О происхождении рождественской кукольной мистерии (68984)

Посмотреть архив целиком

О происхождении рождественской кукольной мистерии

Хенрик Юрковский

Исследования истории театра кукол встречают больше трудностей, чем исследования какого-либо другого вида зрелищного искусства, так как театр кукол был, прежде всего, увеселением для народа. Если даже и случалось, что знать проявляла к нему интерес, то интерес этот был кратковременным. И если хроникёры и мемуаристы подчас замечали его, то обыкновенно описывали, как курьёз, не заботясь ни о сборе полной информации, ни об указании связи этого театра с другими видами искусства.

Заметки о театре кукол лишь изредка складывались в логичный ряд размышлений, показывающих взаимосвязь описываемых явлений. Только авторы работ Х1Х века и нашего времени попытались упорядочить сведения о театре кукол, представляя его историю как процесс развития, связанный с условиями жизни самих кукольников или с изменениями театрального искусства вообще. Не все загадки истории театра кукол уже выяснены. К ним относится также генезис представлений, игравшихся в средней и западной Европе по случаю праздника Рождества. В Польше их называли "шопками", на Украине "вертепами", а в Белоруссии "батлейками". Они являются ещё одной разновидностью Рождественской кукольной мистерии.

Рождественские кукольные мистерии были известны в Европе начиная с ХУ1 века. На протяжении веков формировались её многочисленные разновидности, это касалось и архитектуры сцены, и способа использования текста.

"Шопки, вертепы, батлейки" были небольшими переносными театрами, имели форму прямоугольного ящика, состоящего из нескольких ярусов (этажей), из которых, по крайней мере, два представляли собой своеобразные сценические окна. [1] Естественно это давало возможность для экспозиции нескольких мест действия одновременно. Таким образом, это были театрики с "пережитками" симультанной сцены.

В средней и западной Европе были популярны мистерии стационарные - не переносные. Их показывали на сцене, унаследованной от барочного театра. Такая сцена имела просцениум, в глубине задник-перспективу, иногда по бокам кулисы. И хотя подчас в решении декораций давал о себе знать симультанный принцип представления событий (принцип едино-фронтальной установки декорации - прим.переводчика), по сути это были "сексесивные" (от англ. successieve - прим. перевод.) сцены (с последовательной сменой мест действия - прим.переводчика). В некоторых случаях такие сцены переносились с места на место, но это не было правилом, как, например, в "шопке" или в "вертепе".

Сцены, ограниченные сценической рамой, имели бельгийские театры. В Льеже это была сцена с перспективой и кулисами, хотя на них было нарисовано несколько мест действия одновременно. В провансальских шопках, по всей вероятности, существовал один задник для всех сцен мистерии, но он также был замкнут в сценическую раму.[2]

Если в "шопках, вертепах, батлейках" использовались куклы на палке, то в бельгийских театрах применялись тяжелые марионетки на проволоке (длинной до одного метра), а в провансальских шопках куклы наполовину механизированные. (Каждая из них имела собственный механизм, приводящий в движение конечности, но для движения в пространстве была необходима помощь аниматора).

Постоянное, не переносное место действия имели также чешские и итальянские мистерии. Их строили под крышей, но как бы в открытом пространстве, то есть в пространстве, не ограниченном сценической рамой. Сцена такой мистерии поднималась кверху несколькими планами, причём куклы могли действовать на каждом этаже.[3].

Из трёх вышеупомянутых сценок кукольных мистерий, эта последняя, имела сходство с, так называемыми, церковными ясельками, где находились неподвижные мистериальные фигурки. Обычай показа сцены Рождества в храме известен с 1У века. Он получил распространение благодаря деятельности св. Франциска Ассизского и сохранился по сегодняшний день. Однако в современных храмах рядом с неподвижными ясельками встречаются и механические. Таким образом, костёльный обычай вновь встречается с паратеатральной деятельностью.

Пишем "вновь", потому что неподвижные церковные ясельки находились под влиянием оживляемой кукольной мистерии уже с момента возникновения этой мистерии, т.е. с ХУ и ХУ1 веков. Думается, что тогда в неподвижные ясельки впервые был привнесён элемент движения, анимации. Этот факт не имел большого влияния на историю развития яселек, которые и до сегодняшнего дня остаются в храме. Другой была судьба оживляемых кукол, выступавших в литургической драме и в мистериях. Они должны были покинуть храм также, как и актёры, игравшие "живые мистерии". Мистериальный театр, как известно, насыщенный светскими элементами, вынужден был, в конце концов, оставить церковные приделы и искать "опекунов" и исполнителей вне церкви. Он нашёл их среди членов городских цехов и членов религиозных братств.

Изгнание "светских" (секуляризованных) литургических представлений из храмов практиковалось настолько повсеместно, что вошло в сознание верных, как непреложное правило, на многие столетия. Этим воспользовался польский мемуарист Енджей Китович, прилежный наблюдатель обычаев первой половины Х1Х века [4]. Открыв светские элементы в тогдашних костёльных ясельках, он вывел из них польские шопки, считая их творением ХУ111 века.

Данное мнение было ошибочно в силу различия традиций "шопок, вертепов и батлеек" и традиции неподвижных яселек. На протяжении многих лет не меньшее значение эта точка зрения имела и в вопросе генезиса польской шопки. Сегодня для большинства историков театра ясно, что шопка относится к европейской, кукольной мистерии и разделяет общую с ней судьбу[5]. Приведённый здесь анализ архитектуры мистериальной сценки свидетельствует, что по решению пространства, не польская шопка была ближе всего к яселькам, устанавливаемым в храме. С точки зрения видов сценического пространства можно выделить следующие типы Рождественских кукольных мистерий:

1.представления переносные, показываемые на симультанной сцене (шопки, вертепы, батлейки)

2.представления стационарные, дававшиеся на сексесивной (с последовательной сменой места действия) сцене, ограниченной сценической рамой (мистерии бельгийские и французские)

3.представления стационарные, по сценическому оформлению пограничные с театром и церковными ясельками, не ограниченные сценической рамой (мистерии чешские и польские).

Рождественские кукольные представления имели общий источник текстов - колядки, диалоги и мистерии. Кукольники разных стран использовали их неодинаково. Одни ограничивались пением колядок, другие с благоговением сохраняли старые мистериальные диалоги, третьи пользовались новыми версиями мистерий, обработанными в соответствии с поэтикой народной драмы Х1Х века (с делением на акты и сцены).

И всё же в обработке текстов одно было общим. Кукольники дополняли мистериальные мотивы светскими эпизодами. Это были интермедии, жанровые сцены, фрагменты театральных пьес или, наконец, театральные персонажи, заимствованные из совершенно другой традиции (например, Чанчес комедийный персонаж из Бельгии, который как "рупор" (porte-parole) своих зрителей вносил в мистерию современное, народное, с долей наивности, чувство юмора).

В вышеперечисленных видах мистерии "шопки, вертепы и батлейки" использовались самые старые тексты. Религиозная часть текста этих представлений имела, как правило, свободную композицию, характерную для средневековой мистерии. При этом светская часть складывалась преимущественно из интермедийных мотивов ХУ11 века. Все другие кукольные мистерии Европы в светской части имели мотивы и сценки более позднего происхождения. Их творцы в большей мере, чем польские и русские кукольники, заботились об актуализации этих мотивов.

Изложенные выше предварительные рассуждения имели целью обратить внимание на тот факт, что "шопки, вертепы и батлейки" обладают наиболее давней сценической архитектурой (симультанность), а их тексты - наиболее давней композицией и наиболее давним набором мотивов-тем (интермедии). Далее из этого утверждения следует, что "шопки, вертепы и батлейки" занимают особое место в семье европейской, кукольной мистерии, отличаясь от всех остальных её разновидностей.

Интерпретация этого факта может идти в двух направлениях:

1."шопки, вертепы и батлейки", с точки зрения своеобразия их формы и характера текста, составляют самостоятельный вид европейской мистерии, развивающийся в изоляции от её других разновидностей.

2. "шопки, вертепы и батлейки" являются одной из разновидностей европейской, кукольной мистерии.

Они развивались во взаимосвязи со всеми остальными разновидностями, но более медленно, что позволило им сохранить старинную архитектуру и старинный мистериальный текст. Мы посвятим наши размышления этому второму направлению.

"Шопки, вертепы и батлейки" - это ящики - одно, двух, трёх и даже более - этажные. Иногда это простые и скромные ящики. В случае одноэтажного ящика (вертепа) окно сцены открывает падающая вниз заслонка. В случае двух или большего количества этажей ящик имеет двери (как триптих), которые открывают две сценки, расположенные на разных уровнях (батлейка). Иногда их архитектура, напоминают архитектуру, существующую в реальности. Многоярусные вертепы строились по типу маленького классицистского дворца, а многоэтажные шопки были наподобие готического костёла с башнями.

Сцены шопок, вертепов и батлеек, независимо от количества ярусов, сооружались по принципу "симультанности". В одноярусном вертепе ясельки и трон Ирода находились на одном уровне, следовательно, на этой сцене было два "дома". Уступка современному пониманию пространства заключалась в том, что во время сцен Ирода, ясельки закрывались занавеской - заслонкой.[6]. В двухэтажных вертепах и батлейках на верхней сцене находились ясельки, а на нижней трон Ирода (в вертепе рядом с троном Ирода находился также и вход в ад - пекло).


Случайные файлы

Файл
25714-1.rtf
77937.doc
176162.rtf
13953.rtf
13953-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.