал в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Он был требовательным педагогом. Противник застывших форм живописи, Серов вместе с тем считал, что творческие поиски должны основываться на твердом владении техникой рисунка и живописного письма. Многие выдающиеся мастера считали себя учениками Серова. Это - М.С. Сарьян, К.Ф. Юон, П.В. Кузнецов, К. С. Петров-Водкин.

Многие картины Репина, Сурикова, Левитана, Серова, «пере­движников» попали в собрание Третьякова. Павел Михайлович Третьяков (1832—1898), представитель старинного московского купеческого рода, был необычным человеком. Худой и высокий, с окладистой бородой и тихим голосом, он больше походил на святого, чем на купца. Собирать картины русских художников начал с 1856 г. Увлечение переросло в главное дело жизни. В начале 90-х гг. собрание достигло уровня музея, поглотив почти все состояние собирателя. Позднее оно перешло в собственность Москвы. Третьяковская галерея стала всемирно известным музеем русской живописи, графики и скульптуры.

В 1898 г. в Петербурге, в Михайловском дворце (творе­ние К. Росси) был открыт Русский музей. В него поступили произведения русских художников из Эрмитажа, Академии художеств и некоторых императорских дворцов. Открытие этих двух музеев как бы увенчало достижения русской живописи XIX века.


Русская национальная музыка



создание национальной русской музыки. С чьими именами связано это важнейшее дело.


Дело создания национальной русской музыки, начатое М. И. Глинкой, в середине XIX в. было еще далеко не закончено. На оперных сценах по-прежнему тон задавали итальянские артисты, в концертных залах почти не звучала русская музыка.

В 60-е гг. в Петербурге сплотилась небольшая группа композиторов, поставившая перед собой цель продолжить де­ло М. И. Глинки. Впоследствии эту группу прозвали «могучей кучкой». Ее душой, главным организатором и теоретиком был Милий Алексеевич Балакирев (1836—1910). В 1866 г., после кропотливой работы, он издал «Сборник русских народных песен». В состав «могучей кучки» входили - М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-Корсаков, А. П. Бородин.

В 1873 г. была поставлена «Псковитянка» — первая опера Николая Андреевича Римского-Корсакова (1844—1908). Она занимает особое место в его творчестве. По силе и глубине музыкального драматизма «Псковитянка» превосходит почти все другие его оперы. По верности же и последовательности в проведении национального колорита она стала в один ряд с операми Глинки. Народными песенными мелодиями пронизана вся музыка «Псковитянки», с особой силой они звучат во втором акте, где изображается псковское вече. Многие другие оперы Римского-Корсакова написаны на сказочные сюжеты. Акварельной прозрачностью отличается музыка «Снегурочки», грустной сказки о весне и первой любви.

Музыкальная драма занимала главное место в творчестве Модеста Петровича Мусоргского (1839—1881). Влечение к музыке он почувствовал с шести лет. Но профессия музыканта считалась недостойной дворянина. Мусоргского отдали в Школу гвардейских подпрапорщиков (в которой когда-то учился Лермонтов). Мусоргский не забывал о музыке, брал частные уроки, а после знакомства с Даргомыжским и Балакиревым вышел в отставку и целиком посвятил себя любимому делу. В 1869 г. он предложил дирекции императорских театров оперу «Борис Годунов» (по драме Пушкина). В 1874 г. она была поставлена в петербургском Мариинском театре.

Постановка не имела успеха. Публика, привыкшая к итальян­ской опере, оказалась не готовой к восприятию русской музыкаль­ной драмы. Критики осыпали насмешками творение Мусоргского, преувеличивая недостатки и замалчивая достоинства. У компози­тора наступила длительная депрессия, связанная с непризнанием его творчества, одиночеством, бедностью. Умер он в солдатском госпитале.

Мусоргский оставил незаконченной музыкальную драму «Хо­ванщина» (из эпохи стрелецких бунтов при Петре I). Римский-Корсаков привел в порядок рукописи Мусоргского и по возможно­сти доработал его произведение. Некоторые места в «Хованщине» (например, «Рассвет над Москвой-рекой») необыкновенно красивы. Кульминационные сцены полны захватывающего драматизма. «Борис Годунов» и «Хованщина» многие годы не сходят с оперных подмостков в нашей стране и за рубежом.

«Князь Игорь», единственная опера Александра Порфирьевича Бородина (1833—1887), была поставлена после его смерти. Опера отличается правдивостью и красотой национального колорита, которому противопоставляется восточный (половецкий) колорит.

Бородин был профессором химии, музыкой же занимался в немногие часы досуга. Тем удивительнее та легкость, с которой он решал сложные музыкальные задачи и в опере, и в симфониях (вторую его симфонию критики назвали «Богатырской»). Бородин стремился к широте и эпичности музыкального повествования. Это не лишало его музыку задушевности и тонкой лиричности.

Деятельность «могучей кучки» — настолько яркое явление в русской культуре, что современники говорили о «музыкальной революции» 60—70-х гг. С блеском справившись с поставленной задачей, «могучая кучка» окончательно утвердила в музыке русские национальные начала.

Петр Ильич Чайковский (1840—1893) не входил в «могучую кучку». Он тяготел к общеевропейским музыкальным формам, в его музыке чувствуется принадлежность к русской школе. Музыку Чайковского знают все. Во всём мире любители музыки восхищаются его операми и симфоническими произведениями. Его справедливо относят к числу величайших композиторов мира, а в Москве каждые два года проводится Международный конкурс, который носит его имя.

Кумиром Чайковского был Моцарт, являвшийся по глубокому убеждению композитора, высшей, кульминационной точкой, «до которой красота досягала в сфере музыки». Идеалом для себя почитал Петр Ильич полифоническое мастерство великого мастера, обладавшего «способностью из ничтожного материала строить колоссальные здания», его умение «при самых сложных контрапунктических комбинациях, при самом широком симфоническом развитии тем и неисчерпаемом богатстве чередующихся эффектов контраста».

Чайковский восхищался Бетховеном, который также мог «из простой, но чреватой бесчисленными гармонико - ритмическими комбинациями основной мысли возвести громадное музыкальное здание, поражающее и красивостью общего вида, и законченностью деталей, несмотря на разнообразие и контрасты в отдельных частях, проникнутое единством основного мотива».

Зимние каникулы 1867 - 68 года Петр Ильич провел у родных в Петербурге. Там он познакомился с петербургским композитором, дирижером и пианистом М.А. Балакиревым, приехавшим в январе 1868-го в Москву. Знакомство было началом дружеских и творческих отношений музыкантов на долгие годы.

Когда Петр Ильич в апреле того же года был в Петербурге, Милий Алексеевич познакомил его с членами возглавляемой им «Могучей кучки» - Н.А. Римским-Корсаковым, А.П. Бородиным, М.П. Мусоргским, Ц.А. Кюи.

Считая петербургских композиторов очень талантливыми, Чайковский не разделял их «ужасного самомнения и чисто дилетантской уверенности в своём превосходстве над остальным миром», пренебрежения к основам профессионального музыкального образования, презрения к академической школе и к классической музыке.

Вскоре, несмотря на различие творческих взглядов Николая Андреевича и Петра Ильича, между ними установились дружеские отношения. И когда Римский-Корсаков, поняв необходимость профессионального образования, стал усиленно изучать теорию музыки и композицию, то обратился за помощью к московскому другу.

В 1869 году Петр Ильич Чайковский создает увертюру-фантазию «Ромео и Джульетта», произведение, которому суждено было стать всемирно известным шедевром.

7 марта 1870 года Чайковский присутствовал на первом исполнении «Ромео и Джульетты» в Москве. Дирижировал Николай Рубинштейн. И хотя композитор написал брату Анатолию, что это - лучшее из созданного им до тех пор, после премьеры он все-таки решил переработать сочинение. Несмотря на восторженные отзывы, композитор был не вполне удовлетворен своим сочинением. В 1880 году он снова обратится к нему и будет совершенствовать партитуру.

На сюжет шекспировской трагедии – «этот старый, но вечно новый», по словам Петра Ильича, сюжет - он хотел написать и оперу, даже сделал уже наброски центральной сцены - дуэта Ромео и Джульетты . Однако произведение не было закончено.

Широко известными стали и все шесть романсов, написанные в ноябре 1869 года: «Не верь, мой друг», «Слеза дрожит», «Ни слова, о друг мой», «И больно, и сладко», «Отчего и «Нет, только тот, кто знал» (последний романс упоминает И.С.Тургенев в повести «Клара Милич»).

Эти романсы (не считая трех юношеских) положили начало камерной вокальной лирике композитора - жанру, в котором он плодотворно работал всю жизнь и сочинил более ста произведений, составивших целую эпоху в русской музыке и исполненных поэтичности и выразительности мелодического начала.

Еще в декабре 1872 года на заседании музыкального комитета при театральной дирекции Мариинского театра Петр Ильич проиграл законченную им оперу «Опричник», над которой начал работу зимой 1869 года. Новое произведение получило единогласное одобрение, и было принято к постановке.

На премьеру, состоявшуюся 12 апреля 1874 года, приехал профессорский состав Московской консерватории вместе с Николаем Григорьевичем Рубинштейном. Присутствовал весь музыкальный Петербург. Опера была хорошо принята, С успехом проходили и следующие спектакли в Петербурге. Слушателей привлекали большие хоровые сцены и яркие музыкальные образы, страстный, пылкий Андрей, нежная, трогательная и вместе с тем волевая Наталья, сильная духом мать Андрея - боярыня Морозова.

Испробовав свои силы в жанре народно-бытовой оперы «Воевода», лирико-фантастической «Ундина», в своей третьей опере композитор обратился к трагедийному жанру. В основе сюжета, созданного по трагедии И. И. Лажечникова «Опричник»,- конфликтные, остродраматические ситуации, в которых раскрывается трагическая судьба молодого опричника Андрея Морозова, вступившего в неравную борьбу с грозным царем, отстаивая любовь и честь своей невесты Натальи.

26 июля того же 1874 года исполнение «Опричника» состоялось в Одессе с участием артистов Мариинского театра. Это была первая постановка оперы Чайковского в провинции, и композитор стал свидетелем ее успеха - исключительного и даже триумфального.

Вскоре после премьеры «Опричника», весной 1875 года, дирекция императорских театров заказала композитору балет. Стесненный в средствах, Петр Ильич принял заказ - работу нужно было закончить к весне следующего года. Но не только материальные соображения привели его к согласию, а, прежде всего давнее желание «попробовать себя в этого рода музыке». Он решительно берется за сочинение балета, потому что внутренне чувствует себя подготовленным к этому.

За годы, прошедшие после сочинения «Ундины», Чайковский убедился, что фантастический элемент в опере не вдохновляет его. Но в жанре балета он представлялся композитору не только возможным, но и необходимым (что подтвердится дальнейшим выбором сюжетов для других балетов«Спящая красавица», «Щелкунчик»). Миру волшебных образов был посвящен детский одноактный балет «Озеро лебедей», который Петр Ильич сочинил в 1871 году для своих племянников, когда гостил у сестры в Каменке.

Более других привлекал Петра Ильича балет А. Адана «Жизель», в музыке которого фантастика органически сочеталась с лиризмом. Образцом же для него были танцевальные сцены в операх Глинки: волшебные танцы в саду Черномора из «Руслана и Людмилы», полонез, мазурка и краковяк из «Ивана Сусанина», представлявшие собой законченные музыкальные произведения.

Новаторство «Лебединого озера» - необычность и непохожесть его на предшествующее - если и было не до конца сразу понято, то сразу же отмечено и публикой и критикой, хотя порой и вызывало недоумение просвещенных меломанов. Одни упрекали композитора в бедности творческой фантазии, однообразии тем и мелодий, в некоторой монотонности. Другие считали, что музыка прекрасна, более того - даже слишком хороша для балета. Тем не менее, премьера балета в московском Большом театре (20 февраля 1877) прошла с успехом, и спектакль стоял в репертуаре до 1883 года, когда пришли в полную негодность декорации этой постановки.

Первоначальное либретто «Лебединого озера» В.П.Бегичева и В. Ф. Гельцера несколько отличалось от либретто, которое сделал Модест Ильич в 1895 году для новой постановки балета в Мариинском театре (созданная Л.И.Ивановым и М.М. Петипа, она стала классикой мировой хореографии).

Так, в первом варианте добрый волшебник превращает Одетту и ее подруг в лебедей, чтобы охранить их от «злых козней» ведьмы, Мачехи-совы. Одетту защищает талисман-корона: пока корона на голове девушки-лебеди, ничто не угрожает ее жизни. Не зная этого, принц, изменивший Одетте по злой воле ведьмы, приходит искупить свою вину, но, срывая корону с головы своей возлюбленной и думая этим удержать любовь девушки, он невольно губит ее. Когда Одетта умирает, то принц гибнет вместе с ней в волнах озера во время бури и наводнения.

У М. И. Чайковского содержание балета изложено иначе: лебеди - принцесса Одетта с подругами, - заколдованные злым гением, лишь ночью принимают вид девушек. Спасти Одетту может только преданная любовь. Увидев девушек-лебедей на охоте, принц Зигфрид полюбил Одетту и решил стать ее спасителем. Но злой гений привел на торжество выбора невест свою дочь Одиллию, придав ей облик Одетты. Зигфрид выбирает ее себе в невесты: изменив Одетте, он оставляет девушку навсегда во власти злого гения. Одетта бросается в озеро, а Зигфрид, узнав о своей роковой ошибке и о гибели Одетты, закалывается. Так любовь побеждает злые козни. Это содержание сохранилось и в современных постановках балета. За исключением трагической развязки. Гибель Одетты и Зигфреда заменена торжествующей победой принца в единоборстве со злым гением - Ротбартом, лебеди превращаются в девушек. Такое окончание в принципе не разрушает авторской концепции: и в том, и в другом случае любовь торжествует над злобными силами и оказывается сильнее смерти. В музыке балета композитор раскрывает глубокие человеческие чувства, сложную гамму душевных состояний во всём их многообразии, противоречивости.

Несмотря на фантастический сюжет, «Лебединое озеро» воспринимается как настоящая драма, правдиво рассказывающая о реальных и глубоких чувствах, и волнует она не меньше, чем подлинная лирическая драма - опера «Евгений Онегин».

Опера «Евгений Онегин», написанная для консерваторского спектакля в Москве, вскоре была поставлена в театре, а затем завоевала мировое признание. Свежесть и изящество, тонкая отделанность, мелодическое богатство и проникновенная ритмичность — основные черты музыки Чайковского. Особенно ярко они проявились в его симфонических поэмах «Ромео и Джульетта», «Буря», «Франческа да Римини».

Как нередко бывало прежде, не успев окончить какое-либо произведение, Петр Ильич начинал работу над следующим (один замысел сменялся другим, приходили новые заказы), так случилось и теперь. Еще не завершив балет, он уступил просьбе редактора и издателя петербургского журнала «Нувеллист», Н.М.Бернарда, и начал сочинять цикл пьес для фортепиано «Времена года».

В истории мировой фортепианной литературы было немало произведений, в которых авторы «звукописали» картины природы, сельские пейзажи. Петр Ильич был знаком с фортепианными циклами Р.ШуманаДетские сцены», «Лесные сцены», «Бабочки»), Ф. ЛистаГоды странствий», «Альбом путешественника»), Ф. МендельсонаПесни без слов»). Он и сам уже писал подобные сочинения: «Развалины замка» и пьесы в сборнике «Детский альбом». В предложенном ему цикле «Времена года», ставшем уникальном в своем жанре, композитора привлекала возможность выразить свою любовь к русской природе, которую он любил, по его словам, больше всякой другой, родной земле, людям, быту с праздничными обрядами и трудовыми буднями. Двенадцать пьес цикла - картины русского быта в разное время года - создают лирическое настроение. При печатании пьес названия месяцев не указывались. Эпиграфы к пьесам подбирал сам издатель, обратившись к произведениям русских поэтов, на стихотворениях которых композитор наиболее часто писал свои романсы: В.А.Жуковского, А.Н.Майкова, Н.А.Некрасова, А.Н.Плещеева, А.С. Пушкина, А.К.Толстого, А.А.Фета.

Чайковский много путешествует, подолгу живет за рубежом - в Швейцарии, Италии, в Париже, других городах Западной Европы. Его творческие интересы становятся шире и разнообразнее, о чём говорят большинство крупных произведений композитора: оперы «Орлеанская дева» (1879), «Мазепа» (1883), «Чародейка» (1887), программная симфония «Манфред» ( по Байрону, 1885), Пятая симфония (1888). Эти «годы странствий» стали для композитора периодом «накопления новых и новых творческих сил, художественного мастерства и мудрости».

Имя Чайковского становится известно во всем мире, его произведения исполняются в Европе и Америке, иногда даже раньше, чем в России.

В то же время, когда Пётр Ильич начал сочинение «Пятой симфонии», он получил от И.А.Всеволожского письмо с предложением написать балет «Спящая красавица». А к августу либретто будущего балета, составленное самим Всеволожским, было готово.

Сюжет сказки, написанной почти двести лет назад французским писателем Шарлем Перро, показался композитору «так поэтичен, так благодарен для музыки», что по приезду в Петербург в начале ноября он сразу же встретился с Иваном Александровичем для переговоров и вскоре начал с увлечением работать над новым произведением.

В этом фантастическом мире образов Чайковского привлекала прежде всего возможность снова воплотить в музыке вечную проблему реальной жизни: борьбу Добра и Зла, победу светлых идеалов Красоты, Радости, Любви.

Премьера балета в петербургском Мариинском театре прошла с триумфом. Постановку осуществил Мариус Петипа. В откликах на новый балет отмечалось, что «Спящая красавица» - «самое крупное явление в музыкально-театральной области». Некоторые критики упрекали композитора в «излишней симфонизации» музыки.

В последний период жизни (1887 -1893 гг.) композитор создал наиболее трагическое произведение - оперу «Пиковая дама».

«В настоящее время я осуществляю неслыханный подвиг: шесть недель тому назад я приехал сюда с оперным либретто в кармане, а через два месяца нужно, чтобы все было закончено. Я работаю со страстью и бесконечным наслаждением, так как сюжет мне нравится, есть настроение работать...», - писал Чайковский Арто из Флоренции 25 февраля 1890 года.

Работая вместе с братом над либретто, Петр Ильич особое внимание обращал на краткость и лаконизм в изложении, стремясь избежать многословия.

«Пиковую даму» Чайковский создавал как монооперу: через образ Германа - героя драмы, - как сквозь призму «пропускал» все события и развитие действия.

Начав писать оперу 19 января 1890 года, Петр Ильич уже через сорок четыре дня (3 марта - срок небывалый!) окончил эскизы. Вслед за этим в течение месяца был сделан клавир, а к 8 июня и вся оркестровка. В августе весь нотный материал «Пиковой дамы» был передан в дирекцию театров. Вместе с ним Петр Ильич привез в Петербург еще одну партитуру - секстет «Воспоминания о Флоренции», который начал сочинять сразу же после окончания оркестровки оперы.

В 1892 году были написаны опера «Иоланта» и балет «Щелкунчик».

В «Иоланте» продолжились поиски композитора в создании лирико-психологической драмы. Здесь, вслед за «Пиковой дамой», Чайковский сконцентрировал многое, типичное для своего оперного и симфонического мышления. Прежде всего - идею и трактовку сюжета оперы, а также приемы музыкальных характеристик действующих лиц, принципы музыкальной драматургии. В «Иоланте» он также воплощает светлые образы, «порыв к счастью». Главная ее тема, которую композитор называет «мотивом света», определяет неуклонное движение в музыке от тьмы к свету: от мрачности таинственной интродукции (вступления) к дуэту Иоланты и Водемона «Чудный дар природы вечной» и финалу оперы - ликующим гимнам в честь радости жизни.

В основу музыки двухактного балета-феерии «Щелкунчик» легла подробнейшим образом разработанная программа Мариуса Петипа, созданная по сюжету сказки Э.Т.А. Гофмана и А.Дюма-отца. Сказка о Добре и Справедливости нашла свое выражение в жанре лирико-характеристического балета, где классический танец чередуется с характерным танцем и пантомимой, где еще большую роль играет симфонизация, насыщение танцевальной музыки подлинно симфоническими и оперными приемами развития музыкальных образов, а содержание - внутренним психологизмом.

Из симфоний особо выделяется последняя, Шестая, написанная незадолго до смерти и пронизанная предчувствием надвигающейся трагедии.

Балеты Чайковского («Лебединое озеро», «Спящая красавица», «Щелкунчик») вошли в мировую балетную классику. Чайковский написал более ста романсов, много других произведений. Все их трудно перечислить. Музыка его, в европейских одеждах и с русской душой, — гордость России и достояние всего мира.









Заключение




Вся жизнь и творческая деятельность великих мастеров культуры раскрывается будущим поколениям в их наследии. Наследие художников, композиторов, музыкантов, посвятивших себя служению искусству - поражает исключительной многогранностью и разносторонностью.

Их произведения учат доброте, пониманию прекрасного в жизни, в природе, в искусстве. Она учат любить свою Родину, осмысливать и ценить ее историю, ее достояние и ценности. Они помогают формированию гармоничной личности человека.

Вторая половина XIX века — время окончательного утверждения и закрепления национальных форм и традиций в русском искусстве. Наиболее успешно это произошло в музыке, менее успешно — в архитектуре. В живописи «русская тема» выражалась в жанровых сценках из крестьянской жизни, в исторических полотнах Репина и Сурикова, в пейзаже «проселочной России». Русская культура не замыкалась в национальных рамках, не отделялась от культуры остального мира. Достижения зарубежного искусства находили отклик в России. В свою очередь русская культура (прежде всего литература и музыка) получила всемирное признание. Русская культура заняла почетное место в семье европейских культур.



























Литература:





  1. Романтизм в России


  1. Русская Национальная живопись конца XIX века


  1. Культура и быт России конца XIX века


  1. Большая Энциклопедия K&M


  1. История России




Случайные файлы

Файл
ref-19596.doc
63846.rtf
133309.rtf
133126.rtf
81719.rtf