Винсент ван Гог: жизнь и творчество (69181)

Посмотреть архив целиком

Винсент ван Гог: жизнь и творчество

Эпоха, стиль, направление - постимпрессионизм

Ван Гог родился в семье священника-кальвиниста. Три дяди Винсента занимались торговлей картинами; следуя их примеру, в 1869 г. Он поступил в компанию «Гупиль», торговавшую произведениями искусства, и работал в ее отделениях в Гааге, Лондоне и Париже, пока в 1876 г. не был уволен за некомпетентность. В 1877 г. Ван Гог отправился в Амстердам изучать богословие, но, провалившись на экзамене, поступил в миссионерскую школу в Брюсселе.

В конце ноября 1878 г. он уезжает в Боринаж, шахтерский район Бельгии, чтобы «проповедовать слова Евангелия беднякам и всем нуждающимся». Он навещает больных, старается, насколько возможно, облегчить жизнь окружающим его людям. Винсент считал, что «с шахтерами надо быть шахтером и держаться по-шахтерски, не позволяя себе никакого чванства, зазнайства и заносчивости». Его жизнь в этот период до крайности скромна: он живет в бараке, спит на соломе, его быт мало чем отличается от быта беднейших шахтеров. В письме брату Тео он пишет о своей миссии: «Св. Павел, прежде чем начать проповедовать, отправиться в апостольские скитания и по-настоящему трудиться среди язычников, провел три года в Аравии. Если бы я тоже имел возможность года три поработать в подобной местности, все время учась и наблюдая, я бы, конечно, вернулся и мог бы сказать нечто такое, что действительно ценно, что стоит послушать…»

Чрезмерное религиозное рвение странного приезжего вызвало раздражение властей. Его подвергли допросу, после чего инспектор охарактеризовал его поведение как «религиозное сумасшествие».

Родители и близкие восприняли эксцентричный поступок Винсента враждебно: даже у любимого брата Тео он не встретил понимания. В одном из своих писем к нему Винсент пишет: «Невольно я стал для семьи личностью подозрительной, человеком, на которого нельзя положиться. Я — человек одержимый и способен делать глупости, о которых потом более или менее сожалею. Случается, что я высказываюсь или действую слишком поспешно, в то время как следовало бы терпеливо выждать… Но что делать, раз так получается? Счесть себя человеком опасным и ни на что не способным? Не думаю. Скорее всего, следует сделать все возможное, чтобы использовать эту одержимость наилучшим образом…»

Несмотря на невыносимые условия жизни, в Боринаже он снова начинает рисовать, переживая при этом высокий эмоциональный подъем. В одном из писем брату он признается в том, что «счастлив, что вновь начал рисовать». В этот период в нем с невероятной силой заявляет о себе художник. Не в силах противиться судьбе Винсент в октябре 1880 г. покидает Боринаж.

Зиму 1880—81 гг. Ван Гог провел в Брюсселе, где изучал анатомию и перспективу, зарисовывал свой боринажский опыт. Здесь он познакомился с Антоном Ван Раппардом, в те годы студентом Академии художеств, который пригласил Винсента в свою мастерскую. Все это время Винсент отчаянно тоскует по дому: в апреле 1881 г. художник покидает Брюссель и возвращается в родной Эттен.

Тем временем его младший брат Тео поступил в отделение компании «Гупиль» в Париже. От него Винсент регулярно получает не только скромное содержание, но также и моральную поддержку, несмотря на частые расхождения во взглядах.

В конце 1881 г. после ссоры с отцом Ван Гог покидает дом и перебирается в Гаагу. Некоторое время он учится у известного пейзажиста Антона Мауве, родственника Ван Гога по материнской линии. Однако эксцентричное поведение Винсента, усугублявшееся его застенчивостью, оттолкнуло от него тех, кто хотел ему помочь. Он связал свою жизнь с проституткой по имени Кристина Хоорник (Ван Гог называл ее Син). Ко времени их знакомства Син уже имела одного ребенка и была беременна вторым. Ван Гог, страстно мечтавший о семейном счастье, очень привязался к новорожденному малышу. Он много раз рисовал Син: она позировала художнику для 60 рисунков и акварелей.

В конце концов Кристина ушла от Винсента, и в конце 1883 г. он вернулся к родителям, которые к тому времени переехали в Нюэнен. В работах нюэненского периода, продолжавшегося до ноября 1885 г., начинает проявляться своеобразие творческой манеры Ван Гога. Мастер пишет темными красками, сюжеты его произведений однообразны, в них чувствуется симпатия к крестьянам и сострадание к их тяжелой жизни. Первая большая картина, созданная в нюэненский период, — «Едоки картофеля» — изображает крестьян за ужином. «В ней я старался подчеркнуть, что эти люди, поедающие свой картофель при свете лампы, теми же руками, которые они протягивают к блюду, копали землю; таким образом, полотно говорит о тяжелом труде и о том, что персонажи честно заработали свою еду», — так объясняет он замысел картины в одном из писем к Тео.

Зимой 1885—86 гг. Ван Гог посещает занятия в Академии художеств Антверпена. Художник ведет полунищенское и полуголодное существование. В феврале 1886 г., в состоянии физического и духовного истощения он уезжает к брату в Париж. Поначалу близость любимого брата очень радует Тео. Его письма матери полны оптимизма: «Нам очень нравится наша новая квартира. Ты бы не узнала Винсента, так он изменился… Он быстро совершенствуется в работе и начинает пользоваться некоторым успехом. Настроение у него гораздо лучше, чем прежде, и здесь он многим нравится… У него есть друзья, и они каждую неделю посылают ему букет красивых цветов, которые он использует для натюрмортов. Он пишет главным образом цветы, чтобы найти более светлые и яркие краски для своих будущих картин. Если мы сможем продолжать совместную жизнь, то, думается мне, самый трудный для него период остался позади и он найдет свой путь».

Париж буквально ошеломил Винсента. «В мире существует лишь один Париж, — пишет он Ливенсу в августе 1886 г., — пусть жизнь здесь трудна, пусть она будет даже еще хуже и труднее, все равно парижский воздух проясняет мозги и приносит пользу, огромную пользу…» Его основные темы этого периода — натюрморты с цветами и виды Парижа (Огороды на Монмартре, «Мост через Сену»). Живя на средства брата, в Париже Ван Гог испытывает значительные материальные трудности. В письме тому же Ливенсу он пишет: «У меня не было денег для оплаты моделей, не то бы я всецело посвятил себя работе над фигурой; зато я сделал серию этюдов в цвете — просто писал цветы: красные маки, синие васильки и незабудки, белые и алые розы, желтые хризантемы, ища контрастов синего с оранжевым, красным, зеленым, желтым и фиолетовым, чтобы гармонизировать приглушенные и нейтральные тона с крайне резкими. Пытался передать интенсивный цвет, а не серую гармонию. После этой гимнастики я недавно написал две головы и могу сказать, что они и по свету, и по цвету лучше, чем те, которые я делал раньше. Как мы правильно говорим: ищи жизнь в цвете. Подлинный рисунок — это моделировка цветом. Я сделал дюжину пейзажей — два откровенно зеленые, откровенно синие. Так я борюсь за жизненность и прогресс искусства».

Тяжелый, неуживчивый характер Винсента вскоре дал себя знать. Настроение Тео уже далеко от мажорно-идиллического. В своем письме сестре он пишет о том, в чем не решается признаться матери: «Моя домашняя жизнь почти невыносима: никто больше не хочет приходить ко мне, потому что каждое посещение заканчивается скандалом; кроме того, он так неряшлив, что квартира наша выглядит весьма непривлекательно. Я бы хотел, чтобы он ушел и поселился отдельно; иногда он заговаривает об этом, но если я скажу ему «уходи», для него это будет лишь поводом остаться… В нем как будто уживаются два разных человека: один — изумительно талантливый, деликатный и нежный; второй — эгоистичный и жестокосердый!»

Париж открыл для Ван Гога небывалые доселе возможности. Он поступил в мастерскую Фернана Кормона, где познакомился с Анри Тулуз-Лотреком и Эмилем Бернаром, молодыми и активно работающими художниками. Они научили его ценить японскую гравюру, и он стал ее страстным собирателем и почитателем. Неоднократно он копировал гравюры из своей коллекции масляными красками. Их изящные линии, плоскостность и отсутствие моделировки оказали сильное влияние на формирование новой живописной манеры художника. Ненадолго он увлекся пуантилистской техникой Сёра, но строгая и методичная манера этой живописи не соответствовала его темпераменту. Он всей душой принимает живопись импрессионистов, их метод, неустанно экспериментирует, ищет свою интонацию, свою форму выражения. Художник Э. Бернар, с которым в эти годы Ван Гог особенно сдружился, вспоминает: «Я видел, как он проходил пешком большие расстояния по жаре, чтобы написать понравившийся ему мотив, он никогда не щадил себя. Дождь, ветер, снег — ничто не останавливало его. Он брался за работу в любое время, днем и ночью, чтобы написать звездное небо или полуденное солнце». В это время он много общается, посещает с друзьями-художниками кафе «Тамбурин» — одно из самых оживленных мест Монмартра, хозяйкой которого была Агостина Сегатори. Частенько он заглядывает в лавку папаши Танги, парижского торговца красками, у которого всегда можно было кого-нибудь встретить. Знакомится с самыми разными художниками — Писсарро, Гогеном, Сёра, Синьяком.

Два года, проведенные в Париже, эмоционально истощили Винсента. «Он видел в Париже множество вещей, которые хотел бы написать, но неизменно был лишен возможности это сделать, — пишет Тео в письме своей будущей жене Иоганне Бонгер. — Натурщики не хотели позировать ему, работать на улицах ему запрещали, и в результате его раздражительности постоянно возникали сцены, доводившие его до такого состояния, что ладить с ним не было никакой возможности, а сам Париж становился для него совершенно невыносимым». Не выдержав напряжения, в 1888 г. Ван Гог покидает столицу. «Я уеду куда-нибудь на юг, чтобы не видеть всего этого скопления художников, которые как люди внушают мне отвращение», — пишет он. Винсент планировал добраться до Марселя, где жил и умер художник Адольф Монтичелли, творчеством которого он был в то время увлечен, но в итоге остановил свой выбор на Арле. В этом маленьком южно-французском городке он нашел обилие сельских сюжетов, которые так любил писать. К тому же Арль, как он признается в письме к Бернару, напоминает ему Японию на его любимых гравюрах: тот же прозрачный воздух, сочные цвета — изумрудно-зеленые, золотые, ярко-синие. «Кто любит японское искусство, — пишет он брату Тео, — кто ощутил его влияние, — а это общее явление для всех импрессионистов, — тому есть смысл отправиться в Японию, вернее сказать, в места, равноценные Японии — на Юг. Я считаю, что в конечном счете будущее нового искусства — на Юге».


Случайные файлы

Файл
2997-1.rtf
89341.rtf
90331.rtf
32072.rtf
13571-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.